WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Теоретическая значимость работы заключается: в обосновании вещноправового режима денежных средств на банковском счте с использованием категории юридической фикции; в выявлении необходимости научного исследования категории дискретности, призванной прийти на смену телесности в качестве критерия разделения объектов гражданских прав на вещи и иные блага; в подтверждении необходимости применения залога как способа обеспечения обязательств, в наибольшей степени подходящего для использования обеспечительных свойств денежных средств на счте.

Практическая значимость исследования заключается в том, что содержащиеся в нем положения могут быть в настоящее время использованы при подготовке законопроекта о залоге денежных средств на банковском счте и изменении иных связанных с этим положений законодательства.

Апробация результатов исследования была проведена в научных работах, опубликованных в периодических изданиях, а также в докладах на кафедре международного частного права ГУ-ВШЭ и на научных конференциях.

Структура работы определяется ее предметом, целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трх глав, содержащих шесть параграфов, заключения и библиографии.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы исследования, указана степень разработанности темы, определены цели, задачи, предмет, объект, методология исследования и его теоретическая основа, раскрыта научная новизна исследования и сформулированы положения, выносимые на защиту, показаны теоретическая и практическая значимость результатов исследования.

Глава 1 «Гражданско-правовая природа денежных средств на банковском счте» посвящена анализу такого блага, как денежные средства на банковском счте, и обоснованию выводов автора о правовой природе указанного блага.

В § 1 «Квалификация объектов гражданских прав в контексте гражданско-правовой природы денежных средств на банковском счте» уделено внимание проблемам выявления сущности благ, которые трудно однозначно отнести к тем либо иным видам объектов гражданских прав.

Делается вывод о том, что благо относится к определнному объекту гражданских прав исходя из применимости к благу соответствующих правил участия в гражданском обороте (правового режима). Вещный правовой режим должен объединять все объекты, участвующие в обороте по правилам вещей. Средства на счте, не являясь телесным объектом, тем не менее, не могут рассматриваться и в качестве идеальной конструкции, существующей только в сознании людей, так как электромагнитное поле банковских компьютерных систем ведения счетов и расчтов материально. Безналичные денежные средства возникают и обращаются по правилам вещей в рамках замкнутой материальной системы компьютерных банковских расчтов.

Автор полагает, что в настоящее время для определения вещной природы блага имеет значение не телесность, а дискретность объекта, то есть его физическая и/или учетная определенность и обособленность от всех других объектов. Банковский счт является специальным способом установления дискретности в отношении денежных средств. До установления в доктрине общепризнанной позиции в отношении критерия вещной природы, который придт на смену критерию телесности, автор полагает возможным использовать юридическую фикцию телесности для обоснования применимости к денежным средствам на счте вещно-правового режима.

Использование юридической фикции по отношению к денежным средствам на счте предполагает признание их вещами при сознательном допущении отсутствия такого признака, как телесность, то есть в данном случае имеет место юридическая фикция телесности. Фикция телесности означает, что денежным средствам на счте придаются объективно не присущие им телесные качества, учитывая то обстоятельство, что они обладают теми же гражданско-правовыми свойствами, что и телесные объекты.

Автоматическим следствием этого выступает признание средств на счте вещами.

Денежные средства на счте как фикция вещи являются однородной конструкцией - объектом вещного права клиента, отношения же банка и клиента по поводу денежных средств на счте представляют собой обязательственную связь. Денежные средства на счте не могут рассматриваться в качестве обязательственных прав, наделнных свойствами вещи. Дуализм гражданского права как последовательное выделение в нм подотраслей вещного и обязательственного права не допускает смешения в обороте вещного и обязательственного правовых режимов. Автор подробно исследует обязательственно-правовую и вещно-правовую концепции природы денежных средств на банковском счте в российском праве, а также иные позиции российских учных по данной проблеме. Кроме того, проводится анализ подходов иностранной доктрины к природе безналичных денежных средств. Делается вывод о том, что в зарубежной цивилистике проблеме правовой природы безналичных расчтов с использованием банковских компьютерных технологий уделено недостаточное внимание. В российской и зарубежной доктрине зачастую имеет место прямая экстраполяция концепций природы кредитового перевода, разработанных в XIX – начале XX в., на правовую природу перевода, осуществляемого в наши дни. Нередко анализируются связанные с кредитовым переводом судебные прецеденты «докомпьютерной» эпохи. Автор считает подобный подход не вполне соответствующим текущим условиям. Несмотря на безусловную необходимость учта доктринальных воззрений и судебной практики XIX – начала XX в.в., следует исходить из того, что в прошлом отношения по осуществлению кредитового перевода носили иной гражданско-правовой характер, чем современные отношения по перечислению безналичных денежных средств.

В § 2 «Вещно-правовой режим денежных средств на банковском счте: теория и практика применения» автор приводит подробное обоснование необходимости рассмотрения денежных средств на счте в качестве юридической фикции вещи. Исследуется российская судебная практика, связанная с безналичными расчтами, и формулируется теоретическая позиция в отношении различных проблем, возникающих в процессе безналичных расчтов. Факт исполнения денежного обязательства между плательщиком и получателем платежа при проведении безналичных расчтов является необходимым условием подтверждения вещно-правовой природы денежных средств на счте. Автор делает вывод о том, что при проведении безналичных расчтов указанное денежное обязательство следует считать исполненным.

Анализируя последствия неосновательного (ошибочного) списания денежных средств со счта клиента и зачисления на счт другого лица, автор полагает, что с точки зрения обязательственно-правовой концепции природы средств на счте никакое право требования к банку получателя в сумме полученных денежных средств не может возникнуть у получателя необоснованного платежа. Такое положение, имей оно место на практике, приводило бы к необоснованному удвоению безналичных денежных средств в гражданском обороте на сумму произведнного платежа при каждом неосновательном платеже. С другой стороны, нельзя в данной ситуации принять и слишком упрощнное использование вещно-правовой концепции, приводящее в итоге к неверным выводам, в частности, о возможности применения виндикации к неосновательно перечисленным средствам.

Владение денежными средствами на счте имеет место, однако оно всегда неразрывно связано с обладанием правом на данные средства. Учитывая, что получатель необоснованного платежа является собственником средств, образовавшихся на счте после зачисления перевода, отношения плательщика и получателя будут регулироваться нормами о кондикции, а не нормами о виндикации, отношения же плательщика и его банка – нормами о договорной ответственности за причинение убытков.

Делается вывод, что в процессе безналичного перевода имеет место несколько последовательных операций, которые представляют собой юридическую фикцию смешения и выделения родовых вещей. В результате на счте получателя образуется индивидуализированная, дискретная вещь в виде остатка денежных средств в соответствующей сумме. Специфика родовых вещей, индивидуализируемых путем смешения с другими вещами того же рода либо путем выделения их из других вещей того же рода, заключается в том, что собственником таких индивидуализированных (созданных) вещей является лицо, ими владеющее. Адекватным образом квалифицировать отношение банка к средствам клиента можно через категорию держания (для другого, в интересах другого, с его согласия), а отношение клиента к тем же средствам – через конструкцию владения (для себя, исключительно в свом интересе), создающего для клиента право собственности на индивидуализированные на его счте средства.

Автор делает вывод, что обязательственно-правовая концепция не позволяет обосновать невозможность погашения гражданско-правовых обязательств путем проведения внутрибанковских расчтов в неплатжеспособном банке, клиентами которого одновременно являются должник и кредитор. Противоправность проведения таких операций внутри неплатжеспособного банка очевидна, если рассуждать о нулевом остатке на корреспондентском счте банка как о свидетельстве, во-первых, утраты банком находившихся в его пользовании вещей клиента - денежных средств на счте, и, во-вторых, прекращения права собственности клиентов на утраченные средства. Безналичные денежные средства могут выступать в качестве вещей как объекта гражданских прав только в случае их оборотоспособности. Записи на счетах клиентов неплатжеспособного банка оборотоспособностью не обладают, так как не могут реально удовлетворять интересы плательщиков и получателей по исполнению денежных обязательств. Следовательно, записи на счетах клиентов в неплатежеспособном банке не являются денежными средствами. У клиента остатся только право требования к банку о возмещении убытков, причиненных нарушением договора банковского счта. Сумму такого требования, а не сумму денежных средств, выражает запись на счте клиента неплатжеспособного банка. Автор предлагает вариант законодательного механизма, исключающего проведение расчтов внутри банка с использованием указанных записей.

В качестве итога рассмотрения правовой природы безналичных денежных средств предлагаются формулировки правовых норм ГК РФ, призванные закрепить вещно-правовой режим денежных средств на банковском счте. Автор полагает необходимым прямое указание на вещную природу денежных средств на счте в норме ст. 128 ГК РФ.

Глава 2 «Обеспечительная функция денежных средств на банковском счте в российском и международном обороте» призвана обосновать необходимость использования обеспечительных свойств денежных средств на счте через применение вещно-правовой конструкции залога, то есть залога средств на счте в качестве фикции вещи.

В § 1 «Предпосылки использования залога денежных средств на банковском счте в российском гражданском праве» исследуются способы обеспечения исполнения обязательств, предусмотренные ГК РФ:

неустойка, залог, поручительство, банковская гарантия, задаток и удержание.

Делается вывод о том, что применимыми к денежным средствам на счте являются способы обеспечения исполнения обязательств, предметом которых выступают индивидуализированные либо индивидуальноопределнные вещи, то есть вещи, на которые устанавливается субъективное вещное право. Таковыми способами являются только залог и удержание.

Предметом неустойки, поручительства, банковской гарантии и задатка являются не вещи, а действия должника либо третьих лиц по уплате определнной денежной суммы, следовательно, данные способы не могут быть применимы к средствам на счте.

Анализируя возможную конструкцию удержания денежных средств должника на номинальном счте, открываемом на имя кредитора, автор делает вывод о том, что для жизнеспособности указанной конструкции необходимо будет нормативно закрепить некоторые положения, не присущие в настоящее время удержанию. Подобный вид удержания будет представлять собой институт, сочетающий в себе элементы классических удержания и залога. При этом кредитор – клиент по договору номинального счта - является держателем (детентором) средств на счте, а не их владельцем, и, следовательно, не является их собственником, так как в данном случае отсутствует субъективный признак отношения к вещам как к своим собственным. Автор далее анализирует иные предусмотренные законодательством и выработанные практикой конструкции, в той или иной степени призванные обеспечить интересы кредитора за счт средств на банковском счте, в частности, гарантийный депозит, аккредитив, расходный лимит по банковской карте. Указанные конструкции не создают для обеспеченного кредитора права удовлетворить свои требования за счт средств, находящихся на счте, преимущественно перед другими кредиторами собственника средств, что является отличительным признаком залога.

Исследуется история развития института залога в России и судебная практика 90-х годов прошлого века, связанная с первыми попытками передачи в залог денежных средств на банковском счте. Отражнная в данной практике позиция Высшего Арбитражного Суда РФ о том, что возможность реализации предмета залога является существенным признаком договора залога, долгое время сдерживала разработку законопроекта о залоге средств на счте. Принцип обязательности реализации заложенного имущества фактически исключн из российского права в связи с недавней реформой законодательства о залоге. Это стало первым шагом на пути введения в оборот залога средств на счте. Автор делает вывод о том, что теперь существенным признаком договора о залоге является удовлетворение требований залогодержателя из стоимости заложенного имущества в том порядке, который не нарушает права и законные интересы залогодателя и залогодержателя. Передача безналичных денежных средств залогодержателю в порядке обращения взыскания на заложенное имущество в сумме, равной сумме требований залогодержателя, полностью соответствует указанному признаку.

Предметом залога в законопроекте, разработанном при участии ФСФР, выступают права требования по договору банковского счта (вклада). На основе анализа данного законопроекта проводится сравнительное исследование конструкций залога денежных средств на счте в качестве фикции вещи и залога прав требования по договору банковского счта.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»