WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 8 |

Поселений с чистыми комплексами эпохи бронзы или коллекциями с незначительной примесью других материалов немного. К ним относятся Под Сопкой, Усть-Рыбежна II в Приладожье, Пичево III, Усть-Водла I, II, V, Черная речка V, Бостилово II в Прионежье, Елменкоски, Сумозеро V в Прибеломорье. Большинство пунктов заселялись неоднократно и содержат материалы разного времени в разных пропорциях от эпохи камня до эпохи средневековья. Исследователи отмечают неравномерность залегания материалов в раскопах, его концентрацию в местах бытовых центров внутри и около построек, хозяйственных ям, очагов и кострищ. Следы от наземных жилищ в виде овальных и округлых линз темного песка размером от 3 до 6 м, с одним или двумя выходами, с очагами в центре найдены на поселениях Усть-Рыбежна II, Келка III, Елменкоски. Предполагается, что аналогичные жилища могли существовать на поселениях Изсады I, Олонка IV, Малой Суне IV, Охтоме I, Кудаме XI, Сомбоме I, где вокруг очагов и кострищ были найдены скопления материала эпохи бронзы. Такие легкие наземные постройки могли иметь вид чума с остовом из жердей. На ряде поселений выявлены многочисленные очаги, кострища и хозяйственные ямы этого времени. Материальная культура эпохи бронзы представлена керамикой, каменными и бронзовыми орудиями, остатками литейного производства.

Керамика наиболее массовый, а на многослойных памятниках часто единственный, достоверно определимый материал эпохи бронзы. Для ее анализа привлекались части от 1428 сосудов, выделенных из коллекций памятников России и 22 памятников Финляндии. Важнейшими показателями посуды являются ее форма и орнаментация. Своеобразие типичной сетчатой керамики определяет взаимодействие трех генетических компонентов:

фатьяновского, поздняковского, ямочно-гребенчатой керамики. Форма горшков редко восстанавливается полностью и в основу классификации положены типы, выделенные по верхним частям сосудов, что позволяет произвести статистические подсчеты по типам в отдельных комплексах, регионах и ареале в целом. Вся посуда делится на профилированную и непрофилированную. Среди профилированной посуды выделяются три вида.

К первому относятся приземистые бомбовидные сосуды с раздутыми боками и резкой профилировкой, близкие аналогичным фатьяновским горшкам. Они распространены в большей степени в южной части ареала (до 70%) и меньше в северной (до 26%). Наблюдаются изменения и внутри вида. Наиболее архаичные формы сосудов преобладают на самом юге ареала в ранних комплексах (Белозерская, Келка III). Аналогии им можно найти в материалах территориально и хронологически близкого фатьяновского ВолосовоДаниловского могильника 18-16 вв. до н. э. в Ярославском Поволжье. Второй вид представляют округлобокие плавнопрофилированные горшки, а третий небольшие ребристые сосуды, сходные с поздняковскими. Их количество в разных регионах стабильно и колеблется в пределах 25 - 30%.

Непрофилированные сосуды хуже других поддаются реконструкции. Среди них выделены два вида: сосуды усеченно-конической и баночной формы, v также сосуды полуяйцевидной и шаровидной формы. Первые широко распространяются в эпоху бронзы в лесной полосе. Их количество в ареале нарастает к северу от 3% в Белозерье до 17% в Беломорье и 24% в Финляндии. Немногочисленные полуяйцевидные и шаровидные сосуды Белозерья, Каргополья, Приладожья и южной Карелии имеют аналогии среди неолитической ямочно-гребенчатой керамики. Орнаментация также представляет собой сплав трех генетических традиций, правда доля участия в ее формировании разных компонентов неодинакова. Типично фатьяновские композиции из несомкнутых ромбов, вертикальных отрезков и др., в сочетании с другими фатьяновским признаками, такими как лощение, примесь органики, резкой профилировкой, зафиксированы на относительно немногочисленных сосудах, которые не встречаются севернее широты оз.

Онежского. В целом фатьяновские черты в орнаментике типичной сетчатой керамики выражены ощутимо слабее, чем в керамических формах.

Поздняковские узоры из жемчужин, городков, мелких зубчатых штампов намного обильнее фатьяновских. Их доля в среднем составляет от 25% до 30%, уменьшаясь к северу. Многочисленные гребенчато-ямочные композиции имеют сходство с мотивами, широко распространенными в эпоху бронзы на памятниках лесной полосы Восточной Европы. Однако среди них выделяются неолитоидные композиции, восходящие к ямочногребенчатой посуде из косопоставленных оттисков гребенчатого штампа с ямками полушарной и конической формы, иногда выстроенных в шахматном порядке, композиции из уточек и реликтовых поясков ямок на тулове. Такие композиции шире представлены на юге ареала, особенно в Белозерье, Каргополье и южной Карелии. Общий вес неолитоидных композиций значителен и составляет почти треть от общего числа. В данном случае культурная традиция более отчетливо запечатлелась в орнаментике, чем в формах сосудов. Орнаментика типичной сетчатой керамики Северной России и Финляндии, как и ее формы, представляет устойчивый комплекс элементов, имеющих высокую степень сходства с формой и орнаментикой сетчатой керамики Верхнего Поволжья, что говорит об их единстве и общности происхождения. Более богато и разнообразно орнаментирована посуда южной части ареала, где она сохраняет больше архаичных черт и имеет более ранний облик. К северу и северо-западу орнамент упрощается и обедняется. Тулово большинства сосудов покрыто сетчатыми оттисками и, реже, штриховкой, выполненными преимущественно гребенчатым штампом.

В тесто сосудов добавлялась дресва, песок, реже органика, а на севере асбест, тальк и слюда. Каменные орудия выделены на многослойных поселениях и поселениях с незначительной примесью инородных материалов. В их типах и технике обработки фиксируются традиции фатьяновской культуры и древностей северного неолита. Из крупных рубящих орудий сверленые молотки, черешковые и валиковые топоры из гранита и диабаза ведут свое происхождение от фатьяновских древностей. Кроме того, часть крупных рубящих сланцевых орудий с ранних памятников (Белозерская, Келка III) обработана нехарактерными для северного неолита приемами: сколами по всей поверхности и пикетажем, что также отражает фатьяновско-балановские традиции. Южными по происхождению, по-видимому, являются и сейминские наконечники стрел, неизвестные на Севере в более раннее время.

Каменный инвентарь во многом сохраняет прежние традиции в наборе орудий и технике их обработки. Найдены листовидные наконечники стрел, дротиков и копий, многочисленные скребки, скобели, проколки, резчики, резцы, ножи и ножевидные пластинки, шлифовальные плиты и точильные бруски, отбойники, а также тесла, стамески и топоры, зашлифованные по всей поверхности. Крупные рубящие орудия изготовлены из сланца, абразивы из кварцита и песчаника, прочие в основном из кремня и кварца.

Специфическими для Севера в это время являются наконечники стрел беломорского типа с пильчатой ретушью по краям. Для каменной индустрии культуры типичной сетчатой керамики характерны высокая техника обработки орудий, дальнейший прогресс, заключающийся в возрождении старых (пикетаж) и появлении новых приемов обработки камня (пильчатая ретушь), расширения ассортимента орудий (сейминские и беломорские наконечники, сверленые молотки). Правда, как отмечали многие исследователи, количество рубящих орудий к финалу эпохи уменьшается, что связывают с появлением бронзовых кельтов. Известно 4 акозинскомеларских кельта и 4 литейных формы из талька для их отливки. Два кельта из Приладожья (Каукола и Валкьярви) являются случайными находками Кельты с поселений Кудамы XI в Прионежье и Кинемы в Каргополье могут быть связаны с материалами эпохи бронзы - железа. Три литейные формы обнаружены в Северной Финляндии (Ала-Пааккола, Суопаярви, Салмониеми), одна на Кольском п-ове (Маяк II). Из них первые две являются случайными находками. На памятниках в Салмониеми и Маяке II формы связаны с керамикой эпохи бронзы или железа. В Среднем Поволжье подобные кельты датируются 8 — 6 вв. до н. э., на Севере они распространяются в конечный период своего существования (Кузьминых, 1983). Автор не исключает, что на Европейском Севере акозинско-меларские кельты используются несколько дольше, чем в Среднем Поволжье, где развитие культуры прекращается в 6 веке до н. э. Проникновение кельтов на Север может быть связано с потоком поволжской культуры, но, скорее всего, они стали проникать сюда несколько ранее. Остальные следы металлообработки малочисленны и представлены отдельными льячками, тиглями, слитками бронзы. Рассмотренные памятники образуют северную часть обширного ареала типичной сетчатой керамики и смыкаются с аналогичными памятниками Средней и Верхней Волги. Сетчатая керамика попала на Европейский Север в уже сложившемся виде, хотя самые южные районы (Белозерье) могли входить в зону ее формирования. Генетические компоненты (фатьяновский, поздняковский, ямочно-гребенчатой керамики), общее исчезновение архаичных черт с юга на север однозначно свидетельствуют о южном верхневолжском происхождении керамики. Автор подтвердил мнение, которое до него уже высказывали другие археологи, но использовал для этого вывода более широкий круг источников. Он также предполагает, что исходным районом для образования культуры мог быть участок Волги, особенно ее правобережье, от Нижнего Новгорода до Ярославля и Костромы, где смыкаются территориально верхневолжские фатьяновские и поздняковские древности. Финал ямочно-гребенчатой керамики изучен пока недостаточно, но ясно, что распространение волосовской культуры не привело к повсеместному ее исчезновению во всем огромном ареале. Очевидно, что на Европейском Севере типичная сетчатая керамика вышла из употребления не одновременно. Верхняя хронологическая граница по радиоуглеродным датам и времени финала поздняковских и фатьяновских культур определяется примерно сер. 2 тыс. до н. э. или чуть более ранним временем. К самым ранним коллекциям Севера относятся материалы крупных поселений Белозерской, Келки III, Томицы и Усть-Рыбежны II. Памятники более поздней фазы культуры - первой половине 1 тыс. до н. э., содержат меньшее количество материала.

Возможно, это наблюдение отражает какие-то изменения в жизни дофинского населения. Например, изменение в демографической ситуации, переход к более мобильному образу жизни. Материалы самых северных поселений в Беломорье и Финляндии в массе своей более поздние.

Поселения в низовьях р. Выг расположены на террасах субатлантического времени 8 - 6 вв. до н. э. Этим же временем по радиоуглероду датируется поселение Усть-Водла V. Поздний облик имеет керамика поселений Келка I, Бостилово II, Елменкоски. Финал культуры связан с проникновением поволжского потока культуры в сер. 1 тыс. до н. э. Многие ученые связывают генезис финских народов с развитием сетчатой керамики. Это мнение может быть справедливым, но для этого требуется доказать преемственность между сетчатой керамикой эпохи бронзы и сетчатой керамикой эпохи железа в Прибалтике и Поволжье, а также ее преемственность с более поздними древностями средневековья.

Во втором разделе третьей главы «К вопросу о происхождении южного финского компонента» дана характеристика культурной ситуации начала эпохи железа на пространстве от Среднего Поволжья до южного Белозерья и Посухонья. На основе археологического материала автор проследил миграцию поволжской культуры на север. В 8 - 6 вв. до н. э. на этой территории возникла контактная зона между культурно-историческими общностями сетчатой керамики с запада и ананьинской с востока. Многие археологи ассоциируют ананьинскую общность с предками пермских и части поволжских финнов, область сетчатой керамики - с прибалтийскими и поволжскими финнами. Эта контактная зона могла соответствовать языковому состоянию финно-волжской общности, когда предки поволжских и прибалтийских финнов, а также саамов (южный компонент) могли проживать в территориальной близости, на что указывает и близость их языков. В этой контактной зоне происходило смешение разных культурных черт и традиций, благодаря чему появились памятники, сочетающие в себе западные и восточные черты. Вся совокупность археологических, лингвистических и антропологических данных свидетельствует о том, что истоки южного саамского компонента находятся в Поволжье. Точкой отсчета в его продвижении на Север следует считать 6 в. до н. э., когда развитие культуры на Средней Волге прерывается, и наблюдается отток древностей в районы Верхней Волги и севернее. Следы этого продвижения отчетливо зафиксировались на некоторых городищах и селищах Костромского, Горьковского и Ярославского Поволжья, Верхней Сухоне и Нижней Шексне.

Именно в Верхнем Поволжье и Посухонье лингвисты выделяют топонимию, свидетельствующую о существовании здесь древнемарийского, прибалтийско-финских, близких саамскому, и вымерших языков, которые занимают промежуточное положение. Для того, чтобы проследить миграцию, автор дал обзор древностей начала эпохи железа с юга на север от Средней Волги до Посухонья. Выяснилось, что среди материалов некоторых костромских (Ватажка, Минское городище и др.), ярославских (городища у с.

Городок и с. Городище и др.) поселений в 7 - 5 вв. до н. э. появляется ананьинская керамика, костяные орудия и бронзовые вещи, аналогичные средневолжским. Становится очевидным, что в относительно короткий промежуток времени на некоторых поселениях начала эпохи железа в Верхнем Поволжье проявляются черты, свойственные древностям Среднего Поволжья. Причем этот культурный горизонт тонок и не повсеместен. В напластованиях 3 -2 вв. до н. э. ананьинских вещей уже нет. Учитывая эти факты, автор рассматривает верхневолжские памятники как следы кратковременного пребывания здесь населения из областей Среднего Поволжья. Ананьинская керамика и вещи в этом районе инородны и не связаны генетически с древностями эпохи бронзы. Какая-то часть средневолжского населения могла остаться на Верхней Волге и быть ассимилирована. Другая часть вместе с верхеволжскими группами устремилась в менее заселенные северные районы. Культурный процесс на Верхней Волге пошел по пути развития дьяковских древностей. Далее на север подобные древности обнаружены на Верхней Сухоне (Векса I, Лиминская XIX - XX, Валявка). Они датируются по ананьинской керамике и довольно многочисленным металлическим вещам 8 — 6 вв. до н. э. и имеют сходство как с поволжскими, так и с южными позднекаргопольскими памятниками. По-видимому, именно в районе Верхней Сухоны южный финский поток окончательно разделился. Часть его осела, а другая приняла участие в формировании саамов. Во всяком случае, вместе с Верхним Поволжьем это именно та территория, где древнесаамское население могло проживать непосредственно перед проникновением далее на Север.

В третьем разделе третьей главы «Позднекаргопольская культура» охарактеризована первая культура общности эпохи железа (Косменко, 1992, 1993; Манюхин, 1989, 1991, 1996). Она возникает около сер. 1 тыс. до н. э.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 8 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»