WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Анализ «воображаемого» имеет богатую историю в современной социальной теории: историческая наука в лице школы «Анналов» рассматривает воображаемое и его эволюцию как часть истории представлений, представитель французского психоанализа Ж. Лакан интерпретировал воображаемое как фрейдовское Я, Г. Башляр исследовал воображаемое в литературном творчестве, а Л. Альтюссер и С. Жижек в своих работах анализируют взаимное проникновение воображаемого и идеологии.

Понимание «симуляции» как «воображаемого» позволяет трактовать анализ потребления в современном обществе, проведенный Бодрийяром, как изучение воображаемого (то есть коллективных образов и смыслов) в конкретном обществе. Кроме того, учитывая тесную связь бодрийяровского теоретизирования с политикой и литературой, сами работы французского мыслителя могут быть истолкованы с точки зрения проникновения в них воображаемого и его влияния.

Вклад Бодрийяра в понимание воображаемого состоит в том, что он дополняет определение воображаемого как системы коллективных образов, исторически обусловленных, конкретных и креативных, которое в разное время давали Г. Башляр и Ж. Ле Гофф, выявлением в нём противоположной тенденции. Идея воображаемого мира достигает своего апогея в бодрийяровской гиперреальности, но это специфическое воображаемое, в котором исчезает творчество, страсть, стремление к новизне и эмоциональные переживания. Гиперреальность – новое состояние реальности, которое сформировано вездесущим и реалистичным телевидением. В гиперреальности реальность совпадает с её симулятивными моделями, то есть все вокруг становится одним сплошным фантазмом. Д. Келлнер определяет гиперреальность как разновидность воображаемого, где опыт более интенсивный, генерированный новыми технологиями11. В ней обнаруживается движение к стандартизированности, к комбинации повторяющихся, заранее известных элементов. Бодрийяр делает акцент на автоматизме и бессознательном аспекте воображаемого в современном обществе.

Вторая глава, «Потребление в работах Жана Бодрийяра:

систематизация и прояснение основных понятий», посвящена собственно потребительской проблематике в работах Бодрийяра. Первый параграф, «Критика политической экономии – критика капиталистического общества 60-х гг. ХХ в», содержит анализ бодрийяровского понимания того, чем является современное капиталистическое общество и каковы особенности потребления в Kellner, D. Jean Baudrillard: from Marxism to postmodernism and beyond. Stanford, 1989. P. 129.

нем. Объектом анализа в данном параграфе служит монография «Зеркало производства» (1973). Она как бы подвела черту под ранними (социологическими, марксистскими) изысканиями Бодрийяра на тему потребления. Несмотря на декларированное французским мыслителем желание порвать с марксистской традицией, именно эта работа концентрирует в себе все особенности Бодрийяра как марксистски ориентированного социального критика современного (то есть 60-х гг. ХХ века) капиталистического общества и такой его сферы как потребление. В этом же параграфе рассматривается, как исторический контекст (события мая-июня 1968 года во Франции) повлиял на бодрийяровскую критику общества потребления.

Бодрийяр сочетает в своей интерпретации идей Маркса технократические, семиотические и фрейдистские мотивы. Он заменяет строгий детерминизм производства и классовой борьбы, выдвинутый Марксом, таким же строгим семиотическим и техническим детерминизмом12. В связи с этим Д. Келлнер даже назвал бодрийяровскую критику марксизма тем же марксизмом, но поставленным с ног на голову13. Имеется в виду, что Бодрийяр верит в верховенство знака так же, как Маркс верил в главенствующую роль производства в функционировании общества.

Следуя этой логике, Бодрийяр распространяет предложенное Гэлбрейтом понятие «техноструктура» на все общество. Таким образом, общество Бодрийяр понимает как совокупность людей, обладающих разнообразными техническими знаниями, опытом и способностями, в которых нуждается современная промышленная технология и планирование. Она охватывает обширный круг лиц – от руководителей современных промышленных предприятий почти до основной массы рабочей силы – и включает в себя тех, кто обладает необходимыми способностями и знаниями14.

Kellner D. Jean Baudrillard after modernity: provocations on a provocateur and challenger // International journal of Baudrillard study. 2006. Num. 1. Vol. 3. P. 15.

Kellner D. Jean Baudrillard after modernity: provocations on a provocateur and challenger // International journal of Baudrillard study. 2006. Num. 1. Vol. 3. P. 6-7.

См.: Гэлбрейт Дж. К. Новое индустриальное общество / Дж. К. Гэлбрейт ; [пер. с англ.: П. А. Алябьев и др.] – М.: ЭКСМО, 2008. С. 84, 88, 144 – 147, 151.

Несмотря на критичность по отношению к Марксу и социологии в целом, анализируя реальное общество, Бодрийяр строго придерживается выработанной классиками социологии ориентации на познание общества, исходящей не из того, что само общество думает о себе, а основанной на поиске более глубоких оснований социальной реальности. Дистанцирование от Маркса прослеживается в том, что Бодрийяр отказывается от идеи революции и действующего субъекта, который может изменить ситуацию, он утверждает, что отчуждение тотально и не может быть преодолено.

Кроме того, анализ бодрийяровской критики учения К. Маркса позволил определить основные черты современного потребления: нормативность и изобилие как доминанту потребительского поведения и магический характер восприятия потребителями предметного мира. Потребитель в этом контексте предстаёт существом зависимым, слабым, подверженным влиянию идеологии и группы.

Во втором параграфе, «Мобилизация и потлач – две стороны одного потребления», проанализирована созданная Бодрийяром типология потребления. Разоблачая потребление как инструмент социального контроля, Бодрийяр формулирует континуум, полюса которого определяются как «мобилизованное» и «потлачеобразное» потребление. «Мобилизованное» потребление – принудительное, нормативное и ориентированное на удовлетворение искусственных потребностей. Этот тип потребления для Бодрийяра является ложным, потому что он маскируется под царство свободы и удовольствия. «Мобилизованным» является потребление, которое руководствуется логикой инвестирования, калькуляцией затрат и выгод.

Механизмом «мобилизованного потребления» Бодрийяр считает поиск причастности, следование принципу удовольствия и иллюзии символического участия. Определять потребление как «мобилизованное» может только аналитик, это понимание не доступно обычному потребителю.

«Потлачеобразное» потребление – это второй полюс континуума, который описывает переживание потребителем свободы, изобилия и удовлетворенности.

По мнению Бодрийяра, потребление ныне конструируется скорее как долг гражданина, а не как его право или удовольствие15, поэтому, он отвергает гедонистическую интерпретацию потребления. Переживаемый потребителями потлач является еще и симулякром «настоящего» потлача, практиковавшегося в примитивных обществах. «Потлачеобразное» потребление – тот облик, в котором общество потребления является обывателю, его переживание изобилия, доступности и праздничности, сопутствующей потреблению.

Наконец, Бодрийяр конструирует и собственную утопию, «истинное потребление», лежащее вне указанного континуума, которое представляет собой праздник, растрату, истинный потлач. В основе этого типа потребления лежат уже далеко не марксистские или неомарксистские постулаты.

Бодрийяр подходит к критике потребления с идеологических позиций, то есть для него корень любых искажений и отрицательных сторон потребления следует искать в том, что властные группы используют потребление как средство социального контроля и манипулирования сознанием. Бодрийяровское понимание идеологии очень близко пониманию этого явления Л. Альтюссером, который интерпретирует идеологию как воображаемое, опосредующее отношение индивидов к структурным условиям их существования16.

Бодрийяровские потребители воображают себя свободными, наслаждающимися, растущими по социальной лестнице субъектами, не будучи таковыми на самом деле.

Параграфы «Общество потребления в зеркале смыслов и представлений» и «Знаковая меновая ценность вещи: определение и механизм формирования» посвящены интерпретации основных понятий, которые Бодрийяр использует для анализа общества потребления. Во-первых, это понятие «общество потребления», во-вторых, «система вещей», в-третьих, «знаковая меновая ценность».

См.: Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структура. / Пер. с фр., послесл. и примеч. Е. А.

Самарской. – М.: Республика; Культурная революция, 2006. С. 110.

См.: Рисмухамедов Р. А. Концепции идеологии А. Грамши и Л. Альтюссера и их рецепция в современном неомарксизме. Автореферат на соискание уч. степени канд. с. н. СПб, 2003. С. 18.

По сравнению с другими авторами, выдвигавшими концепции нового типа общества (Дж. Гэлбрейт, А. Турен, Э. Тоффлер), Бодрийяр сместил акценты с того, какую роль в формировании нового типа обществ играют изменения производства, на то, как изменяются представления, образы и смыслы, которыми оперируют индивиды, под воздействием гомогенизации жизненной среды, маркетинга, рекламы и кредитования.

Продуктом бодрийяровского анализа общества потребления является система представлений относительно вещей и потребления, характерная для обыденного сознания гражданина общества потребления. Она включает в себя:

представления о вещах и потребительских практиках как знаках статуса, престижа и комфорта;

представления о вещах и других благах как материале для конструирования различий;

представления о том, что вещь обязательно должна быть частью ансамбля;

представления об изобилии как маркере избранных, о той жизни, к которой следует стремиться.

Самым существенным содержательным недостатком концепции «общества потребления» у Бодрийяра является его одномерность: оно сконструировано как утопия господства капитала, который манипулирует потребностями индивидов. Потребитель у Бодрийяра, в отличие от представлений Франкфуртской школы, активен, но это активность робота, а не живого, мыслящего, эмоционального индивида. Парадоксально, но, несмотря на провозглашение потребителя активной деятельностью и способом отношения к миру, в текстах Бодрийяра мы не найдем потребителя-субъекта, по-своему расставляющего акценты, интерпретирующего ситуацию и принимающего решения.

Бодрийяр первым объяснил потребности как связанные с системой объектов, а не с отдельными объектами17, когда каждая вещь потребляется не как отдельная вещь или функция, а как часть ансамбля в витрине магазина или на странице журнала18. «Система вещей» у Бодрийяра означает, что вещи воспринимаются потребителем в совокупности, объединенные смыслом престижа, функциональности и т. п19.

В то же время «система вещей» является скорее общим именем для нескольких идеальных типов, которые Бодрийяр предполагает использовать как инструменты анализа предметной среды, окружающей индивида. Однако в содержании предлагаемых типов предметной среды проявляют себя такие характеристики бодрийяровского теоретизирования, как элитизм, критика массовой культуры и дуализм мышления.

Бодрийяру для характеристики вещей как предметов потребления оказывается недостаточно разработанных Марксом понятий потребительной и меновой ценности. Начав с разработки представлений о «коннотациях», дополнительных смыслах, которые навязывают вещам реклама и маркетинг, Бодрийяр перешел к понятию «знаковая меновая ценность». Оно призвано отразить приоритет знаковых и смысловых мотиваций в потреблении вещей.

Французский мыслитель делает акцент на престижном характере «знаковой меновой ценности» и выполнении ею различительной функции.

Знаковая меновая ценность также тесно связана с потребительскими кодами общества. Интерпретаторы Бодрийяра, давая определение «знаковой меновой ценности», переносят акцент с престижности на смысл и символический капитал, которые предоставляют своим обладателям вещи с высокой знаковой меновой ценностью. Смыслы, потребляемые индивидом в форме знаковой меновой ценности, материализуются в денежном, ценовом престиже.

Определяя общество потребления как «свой собственный миф», Бодрийяр не может пройти мимо смыслов, которые содержатся в нем. Естественно, См.: Corrigan P. Sociology of Consumption. L.: Sage, 1994. P. 19.

Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структура. / Пер. с фр., послесл. и примеч. Е. А. Самарской.

– М.: Республика; Культурная революция, 2006. С. 211.

См.: Бодрийяр Ж. Система вещей. / Пер. с франц. С. Зенкина М.: Рудомино, 2001. С. 18 – 22, 29, 157 - 159.

мифология общества потребления у Бодрийяра – это идеологическая мифология, в которой мифы используются правящим классом для сохранения своей власти.

В параграфе «Мифы общества потребления: содержание и функции» представлена система мифов, сконструированная Бодрийяром. Она состоит из трех мифов: «Изобилия», «Счастья» и «Мифа потребителя». Анализ этих мифов выявляет значительную долю иллюзорных, воображаемых компонентов в нем.

Идеология потребления устремлена в будущее, отражает возможное, но еще не доступное потребление. Мифы идеологии потребления выявляют не только то, что отношение индивида к структурным условиям своего существования воображаемое, но и такой аспект идеологии, как воздействие на действительность, которое требует, чтобы воображаемая картина не слишком отличалась от реальности, иначе у идеологического проекта не будет шансов на успех.

Для проверки бодрийяровских обобщений относительно места, роли и смыслов потребления во французском обществе 60-х гг. ХХ в. в параграфе «Потребление в зарубежной литературе 1960-х и 2000-х гг.» проанализирована французская литература данного периода, так или иначе затрагивающая тему потребления. Сопоставление выявленных в литературе смыслов потребления с теми же смыслами у Бодрийяра, позволило нам сделать вывод, что в бодрийяровской интерпретации потребления абсолютизирован идеологический компонент, в то время как в художественной литературе на первый план выходит восприятие потребителями вещей и потребления как магии, прикосновения к чудесному. По сравнению с произведениями о потреблении, созданными во Франции в середине ХХ в., художественная проза современных французских авторов отличается более активной фигурой потребления, а также в отдельных случаях пародийным, гротесковым характером текстов.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»