WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Для анализа духовных потенций как признаков цивилизованности в доктрине Конфуция выделяются три категории, которые наиболее часто упоминаются при интерпретации этого учения и представляют, по нашему мнению, понятия одного порядка (обозначающие, прежде всего, внутренние личностные состояния): жэнь, дэ и ли. Носителем реализованных духовных потенций в учении Конфуция является идеал человека – совершенный муж (цзюньцзы). Однако в «Лунь юе» говорится и о дэ «низменного человека» (сяо жэнь). А.М. Карапетьянц, анализируя взгляды Конфуция, говорит о жэнь (простого) человека. А.М. Карапетьянц и А.С. Мартынов распространяют различные виды жэнь и дэ соответственно на все слои конфуцианского общества. Напрашивается вывод: развиться «из себя» благие потенции могли лишь в личности цзюньцзы, посредством наитяжелейшего процесса самостановления, «преодоления себя» (кэ цзи). Однако носителями не развитых еще дэ, жэнь, ли и т. д. был каждый хуа ся. Именно эти потенции и выступили у Конфуция признаками цивилизованности.

Автор исследует текст «Лунь юя» и «Ли цзи» и приходит к выводу, что в некоторых своих высказываниях Конфуций проводит границу между «цивилизованными китайцами» и «дикими варварами» именно по способности или неспособности достичь указанных нравственных состояний и, как следствие, достичь Порядка и Гармонии на своих землях («Лунь юй»: гл. 3-5, 13-19, 11-1, 14-43;

«Ли цзи»: гл. 37 «Записки о музыке»). Большое значение Конфуций придавал участию указанных качеств цзюньцзы в управлении – воздействии на «ближние» и «дальние» народы. И что примечательно, как в доконфуцианской философии, так и теперь, «исправление» варваров представлялось как искоренение указанных нами признаков «варварской природы». Так, о намерении изменить варваров при помощи благого влияния цзюньцзы Конфуций говорит в главах 9-14, 16-1 «Лунь юя», а также в главе 36 «Ли цзи» «Записки об учении». Фигуру цзюньцзы данная работа интерпретирует как модель человека, в максимальной степени развившего нравственно-этический потенциал, заложенный в каждом хуа ся. Фигуру сяо жэнь – как модель человека, не реализовавшего морально-этического потенциала, изначально заложенного в его «цивилизованной природе».

В работе также исследуются значения, которые вкладывал Конфуций в категории жэнь, дэ и ли. Акцентируется, что конфуцианским категориям свойственна широкая полисемия. Кроме того, категории Конфуция находятся в тесной взаимосвязи и в тексте «Лунь юя» часто трактуются посредством друг друга.

Это затрудняет и усвоение смысла категорий, и их перевод на европейские языки.

Автор предлагает свой вариант трактовки указанных категорий, согласно которой под жэнь Конфуций понимал присущую всем хуа ся потенцию, которая может реализоваться посредством «преодоления себя» (кэ цзи), и содержание которой есть совокупность гуманистических личностных качеств и их надлежащего социального проявления. Дэ (в учении Конфуция) данная работа определяет как потенцию, заложенную в «цивилизованной природе» хуа ся, способную развиться «из себя» посредством «кэ цзи»; выражающую «высшую меру этического совершенства» личности и представляющую собой наиболее общее «надлежащее» (то есть предписанное нормами) отношение ко всему внешнему миру. Ли в контексте философии Конфуция интерпретируется как присущая «природе» хуа ся потенция приобщения к сфере сакрального и следования этическим нормам. Ли может быть рассмотрено и как инструмент контакта с сакральной сферой, а также как инструмент трансформации в «совершенного мужа».

Решение поставленной проблемы исследования предполагает также анализ конфуцианских текстов с целью воссоздания трансформировавшейся графической модели универсума. Этот анализ проводится в параграфе 2.2. «Традиции и новаторство в графической модели универсума: трансформация концепции «тянь юань ди фан» и смыслов самоназваний Китая». Завершение процесса формирования этнического сознания хуа ся повлекло за собой окончательное оформление в его рамках контраверзы «чжун – вай» («китайский – варварский»), основанное на понятии о культурном превосходстве своей нации. Трансформировалась и закрепленная в китайском национальном сознании пространственная модель.

Новая графическая система, в которой четко проводится граница между окраинами и центром, как замечают М.В. Крюков и Л.С. Переломов, зафиксирована в тексте «Ли цзи». Она выглядит следующим образом. Земля, если смотреть на нее сверху, представляет собой квадрат, вершины которого направлены по четырем основным сторонам света. Круг неба, вписанный в земной квадрат, накрывает только центральную часть земли, на которой расположено Чжунго. Поэтому только Чжунго теперь есть Поднебесная. В конфуцианской модели земли «диких варваров» уже не являются частью Поднебесной. Великое Небо источает свою благую силу только на те земли, которые оно покрывает. А на этих землях расположено только Срединное царство – Китай.

В китайском языке зафиксированы два значения термина «Тянься»: «мир» и «Китай». Подобная двойственность иногда объясняется тем, что Китай и цивилизованный мир для китайца – одно и то же. На основе исследованных источников автором формулируется гипотеза о том, что первое из указанных значений понятия «Поднебесная» сформировалось на доконфуцианском этапе, второе – в период Чунцю и было осмыслено в рамках конфуцианства.

Под терминами «Тянься» и «Чжунго», начиная с эпохи Чунцю, понимается государство всех ся. Поэтому термин «Тяньцзы чжи го» (Государство Сына Неба) как синоним понятия «Чжунго» больше не используется. При этом смысл названия «Срединное государство» мы интерпретируем не только как «государство, расположенное в центре мира», но и как «государство, в котором возможно достижение состояния «Золотой середины», реализация Срединного пути и Срединного дэ.

Понятие «Девять областей» также становится самоназванием Китая.

Поскольку земли варваров с эпохи Чунцю воспринимаются как ориентированные по четырем основным сторонам света, то и каждое из собирательных названий варварских племен – и, ди, мань, жуны, – как замечает Л.С. Переломов, теперь соотносится с определенной из сторон. Появляются сочетания северные ди, восточные и, южные мань, западные жуны. Смысл конфуцианской пространственной модели выражается сочетанием «круг неба, вписанный в квадрат земли».

Такая эгоцентристская картина мира, где варвары, не способные пройти процесс личностного становления и приобщиться к культуре без помощи цивилизованных хуа ся, населяли только окраины мира, остается актуальной в китайском менталитете и до сих пор. Она же стала основой внешней политики императорского Китая.

В заключении второй главы автор обозначает основные изменения, которым подверглись внешнеполитические воззрения древних китайцев в учении Конфуция, которые были объективно связаны с завершением формирования китайского этноса и китайской государственности. Возникшая потребность в национальной самоидентификации повлекла за собой необходимость отделить «китайские земли» от «некитайских».

В эпоху Шан-Инь и начале Чжоу фигура китайского правителя и земли, непосредственно ему подвластные (Тяньцзы чжи го), отождествлялись с центром мира. Все остальные люди в мире воспринимались как подданные вана.

Существовала некая аморфность в восприятии китайских и некитайских земель. Это отражалось на графической модели мира, которая выглядела как система квадратов, последовательно расходящихся от центра. Центральный квадрат в этой модели представляло собой Государство Сына Неба; подданные вана селились в пределах других квадратов согласно своему рангу. Варвары и сосланные преступники населяли наиболее удаленные от центра мира земли. Четкой границы между «здоровыми землями» китайцев и «ущербными землями» варваров не проводилось.

В графической модели мира, оставшейся зафиксированной в конфуцианских трудах, четко очерчивается граница между «избранными землями» всех ся и «ущербными землями» инородцев. Земли китайцев в новой пространственной модели располагаются в центральной части земного квадрата, расположенной под кругом небес; земли варваров – на непокрытых небесами углах квадрата земли, ориентированных по основным сторонам света. Поэтому теперь под «Поднебесной» понимается только Китай.

Кроме того, в учении Конфуция изменяется и система признаков «цивилизованной» и «варварской природы» человека. На ранних этапах развития общественного сознания свое отличие от «дикарей» предки китайцев видели во внешних признаках: пище, одежде и т. д. У Конфуция как уникальные проявления «цивилизованной китайской природы» стали восприниматься внутренние духовные потенции, реализовавшиеся в личности цзюньцзы: жэнь, дэ, ли и др.

Подобные взгляды Конфуция в дальнейшем не только были развиты в лоне конфуцианского учения, но и оказали влияние на вектор развития китайских воззрений на весь внешний мир. До сих пор китайцы в глубине своей души считают жителей других государств «варварами» и полагают необходимым приобщить их к «цивилизации», то есть к китайской культуре. С такой системой взглядов трудно совместима мысль о взаимном влиянии и взаимном обогащении разных культур.

В заключении дается окончательный ответ на основной вопрос диссертации: в чем смысл доконфуцианской традиции и в чем новаторство Конфуция в концепции китаецентризма Традиция – в восприятии мира, выраженном как «тянь юань ди фан»; в понимании Чжунго как центра этого мира; в представлении о «цивилизованной природе» хуа ся и «ущербной природе» варваров. Новаторство – в изменении соотношения «квадрата земли» и «круга неба» в плоскостной модели универсума; в понимании Тянься, Чжунго и Цзю чжоу как наименований государства хуа ся; а также в понимании того, что «цивилизованную природу хуа ся» отличают присущие ей духовные потенции: жэнь, дэ, ли и др.

Рассмотрение традиционного и нового в концепции этноцентризма Конфуция, предпринятое в данной работе, позволяет преодолеть узость понимания идеи китаецентризма как «восходящей к Конфуцию». Вывод таков: идея китаецентризма зародилась в доконфуцианскую эпоху и трансформировалась у Конфуция в идею этноцентризма.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

Статья в журнале, рекомендованном ВАК Министерства образования и науки РФ для публикации основных научных результатов диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук:

1. Липовцева, Е.М. (Добрицкая Е.М.) Модификация значений самоназваний Китая – от доконфуцианской философии к учению Конфуция [Текст] / Е.М.

Липовцева // Вестник Томского государственного университета. – 2007. – № 303 – С. 25–28. (0,55 п.л.) В других научных изданиях:

2. Липовцева, Е.М. (Добрицкая Е.М.) Отражение феномена китайского этноцентризма в языковой картине мира [Текст] / Е.М. Липовцева // Современные тенденции развития социально-коммуникативной сферы: технологии, направления, перспективы : труды III Межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и ученых – Томск : Изд-во Том. политех. ун-та, 2006. – С. 92– 96. (0,2 п.л.) 3. Липовцева, Е.М. (Добрицкая Е.М.) Интерпретация конфуцианских внешнеполитических воззрений в европейской философии XIX в. На примере воззрений Райнхольда фон Плэнкнера [Текст] / Е.М. Липовцева // Актуальные проблемы гуманитарных наук : труды V Международной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. – Томск : Изд-во Том.

политех. ун-та, 2006. – С. 52–55. (0,3 п.л.) 4. Липовцева, Е.М. (Добрицкая Е.М.) Критерии разграничения «цивилизация – варварство» как факторы консолидации ханьской общности на доконфуцианском этапе [Текст] / Е.М. Липовцева // Актуальные проблемы гуманитарных наук : труды VI Международной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. – Томск : Изд-во Том. политех. ун-та, 2007. – С. 338–340. (0,п.л.) 5. Липовцева, Е.М. (Добрицкая Е.М.) Китайский культуроцентризм в доконфуцианской и конфуцианской философии [Текст] / Е.М. Липовцева // Проект в социально-культурной сфере: методология, методика, механизмы реализации. – Томск : Дельтаплан, 2007. – С. 39–44. (0,3 п.л.) 6. Липовцева, Е.М. (Добрицкая Е.М.) Основные философские категории в системе китайского этноцентризма [Текст] / Е.М. Липовцева // Актуальные проблемы гуманитарных наук : сборник научных трудов. – Томск : Изд-во Том.

политех. ун-та, 2008. – С. 399–400. (0,2 п.л.) Тираж 100 экз.

Отпечатано в КЦ «Позитив» 634050 г. Томск, пр. Ленина 34а

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»