WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

Заключительный параграф главы посвящен социальным идеям бургундских историков. Материалы хроник дают основание рассматривать их в антитезе рыцарь-буржуа, что связано, в первую очередь, со спецификой принципата: с одной стороны, наличием в нем регионов с высоким уровнем урбанизации, где города играли ведущую роль, а с другой стороны, поддержкой герцогами именно дворянского сословия, составлявшего социальную базу их власти (показателен в этом смысле орден Золотого руна, призванный как раз обеспечить связь герцогов с представителями крупных аристократических родов тех регионов, которые входили в состав принципата). Последнее побуждало хронистов превозносить представителей дворянского сословия, считать его основной военной силой, противопоставлять доблесть и благородство рыцарей порочности и праздности горожан. Более того, рассматриваемые нами авторы принадлежали ко второму сословию, что в свою очередь могло определять их позицию. Ситуация, однако, не выглядит однозначной. Негативное зачастую отношение к представителям городов обуславливается многими факторами.

Одним из главных, на наш взгляд, был личный опыт каждого автора. Шатлен с его собственным стремлением дистанцироваться от городского сословия, из которого он происходил (несмотря на его заявления об обратном), с особым рвением указывал на недостатки выходцев из третьего сословия. Де Ла Марш, лично участвовавший в войнах с Гентом и Льежем, не мог дать положительный отзыв о представителях этих мятежных городов. Впрочем, панегирики рыцарству не закрывают глаза авторам на недостатки представителей этой социальной группы, поведение которой часто уже не отвечает потребностям времени. Кодекс чести, стремление добиться личной славы не может служить оправданием безрассудству рыцарей в сражениях, от исхода которых зависит судьба государства. Предательства многих знатных сеньоров уже на другой день после гибели герцога а, с другой стороны, примеры стойкого сопротивления французской агрессии некоторых городов, заставляют хронистов иначе взглянуть на представителей двух сословий: отношение к дворянству становится еще более критичным, а в горожанах они теперь видят не только праздных и мятежных подданных герцога, но и тех, кто способен в трудную минуту оказать помощь государю.

В Заключении подводятся основные итоги исследования.

Анализ поставленных в работе задач был реализован в контексте актуального в современном историческом знании направления исторической антропологии, учитывая наиболее существенные его черты: внимание к человеку, его сознанию, а также изучение проблем сознания и духовной жизни в сопряжении с социальной действительностью.

Исследование исторической мысли бургундских хронистов XV в. в сопоставлении с более ранним этапом в развитии исторического знания (хронистика XI-XIII вв.) способствовало выявлению особенностей, присущих этому периоду, когда история становится самостоятельной дисциплиной в системе гуманитарного знания. Отражая общий процесс развития культуры и духовной жизни, заключавшийся в постепенной секуляризации сознания, история обращается не столько к откровению и воле Бога, сколько сосредотачивает свое внимание на светской жизни. Изменяется исследовательская методика: автор пытается анализировать источники, выделяя из них заслуживающие большего доверия, или, сталкивая многочисленные свидетельства, реконструирует действительное развитие событий, стремится объяснять происходящее законами земного мира, отодвигая на второй план сверхъестественные силы. Главным становится принцип рационального объяснения происходящего, основанный на апелляции к разуму, личному опыту. Все это стимулировало историка к более активному выражению своих мыслей: теперь он не прячется за перечислением фактов, но оценивает их и заявляет о своей собственной позиции. Данная субъективизация историописания весьма ярко проявилась в бургундской историографии, что мы наблюдали на материалах хроник Шатлена и Молине, а также зарождающихся мемуаров.

Другой характерной чертой является изменение представления о назначении истории. Хотя хронисты продолжали рассматривать историю как наставницу, тем не менее, меняется содержание этого понятия, в котором просматривается мысль об ее общественном предназначении. Это не только наставление в добродетели. История учит политической мудрости, прагматизму, т. е. поведению, зачастую выходящему за рамки традиционной морали, а также способствует более глубокому постижению действительности. В частности, несмотря на то, что героями исторических сочинений продолжают оставаться государи и представители политической элиты, в орбиту внимания хронистов попадают и другие действующие лица, в первую очередь, горожане, которые не только выступают в качестве мятежных подданных, но и как социальная опора власти государя, когда дворянство не в состоянии выполнять свои непосредственные функции.

В бургундской историографии был поставлен вопрос и о месте историка в обществе. Шатлен представляет его равным дворянину, ибо одной из его обязанностей становится защита государя и его подданных.

Сравнительно многочисленная группа выбранных нами авторов позволила говорить о существовании интеллектуального сообщества (так называемой «бургундской школы»), члены которого, зачастую расходясь в политических пристрастиях, творили в одном культурном пространстве, поддерживая тесные контакты друг с другом. Наставником и лидером этого сообщества был Шатлен.

А связывал их не только фактор принадлежности к Бургундскому принципату, но, как показала наша работа, и следование единым канонам историописания.

Отмеченные в диссертации особенности исторического и политического сознания побудили нас поставить вопрос о зарождении раннего гуманизма в Бургундии. Принимая во внимание постепенность и неоднозначность этого процесса, мы не можем не отметить, что в рассматриваемый период сложились необходимые для появления нового типа культуры предпосылки, связанные с секуляризацией сознания, развитием рационализма, выраженной личной позиции и ее индивидуализацией. Эта проблема выходит за рамки изучения только сознания и требует внимания к конкретно-исторической ситуации (особенностям политического и социально-экономического развития общества).

Впрочем, в настоящей работе она только сформулирована и нуждается в дальнейшей разработке с привлечением дополнительных материалов.

Исследование политического сознания бургундских авторов отразило слабые стороны принципата: политическую раздробленность, узкую социальную базу власти (дворянство), патримониальную природу власти и государственных институтов. Именно эти факторы (а не отличие поколения Филиппа Доброго и Шатлена, сознававших себя и принципат частью Франции, от поколения Карла Смелого и де Ла Марша, обосновывавших автономию Бургундии, как это иногда представляется в историографии) обусловили и недостаточную артикулированность позиции хронистов, и непоследовательность самих герцогов, которые, с одной стороны, стремятся к обеспечению независимости своих владений, а с другой, не могут отказаться от преимуществ, которые давало происхождение из французского королевского дома. Следствием этого явилось отсутствие в течение долгого времени четко выраженной официальной идеологии, а значит, и сознательной политики в области государственного строительства и в отношениях с Францией.

Таким образом, сделанные выводы позволяют говорить о более сложной, изобилующей нюансами, картине общественно-политической мысли в Бургундии, чем это подразумевает традиционное однозначное суждение о ней.

Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях:

1. Асейнов Р. М. Политическая мифология и проблема самоопределения Бургундии в XV веке // Средние века. 2007. Вып. 68 (3). С. 80-101.

2. Асейнов Р. М. Восстание в Генте 1452-1453 гг. в бургундской историографии XV в. // Вестник Московского университета. Сер. 8. История.

2008. № 2. С. 105-122.

3. Асейнов Р. М. Образ государя в «Наставлении герцогу Карлу» Ж.

Шатлена // Власть, общество и человек в Средние века / Отв. ред. Н. А.

Хачатурян (в печати).

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»