WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Пятый раздел «Отношения Геббельса с немецкими традициями при осуществлении им культурной, гендерной, социальной, мобилизационной и внешней политики» посвящён исследованию в ракурсе проблемы континуитета политической практики Геббельса в важнейших сферах общественной жизни. Анализируя политическую деятельность министра пропаганды можно отметить её противоречивый характер, что отчасти было вызвано несоответствием взглядов Геббельса, Гитлера и ряда других влиятельных руководителей. Наиболее ярко эта противоречивость выразилась в политике в сфере культуры и в видении Геббельсом идеала немецкой женщины. Поддержка министром пропаганды модернистского искусства и его видение образа идеала немецкой женщины продолжали линию преемственности от Веймарской республики, противореча традициям кайзеровской Германии и тем более архаическим традициям. Но вместе с тем, Геббельс, следуя в фарватере вкусов Гитлера и боясь разбалансировать своё положение в институциональных конфликтах его недовольством, не проявлял последовательности в отстаивании своих взглядов и мимикрически подстраивался под требования конъюнктуры. Модернистский характер носили и мероприятия Геббельса в сфере «тотализации» войны, но и здесь он не проявил последовательности. Что касается инструментов и методов, используемых Геббельсом то необходимо отметить их принципиальную новизну и беспрецедентность в немецкой истории.

По исследованию отношения Геббельса к внешнеполитическим проблемам делается следующий ряд выводов. Во-первых, видение внешней политики Геббельсом не было столь сильно расово детерминированным, как, например, у Гитлера, Гиммлера и Розенберга, оно определялось прагматизмом, и в этом смысле Геббельс все же ближе к традиции. Вместе с тем, оценка им событий 1940-1941 гг.

противостояния режима Антонеску с «Железной гвардией» в Румынии говорит о наличии ярко выраженной идеологической подоплёки, но она основана не на расизме, а на осознании тоталитарного и революционного сходства НСДАП с «Железной гвардией», что является элементом разрыва. Во-вторых, в видении Геббельсом внешнеполитических проблем проскальзывает его «левизна» и даже антиимпериализм, что для традиции нехарактерно и означает разрыв с ней. В-третьих, помимо расовой идеологии на внешнюю политику Третьего рейха, а в ещё большей степени на её пропагандистское оформление оказывало конспирологическое мышление его элит, и это можно назвать двумя главными факторами мировоззренческого характера, которые оказали влияние на разрыв преемственности в немецкой внешней политике. И использующий конспирологию в пропаганде, но сам вряд ли верующий в неё Геббельс, всё же ближе к традиции, чем по всей вероятности искренне верующие во всемирный еврейский заговор Гитлер и Гиммлер. Вчетвёртых, можно сказать, что при всех антибольшевистских выпадах его пропаганды СССР представлялся ему меньшим злом, нежели либеральный, капиталистический Запад. В-пятых, традиционный немецкий комплекс «Haliebe» по отношению к Великобритании также был модифицирован Геббельсом, ибо в отличие от кайзеровских времён его требования касались не права участия в разделе колониального пирога и праве обладать флотом, способным сравниться с английским, а в требовании к англичанам закрыть глаза на территориальные захваты националсоциалистической Германии в Европе. В-шестых, Геббельсу была не чужда идея континентального евразийского блока. Он перенял ее у братьев Штрассер и представителей «консервативной революции» вроде Эрнста Никиша, потом под давлением Гитлера с ней расстался, а когда пришло время, вспомнил о ней вновь. Но истоки идеи «континентального блока» трудно обнаружить в глубине германской традиции. Эта идея родилась в 20-е гг. как результат рефлексии над причинами поражения Германии в войне и как реакция на реалии Версальско-Вашингтонской системы международных отношений, исключившей Германию и Советскую Россию из числа полноправных субъектов международного права. Её так же можно трактовать как разрыв с традицией «срединного государства», сложившуюся в период кайзеровской Германии, но на практике во Вторую мировую страна вновь как и в Первую, одновременно противостоя и западным державам и России оказалась в роли «срединного государства». Новым был ярко выраженный идеологический характер борьбы.

Шестой раздел «Взаимоотношения Геббельса с элитами Третьего рейха в контексте проблемы континуитета» повествует о взаимоотношениях министра пропаганды с традиционными элитами Германии в лице крупных предпринимателей, консервативных политиков, военных, а также о его отношениях с таким влиятельным соратником Гитлера как рейхсмаршал Герман Геринг. Необходимость краткого анализа биографии этого деятеля с точки зрения проблемы континуитета продиктована целью концептуальной интерпретации взаимоотношений с ним Геббельса.

Во-первых, в глубокой и осознанной ненависти Геббельса к консерваторам, аристократам и генералам кайзеровской формации прослеживается чёткий разрыв с традициями Германской империи. Для него они были рудиментом старого, несоответствующего национал-социализму буржуазного мира XIX столетия.

В записи от 20 марта 1942 г. Геббельс, критикуя высшее офицерство за отсутствие выдержки, упрекает его в том, что оно слишком мало воспитано на образах своих прусских предшественников43. Он не конкретизирует и не развивает своё утверждениё, но можно предположить, что для него существует разница между прусскими военными традициями эпохи Фридриха Великого, к которому он относился с уважением, что демонстрируют его дневники44, и «обуржуазившимися» критикуемыми им генералами, которые достались Третьему рейху в наследство от кайзеровской Германии.

Во-вторых, интерпретация конфликтов Геббельса и Геринга с точки зрения проблемы континуитета является приписыванием концептуально-мировоззренческих оснований тактической борьбе за власть и влияние. Но это не исключает наличия некоторых аспектов в их взаимоотношениях, которые можно интерпретировать с точки зрения проблемы континуитета. Так, например Геринг, называя Геббельса национал-большевиком, подчёркивал его ненависть к традиционным немецким элитам, а Геббельс, называя политику Геринга «реакционной» выражал недовольство его сотрудничеством с такой частью традиционной немецкой элиты как представители крупного бизнеса.

Седьмой раздел «Геббельс об итогах существования Третьего рейха и его ошибках» содержит анализ дневниковых записей Геббельса заключительного периода войны, в которых он, размышляя над ошибками и упущениями режима, подводит своеобразные итоги его существования. выводы Геббельса достаточно однозначны, хотя и касаются только военно-политического аспекта преемственности Третьего рейха. Министр пропаганды упрекнул режим в том, что у него в момент нахождения в Геббельс Й. Под нашими знаменами нас ждет победа // Откровения и признания. С. 303.

См.: Goebbels J. Tagebcher. Band 4: 1940-1942. S. 1370, 1532.

точке бифуркации, а именно ей в дневнике предстают события ночи «длинных ножей», не хватило последовательности и решительности для осуществления разрыва с традициями буржуазного прошлого в области военного строительства, и уничтожив основы старых вооруженных сил, создать принципиально новые, полностью соответствующие реалиям установившегося режима.

Размышляя над причинами поражений Германии, министр пропаганды обращался к советскому опыту государственного строительства, высказывая восхищение им, и констатируя превосходство советского режима над националсоциалистическим, что косвенно также было и признанием необходимости радикального разрыва с прошлым.

В заключении автор приходит к следующим выводам:

1. По отношению к немецкому капитализму Геббельс дисконтинуитетен. Он презирал капитализм, как общественную систему, и людей, представлявших его интересы, и считал одной из важнейших задач национал-социализма преодоление негативных последствий капиталистического пути развития общества, таких, как социальная дифференциация, отчуждение людей и «классовое чванство» элит. Хотя Геббельс, в отличие от коммунистов, не был сторонником радикальной национализации и обобществления средств производства.

2. Подавляющее большинство национал-социалистов были носителями правового нигилизма. В этом смысле национал-социализм в целом, и Геббельс в частности прерывали линии традиции, были дисконтинуитетны. Кроме того, Геббельс представлял применение простого правового регулирования для изменения общественных отношений недостаточным и неэффективным, считая более действенной для достижения этой цели свою пропаганду. Но, к счастью, за 12 лет своего правления они не смогли вытравить правосознание из ментальности немецкого народа, и в двух новых немецких государствах право вновь заняло важное и почетное место в системе ценностей немецкого общества.

3. Антисемитские установки Геббельса прошли под влиянием внешних обстоятельств значительный путь эволюции. Изначально Геббельсу был присущ социально-экономический и политический антисемитизм, распространённый в кайзеровской Германии, выражавшийся в критике евреев как стяжательской нации и отождествлении евреев и капитализма. К нехарактерному для кайзеровской Германии расовому антисемитизму Геббельс в период Веймарской республики и в первые годы существования Третьего рейха Геббельс относился скептически. Однако уже в «период борьбы» в антисемитской пропаганде Геббельса присутствовали рвущие с традициями аспекты. Наиболее ярким из них является использование конспирологического мифа о наличии всемирного заговора, направленного на достижение мирового господства, в котором участвовали евреи капиталисты и евреи коммунисты. С конца 30-х гг. антисемитизм Геббельса становится все более радикальным, что выражается в организации им погрома «Хрустальной ночи» и активном участии в организации Холокоста. В пропагандистских публикациях и дневниковых записях военного периода министр пропаганды выражал ненависть к старому антисемитизму, не имеющему расовой подоплёки, и ратовал за новый, основанный на расизме антисемитизм.

4. Геббельс дисконтинуитетен в своем негативном отношении к такой части германской традиционной элиты, как офицерский корпус. Его пропаганда обходила стороной победы генералов и фельдмаршалов кайзеровской формации. 20 июля г. он столкнулся с той частью из них, которая осмелилась выступить против режима, и одержал победу. К концу войны Геббельс пришел к выводу о том, что одной из главных ошибок национал-социалистического режима являлось его упущение в области военного строительства, выразившееся в неспособности создать новую, пропитанную духом национал-социализма и фанатично верную и преданную ему офицерскую элиту, устранив путём репрессий её предшественников.

5. По отношению к основе немецкого общества – среднему классу Геббельс дисконтинуитетен, так как он ненавидел его обывательские, мещанские, потребительские приземлённые ценности. Кроме того, в военное время Геббельс стремился заставить средний класс ограничить свои потребительские запросы и требовал от него жертвенности на благо рейха. Это особенно отчётливо проявилось в годы «тотальной войны», когда Геббельс требовал отказаться от «буржуазных жеманств» мешающих мобилизации.

6. Министр пропаганды сыграл важнейшую роль в формировании, а самое главное распространении и утверждении специфических черт языка националсоциализма, которые были призваны обеспечить господство режима в немецких умах и сердцах. Появление этих особенностей деформировало немецкий язык, и привело к разрыву с его состоянием в кайзеровской Германии при сохранении некоторых моментов преемственности с языковыми тенденциями Веймарской республики, выразившихся в частности в заимствовании иностранных слов и распространении технических терминов.

7. Хотя Геббельса трудно назвать сторонником эмансипации женщин в современном смысле этого процесса, тем не менее, образ немецкой женщины, культивируемый его пропагандой, и требования Геббельса от женщин внесения трудового вклада в военную победу Германии шли вразрез с традиционными представлениями о гендерной идентичности кайзеровского периода.

8. Геббельс критиковал кайзеровскую Германию за социальное расслоение, отчуждение между народом и правящими кругами, неспособность элит управлять массами, подверженность волнам либеральных веяний. Эта критика была обусловлена как свойствами идентичности Геббельса и процесса её формирования, о которых говорилось выше, так и влиянием, оказанным на его мировоззрение марксизмом, работами Мёллера ван ден Брука, братьями Штрассер.

9. «Левизна» Геббельса была постоянной константой его политической деятельности. Но эта «левизна» была выражена не столько в стремлении к социальной справедливости, сколько в прекрасно осознаваемой и концептуально обоснованной ненависти министра пропаганды к старому капиталистическому миру и его реликтам, унаследованным Третьим рейхом. Она проистекала из психологических травм молодости Геббельса, плодов его идейных исканий в период кризиса самоидентификации 20-х гг., и носила нигилистический характер.

10. Наряду с главой Трудового фронта Робертом Леем Геббельс сыграл важнейшую роль в воссоздании традиции народной общности, прерванной как модернизационными процессами, так и самой сущностью политической системы Веймарской республики с жесткой борьбой её акторов между собой. Степень разрыва с традицией народной общности, существовавшей в кайзеровской Германии, детерминировалась двумя элементами. К первому из них относится основа народной общности. Новый режим возвёл в абсолют расовое основание народной общности, переведя её тем самым из разряда позитивных в разряд негативным традиций.

Русский философ Н.А. Бердяев справедливо называл расизм самой грубой формой материализма, гораздо более грубой, нежели материализм экономический45. Таким образом, национал-социалисты, культивируя Volksgemeinschaft на расовой основе, осуществили культурно-исторический регресс. Роль Геббельса в этом процессе также Бердяев Н.А. Христианство и антисемитизм [Электронный ресурс]. Электрон. текст. дан. URL:

http://www.krotov.info/library/02_b/berdyaev/1938_035.htm (дата обращения: 28.05.2008).

была двойственной и противоречивой. С одной стороны он как человек, не одержимый расовым детерминизмом не играл главной роли в этом процессе. С другой стороны он, еще в 20-ые гг. исключив евреев-фронтовиков из народной общности, разрушил одно из главных её оснований – общность судьбы.

Центральный вывод диссертационного исследования заключается в констатации превалирования в биографии Геббельса элементов разрыва с кайзеровской Германией и Веймарской республикой над элементами преемственности.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»