WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

На примере сибирского региона показано, что политико-коммуникационное поле субъектов политики складывается как минимум из таких составляющих как сбалансированная структура и действенность нормативно-правовой базы, касающейся информационной политики региона; реализация проектов и программ, направленных на формирование социального партнерства; наличие традиционных и «нетрадиционных» информационных ресурсов, обеспечивающих доступ граждан к информации. На основе анализа этих параметров автором выявляется ряд тенденций, рассмотрение которых может стать условием совершенствования деятельности как региональной прессы, так и властных органов. В частности, выявляется, что в среднем каждое пятое издание сибирского региона принадлежит государственным или муниципальным органам власти. В период своего «вторичного огосударствления» в различных областях эта зависимость носила свой специфический характер. Доказывается, что в политическом плане это явление имеет отрицательный характер. С целью повышения информационной открытости органов власти требуется пересмотреть не только существующие политикокоммуникационные ресурсы региона, но и переосмыслить определение информационной политики в целом.

На основе проведенного анализа политико-коммуникационного поля Сибири автором формируется система внутренних и внешних факторов трансформации системы региональной прессы. Внутренние факторы непосредственно участвуют в становлении и развитии прессы: личностный, структурнофункциональный, технологический, нормативно-организационный. Внешние факторы определяют формы и необходимые условия для функционирования прессы как самостоятельного политического института: нормативно-правовой, научнообразовательный, позиционный.

В третьем параграфе «Особенности политической субъектности прессы в постсоветский период» обосновывается использование институционального подхода к исследованию региональной прессы. Он позволяет проанализировать характер участия прессы в политических процессах, определить ее место и роль в структуре политических институтов общества.

На основе выделения параметров субъектности прессы, исследуются условия ее взаимодействия с властными структурами. Подчеркивается, что модель их взаимодействия не может быть единой, однако главным фактором является их взаимопроникновение, взаимообусловленность. В диссертации сравниваются два типа медиа-политической системы: манипулятивная и диалогическая. Суть манипулятивной модели взаимодействия прессы и власти формулируется еще в середине ХХ в. Ф. Сибертом, У. Шраммом, Т. Питерсеном и подкрепляется исследованием опыта геббелевской пропаганды. В диссертации проанализировано влияние глобализации информационного пространства. Показано, что в условиях постмодернистской фрагментации и неупорядоченности формируется «всемирный индивид», развивается «мондиализация аудитории»3. Рассмотрены манипулятивные эффекты взаимодействия источников информации и журналиста по модели Г. Гербнера и У. Джонсона. Подвергается критике мифологизированное определение СМК как «четвертой власти», где главной методологической неточностью является сопоставление прессы в одном ряду с традиционными ветвями государственной власти.

Диалогический тип медиа-политической системы анализируется сквозь призму политической коммуникации. Акцентируется внимание на том, что коммуникация в политике – это не просто передача сообщений, она функционирует как системный фактор общественно-политической организации и как способ реализации власти. Политика выражает себя через систему коммуникативных действий (Ю. Хабермас), которые имеют символическую природу и публичность. По мнению диссертанта, недостаточно развитая теоретическая структура категории политической коммуникации деструктивно сказывается на разработках моделей взаимодействия субъектов политики, вскрытии принципов политической организации современного информационного общества.

С этой точки зрения автор выделяет наиболее важные составляющие эффективной политической коммуникации в системе отношений «общество–СМК–власть»:

реципрокность (взаимность) отношений, диалогичность и установление доверия. А необходимыми функционально-ролевыми изменениями прессы являются: идентификация СМК в роли партнера для власти и социального лидера для общества (граждан), актуализация исследовательской, творческой и внедренческой функций прессы. Концепция партнерства предполагает, что оба института обладают властной основой и в своем влиянии на общество стремятся к общей цели - регулирование и гармонизация отношений различных политических субъектов. Общество, в свою очередь, также обладает потенциалом влияния, который находится в актуальном или потенциальном состоянии, и имеет возможность взаимного воздействия на медиа-политическую систему. Выделяются три источника власти прессы: структурный, психологический и нормативный, которые рассматривается как факторы социально-политических преобразований. Партнерские взаимоотношения прессы и власти актуализируются в контексте таких задач, как конвертация ресурсов власти, выработка механизмом признания тех или иных проблем публичными, пропаганда навыков разрешения конфликтных ситуаций через снижение коммуникативной ассиметрии «управляемые–управляющие».

С точки зрения диссертанта, тип политической коммуникации, который формируется в медиа-политической системе, зависит от конкретных политикокоммуникативных стратегий прессы. Любой тип коммуникативной стратегии воспринимается в единстве трех аспектов. Идеологический уровень прессы предстает как «система смыслов, обеспечивающая постижение и толкование ценностных суждений о мире и обществе»4. В этом случае пресса функционирует посредством принятия и усвоения набора ценностей, схем, задающих определенную трактовку соци Грачев, М. Н. Политические коммуникации и коммуникационное измерение политики [Текст] / М. Н. Грачев // Материалы межвузовской научной конференции «Новая» Россия: политическое знание и политологическое образование. 1–2 декабря 2000 г. – М., 2000. - С. 39.

Тузиков, А. Р. Масс-медиа: идеология видимая и невидимая [Текст] / А. Р. Тузиков // Полис. – 2002. - №5. - С. 123.

ально-политических феноменов в контексте легитимации интересов тех или иных групп. Психолого-идентификационный уровень прессы включает набор установок, психологическую готовность и определенную схему самоидентификации журналистов для осуществления тех или иных практик. Функционально-технологический блок коммуникативной стратегии прессы содержит комплекс тех методов, способов, приемов деятельности журналистов, которые раскрывают и поддерживают идеологию издания.

Во второй главе «Гражданская журналистика как тип коммуникативной стратегии прессы в фокусе политического анализа» теоретическому анализу подвергается одна из наиболее актуальных, по мнению диссертанта, моделей политикокоммуникативных стратегий – гражданская журналистика.

В первом параграфе «Гражданская журналистика: проблемы категориального определения» разобрана семантика этого понятия, рассмотрена предметная сторона гражданской журналистики. Утверждается, что гражданская журналистика относится к новейшим понятиям и отражает общую тенденцию идейнотерминологических новаций, которые серьезнейшим образом захватывают поле политики и журналистики. Одним из основных вопросов современной эпохи является усиливающиеся факторы информационного общества, что требует не просто адаптации людей к новым реалиям информационной действительности, но смещение акцента на «альтернативные медийные коммуникации», формирующие «коммуникационное общество»5.

Анализ таких понятий, как «гражданин», «гражданское сознание», «политическое участие» позволяет выявить существенные смысловые элементы гражданской журналистики. Так, гражданин обладает правосубъектностью, властнополитическим потенциалом, устойчивой правовой связью с государством, проявляющейся в совокупности их взаимных прав и обязанностей. Соответственно, гражданская журналистика как политико-коммуникативная стратегия направлена на то, чтобы представлять гражданам политически значимую информацию, достаточную для принятия рациональных решений и формирования своего политического участия. В рамках гражданской журналистики газета вместе с общественностью осуществляют всю цепочку гражданского контроля «знать–предлагать– обсуждать–экспертировать–добиваться принятия решений»6.

На идеологическом уровне ценностные ориентиры гражданской журналистики включают многосубъектность политического процесса; инновационные формы поддержания демократических институтов (гражданский контроль, экспертиза, социальный маркетинг, выявление и артикуляция общественного мнения); передачу знаний вместо информации («встроенность» информации в общественнополитический контекст); ориентацию на граждан как на активных участников событий. Для более глубокого проникновения в природу концепции гражданской журналистики данное понятие исследуется в соотнесении с такими категориями как гражданское общество, публичная политика. Поиск и анализ адекватных подСм.: Землянова, Л. М. Идейно-терминологические новации в современных дебатах об информационном обществе и его этических аспектах [Текст] / Л. М. Землянова // Вестник МГУ. Серия 10. Журналистика. – 2005. - №3. – С. 56.

Юкечев, В. П. Оптимистические сюжеты о «Прозрачном городе» [Текст] / В. П. Юкечев // Прозрачный город. – Н-ск., 2002. – С.

10.

ходов к их интерпретации позволил не только сформулировать основные направления понимания гражданской журналистики, но и выявить их реальное взаимодействие. На психолого-идентификационном уровне важен механизм проекции и идентификации журналистов со своим сообществом, преодоление инструментального отношения к своему труду, открытость политических позиций и ценностнокультурных ориентаций. Включенность журналиста в политический процесс предполагает сочетание чувства социальной справедливости и ответственности за результаты своей работы. Функционально-технологическая схема гражданской журналистики представляет собой выявление и представление совокупности взглядов различных индивидуальных и коллективных политических субъектов на ту или иную проблему и ряд конкретных действий, направленных на ее разрешение. Таким образом, гражданская журналистика понимается в смысле практического совершенствования взаимоотношений в обществе, формирования правого сознания граждан, организации практики их политического участия, что адекватным образом согласуется с задачами трансформации политической системы России.

Во втором параграфе «Эволюция концепции гражданской журналистики» показывается, что понятие гражданской журналистики вошло в научный оборот лишь в последние два десятилетия преимущественно в США, институциализацией которого занимается Центр гражданской журналистики Пью. Но предпосылки формирования концепции гражданской журналистики обнаруживаются в различных теориях, формирующихся на протяжении ХХ века.

Императив социальной ответственности СМК был обозначен в середине прошлого века в правительственном докладе Р. Хатчинса «Свободная и ответственная печать». Далее эта теория была сформулирована и развита Ф. Сибертом, У. Шраммом и Т. Питерсоном в книге «Четыре теории прессы». В отличие от трех классических теорий, которые сформировались в разные столетия – авторитарная (Англия, XVI-XVII вв.), либертарианская (Англия, после 1688 г.), советская коммунистическая (СССР, после 1917 г.) – теория социальной ответственности (США, после 1947 г.) апеллирует к ответственности СМК за переданную информацию перед широкой общественностью. Основная цель СМК формулировалась как перевод конфликта на уровень обсуждения.

Идеология нового коммунитаризма, которая формируется как влиятельное западное направление общественно-политической мысли в 1980–1990-е годы в США, определяет концептуальные положения целей журналистской деятельности. Они основываются на отрицании общепринятой биполярной модели «индивидуализм – коллективизм», указывая на необходимость гармонического соединения интересов индивида и общества. Единство личности и государства основано на взаимности прав и обязанностей, ответственности и свободы всех членов локального сообщества – community (коммьюнити).

Шарлотский проект является основой для современного понимания гражданской журналистики. Недостатки в освещении прессой в 1988 г. президентских выборов США и крайне низкая электоральная активность повлекли за собой активный поиск формирования социальной ответственности прессы в период избирательных кампаний. В результате двухлетнего сотрудничества газеты «The Charlotte Observer» («Шарлот Обзервер») и телестанции WSOC-TV в (г.

Шарлотт) определялась «атмосфера» следующей предвыборной кампании посредством введения новых подходов в освещении избирательного процесса.

Требовалось перераспределить активные роли, а именно сделать граждан действующими участниками предвыборной кампании.

В России интерес к гражданской журналистике проявляется в сообществе ученых, журналистов на протяжении десяти последних лет. Об этом свидетельствует тот факт, что проблематика гражданской журналистики ежегодно обсуждается на общероссийских и региональных конференциях, во многих регионах России действуют профессиональные журналистские институты, которые продвигают гражданскую журналистику от точечного экспериментирования к повседневной практике региональных российских изданий. Выпускается специализированное издание «Гражданская журналистика».

В третьем параграфе «Гражданская журналистика как политикокоммуникативная стратегия в оценках экспертов сибирского региона» предлагается ознакомиться с результатами экспертного опроса в сибирском регионе. В ходе исследования опрошены журналисты региональных СМК, политические деятели и государственные служащие, представители общественных организаций, высших учебных заведений, то есть индивиды, функционирующие в системе отношений «общество–СМК–власть», вынужденные осуществлять разного рода социальнополитические коммуникации и обладающие соответствующим экспертным знанием. Полученные мнения делятся на три условные группы – «журналистов», «общественников» и «представителей органов власти»».

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»