WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.В.ЛОМОНОСОВА на правах рукописи КОРФ Ольга Викторовна МЕДИАТЕКСТ КАК ИНСТРУМЕНТ ФОРМИРОВАНИЯ ДИСКУРСА В ПОЛИТИЧЕСКОМ КОНФЛИКТЕ (НА ПРИМЕРЕ КОНФЛИКТА 1994-1996 ГГ.

В ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ) Специальность 23.00.02 – политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук Москва, 2009 Работа выполнена на кафедре политического анализа факультета государственного управления Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор Л.В. Минаева Официальные оппоненты: доктор политических наук, профессор А.Н. Чумиков доктор философских наук,  профессор В.С. Комаровский Ведущая организация: Казанский государственный технический университет («КАИ») имени А.Н. Туполева Защита состоится «25» марта 2009 года в 17.00 на заседании диссертационного совета Д.501.001.27 при Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, Москва, Ломоносовский просп., д.27, корп.4, аудитория А-619.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале Фундаментальной библиотеки МГУ им. М.В. Ломоносова (Ломоносовский пр., д. 27) Автореферат разослан «17» февраля 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, доктор политических наук Г.В. Пушкарева 2 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ Актуальность исследования. Современный мир дал наглядные доказательства нового позиционирования СМИ, ставших основным институтом формирования информационного общества и источником соответствующих трансформаций политического дизайна власти. Презентация социальных событий медиа средствами придает им политический характер. Медиадискурс превратился в решающую форму отправления публичной власти.

Перераспределяя инфопотоки и меняя интенсивность коммуникаций, СМИ заняли центральное место в организации и структурировании политических процессов в современном обществе.

Масштабы и характер происходящих в сфере медиа-коммуникации изменений дают основания говорить о становлении информационного общества как новой ступени формирования поля политики со своими собственными тенденциями и закономерностями. Одновременно приходится признать и повышение роли коммуникативных, речевых и иных инструментов обработки политической информации и ее главной единицы - текста.

По сути, сегодня СМИ – это социальный институт, который обеспечивает политическое взаимодействие общественных акторов в текстовом формате, который модифицирует восприятие человеком политических позиций, влияет на мотивацию и стимулы активности гражданской аудитории. При этом политические деятели подвержены воздействию СМИ в не меньшей степени, чем широкие массы. Текстовая деятельность (как деятельность по созданию материала, предназначенного для публикации), оформляя и презентуя медиа события, выражая те или иные авторские приоритеты, интерпретируя интересы и, в конечном счете, создавая разнообразные медиатексты, предстает едва ли не важнейшим средством регулирования политической коммуникации разных социальных аудиторий и инструментом балансирования групповых интересов, источником побуждения их активности, средством поиска компромиссов.

Таким образом, медийные тексты в настоящее время становятся ключевыми инструментами организации политической деятельности и формирования контактов в сфере власти. Как показывает опыт, в современном российском обществе в процессе сращивания сфер массовой информации и политики технические средства перемещения информации превращают тексты массовой информации даже в некую неконтролируемую властью самостоятельную политическую силу, что требует адекватного теоретического отображения их места и роли в политическом процессе.

Учитывая сложное переплетение медиа- и политических процессов, уточнение научных представлений о месте и роли медиатекстов становится возможным лишь на основании описания их как лингво-семантического, так и собственно политического содержания. Не случайно в последнее время в политической коммуникативистике стало закрепляться и обогащаться понятие «язык массовой коммуникации», в котором все отчетливее проявляются зависимости политических процессов от текстовых параметров медиасообщений, особенностей речеупотребления, символических (отражающих культурное содержание этих феноменов) и других знаковоязыковых свойств. Иначе говоря, усиление внимания к семантическим основаниям функционирования медиатекста обусловлено его позиционированием как важнейшей единицы организации политического дискурса, отображения им медиатизированной социально-политической сущности индивида.

Однако, как известно, политический дискурс является формой как стабильных, так и конфликтных политических процессов. Для России роль политического дискурса в конфликтных ситуациях представляет особый интерес, так как ее территория стала местом концентрации глобальных и региональных противоречий. Наибольшую опасность для страны представляет нарастающее внешнее давление, направленное на отторжение части ее территорий, что впервые после второй мировой войны стало представлять реальную угрозу территориальной целостности РФ.

Сказанное демонстрирует не только важность принятия во внимание специфики формирования политического дискурса в условиях конфликта, но и отражает потребность в разработке особой исследовательской оптики, отображающей соответствующую роль медиатекстов. Понимание базовых параметров медиатекстов и особенностей их функционирования в конфликтном дискурсивном пространстве позволит оптимизировать средства снижения политической напряженности, понять новые возможности снятия противоречий конкурирующих сторон даже на силовых фазах развертывания конфликта.

Характер освещения военных действий и политических конфликтов в современных средствах массовой коммуникации относится к числу сложных социально-политических вопросов, которые привлекают в последние годы повышенное внимание политиков, историков, философов, социологов и лингвистов. Интерес к этой междисциплинарной проблеме обусловлен тем, что СМИ являются одним из способов инициирования, предотвращения и урегулирования конфликтов. Правда, эта регуляция носит весьма противоречивый характер: СМИ могут обострять или сглаживать ход развития конфликтов, способствовать эскалации напряженности или участвовать в процессе умиротворения и восстановления после завершения конфликта.

В этом плане деятельность СМИ во время затяжного вооруженного конфликта в Российской Федерации на территории Чеченской республики заслуживает особого внимания. Стремление ЧРИ к образованию суверенного государства поставило под угрозу территориальную целостность России. Этот регион стал наиболее уязвимым узлом северокавказских проблем и эпицентром борьбы мировых держав за передел сфер влияния в Северокавказском регионе.

Исследуя конфликт в Чечне, с точки зрения становления новых форм политической деятельности институтов власти и СМИ, возможно понять ряд тенденций в формировании государственной информационной политики в связи с развертыванием конфликтного политического дискурса, отразить политическую роль текстов в локализации противоречий, зафиксировать возможности применения новых языковых технологий при построении массовых коммуникаций, увидеть особенности проведения информационноманипуляционных и психологических операций, проводимых параллельно с боевыми действиями.

Степень научной разработанности проблемы. Проблематика взаимодействия средств массовой информации и политических институтов, организации массовой политической коммуникации и конструирования политического дискурса является актуальной для исследователей различных научных направлений. И все же ощущается нехватка специализированных научных исследований, посвященных изучению места и роли медиатекста как средства формирования дискурса в политическом конфликте.

Политическая коммуникация и политический дискурс становятся предметом рассмотрения в работах Базылева В.Н., Грачева М.Н., Грушевской Т.М., Желтухиной М.Р., Комаровского В.С, Лобзы Е.В., Малышевой Я., Мироновой Н.Н., Михалевой О.Л., Соловьева А.И., УхвановойШмыговой И.Ф., Шейгал Е.И., Бэйли П., Бэла В., Брауна Г., Дуэца Д., Фэйрклафа Н., Фельдмана О., Торфинга Дж., Виддоусана Х.Г. и др.1 Особое Базылев В.Н. Политический дискур // Эффективная коммуникация: история, теория, практика: Словарьсправочник / Отв. редактор М.И.Панов. – М.: ООО «Агентство «КРПА Олимп», 2005; Баранов А.Н., Казакевич У.Г. Парламентские дебаты: традиции и инновации. Советский политический язык (от ритуала к метафоре) – М., 1991; Воробьев Л.Б. Национальная специфика языковой образности: Монография. – Псков, 2003; Воробьева О.И. Политический язык: семантика, таксономия, функции: дисс. … д-ра филолог. наук. – М., 2000; Гаврилова М.В. Политический дискурс как объект лингвистического анализа. – Полис. 2004, №2; Герасименко Н.А.

Информация и фасциация в политическом дискурсе // Политический дискурс в России – 2 / Под. ред.

Ю.А.Сорокина и В.Н.Базылева. – М., 1998; Грачев М.Н. Политическая коммуникация: теоретикометодологический анализ: дисс.... д-ра полит. наук: 23.00.01- Москва, 2005; Грушевская Т.М. Политический дискурс в аспекте газетного текста. - СПб. : Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2002; Желтухина М.Р. Комическое в политическом дискурсе к. ХХ в.: Русские и немецкие политики: Монография. – М.-Волгоград, 2000; Ильин М.В. Политический дискурс: слова и смыслы (Государство) // Полис. 1994. № 1; Карасик В.И. Структура институционального дискурса // Проблемы речевой коммуникации. – Саратов, 2000; Комаровский В.С.

Государственная служба и СМИ. – Воронеж. Издательство им. Е.А.Болховитинова, 2003; Политическая коммуникация в постсоветской России: проблемы формирования и парадигмы развития: 3 Всерос. конгресс политологов «Выборы в России и рос. Выбор». Секция «Полит. коммуникация», Москва, 28-29 апр. 2003 г. / [Науч. ред. и сост. Тимофеева Л.Н., Лобза Е.В.] - Улан-Удэ : Респ. тип., 2003; Малышева Я. Власть и общество:

проблемы русского политического дискурса // Периодическая печать России: типологические и профильные особенности. – М., 2000; Миронова Н.Н. Дискурс-анализ оценочной семантики. – М., 1997; Михалева О.Л.

Политический дискурс как сфера реализации манипулятивного воздействия. дисс. … канд. филол. Наук:

10.02.01. – М.: РГБ, 2005; Попова Е.А. Политический дискурс как предмет культурно-лингвистического изучения // Языковая личность: проблемы значения и смысла: Сб. науч. тр. – Волгоград: Перемена, 1994;

Русакова О.Ф. Дискурс, политический дискурс, политическая дискурсология // Многообразие политического дискурса. – Екатеринбург: УрО РАН, 2004; Соловьев А.И. Политическая коммуникация: к проблеме теоретической идентификации. // Полис, 3 июля, 2002; Степанов Ю.С. Альтернативный мир, дискурс, факт и принцип причинности // Язык и наука конца 20 в. – М.,1995; Ухванова-Шмыгова И.Ф. Методология исследований политического дискурса: Актуальные проблемы содержательного анализа общественнополитических текстов. – Вып.1 – Минск, 1998; Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса: автореф. … дра филолог. наук. – Волгоград, 2000; Bayley P. Live oratory in the television age: The language of formal speeches // место занимают исследования Арутюновой Н.Д., Степанова Ю.С., Дейка Ван Т., Фуко М., Барски Р.Ф., Фиске Дж., Холла С. в области лингво-семантических основ политической коммуникации2.

Особую значимость для целей диссертационного исследования имели концепции медиатекста и массовой информации, характеризуя их универсальные, коммуникативно-функциональные и лингво-семантические составляющие, и раскрывающие собственно политические и медийные особенности массовой коммуникации. Проблемами функционирования языка в сфере массовой коммуникации занимались такие ученые, как Добросклонская Т.Г., Засурский И.И., Майданова Л.М., МакКормак Дж., Почепцов Г.Г., Рогозина И.В., Сметанина С.И., Херманн М.К., Шиллер Г., Бэлл А., Корнер Дж., Фиске Дж., Холл С., Люггер Х.-Х., МакЛюэн М., Смит Мартин А., Тоффлер Ал. и др.G. Ragazzini, D.R.B.P. Miller eds. Campaign language: Language, image, myth in the U.S. presidential elections 1984.

– Bologna: Cooperativa Libraria Universitaria Editrice Bologna, 1985; Bell V. Negotiation in the workplace: The view from a political linguist // A. Firth ed. The discourse of negotiation: Studies of language in the workplace. – Oxford etc.:

Pergamon, 1995; Brown G. Yule.G Discourse analysis. Cambridge university press.1983; Chilton, P. and C. Schaffner.

Discourse and Politics. In T. A. van Dijk (ed.), Discourse Studies. A Multidisciplinary Introduction. vol. 2: Discourse as Social Interaction. London, 1997; Duez D. Silent and non-silent pauses in three speech styles // Language and Society, 1982, vol. 25, № 1; Fairclough N. Language and power. – London.: Longman. 1989; Politically speaking: a worldwide examination of language used in the public sphere / Еd. by O.Feldman. New York, 1998; Gamson, W. A. Talking Politics. Cambridge, Cambridge University Press. 1992; Stubbs M. Discourse analysis: the sociolinguistic analysis of language. Cambridge University Press.1983; Torfing J. Discourse Theory: Achievements, Arguments, and Challenges.

– Howard D., Torfing J. (eds.) Discourse theory in European Politics: identity, policy and governance. N.Y.;

Widdowson H.G. Explorations in applied linguistics. Oxford university press.1979.

Арутюнова Н.Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры: Сборник / Общ. Ред. Н.Д.Арутюновой и М.А.Журинской. – М.: Прогресс, 1990; Степанов Ю.С. Альтернативный мир, дискурс, факт и принципы причинности // Язык и наука конца ХХ века. – М., 1995; Дейк Ван Т.Язык. Познание. Коммуникация. М., 1989;

Фуко М. Археология знания: Пер. с. Фр./ Общ. Ред. Бр.Левченко. – Киев.: Ника-Центр, 1996; Barsky, R.F.

Discourse analysis. 1997; Fiske, J. Television Culture. London: Routledge 1987; Hall, S. Encoding, decoding in the television discourse. In Hall, S., Hobson, D. & Lowe, P. (eds). Culture, Media, Language. London: Hutchinson, 1980.

Pages:     || 2 | 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»