WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |

На правах рукописи

ХАККАРАЙНЕН МАРИНА ВАЛЕНТИНОВНА Локальные представления о болезнях и лечении (поселок Марково, Чукотка) Специальность: 07.00.07 – этнография, этнология, антропология

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Санкт-Петербург 2005 1

Работа выполнена на факультете этнологии Европейского университета в СанктПетербурге

Научный консультант: доктор исторических наук А К. Байбурин

Официальные оппоненты: доктор исторических наук А. Б. Островский;

кандидат исторических наук Н. Е. Мазалова.

Ведущая организация: Институт этнологии и антропологии РАН им.

Н. Н. Миклухо-Маклая

Защита состоится 14 февраля 2006 г. в 14. 00 час. на заседании диссер-тационного совета Д 002.123.01 по защитам диссертаций на соискание ученой степени доктора исторических наук в Музее антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН по адресу: Санкт-Петербург, Университетская наб. 3.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке МАЭ РАН Автореферат разослан 2006 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Д 002.123.01 Кандидат исторических наук А. И. Терюков 2

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования Предлагаемое диссертационное исследование представляет собой опыт описания и анализа традиционных представлений о болезни, лечении и лекарях в отдельно взятой локальной общности – у жителей поселка Марково Чукотского автономного округа, которых в этнографической литературе принято называть марковцами или в старых источниках – анадырцами. Поселок Марково возник в первой половине XIX века в результате предшествующего двухсотлетнего процесса колонизации Российским государством северо-восточных территорий Азии, а его местные жители составили локальную общность, соединившую в себе культурные особенности поселившихся на Чукотке русских и живших в этом регионе коренных народов – коряков, чуванцев, чукчей и эвенов. Поэтому представления о болезни и лечении в данной общности несут в себе черты русской народной медицины и специфические местные воззрения, соединившиеся в единую локальную культурную систему народного медицинского знания. В настоящее время традиционные представления о болезнях и лечении, а также о лекарях существуют в контексте современного образа жизни, в котором они выполняют определенные функции специфической социокультурной системы. Таким образом, объект исследования данной работы – небольшое сообщество местных жителей поселка Марково на Чукотке.

Предметом исследования являются представления о болезни и лечении: настоящая работа посвящена анализу медицинских представлений, являющимся важной составляющей изучения различных сообществ. Еще в 1924 году британским исследователем В. Риверсом была поставлена перед антропологами задача показать функциональную интегрированность медицинских институтов общества в его культурную матрицу, социальную организацию и политическую систему1. В 1980 году по сути дела та же идея была высказана А. Клейнманом: «В том же смысле, в котором мы говорим о религии или о языке, или о родстве как о культурных системах, мы должны рассматривать медицину как культурную систему, систему символических значений, закрепленную в определенных устройствах социальных институций и моделях межперсонального взаимодействия. В каждой культуре болезнь, реакция на нее, индивиды, болеющие ею и лечащие ее, а также социальные институции, имеющие отношение к ней, все системно взаимосвязаны. Совокупность этих отношений и есть здравоохранительная система. В Rubel A., M. Hass. Ethnomedicine // Medical Anthropology: Contemporary Theory and Method / ed. Th. Johnson and C. Sargent. New York, 1990: 115-131, 116.

свою очередь, здравоохранительная система, как и другие культурные системы, интегрирует связанные со здоровьем компоненты, касающиеся общества. Они включают в себя убеждения, связанные с причинами болезни; нормы, управляющие выбором и оценкой лечения; социально подтверждаемые статусы, роли, властные отношения, регулирование взаимодействия и институции»2.

Исследование медицинских представлений позволяет проследить многие важные моменты в жизни людей, подчас напрямую не связанные с собственно здравоохранительными институтами, а именно: значимые отношения в сообществе а также социальные статусы и роли; представления о нормативном поведении; кроме того, дает возможность посмотреть, как моделируется картина сообщества и выявить механизмы контроля за поведением разных половозрастных групп; посмотреть, каким образом в сообществе возникает неформальное лидерство; а также проследить структуру индивидуальной и групповой идентичности членов этноконфессиональной группы и способы ее построения.

Возможности изучения сообществ сквозь призму представлений о болезнях, лечении и лекарях не исчерпываются выше перечисленными пунктами. Поскольку эти представления затрагивают практически все стороны человеческой жизнедеятельности, их анализ позволяет прояснить многие аспекты жизни изучаемого сообщества, а также выявить ценности, на которые оно ориентировано. Изучение медицинских представлений также позволяет прояснить некоторые вопросы, которые в случае анализа других сторон жизни сообщества не выявляются, в частности правила повседневного поведения, регулируемые моральными установками.

Исследование в этом направлении позволяет приблизиться также к пониманию некоторых вопросов, связанных с собственно здравоохранением. Основными из них являются следующие:

- какие сферы здравоохранения остаются за рамками официальных институций и какие инстанции (кроме официальных) берут на себя функции по поддержанию здоровья членов сообщества;

- каким образом происходит усвоение медицинского повседневного и специального знания вне официальных институций;

Kleinman, A. Patients and Healers in the Context of Culture: An Exploration of the Borderland between Anthropology, Medicine, and Psychiatry. Berkeley, Los Angeles, London, 1980: 24.

- каковы способы поддержания и восстановления здоровья, которые практикуются вне сферы влияния официального здравоохранения;

- как могут быть взаимосвязаны социальные структуры и здоровье индивида.

Проделанная работа позволяет с уверенностью говорить о том, что изучение представлений о болезнях, лечении и лекарях чрезвычайно актуально как для антропологических исследований, так и для социальных исследований вообще.

Кроме вышеупомянутых вопросов общего характера, возникающих в связи с изучением медицинских представлений любого сообщества, анализ медицинских представлений именно марковской общности людей представляет собой существенный научный интерес. Дело в том, что представления марковцев являются материалом для анализа межкультурного взаимодействия между группами с разными социальными статусами. И поскольку медицинские представления марковцев документировались очевидцами уже со второй половины XIX века, в данной работе стало возможным проследить динамику развития как самих представлений, так и через них отношения между коренными и новоприбывшими жителями региона.

Степень изученности темы Настоящая работа продолжает традицию этнографического изучения медицинских представлений и основывается на отечественных и зарубежных исследованиях, которые можно подразделить на три группы:

1. К первой группе относятся исследования русской народной медицины, которые были предприняты во второй половине XIX-начале ХХ веков. Именно тогда интерес к народной медицине был чрезвычайно высоким: к середине XIX века среди образованной публики сформировалось отношение к представлениям о болезнях и способам врачевания «простого народа» как к отдельной области знания – «народной медицине», заслуживающей отдельного изучения. Исследователи особо обращали внимание на названия болезней, диагностику, профилактику, способы лечения, на представления о происхождении болезней, на приметы и запреты, связанные с болезнью и пр. В это время происходит накопление этнографических данных из разных уголков России. К концу XIX столетия назревает необходимость в обобщении многочисленных сведений. В начале ХХ века выходят работы «Русская народно-бытовая медицина» врача Г. И. Попова и «Очерки нашей народной медицины» Н. Ф. Высоцкого, суммировавшие сведения по народной медицине3.

Попов Г. Русская народно-бытовая медицина. По материалам этнографического бюро Изучение медицины «простого народа» этого времени продвигалось в двух основных направлениях – «практическо-медицинском» и «фольклорно-этнографическом».

В рамках первого, «практическо-медицинского», направления исследователи описывали способы врачевания и собирали рецепты. В рамках второго, «фольклорноэтнографического», подхода – пытались осмыслить народные представления о болезнях в ритуально-мифологическом контексте. В духе господствовавшего в то время в науке эволюционного направления существование народных представлений о болезнях и их лечении, связанных с религиозными воззрениями, объяснялось пережитками, а сами они считались обломками древних мифов.

В первой половине ХХ века этнографические исследования народной медицины постепенно сходят на нет, а интерес к этой проблематике, по-видимому, официально не поддерживается. К концу ХХ века интерес к народной медицине возрождается, но фокус исследовательского интереса смещается в сторону изучения когнитивных аспектов народного медицинского знания – семантики номинаций болезни, культурных моделей болезни и лечения безотносительно к научной медицине4. Несмотря на то, что характер ранних и поздних исследований различается – первые носят в основном описательный характер, а вторые анализируют отдельные компоненты комплекса медицинских представлений, – практически все они берут эти представления как замкнутый корпус знания, вне связи с социальными структурами и ценностными установками.

2. Параллельно с изучением русской народной медицины в российской этнографии развиваются исследования коренного сибирского населения. Представления о болезнях, а также способы их лечения у народов Сибири, как правило, рассматривались этнографами главным образом в рамках изучения шаманства (шаманизма). Шаманские лечебные практики изучались как система религиозно-магических представлений, встроенная в социальную организацию и в культурный контекст. Со второй трети XIX века и на протяжении всего советского периода ведущим теоретическим подходом к изучению шаманства российской этнографии был эволюционизм. Исследователи шаманизма последовательно включали шаманские лекарские практики в круг рассматриваемых в князя В.Н. Тенишева. СПб., 1903; Высоцкий Н. Ф. Очерки нашей народной медицины // Записки Московского археологического института. 1911. Т. 11.

Например, Свешникова Т. Н. Формулы отсылки болезней в восточнороманских заговорных текстах // Славянское и балканское языкознание. Структура малых фольклорных текстов. М., 1993; Мазалова Н. Е. Народная медицина локальных групп Севера // Русский Север: к проблеме локальных групп. Л., 1995; Усачева В. В. Ритуальный обман в народной медицине // Живая старина, 1996. №1.

своих работах этнографических фактов, но исследовательский интерес на них не сосредоточивался. Ученых-эволюционистов интересовали общие проблемы: сущностные черты шаманизма, его ареальное распространение и стадиальное развитие и пр.; на более общем уровне – происхождение религии, этапы и закономерности развития религиозного сознания, место шаманства в развития общества и т. д.

Работы по русской народной медицине и по шаманизму народов Сибири ввели в научный оборот огромное количество этнографического материала. Однако в силу давности написания (в дореволюционное время) или ограничений, связанных с идеологическими требованиями советского периода, теоретическое осмысление материала в большинстве работ не выходило за рамки эволюционизма (за исключением работ последних лет), который не может удовлетворительно объяснить распространенность и устойчивость альтернативных «рациональным» медицинских систем в современном обществе.

3. К третьей группе исследований можно отнести работы зарубежных ученых, которые разрабатывают этномедицинскую проблематику на материале, далеком от народов России. Для данной работы важными оказываются два направления: изучение представлений о болезнях в их связи с социальными отношениями и исследование системных связей внутри комплексов представлений. Достижением исследователей первого направления было то, что они выявили регулярную связь между распространенными почти повсеместно представлениями о “сверхъестественных” силах, насылающих болезни (в результате нарушений запретов, колдовства, сглаза и болезнетворных духов), и социальными нормами. Важным этапом в разработке второго направления стала «этнонаука» или «этносемантика» (получила развитие с 1960-х годов).

Критика этого подхода послужила опорой для развития дальнейших исследований традиционных медицинских представлений и практик в рамках когнитивистики.

Происходит сдвиг от изучения концептов болезни как лексических категорий к такому взгляду на болезни, согласно которому они встроены в «сложные образования символов»5, а также в социальный контекст. Главными методологическими предпосылками для анализа категорий болезни становятся исследования социального конструирования реальности болезни.

White G. M., A. J. Marsella. Introduction: Cultural conceptions in Mental Health Research and Practice // Cultural Conceptions of Mental Health and Therapy / A. J. Marsella and G. M. White (eds.) Dordrecht, Boston, Lancaster, 1989: 3-38, 12.

Идея социального контроля над индивидом и его телом, нашла свое продолжение в «теории телесного воплощения» и телесных репрезентаций социальных отношений и культурных ценностей, которая определила общий подход к проблематике болезни и лечения в данной работе. Тезис о «социально информированном теле»6 в первоначальном виде был сформулирован М. Моссом7. Наиболее заметный вклад в общую теорию изучения телесности в контексте общественных отношений внесли М. Фуко и П. Бурдье8.

М. Фуко исследует отношения общества и индивида с точки зрения дискурсивной власти над телом и приходит к выводу об исторической обусловленности восприятия тела. П.

Pages:     || 2 | 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»