WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

Историографическая база диссертации не ограничивалась только трудами, в которых непосредственно рассматривались черты регионального менталитета, но включила обширный круг исследований, затрагивающих разнообразные аспекты жизни Сибири конца XIX – начала XX в.: работы по демографии, социальной, экономической, общественно-политической истории, наработки краеведов, сибирской урбанистики (Г.Х. Рабинович, Л.М. Горюшкин, В.А. Скубневский, А.П. Толочко, Н.М. Дмитриенко, Д.А.Алисов и др.). Информативная составляющая публикаций, выводы ученых, переосмысленные в ключе анализа предмета исследования, поверенные и дополненные данными источников, послужили основанием для изучения исторического контекста анализируемой ментальности, жизненного мира сибирских горожан, социокультурных характеристик городского социума Сибири рассматриваемого времени.

Источники. В соответствии с целями исследования, формировался корпус источников, отвечающий требованиям репрезентативности. В него вошли:

документы, отражающие ментальность представителей различных социокультурных групп сибирского социума, приверженцев консервативных и прогрессистских ценностей; серийные источники, обосновывающие социальный характер ментальных проявлений; материалы, запечатлевшие объективный и субъективные планы выражения ментальности – план поведения и план оценочных суждений. Данный корпус включает письменные опубликованные источники и архивные материалы из Омского, Томского областных архивов, Центра хранения архивного фонда Алтайского края, собраний Гербария и Музея истории Томского государственного университета, Томского областного краеведческого музея, двух личных архивов (Э.С. Залеской, В.В. Бесходарного), а также изобразительные и вещественные источники из фондов Томского областного краеведческого музея.

Письменные источники, составляющие основной массив исследованных документов, типологически распределяются по нескольким группам.

1. Законодательные источники служили для анализа заданных государством условий социально-правового бытия и градаций статусов в сибирском городе: доминирование государственной власти над общественными структурами; главенство православия над другими конфессиями; служебные преимущества в Сибири приезжих чиновников; привилегии дворянства и пр. Нормы российского права, содержавшие религиозно-нравственную риторику, использовались для исследования консервативных мировоззренческих установок отечественного менталитета.

2. Делопроизводственные источники из фондов городских управ и городских дум Омска и Томска, Томского городского полицейского управления, документация о деятельности Томского педагогического общества, Барнаульской городской думы и др. зафиксировали установки коллективной ментальности, отраженные в логике выработки решений, в аргументации оппонентов и ходатаев, содержат материал, характеризующий черты городской повседневности, общественных устремлений сибиряков, их установки в сфере социальной коммуникации.

3. Статистические и справочные материалы (данные Первой всероссийской всеобщей переписи 1897 г., выпусков «Городов России» за 1904 и 1910 гг., городоведческие издания, выходившие в Сибири на рубеже XIX – XX вв. и пр.) использовались для изучения социокультурных характеристик сибирского городского общества, его структуры, некоторых особенностей массового поведения горожан и их жизненного мира. Справочником иного рода послужил для диссертанта «Толковый словарь» В.И. Даля, раскрывающий круг смысловых значений, связанных некогда с тем или иным понятием, благодаря чему подбираются ключи к пониманию кодов отечественного менталитета.

4. Выбранные для исследования произведения, имевшие общественнополитическое, публицистическое значение (Г.Н.Потанина, П.М. Головачева, Г.Д. Гребенщикова и др.), в которых образованные сибиряки, ориентированные на социальный прогресс, анализировали различные стороны жизни Сибири, позволили увидеть российскую окраину глазами ее просвещенных жителей, а также оценить их ментальный инструментарий. Анализ нелегальных произведений революционной печати, которые можно рассматривать как специфический жанр публицистики, важен для понимания особенностей картины мира, описанной под углом зрения классовой вражды, что является особенно важным в связи с развивавшейся тенденцией радикализации российского общества накануне 1917 г.

5. Первенствующее источниковедческое значение в исследовании приобрели сибирские газеты конца XIX – начала XX в. – серийные источники, обладавшие комплексностью, разносторонностью в отражении реалий сибирской городской жизни, выражавшие установки последователей различных идеологий и в некоторой мере фиксирующие ментальные проявления в различных городских стратах. Для работы были использованы периодические издания консервативного направления (томские и омские «Епархиальные ведомости», «Сибирская Правда» и др.), умеренно-либерального («Голос Томска») и прогрессистского спектра воззрений («Сибирская жизнь» и «Сибирский вестник», «Омский вестник», «Омский телеграф», «Жизнь Алтая», «Алтайская газета» и др.).

6. Такие источники личного происхождения как письма, дневники (в том числе из личных фондов Г.Е. Катанаева, Гуляевых, Е.П. Клевакина и др.) в контексте исследования особенно ценны обращенностью к сфере частной жизни, к внутреннему миру их создателей, к ситуациям межличностного общения. В них социальные, нравственные долженствования обнаруживали свою интериоризацию, существование в стихии неформального семейного, дружеского общения.

7. Мемуары также имели познавательное значение для предпринятого исследования, несмотря на существенные оговорки, связанные с природой этого типа источников. Особая ценность некоторых записок заключается в том, что они воспроизводят, хотя с искажениями, свидетельства ментальности и жизненного мира «простецов» рассматриваемого времени – с их надеждами, устремлениями, существенными приметами жизненного мира, социальными привычками, некогда свойственными их социальному окружению.

Источниковая база представляется диссертанту, хотя не исчерпывающе полной (таковая потенциально вбирает все сибирские исторические источники исследуемого времени), но достаточно репрезентативной по количеству и составу входящих в нее материалов для разрешения поставленных исследовательских задач.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней впервые анализируется как некая системная целостность – сибирская городская ментальность в нестабильный период модернизационных трансформаций конца XIX – начала XX в. Ряд использованных источников впервые вводится в научный оборот или используется для изучения ментальности.

Практическая значимость работы. Материалы диссертации могут найти применение в научных разработках проблем, касающихся изучения субъективного. социокультурных факторов в историческом развитии, использоваться при подготовке обобщающих трудов по истории Сибири, российской и сибирской урбанистике; при разработке учебных курсов, спецкурсов по истории Сибири конца XIX – начала XX в., краеведению, в научно-популярных публикациях, в музейной деятельности.

Апробация работы. Основные положения диссертационной работы были подставлены в выступлениях на четырех Всероссийских конференциях (Томск, 2005, Красноярск, 2005, Рубцовск, 2005 и 2006 гг.) и отражены в научных публикациях. По теме опубликовано девять работ, в том числе вышли две статьи в научном журнале, рецензируемом ВАК («Вестник Томского государственного университета»). Диссертация обсуждалась на кафедре истории и документоведения исторического факультета Томского государственного университета.

Структура работы. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы и двух приложений. Приложение А демонстрирует методику работы с содержанием серийных источников – составление базы данных на основе ключевых понятий анализа. Приложение Б представляет собой протокол осуществленного сравнительного контент-анализа двух сибирских газет противоположной политической направленности, выявляющего имеющиеся между ними сходство и различия в некоторых значимых для понимания ментальности когнитивных установках.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ Во введении обосновывается актуальность темы, определяются ее хронологические и территориальные рамки, объект и предмет исследования, понятие ментальности, устанавливаются цели и задачи работы, дается историографический обзор литературы и характеристика источников.

Первая глава «Изменения жизненного мира западносибирских горожан после сооружения Сибирской железной дороги. Категории материального достатка и способов его достижения в сибирской городской ментальности конца XIX – начала XX в.» состоит из трех разделов.

1.1. Западносибирская городская повседневность в свете изменения жизненного мира горожан конца XIX – начала XX в. В разделе прослежен ряд трансформаций, происходивших в рассматриваемое время в материальной и социальной сферах сибирских городов, сказывавшихся на образе жизни горожан и их душевном самочувствии: быстрота перемен и ускорение темпа жизни;

расширение возможностей для заработков и рост конкуренции на рынке труда, в предпринимательстве; рост потребительских соблазнов и вздорожание жизни;

углубление контраста между богатыми центральными районами и бедными окраинами; увеличение численности интеллигенции, способствовавший оживлению культурной и общественной жизни, и рост численности маргинальных элементов, понижавших состояние городской культуры; умножение социальных контактов, увеличивавших не только возможности общения, но и анонимность городской среды; развитие тенденций индивидуализации в обществе и его массовизации и т.д. Пестрота узора стратификации городского социума, усугублявшейся полиэтничностью населения сибирских городов, определяла многовариантность идентификации по признаку свой / чужой. Привычный жизненный уклад горожан отступал перед потребностями развивающегося капитализма, порождая как энтузиазм жаждущих прогресса и культуры для рос сийской окраины, так и опасения, вызванные новыми веяниями. Переменчивые и нервирующие в своей неустойчивости характеристики городского общества проверяли на прочность старые установки коллективного сознания, способствовали распространению новых.

1.2. Бедность и богатство в коллективной ментальности. Во втором разделе выясняется неоднозначное отношение современников к данным феноменам и их носителям в системе нравственных координат сибирских горожан и в контексте социальной реальности сибирского города. Бедность воспринималась как личное бедствие и социальное зло, а бедняки – как нуждающиеся в помощи общества и более состоятельных людей. Помогать беднякам считалось нравственным долгом. Но бедняк с протянутой рукой балансировал в глазах сограждан на грани сострадания и презрения: считалось недостойным просить милостыню, вместо того, чтобы зарабатывать своим трудом «на хлеб», и сама ситуация зависимости от милостей чужого человека воспринималась как унизительная, связывалась с представлением об утрате достоинства. Отношение горожан к беднякам колебалось между сочувствием к чужим несчастьям и высокомерием перед «слабыми», между осуждением порочной нищеты и уважением к трудящимся нестяжателям.

В противоположность бедности богатство страны, края, зажиточность населения в целом представлялись как безусловное благо. Повседневное поведение горожан демонстрировало их стремление к индивидуальному и семейному материальному благополучию. Но оценка индивидуального материального благоденствия в коллективной ментальности выглядела неоднозначно. На шкале морально / аморально богатство измерялось по двум основным позициям. Первая – служит ли оно во благо многих или только избранных, насколько альтруистичны его обладатели: владельцы индивидуальных состояний должны были делиться своими средствами с нуждающимися. Вторая – способ достижения благосостояния. Оценка нравственных качеств самого человека во многом зависела от того, добивался он материального благополучия честным трудом или путем легкой наживы.

1.3. Труд и легкая нажива в системе ментальных установок. В разделе раскрывается содержание этих понятий, их противопоставление друг другу.

Труд воспринимался не только как повседневная необходимость, но как обязанность религиозно-нравственная, а для общественно настроенных образованных людей – и как нравственно-гражданский долг. В части общества получило распространение настроение, которое можно назвать лаборофилией, имея в виду почитание труда как общественного явления. Оно перекликалось с традици онными христианскими морально-этическими нормами и с социалистическими идеями.

В основе понятия труд находилось представление о его тяжести. Наиболее густой его консистенцией являлся труд физический, благодаря чему в некоторых социальных контекстах умственный труд оказывался на периферии или за рамками понятия труда. Одним из самых благородных признавался труд… земледельца: сибирская городская ментальность таила в себе черту аграрного менталитета, поддерживая в общественном сознании традиции России как земледельческой страны. Развитие фабрично-заводской промышленности сибирским «образованным обществом» считалось залогом развития края, его движения по пути прогресса. Но поэтизации фабричного труда не происходило, во всяком случае, отечественного. Причиной тому были условия фабричного производства, загрязнение предприятиями окружающей среды, долгий рабочий день и вообще условия жизни рабочих, в том числе и не вполне нравственная атмосфера заводских поселков.

Оттеняли сущность понятия труд его антиподы. На шкале добродетелей труд имел антагонистами порок (например, проституцию) и легкую наживу.

Понятие нажива соотносилась с кражей (в главе разбирается отношение в сибирском городском обществе к присвоению чужого имущества) и с предпринимательством, прежде всего с коммерцией. Для горожан из простонародной среды торговля представлялась привлекательным занятием. В «образованном обществе» развитие торговли и промышленности признавалось непременным условием процветания Сибири. Но отношение к торгующим и их капиталам не было однозначным. Занятия торговлей связывались в повседневных представлениях с обманом. Коммерция нередко соседствовала с грехом и пороком, обслуживая низменные человеческие страсти, а эгоистичная коммерческая выгода воспринималась как противоположность благородного альтруистичного бескорыстия.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»