WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Ромашов же краснел до настоящих слез от своего бессилия и растерянности, и от боли за оскорбляемую Шурочку, и оттого, что ему сквозь оглушительные звуки кадрили не удавалось вставить ни одного слова, а главное – потому, что на них уже начинали обращать внимание (А.Куприн. Поединок).

В языке ранних произведений А.И.Куприна категория интенсивности репрезентируется разноуровневыми средствами выражения, но часто в одном высказывании чередуются интенсивы и деинтенсивы, что создает дополнительно особую экспрессивность текста на основе контрастности описываемых явлений.

Формы степеней сравнения качественных прилагательных, степени сравнения, производные от наречий и слов категории состояния активно участвуют в интенсификации оценок в «Поединке», и А.И.Куприн предпочитает их аналитические формы:

В столовой между тем разговор становился более громким и в то же время более интересным для всех присутствующих (А.Куприн. Поединок).

Аналитические формы превосходной степени иногда используются в значении суперлатива, связанного с «логическим» градуированием, обозначением высшей степени качества, которая обнаруживается у предмета в сравнении с другими предметами того же класса:

Шестьдесят воинов, из числа пятисот самых сильных и храбрых во всем войске, держали посменно караул во внутренних покоях дворца (А.Куприн. Суламифь).

В поздний период («Юнкера» (1932)) творчества А.И.Куприна в качестве интенсива и деинтенсива часто выступают слова категории состояния:

Тяжеловато было Александрову оставаться с батюшкой Михаилом (А.Куприн. Юнкера).

Достаточно употьребительны в роли интенсивов в текстах Куприна более позднего периода одиночные и распространенные деепричастия:

Тогда Александров, волнуясь, и торопясь, и чувствуя с невольной досадой, что его слова гораздо грубее и невыразительнее его душевных ощущений, рассказал о своем бунте, об увещании на темной паперти, об огорчении матери и о том, как была смягчена, стерта злобная воля мальчугана (А.Куприн. Юнкера).

В данной фразе деепричастие включает в себя глагольные и наречные признаки, действие и интенсифицирующий характер другого, основного действия. В данном фрагменте, помимо деепричастий-интенсивов и сравнительной степени прилагательных, обнаруживаем и перцептивную модусную рамку «рассказал», которая позволяет проникнуть во внутренний, субъективный мир Александрова.

Языку произведений А.И.Куприна свойственно, особенно в более поздний период его творчества, частое употребление местоименных слов – усилительных частиц – какой, как, которые функционируют в роли интенсификаторов, организуя устойчивую модель предложения с яркой экспрессивной окраской, но не внося, кроме нтенсификации, никакого дополнительного смысла и лишь иногда осложняясь дополнительным (положительным или отрицательным) оценочным значением:

Как сладко рассказывать и как интересно слушать о бесконечно разнообразных летних впечатлениях! (А.Куприн. Юнкера).

А какие были купания! Какие злые, шипучие были в черные в зелень раки! (А.Куприн. Юнкера).

Купринским текстам более позднего периода свойственно сочетание интенсифицирующих средств разных уровней, начиная с лексического и заканичивая синтаксическим:

Никакие внешние впечатления не действуют на Александрова с такой силой и так тесно не соединяются в его памяти с местами и событиями, как запахи (А.Куприн. Юнкера).

Такое употребление местоименных интенсифицирующих средств помогает максимально образно представить описываемого персонажа.

Таким образом, обнаруживается, что у А.И.Куприна можно разграничить общие особенности употребления средств категории интенсивности, свойственные всем периодам его художественного творчества, в том числе и раннему: наречия меры и степени, примыкающие обычно к прилагательным;

числительные; аналитические формы степеней сравнения качественных прилагательных, степени сравнения, производные от наречий и слов категории, употребление языковых интенсифицирующих средств числительных и существительных, являющихся наименованиями количества - деинтенсивов, указывающих на проявление действия, признака ниже нормы; наречия, которые способны одновременно выражать и субъективную оценку, и объективно – степень проявления каких-либо признаков предметов или людей.

И.А.Бунин с целью раскрытия внутреннего мира героя, стремясь передать не только его мысли, но и тончайшие движения чувств, желаний, его отношение к разнообразным фактам окружающей действительности, очень обдуманно подходит к выбору речевых модусных рамок и «рамочных средств», которые обладают универсальной способностью выражать многообразные оттенки психологического, эмоционального состояния персонажей и семантически связывать разрозненные элементы текстового пространства в единое целое. Этот выбор определяется коммуникативными установками как самого автора, так и персонажа – повествователя.

Доэмиграционный период творчества Бунина является суперэлементом его языковой личности, а авторский мир - смысловой структурой конкретного художественного текста. Особенность И.А. Бунина состоит в употреблении необходимых ему средств в целях реализации авторского стремления продемонстрировать, прожить непрожитое читателем и отдаться открытости языка. В своих повестях И.А.Бунин широко использует средства выражения категории интенсивности в качестве дополнительного способа выражения авторизации. Показатели модусных рамок почти неизбежно сопровождаются у него наличием лексических интенсивов и интенсификаторов; а также лексических деинтенсивов и деинтенсификаторов, совмещение которых рождает контрастность повествования:

Покупает, конечно, один, ибо и покупки-то на копейку или на яйцо, но покупателей много, торговля идет бойко, и чахоточный мещанин в длинном сюртуке и рыжих сапогах – весел (И.Бунин. Антоновские яблоки).

Для создания большей образности И.А.Бунин широко использует лексико-морфологические интенсификаторы, представленные наречиями:

очень, весьма, совсем, крайне. В отличие от Куприна, который предпочитает аналитические формы сравнительной степени, Бунин употребляет формы синтетические:

Запомнилось (Наталье – О.Б.) только то, что очень жарко летом в степи, что бесконечнее летнего дня и длиннее больших дорог нет ничего на свете (И.Бунин. Суходол).

Сочетание ментальной модусной рамки запомнилось с лексикоморфологическим интенсификаторами очень, бесконечнее, длиннее ярко передает переживание героини описанной ситуации, ее пседоавторство.

Эффект усиливается при помощи квантитатива – деинтенсива нет ничего.

Сочетание модусных рамоки и интенсифицированных / деинтенсифицированных элементов можно проследить на морфолого- синтаксическом уровне; который представлен у Бунина употреблением местоименных наречий в роли частиц так (такой) и сравнительных оборотов:

Телега тряслась и убегала. А девчонке казалось, что у нее нет тела, что теперь у нее - одна душа. И душе этой было «так хорошо, ровно в царстве небесном» (И.Бунин. Суходол).

В бунинских повестях имеются и синтаксические интенсификаторы, представленные сложноподчиненными предложениями:

Бесило Петра Петровича и то, что дедушка всем и каждому зачем-то докладывал об отъезде Тонечки в Лунево, к Ольге Кирилловне (И.Бунин.

Суходол).

На наш взгляд, употреблением эмотивного авторизатора бесило, интенсивно окрашенного, в сочетании с речевой модусной рамкой докладывал, которая привносит оттенок официальности, создается комическо-иронический эффект, чего писатель и добивается при помощи сочетания языковых средств авторизации и интенсификации с использованием интенсивов («всем и каждому»).

Приведенные факты подтверждают высказанное нами мнение о том, что в доэмиграционный период в произведениях Бунина (как и в дальнейшем его творчестве) сделан акцент на синтаксические средства выражения интенсивности и сочетаемости в одной фразе интенсивов и интенсификаторов.

В эмиграционный период творчества Бунина прослеживается значительный рост используемых средств категории интенсивности с целью более глубокого проникновения во внутренний мир персонажей, но обнаруживается и разница в повествовании от первого и от третьего лица:

Свежий, пахучий дождь шумел все быстрее и гуще за открытыми на балкон дверями, в потемневшем доме все спали после обеда - как страшно испугал его и ее какой-то черный с металлически-зеленым отливом петух в большой огненной короне, вдруг тоже вбежавший из сада со стуком коготков по полу в ту самую горячую минуту, когда они забыли всякую осторожность (И.Бунин. Руся).

В данной фразе в повествовании от третьего лица представлены переживания, эмоциональные реакции одного из персонажей, автором это реализуется через употребление множества интенсивов и интенсификаторов.

В качестве их выступают самые разные части речи (прилагательные, причастия, местоимения, наречия).

В повествовании же от первого лица, где внутренний мир другого персонажа всегда описывается через внешние проявления, употребительность интенсивов и интенсификаторов ограничена:

И мы чокнулись и, медленно выпив весь бокал, она (Соня – О.Б.) опять со странной усмешкой стала глядеть на меня, на то, как я работаю вилкой… (И.Бунин. Натали).

В языке произведений А.И.Куприна и И.А.Бунина категория интенсивности репрезентируется разноуровневыми языковыми средствами.

При этом интенсивы и интенсификаторы у И.А.Бунина и А.И.Куприна, если обратиться к их творчеству в целом, различаются лексически. Совпадают лексемы «огромный, тяжелый…» и др. У Бунина преобладают интенсивыприлагательные «тяжелая крыша, глубокая грусть, огромный фонарь, престранная фигура, безумные глаза…», у Куприна – наречия «дико завывал, резко переменилась, близко послышалось, с трудом дышал, необыкновенно молчаливая». Распространены у И.А.Бунина и А.И.Куприна интенсификаторы «очень, сильно». Например, у Куприна А.И. (на страниц) встречается интенсификатор «очень» - 31 повтор (примерно 36% от общего числа исследуемых интенсификаторов), «сильно» - 5 повторов (примерно 6%), «слишком» - 5 повторов (примерно 6%). У Бунина И.А. (на 500 страниц) интенсификатор «очень» встречается - 20 повторов (примерно 42%), «сильно» - 2 повтора (2%), «слишком» - 6 повторов (12%). Каждому из авторов свойственны свои типичные языковые средства интенсификации.

В третьей главе «Функции категории интенсивности в произведениях И.А.Бунина и А.И.Куприна» представлен анализ взаимодействия в прозведениях И.А.Бунина и А.И.Куприна экспрессивных функций с композиционными и текстообразующими, а также описано общее и индивидуальное в их реализации каждым из авторов; кроме того, показаны стилистические функции языковых средств выражения категории интенсивности.

Категория интенсивности служит в художественном тексте и для формирования его композиционной структуры. Художник, изображая нескольких персонажей – псевдоавторов, присваивает каждому отличные от других псевдоавторов средства интенсификации и таким образом, в частности, отделяет композиционно присвоенный ему текст от текста другого псевдоавтора.

Помимо этого, ярким композиционным приемом служит чередование интенсификаторов, интенсивов и деинтенсификаторов в связи с переходом от одной сюжетной линии к другой, а также со стремлением контрастно противопоставить характеристики разных явлений, лиц или предметов.

Композиционные особенности языковых средств интенсификации отражают сущность образа персонажа – повествователя (например, в «Поединке» Куприна – образ поручика Ромашова) и пронизывают все произведение.

Анализ языкового материала показывает, что в повестях Бунина и Куприна структура текста находится в тесной связи с использованием интенсифицирующих языковых средств и приемов. В частности, если говорить о сюжете «Поединка» Куприна, то надо отметить, что в начале повести, когда рассказывается о том, как мечтает о будущем молодой офицер, преобладают такие дополнительные средства авторизации, как интенсивы и интенсификаторы. Но по ходу развития действия, когда Ромашов начинает разочаровываться в жизни, в людях, мы отмечаем постепенное нарастание количество деинтенсивов и деинтенсификаторов, например, при встрече с Назанским, Ромашова поражает, как, в какой степени к худшему изменилась его внешность:

Все лицо Назанского странно изменилось за то время, как оба офицера не виделись. Глаза глубоко ввалились и почернели вокруг, виски пожелтели, а щеки с неровной грязной кожей опустились и оплыли книзу и некрасиво обросли жидкими курчавыми волосами (А.Куприн. Поединок).

Сравним приведенное выше описание с описанием внешности Назанского, каким его видит Ромашов, будучи влюбленным в жизнь и счастливым, где преобладают интенсивы и интенсификаторы:

Никогда еще лицо Назанского, даже в его лучшие, трезвые минуты, не казалось Ромашову таким красивым и интересным. Золотые волосы падали крупными цельными локонами вокруг его высокого, чистого лба, густая, четырехугольной формы, рыжая, небольшая борода лежала правильными волнами, точно гофрированная, и вся его массивная и изящная голова, с обнаженной шеей благородного рисунка, была похожа на голову одного из тех греческих героев или мудрецов, великолепные бюсты которых Ромашов видел где-то на гравюрах. Ясные чуть-чуть влажные голубые глаза смотрели оживленно, умно и кротко (А.Куприн. Поединок).

Как показал анализ, разноуровневые языковые средства выражения категории интенсивности и у Бунина, и у Куприна, помимо образных, эмоциональных и экспрессивных функций, выполняют в произведениях строевую роль. Находясь в центре авторских языковых приемов и обладая значительной текстообразующей, композиционной нагрузкой, они способствуют семантической, смысловой организации всего текста. Другими словами, категория интенсивности является тем приемом, который обслуживает внутреннюю структуру повестей писателей, а модусные рамки лишь отсылают к автору интенсивов и интенсификаторов, употребленных в тексте.

Нарастание частотности форм выражения интенсивности по мере развития сюжета в текстах Куприна – отражение того постепенного эмоционального накала экспрессивности, который и составляет сущность содержания произведений великого мастера художественного слова.

У данных авторов интенсификаторы и интенсивы могут выступать то в качестве основы фигур и тропов (антитезы, усиления), то, в свою очередь, метафоры и фигуры служат интенсивами: «Большие звезды дрожали ресницами» - интенсив и деинтенсив – метафора, олицетворение (А.Куприн. Поединок).

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»