WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Что касается итальянской художественной школы, то она была представлена театральными живописцами и таким универсальным и ярким мастером, как С. Торелли. В области царского парадного портрета интересы Рослина и Торелли могли бы совпасть, если бы не разные обстоятельства их пребывания при русском дворе. В творчестве этих двух живописцев имеют место унаследованные черты барокко.

Автор диссертации обращается к французским представителям россики, которые пользовались в России наибольшей популярностью и к которым с определенными оговорками может быть причислен и Рослин. Фигура Л. Токке, побывавшего в России в 1756-1758 годах, привлекла внимание диссертанта, поскольку Рослин во многом оказался «наследником» этого французского портретиста. Обстоятельства их приезда в Россию были сходными, отразив новую тенденцию в отечественной культуре – желание видеть у себя лучших мастеров, уже имеющих общеевропейскую известность.

Среди французских живописцев, совпавших по времени с деятельностью Рослина в России, диссертант называет в первую очередь Ж.-Л. Вуаля, поскольку в обоих портретистах видели представителей той артистической, просвещенной и интеллигентной, среды, которой славился Париж. Автор диссертации рассматривает общие и различные особенности творчества художников. Среди черт сходства отмечена некоторая «домашность», в рослиновском варианте принявшая оттенок «бюргерства», а у Вуаля превратившаяся в «буржуазность». Оба мастера старались найти свой подход к русской модели и согласовать особенности собственной манеры с требованиями новых заказчиков и спецификой отечественной школы. Это проявляется в отказе от жанровости и группового портрета, в большей статичности постановки фигур, в повышенно серьезном отношении к модели.

Что касается социального положения мастеров, то оно было несколько различным. Оба тяготели к Малому двору, однако амбиции Рослина как придворного портретиста носили более ярко выраженный характер.

Сравнение Рослина с П.-Э. Фальконе, еще молодым тогда сыном знаменитого скульптора, интересно, поскольку, принадлежа разным поколениям, оба являются мигрирующими мастерами. Было немного сказано и о Н.-Б. Делапьере как примере иностранного мастера, приехавшего на долгий срок и работавшего на одно знатное семейство – Шереметевых. Обратили на себя внимание еще три художника, оказавшихся в России через 20-25 лет после Рослина: И.-Б. Лампи-старший, М.-Л.-Э. Виже-Лебрен и Ж.-Л. Монье.

Сравнение с ними оказалось очень важным для понимания роли Рослина в развитии отечественного портретного искусства.

Произведенный анализ помогает лучше осознать место Рослина между французской и северной школами живописи, поставить его довольно далеко от английской и итальянской, несмотря на пять лет, проведенные в стране Возрождения. В контексте россики второй половины XVIII столетия Рослин занимает положение художника-гостя, приехавшего на два года, человека достаточно независимого и самостоятельного, не стремящегося получить призвание в Академии художеств и сделать в России карьеру, но при этом пользующегося неординарной популярностью. Стало понятно, какую «нишу» ему удалось занять и почему, оказавшись в нашем Отечестве, Рослин получил прекрасную возможность проявить свои таланты и способности.

В данной главе уделено внимание и другим проблемам. Из переписки художника с князем А.Б. Куракиным и записок французского посланника при русском дворе шевалье де Корберона, стали известны многие обстоятельства жизни портретиста в Петербурге, его рабочий график, круг общения, характер взаимоотношений с заказчиками, коллегами и просто знакомыми, стоимость работ. Удалось хотя бы частично выяснить, с кем из своих коллег различных национальностей он поддерживал отношения.

Специального внимания заслуживает вопрос о резонансе творчества Рослина в отечественной художественной среде. В диссертации перечислены все известные диссертанту авторские повторения полотен, по возможности восстановлены обстоятельства их создания. Речь идет и о копиистах Рослина, которых он взял к себе с самого начала пребывания в Петербурге, таких как П.М. Дальман, и которые работали самостоятельно после его отъезда, например Д.Г. Левицкий и И.-Б. Лампи-старший. Отмечается, что бльшая часть выполненных в России портретов были гравированы парижанином А.-Ф.

Радигом, но что известны и иные мастера, создававшие гравюры по полотнам Рослина, такие как Ф. Бартолоцци, П. Карони и Г. Скородумов.

Далее в диссертации описано и продолжение живого общения Рослина с отечественными мастерами. После путешествия художника в Россию в 1782– 1786 годах в Париже его консультациями пользовался С.С. Щукин.

В конце главы делается вывод, что взаимодействие Рослина с представителями русской художественной среды оказалось долгим и многоаспектным. Между ними обнаружились обширные зоны соприкосновения, что привело к плодотворному взаимодействию и весьма удачным результатам.

Глава 4 – Путешествие по европейским дворам в 1774–1778 годах – чрезвычайно важна для понимания интернационального характера Рослина.

Целью отправления из Парижа было в первую очередь посещение родной Швеции, где мастер желал воскресить воспоминания юности, увидеться с родственниками и давними друзьями, а также получить из рук Густава III орден Ваза и дворянский титул. Обосновавшись в Стокгольме, художник смог продумать и дальнейшие планы. Он добился приглашения ко двору Екатерины II, решив затем ехать в Вену, чтобы написать портрет Марии-Терезии Австрийской, матери его давней покровительницы Марии-Антуанетты. Путь его при этом лежал через Польшу, там Рослина также принимали при дворе.

Посещение России, которая заняла центральное место в списке стран, где Рослин собирался гостить, находится в контексте длительного маршрута, продуманного и вполне характерного для живописца, привыкшего к миграциям и желающего утвердиться как придворный мастер общеевропейского масштаба.

Диссертант отмечает, что путешествие предоставило вдохновению художника множество новых впечатлений. Проезжая по пути в Швецию через Голландию, портретист имел возможность ознакомиться с живописью XVII века. Особенно его воодушевило творчество Бартоломеуса ван дер Хелста, которому, как и самому Рослину, было свойственно сочетать характерность портретных черт с изысканным внешним аристократизмом.

Некоторое место в главе занимает описание художественной жизни Стокгольма в те годы. Диссертант рассказывает о близких Рослину по возрасту мастерах, подобно ему получивших образование за границей: о Г. Лундберге, П. Краффте-старшем, П. Хиллестрёме, Л. Паше. Вернувшись на родину, эти художники составили основу новой шведской школы живописи, подняли на иной уровень технику, привнесли на скандинавскую почву и развили здесь ранее мало известные жанры, например бытовой. Разумеется, преимущественное внимание в диссертации уделяется эволюции портретной живописи. При этом указывается на особую роль Франции, где побывали многие мастера. Отмечено также, что в 1768 году архитектор Аделькранц преобразовал основанное в 1735 году училище рисования в Академию, что должно было сообщить шведской художественной школе общеевропейскую направленность.

В Стокгольме живописец создает портреты родственников и два автопортрета. Кроме того, он был чрезвычайно занят при дворе и выполнил изображения всех живых представителей правящей династии. Большая часть этих работ – поясные или поколенные, но всегда сдержанные, без театрализованной жестикуляции, при том что запечатлен момент откровенного, ничем не замаскированного позирования. В камерных портретах членов королевской семьи модель всегда представлена фронтально или почти фронтально, что в значительной мере сокращает дистанцию между изображением и зрителем и усиливает впечатление домашней галереи.

Царственный заказчик выступает при этом в амплуа частного, желая получить свое камерное изображение, явно не предназначенное для официальных и роскошных дворцовых помещений.

Далее в диссертации анализируется традиция парадного и полупарадного королевского портрета в Швеции. Отмечается, что в Стокгольме Рослином было выполнено и одно групповое изображение, при том что популярность этого типа портрета в шведском искусстве была невелика. Отдельно рассматривается знаменитое и весьма удачное изображение Карла Линнея (1775, Версаль), а также подробно перечисляются все авторские повторения, копии и гравюры, сделанные в Швеции с полотен Рослина.

Покинув родину в сентябре 1775 года, живописец направился в Россию, где провел около двух лет, но которая, впрочем, не стала конечным пунктом путешествия. В августе 1777 года Рослин выехал в Варшаву, где был представлен королю Польши Станиславу-Августу Понятовскому, стремившемуся удержать мастера у себя. Однако в надежде на более крупные и выгодные предложения художник стремился в Вену.

Правда, ожидания его, связанные с этим городом, не оправдались:

Рослину так и не удалось написать портрет императрицы Марии-Терезии. Зато несколько заказов он получил от знатных особ и членов императорской семьи.

В диссертации названы все сделанные с этих полотен авторские повторения и копии. Особый интерес представляет надпись, оставленная художником на обороте портрета Марии-Кристины Австрийской (1778, Альбертина, Вена):

«Написан в Вене шевалье Рослином в 1778 году. Одно из произведений, выполненных им в течение его жизни с наибольшим старанием, которое он полагает наименее слабым из всех, что сумел создать». Эти слова являются единственным свидетельством того, как сам живописец оценивал свое творчество.

При австрийском дворе Рослин оказался одновременно с Ж.-Э. Лиотаром, знакомство с которым состоялось еще в 1750-х годах в Париже. Известно, что Лиотар вместе со своим сыном посещали мастерскую Рослина в Вене.

На этом длительное путешествие Рослина по Европе завершилось.

Несколько лет, проведенных в разъездах, были плодотворными и оказали самое благоприятное влияние на творчество художника. Они обогатили его представление об искусстве, позволили осознать себя как придворного мастера в широком смысле слова, сообщили новый импульс его творчеству.

Исследование данного путешествия показывает, что Рослин должен был воспринять русское искусство в более широком контексте и имел возможность сравнить нашу школу живописи не только с французской, но и с другими, обладающими собственной спецификой.

Глава 5 – Семья и дружеский круг Рослина – является завершающей и посвящена людям наиболее близким мастеру. Они были не просто родными Рослина, но его вдохновителями, коллегами, почитателями, а иногда и соперниками. Они образовывали тот микромир, в котором есть место не только бытовым материям, но и творческому взаимодействию, обмену идеями, плодотворному сотрудничеству. Взаимоотношения здесь регулируются не одними законами, гораздо более значительную роль играет область личных чувств. В силу этого и произведение искусства, в частности портрет, в семейном контексте получает несколько иное бытование, чем в общенациональной художественной среде. Иначе решаются проблемы качества, портретного сходства и памяти.

В начале главы речь идет о друзьях Рослина, с которыми он познакомился во время пребывания в Парме – Дж. Бальдриги и Ж.-Б. Бударе.

Разбирается группа произведений, выполненных молодыми художниками друг для друга, решаются некоторые атрибуционные задачи, связанные с таинственным «Тройным портретом», существующим в трех экземплярах, два из которых находятся в Парме, а третий в Оттаве. Рассказывается также о дальнейшем личном и творческом взаимодействии Рослина и Бальдриги, который в 1752–1756 годах работал в Париже.

Затем внимание обращается к тем людям, с которыми художник сблизился во Франции, в первую очередь – к его жене, впоследствии известной портретистке и члену Академии. Кратко излагается биография художницы до ее знакомства с Рослином. Как творческая личность Мари-Сюзанн Рослин (урожденная Жиру, 1734–1773) известна в двух амплуа: она была и домашней портретисткой, создающей живописную летопись семьи, и серьезным мастером, признанным Академией и критиками. Сначала рассматриваются изображения детей, сделанные мадам Рослин для фамильной галереи. Колорит этих произведений очень легкий, рокайльный, велико значение декоративных элементов – фактуры материалов, аксессуаров. Затем анализируются и творения, предназначенные для более широкой аудитории. М.-С. Рослин заслужила немало как положительных, так и суровых отзывов от самых знаменитых критиков эпохи. Если Дидро часто гораздо благосклоннее отзывался о Мари-Сюзанн, чем о ее муже, то официальная критика выше ставила самого Рослина. Диссертантом найдены два любопытных произведения, которые говорят о творческом сотрудничестве Рослина с женой, а возможно, и о некотором соревновании между ними. Это портрет архитектора де Пейра, существующий в двух повторениях, одно из которых принадлежит Рослину (1771, музей при Высшей школе изящных искусств, Париж), другое – его супруге (1771, частное собрание).

Мадам Рослин была не только коллегой своего мужа, но и любимой моделью. Диссертантом классифицируются все портреты Мари-Сюзанн, сделанные Рослином. В особую группу выделяются произведения, предназначенные скорее всего для семейной аудитории, в которых особенно сильны мотивы галантной игры и кокетства. Остальные полотна подчеркивают не только женское очарование изображенной, но и ее многочисленные таланты.

Эти работы могли демонстрироваться и более широкой публике, чем семья и друзья живописца.

Мари-Сюзанн не была единственным художником в ближайшем окружении Рослина. На путь творческих исканий встал и его троюродный брат со стороны матери – Адольф-Ульрик Вертмюллер. Трудно не заметить определенного сходства в судьбах родственников. Вертмюллеру также пришлось много путешествовать; как и Рослин, он прочно обосновался на чужбине. Адольф-Ульрик был младше своего троюродного кузена и по некоторым источникам даже учился у него. В главе подробно рассматривается сходство и различие творческих манер и портретных концепций двух мастеров, отмечено, что в поздних произведениях Вертмюллера влияние Рослина заметно в гораздо меньшей степени. Известно также, что копии с произведений Рослина писались Адольфом-Ульриком не только в учебных целях, но и из личной привязанности. Например, в 1798-м, уже после смерти Рослина Вертмюллер сделал копию с его автопортрета (1774, частное собрание).

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»