WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |

Схема Сегментное строение неформальной экономики НЕФОРМАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА вопреки закону вне закона продукция процедура социальная сеть домохозяйство упразднение легализация интеграция изоляция криминальная теневая экономика дара домашняя экономика экономика (реципроктность) экономика доход без дохода трансакции без трансакций В данной схеме совмещены три базовые идеи к сегментированию неформальной экономики:

- неформальная экономика как специфическая деятельность, - неформальная экономика как определенный характер трансакций, - неформальная экономика как определенная природа дохода.

Вторая глава обобщает анализ причин неформальной экономики (§1), показывает неоднозначность моделей объяснения природы и перспектив неформальной экономики в зависимости от идеологических воззрений ученых, представляющих различные научные направления (§2).

В первом параграфе второй главы анализируются причины неформальной экономики в разрезе развивающихся и развитых стран, а также общемировые тенденции, приводящие к развитию неформальной деятельности.

В качестве причин неформальной экономики в развивающихся странах обсуждены: 1) экономическая отсталость, незавершенная индустриализация, 2) принадлежность к экономической периферии; 3) состояние рынка труда, неадекватного запросам формального рынка. Эти тезисы проверены на эмпирических исследованиях и статистике. Показано, что каждая из причин “работает” в ограниченном диапазоне и не выдерживает проверки на универсальность. Далее обсуждаются причины неформальной экономики в развитых странах: 1) миграционные процессы, 2) развитие субконтрактных технологий организации производства и торговли, 3) политика, направленная на ослабление профсоюзного движения, 4) возросшая конкуренция со стороны стран третьего мира. Цифры и факты доказывают ограниченность этих объяснений. Скажем, каузальную связь между притоком мигрантов и развитием неформальной экономики подтверждают США, но опровергают Нидерланды, Великобритания, Испания. Или, например, версия о неформальной экономике как ответе безработных и неорганизованных рабочих на профсоюзные завоевания адекватна Италии. Однако в ФРГ и Франции, наоборот, профсоюзы явились мощным препятствием атомизации и деформализации в ряде отраслей.

В качестве универсальных процессов и закономерностей современности как причин неформальной экономики обсуждаются:

1. Структурные изменения в экономике, ведущие к изменениям на рынке труда, в т.ч. а) вытеснение машинами ручного труда, б) сокращение старых отраслей и возникновение новых, в) диверсификация форм занятости, расширение наемной занятости на дому. В результате растет поляризация доходов. Низкодоходный сегмент практикует все более неопределенный характер трудовых отношений.

2. Развитие неформальных услуг и самообслуживания. По мнению Дж.Гершуни, в силу растущего разрыва в производительности труда услуги подорожали относительно товаров. Дорогие услуги формальной экономики начинают вытесняться более дешевым неформальным предложением.

3. Развитие идеологии и практики государства всеобщего благоденствия, что создало весомый стимул для ухода от налогов, а также ослабило сопротивление рабочего класса неформальному найму, поскольку базовые права все более полно гарантировались не индивидуальным контрактом, а государственной политикой.

4. Несовершенство институциональной системы, проявлением чего явились:

а) высокие налоги и жесткое административное регулирование; б) коррумпированность государственного аппарата; в) давление криминальных групп, вынуждающих иметь неучтенные доходы для оплаты их услуг; г) неадекватность институциональной системы, при которой преимущества легальности ставятся под сомнение.

5. Национальная специфика неформальной экономики как ответ на космополитизм принципов формальной экономики. В этой связи важную роль сыграли антропологические исследования, показывающие соответствие неформальной экономики традиционным укладам и социально-экономическим проблемам страны.

6. Коллапс социалистической системы, вступление ряда стран в транзитный период, следствием чего стало:

а) разрыв институциональной системы с потребностями нового этапа развития общества, неконсистентность легальной системы;

б) стремительная приватизация, повлекшая ущемленное чувство социальной справедливости миллионов людей, а также неконтролируемые возможности обогащения, в т.ч. за счет неправовых действий;

в) экономический и социальный кризис в виде снижения уровня жизни, высоких налогах, безработице и относительно низких рисках обнаружения нерегистрируемой или противоправной деятельности.

7. “Модернизационные рывки” как способ сокращения отставания от лидеров.

Направление, намеченное для ускоренной модернизации, обеспечивается особым институциональным форматом с ослаблением прежних формальных требований.

Однако локальное ослабление механизма принуждения передается всей системе, результатом чего является деформализация экономики.

Во втором параграфе второй главы показана неоднозначность оценочных суждений о природе и перспективах неформальной экономики в зависимости от идеологических воззрений ученых, опирающихся на различные научные направления.

В рамках неоклассического либерализма “неформалы” выступают как агенты “невидимой руки” рынка. Уход экономических субъектов “в тень” свидетельствует о неблагополучии узаконенных институтов. Осуждению подлежат не те, кто игнорирует законные правила, а те, кто эти правила вводит и поддерживает.

Подобный вывод основан на определенных интеллектуальных традициях, представленных утилитаристской социологией в виде теории социального обмена (Дж.Хоманс, П.Блау), а также неоклассической теорией рационального выбора (Г.Беккер, Дж.Стиглер) и неоинституциональной теорией трансакционных издержек (О.Уильямсон, Д.Норт).

Согласно теории социального обмена, государственные институты “вырастают” из неформальной практики и эгоистических интересов экономических агентов. В ходе хозяйствования возникают образцы поведения, которые легитимируются, поскольку они наиболее выгодны по сравнению с другими возможными вариантами. Институты общества, в т.ч. формальные, складываются как закрепляемые путем многократного повторения способы балансирования индивидуального эгоизма в процессе коллективного действия. Другими словами, массовая практика утилитарно ориентированных субъектов и есть норма.

Приверженцы теории рационального выбора считают, что все нормы поведения, включая норму подчиняться закону, оказываются замаскированным проявлением личного интереса. Соответственно, оправданы те формальные нормы, которые обеспечивают условия для реализации личного интереса, а не противоречат ему.

Описанный подход существенно корректируется в рамках неоинституционализма. Трансакционные издержки – та цена, которую хозяйственный субъект платит за сбалансирование различающихся интересов. И если неформальные трансакционные издержки оказываются меньше, чем формальные, а получаемая услуга – качественнее, оперативнее и не сопряжена с высоким риском санкций, то уход из легального экономического пространства неизбежен. Меру законопослушия определяет элементарная калькуляция цены решения проблемы. Добровольно соблюдается только тот закон, который, по Д.Норту, фиксирует уже существующий неформальный способ снижения трансакционных издержек.

Таким образом, в рамках либеральной идеологии теневая деятельность интерпретируется как естественная и разумная реакция на формальные нормы, проигрывающие неформальным договоренностям с точки зрения соотношения цены и качества решения проблем. В практическом плане это означает приведение формальных норм в соответствие с хозяйственной практикой, т.е. возведение реалий в ранг закона.

На волне критики классического либерализма возник так наз. новый либерализм, воплощенный в “государстве всеобщего благоденствия”. Развитие либеральных взглядов созвучно становлению социологии рационального выбора (Дж.Коулмен). Человек по-прежнему рассматривается как утилизатор полезности, но в более сложной системе ограничений, включающей социальные легитимации и сложный баланс групп давления. С позиции “новых” либералов, формальные институты кодифицируют поведение, не просто минимизирующее издержки, но учитывающее легитимный компромисс между экономическим эгоизмом и социальной укорененностью рыночного агента, а также баланс сил представительных органов групп интересов. Это не дает оснований безоговорочного оправдания теневой деятельности.

Изменилась и парадигма, трактующая роль государства в развитии рыночной экономики. Если “старая парадигма” противопоставляла рынок и государство, то “новая парадигма”, напротив, подчеркивает роль государства в формировании рынка.

“Новый” либерал понимает, что анархия и дисперсия насилия не создает рыночной среды, из чего неизбежно следует осуждение теневиков. Обременительность социального бремени в социально-ориентированном обществе трактуется как естественная провокация теневого бизнеса.

Исторической и логической антитезой либерализму является консерватизм, взгляд которого на природу социальных институтов представляют теория общественного договора (Гоббс, Руссо) и субстантивистская социология (К.Полани).

Теория общественного договора подчеркивает, что выросшие из практики правила поведения не в состоянии остановить “войну всех против всех”. Стабильность и благополучие в обществе достигаются за счет целенаправленного конструирования норм, ориентированных на общественное благо. Отсюда вывод: формальные институты не обязательно должны соответствовать моделям поведения, которые кажутся оптимальными эгоистическим субъектам рынка. Не рациональный интерес индивида, а рациональность на уровне социума объясняет и оправдывает необходимость подчинения нормам, напрямую не коррелирующим с индивидуальным интересом. Тот, кто этим нормам не следует, рассматривается как нарушитель социальных договоренностей.

Сходные взгляды отстаивает и субстантивистская социология. Исследования антропологов (Б.Малиновский, Р.Турнвальд) доказали возможность и устойчивость обществ, в которых социальные нормы не вырастают из экономического эгоизма индивида, а сдерживают его. Эти идеи развил К.Полани, показавший, что доминирование рыночной логики над социальными нормами возникло лишь в капиталистическую эпоху. Общество защищается от рынка с помощью социальных конвенций, ограничивающих “расползание” рыночной логики на всю область экономического действия.

Идеи К.Полани развивает институциональная социология, трактующая институты как правила игры, которые не только фиксируют сложившийся уклад хозяйственной жизни, но и конструируют эту жизнь, придавая ей формы, не вырабатываемые стихийной практикой.

С точки зрения консерваторов, вина “теневиков” не в том, что они не платят налоги, а в том, что они ломают правила игры, на которых держится общество.

Ссылки на экономическую рациональность не смягчают, а лишь усугубляет эту вину, поскольку утверждают доминирование экономического эгоизма над социальными конвенциями, что чревато социальными катастрофами.

Социализм как этикоцентристская доктрина видит в экономике не саморегулируемый организм, а управляемый из центра хозяйственный механизм.

Враждебным считается любое действие, ограничивающее претензии государства на тотальный контроль. Теневое предпринимательство и домашняя экономика по определению находятся вне сферы контроля.

Любая организационно-хозяйственная инновация возникает “в тени” и только по мере созревания исторических условий получает шанс на институционализацию.

Отсюда двойственное отношение идеологов социализма к нарушению формальных норм хозяйствования: оно оценивается как явление прогрессивное или, наоборот, регрессивное в зависимости от исторического контекста. На этапе строительства коммунизма “теневик” неизбежно оказывается persona non grata.

В зависимости от идеологической платформы и научной традиции “теневик” предстает то борцом за свободный рынок, то нарушителем социальных конвенций, то агентом реакционных сил. Не совпадает и политическая реакция на этот феномен – от репрессивных действий до приведения формальных норм в соответствие со сложившейся неформальной практикой.

В третьей главе анализируются структура и институты неформальной экономики в разрезе ее сегментов (§1). Особое внимание уделяется важнейшему институциональному элементу – доверию, благодаря которому становятся возможны неформальные договоренности (§2).

В первом параграфе структура и институты неформальной экономики дифференцированы в соответствии в первой главе сегментной схемой. Это позволяет конкретизировать анализ, фиксируя различия структуры и институтов теневой, криминальной, домашней и реципрокной экономик. Задача параграфа – выявить структурную и институциональную основу неформальной экономики в разрезе ее сегментов.

Под структурой экономической деятельности понимается набор организационных элементов, внутренние и внешние связи которых создают платформу для взаимодействия субъектов. Структурными элементами, согласно аналитической схеме В.Радаева, являются ресурсы (формы капитала), организации и связи между ними.

Структура неформальной экономики различается по сегментам. Домашняя экономика представлена домохозяйствами, специфика внутренних связей которых определяется культурным капиталом домочадцев. Реципрокная экономика возникает в родственных и дружеских сетях, позволяющих накапливать социальный капитал.

Теневая экономика воспроизводится на основе административного капитала и представлена фирмами, составляющими деловые сети. Криминальная экономика существует в виде преступных сообществ, мафиозно-клановые связи которых позволяют оперировать криминальным капиталом.

Наши представления о структуре неформальной экономике отражены в схеме 2, где виды капиталов, организаций и связей диверсифицированы по видам неформальной экономической активности (Т – теневая экономика, К – криминальная, Д – домашняя, Р – реципрокные обмены домохозяйств).

Схема 2.

социальный культурный сообщества капитал (Р) капитал (Д) домохозяйств (Р) домохозяйства (Д) ресурсы (формы капитала) организации административный криминальный фирмы (Т) преступные сообщества (К) капитал (Т) капитал (К) СТРУКТУРА НЕФОРМАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ родственные и дружеские сети (Р) внутренние связи (Д) связи деловые сети (Т) мафиозно-клановые связи (К) Институты (формальные в виде законов или контрактов, а также неформальные в виде социальных норм или частных договоренностей) регулируют поведение экономических агентов, а также арбитров, определяющих санкции за нарушения правил игры.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»