WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Бълхова, М. И. Монастыри на Руси XI - середины XIV века [Текст] / М. И. Бълхова // Монашество и монастыри в России. XI-XX века: Исторические очерки [Отв. ред. Н.В. Синицына]; Ин-т российской монографию Е. Романенко «Жизнь русского средневекового монастыря»1, которая охватывает все возможные стороны монастырской действительности. Описываемая автором повседневность относится ко времени второго расцвета института монашества Руси (XIV – XV вв.) и основана на поздних источниках.

Таким образом, несмотря на широкий круг исследований, в которых поднималась рассматриваемая тема, до настоящего времени отсутствует комплексное исследование быта и нравов древнерусского монашества XI- первой трети XIII вв.

Цель работы - реконструкция быта и нравов древнерусского монашества XI — первой трети XIII вв. Достижение поставленной цели предполагает решение следующих исследовательских задач:

1. Выявление возможностей церковно-канонических источников для восстановления подробностей быта домонгольских общежительных монастырей.

2. Реконструкция по имеющимся источникам особенностей бытового уклада и образа жизни монаха Киевской Руси.

3. Анализ форм взаимодействия монастырей с внешним миром.

Хронологические рамки исследования охватывают первые века существования собственно русского иночества – XI - первая треть XIII вв. В данный отрезок времени древнерусское монашество пережило свой первый расцвет, связанный с деятельностью преп. Феодосия Печерского, распространением Студийского устава и т. д.

Источниковая база исследования. Можно выделить два основных вида источников, использованных в настоящем исследовании. Это - каноническое право и агиография. К источникам канонического права относятся, преистории. - М.: Наука, 2002; Зырянов, П.Н. Русские монастыри и монашество в XIX и начале XX века.

[Текст] / П.Н. Зырянов. - М, 2002.

Романенко Е. Жизнь русского средневекового монастыря.- М., 2002.

жде всего, монастырские уставы, сборники канонов и богослужебная литература, к агиографии - Жития, Патерики.

Основу монастырской жизни, начиная с самого ее возникновения, составляют Устав или Типикон - церковно-богослужебная книга, излагающая в систематическом виде порядок, образец совершения служб и основные правила монашеского жития для общежительных монастырей. При всем многообразии византийских монастырских уставов, на Руси были распространены лишь два их них. Это были типики знаменитейших представителей монашества — Иерусалимский (св. Саввы Освященного), Студийский (св. Феодора Студита). По своему содержанию монастырские уставы распадаются на две части: литургическую и дисциплинарную. Первая содержит предписания относительно богослужения, а вторая — относительно управления монастырем, поведения монахов, трапезы и одежды иноков. Для настоящего исследования наибольший интерес дисциплинарная часть Студийско-Алексиевского устава (XI—XII вв.)1. Именно этот устав долгое время был регулятором монашеской жизни на Руси. Кроме того, были использованы Устав Свято - Пантелеимонова Русского Афонского монастыря, Устав сербского монастыря Хилендар – оба документа имеют афонское происхождение и фиксируют древние монастырские традиции. Кроме того, использовался и один из ветковских иноческих уставов2, т. к. старообрядческая среда сохранила многие древнерусские монастырские обычаи.

Другим источником канонического характера являются нормативные акты, регулирующие церковную жизнь: разного рода правила, княжеские уставы, Кормчие книги и другие сборники правил. В настоящей работе использован наиболее полный сборник церковно-канонического права - Книга правил (Номоканон) в церковно-славянском переводе 1893 г. Устав церковный, XII в. ОР РНБ, Соф. 113.

Кратчайшее изложение догматов и преданий, чинов же и обрядов, и обычаев древлеправославнокафалическия ветковския церкви // Старообрядческий церковный календарь. - М.: Церковь, 1994.

Книга Правил. - М., 1893.

Сходной по своему каноническому характеру с Уставами источником можно назвать богослужебную литературу. В настоящем исследовании использованы неопубликованные ранее Триодь Цветная1 и Постная2 и оригинальные службы русским святым, составленные в домонгольский период (службы преп. Антонию и Феодосию Печерским и др.3). Для реконструкции обряда пострига был использован хранящийся в Библиотеке Академии наук фрагмент требника XII в. с чинопоследованием пострижения4.

Значимым источником по истории древнерусского монашества является агиография. Особый интерес представляют Житие Феодосия Печерского и Киево-Печерский Патерик. Житие дошло в самостоятельном виде в составе Успенского сборника XII в.5 В нем приведены многочисленные бытовые подробности из жизни иноков эпохи преп. Феодосия Печерского. Из всего множества редакций Киево-Печерского Патерика были использованы два его варианта. Первый – это печатное издание 1661 г. Киево-Печерской Лавры.

Данный текст признан исследователями в качестве наиболее полной, основной редакции. Факсимильное его переиздание было предпринято в Киеве в 1869 г. Кроме того, исследовался еще один более ранний вариант - список Киево-Печерского патерика, хранящийся в РНБ6. Рукопись обычно датируют кон. XV – нач. XVI в. Она является списком с Патерика, переписанного в 1317 г. в Киеве при князе Иване Даниловиче и митрополите Петре. Список близок к протографу.

Незаменимым источником по истории монастырской действительности остаются летописи. Они дополняют канонические тексты и содержат неупомянутые другими источниками сведения, касающиеся отношений монастырей и их игуменов с княжеской властью. Летописные своды содержали многочисленные житийные вставки, лишь впоследствии организованные в от Триодь цветная. - НИОР БАН. - 4.5.13.

Триодь постная. - НИОР БАН. - 4. 5.14.

Преподобные отцы наши Антоний и Феодосий Печерские.- К.: Украiнськi пропилеi, 2002.

Чин пострижения иноком. НИОР БАН, 4. 5. 20.

Памятник опубликован - Житие Феодосия//Библиотека литературы Древней Руси. XI – XII вв. - Т. 1. - СПб., 2000.

Киево-Печерский патерик. - РНБ – Собр. Ю. А. Яворского. - Ф. 893.- № 9.

дельные агиографические произведения. Источник богат на специфические монашеские воззрения на происходящие вокруг монастыря события, различные «небесные знамения» и т. п. Именно летописи отмечают вопросы канонизации первых русских святых, в том числе и первых русских преподобных, что имеет непосредственное отношение к вопросам нравственного и религиозного состояния русского иночества XI – XIII вв.

Для бытописания представляют интерес археологические данные. Древнерусская литература не богата на описания одежды, предметов быта и особенностей интерьера. Только археологические реконструкции способны заполнить данную лакуну, поэтому обращение к археологическим источникам (исследованиям монашеских погребений, древнерусской монастырской архитектуры и древнерусского костюма) так же необходимо.

Специфика среды позволяет, говоря о быте, обращаться и к современному опыту. В этом смысле дополнительным источником стал материал, собранный в современных монастырях Русской Православной Церкви. Для ознакомления с традициями монастырского быта автором диссертации были предприняты многочисленные поездки в некоторые из них (Киево – Печерскую Лавру, Свято-Троице-Сергиеву Лавру, в Свято-Данилов, Донской и Покровский монастыри г. Москвы). Особенно полезны были поездки в обители, сохранившие древний монастырский уклад - Китаевскую пустынь, Святогорский мужской монастырь Воронежской епархии, Седмиезерную пустынь Казанской епархии, Псково-Печерский монастырь и ряд других монастырей. В результате этой деятельности были отмечены специфические черты современного монастырского уклада. Знание этих черт позволяет устранить опасность возможной модернизации материала.

Таким образом, исследователь монастырской повседневности располагает целым рядом исторических источников, позволяющих произвести реконструкцию отдельных сторон быта и нравов монастырей в Древней Руси.

Методология исследования. В основе методологии работы лежит концепция повседневности. «Под повседневностью понимают «нечто при вычное, близкое, упорядоченное… Человек не "фиксирован" (инстинктом – Е. Х.) и, в соответствии со своей природой, должен изобретать намеченный лишь весьма приблизительно порядок, создавать свой мир. В процессе привыкания и освоения его навыки преобразуются в знания и умения, которые многократно воспроизводятся и воплощаются в материальных предметах. Это касается питания, одежды, продолжения рода, расположения жилища, распределения времени и т.п. — всего того, что принадлежит миру, близкому и знакомому для человека, миру, в котором он может свободно ориентироваться»1. Этот внутренний, привычный для человека мир может становиться объектом исторического исследования. «Повседневность исторична, поскольку она представляет собой мир культуры, который… мы воспринимаем в его традиционности и привычности и который доступен наблюдению»2.

Изучение проблем повседневности требует от исследователя привлечения разнообразных методологических принципов. Первый из них это особое отношение к источникам. Исследователю повседневности необходимо обращать внимание на всевозможные девиантные формы поведения.

Его нормы, ценности тех или иных социокультурных групп — все, что включает в себя понятие повседневность, — иногда представляются необычными для посторонних наблюдателей. Но эти «странности» могут говорить о важных моментах жизнедеятельности общества, его глубинных аксиологических процессах3. Среди методов изучения повседневности стоит отметить качественный анализ документов, когда особое внимание при работе с текстом источника уделяется существительным, обозначающим бытовые реалии.

Включение в число исследовательских задач реконструкции «глубинной программы всех видов человеческой деятельности, заложенной в куль Худенко, В. Повседневность в лабиринте рациональности. [Текст] / В. Худенко // Социологические исследования. - № 4. – 1993. - С. 69.

Ионин, Л.Г. Социология культуры. [Текст] / Л.Г. Ионин. — М.: Логос, 1996. - С. 108 - 109.

Козлова, Н.Н. Социология повседневности: переоценка ценностей. [Текст] / Н.Н. Козлова // Общественные науки и современность. - № 3. – 1992. - С. 48.

турной традиции социального универсума»1 свидетельствует о частичном использовании в настоящем исследовании антропологического подхода.

Среди его методов особо отметим анализ эпизода, как наиболее актуальный для исследования повседневности.

Кроме того, в процессе реконструкции монастырской повседневности, наряду с совокупностью общенаучных (системный анализ, синтез, дедукция), использовались и специально-научные методы. Ретроспективный метод использовался в процессе восстановления таких элементов повседневности как инициальная обрядность, символика костюма, внутренняя иерархия монастырского социума, формы межличностных отношений. Историко-генетический и сравнительно-исторический методы использовались для выявления особенностей генезиса института монашества на Руси X – XIII вв. Историко-системный метод исследования был задействован при изучении форм и способов взаимодействия монастыря с внешней, мирской частью социума. Для реконструкции особенностей монастырского богослужения использовался метод включения и исторического моделирования.

Таким образом, исследователь, используя весь методологический комплекс, может реконструировать особенности монастырской повседневности Древней Руси XI – XIII вв.

Научная новизна данного исследования определяется тем, что впервые предпринимается комплексная реконструкция всех возможных сторон быта монастырей XI – первой трети XIII вв.

Научная и практическая значимость работы. Исследование монастырской повседневности позволит по-новому взглянуть на внутренний мир древнерусского социума с более объективных позиций, т. к. исследователь – медиевист сможет учитывать контекст создания письменного исторического источника. Полученный в результате исследования материал может быть ис Репина, Л. П., Зверева, В. В., Парамонова, М. Ю. История исторического знания. [Текст] / Л. П. Репина, В. В. Зверева, М. Ю. Парамонова. – М.: Дрофа, 2004. – С. 235.

пользован при разработке общих лекционных курсов по истории русской культуры, отечественному источниковедению, комплексу вспомогательных исторических дисциплин, а также при написании учебных и методических работ. Выводы диссертации могут быть задействованы при чтении спецкурса «Монастыри России». Социальная значимость настоящего исследования связана с необходимостью осмысления явления монашества на Руси на фоне постоянно возрастающего общественного интереса к духовной жизни российского общества в прошлом.

Апробация работы. По теме диссертации были прочитаны и обсуждены доклады на научных конференциях: VI Российская университетскоакадемическая научно-практическая конференция (Ижевск, 2003); VII научно-практическая конференция преподавателей и сотрудников УдГУ, посвященная 245-летию г. Ижевска (Ижевск, 2005), Всероссийская научнопрактическая конференция «Общественно-политическая мысль России: традиции и новации» (Ижевск, 2006). Основные положения и выводы диссертации нашли отражение в 8 публикациях автора.

Структура работы обусловлена решением поставленных задач. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, списка использованных источников и литературы.

Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы и ее научная новизна, определяется объект и предмет исследования, указываются хронологические рамки, формулируются цель и задачи работы, характеризуется источниковая база, методология и структура диссертационного исследования.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»