WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 10 |

В четвертом параграфе автором производится синхронный и диахронный сравнительный анализ западный правовых концепций (Гегельянство, Кантианство и т. д.) в их российской интерпретации. Данные методы позволили диссертанту сделать вывод о том, что своеобразие русской философской мысли и российской философии права состоит не в самобытной разработке исконных философских систем и проблем, этого в ней как раз было меньше всею, а в особенностях ее тематики и проблематики. Конечно, отечественная мысль не менее западной философии интерпретировалась субъектом познания, и самим его процессом, и предметом познания. Но поскольку они трансформировались у нее в соборность, цельность духа и всеединство, то становились своими, особенными темами и проблемами, обращение к которым юлько и может прояснить вопрос о своеобразии русской религиозной философско-правовой мысли.

Это своеобразие, прежде всего, выразилось в разработке русскими мыслителями темы и проблемы всеединства. К ней подводят и в ней разрешаются и тема соборности, и особенно тема цельною знания (разума, духа). Ведь и соборность - это своего рода всеединство и цельное знание, уже в силу своей цельности призванное отразить единство в многообразии или многообразие в единстве, есть то же самое всеединство.

Вообще, осмысляя русскую религиозно-философскую мысль, как сами религиозные мыслители, так и исследователи их творчества выдвигали на первый план различные признаки, фиксирующие своеобразие. В наборе этих признаков можно найти и онтологизм, и антропологизм, и историософичность, и этический характер русской мысли, и многое другое.

Например, главным устремлением этики славянофильства стало икание Царства Божия на земле и его правды. Все остальное должно выводиться из этой главной посылки. Для тою чтобы «сила сделалась правом», прежде всего, она должна получить границы установленные законом. Но не законом внешним, который также просто является силой (например, завоевание), но законом внутренним, признаваемым добровольно самим человеком. В связи с таким пониманием право как самостоятельное явление, самодовлеющий принцип отвергается славянофилами; по их убеждению, сущность права заключена в этике, нравственности.

Одной из проблем, волновавших российское общество во второй половине XVIII века, была форма правления в России. Выявились несколько вариантов перехода абсолютной монархии в просвещенную, различные формы ее конституционного ограничения и, наконец, предпочтение республиканской формы правления монархической. Однако во взглядах некоторых западных мыслителей термин «республика» имел иное смысловое значение. Например, Руссо и Радищев писали о республике не как о форме правления, а как о «правовом государстве» (государстве как «правовом союзе» - цицероновском смысле). Козельского сближало с Татищевым и Крижаничем то, что он, как и они, крайне неприязненно относился к макиавеллизму Заявляя о неприемлемости «безбожного совета». Яркий след в отечественной юридической науке оставил профессор М.М. Сперанский. Политическая доктрина М.М.

Сперанского отличается оригинальностью и самобытностью. Формулируя её, он опирается на свои глубокие познания в политических теориях как античных, так и современных ему европейских мыслителей. Будучи глубоко религиозным человеком, он совершенно отрицал «мрачную систему чувственного материализма» и воспринимал Бога как верховного законодателя Вселенной.

В рамках автореферата просто невозможно показать всю палитру взглядов и учений. Отметим лишь то, что в данном параграфе анализируются взгляды русских либералов и консерваторов, славянофилов и западников. Также обращается внимание на то, что по сути, идеи возрожденного естественного права были подходами, дающими субстанциональные (содержательные) определения права (Б.Н. Чичерин, В.М. Гессен, Б.А. Кистяковский, П.И.

Новгородцев, Е.Н. Трубецкой, И.В Михайловский, А.И. Ильин, А.С. Ященко), существенно отличающие от западных определений.

Созданные русскими учеными концепции права всегда были теснейшим образом связаны с религиозно-нравственными идеалами, а изучение права для них было неотделимо от исследований человеческой природы и проблем человеческого общества. Для них всегда был характерен интерес к судьбам России, ее культуре, роли личности в государстве, проблемам государственного устройства и построения права на нравственно-духовной основе.

Автор считает, что в категории «правда», в традиции русской философской мысли, выражается ценностное понимание истины бытия.

Ценности, с одной стороны, не могут иметь самодовлеющего значения, вне человеческого, субъективного бытия, с другой - должны быть соотнесены с более высокими и совершенными планами бытия. Они выступают одним из способов, лалонов синергийного стремления человека к Богу. Следовательно, ценности важны не сами по себе, но потому, что они являются ступенями к высшим планам бытия, которые в своей божественной первозданной цельности преодолевают двойственность морализма. Поэтому основной задачей человека является служение не абстрактному нравственному закону и даже не обществу, но Истине Христовой. Это служение и есть путь синергийного восхождения человека к Богу, путь его просветления и преображения.

Отсюда становится понятным смысл и назначение права в синергайной парадигме. Право не исчерпывает до конца весь спектр духовного отношения человека к миру. Но, как учение об общественном идеале право представляет собой способ общественно-синергийного познания - осознание обществом сути, смысла и назначения индивидуальной свободы на различных исторических уровнях ее реализации и трансформации в соответствии с целью мирового процесса в его христианском понимании - непринужденному и беспрепятственному соединению свободной воли человека и Бога. 11раво в таком понимании есть, с одной стороны, объективация внутренних трансформаций духовной жизни общества, с другой «нить», связующая относительность исторического закона с абсолютностью Божественной Правды-Истины.

В России народ на протяжении веков, по крайней мерс в стремлении, старался жить не по правилам правового общежития, а по требованию религиознонравственного закона Здесь и но ныне воспринимается не буквальный смысл правовой формы, а непосредственная очевидность существующей справедливости Глава четвертая - «Правда и закон в российском правоведении» включает в себя три параграфа: "Понимание правды и закона в русской философско-правовой традиции" (1), "Соотношение правды и закона" (2), "Нравственно-религиозный Ренессанс в философии права конца XIX - начала XX веков" (3).

В начале данной главы диссертант обосновывает категорию «правда» и категорию «закон».

Понятие «закона» в русской философско-правовой традиции не сводилось к государственному установлению. Под законом понимались все нормы (религиозные нормы - Закон Божий, естественный закон, нормы морали и нравственности, нормы права), адресованные субъектам и авторитетно предписывающие им определенное поведение, т. е. культивировалось широкое определение закона Он использовался не юлько в специальном значении (для обоснования нормативного акта суверена, верховной государственной власти), но и в значении всего действующего законодательства, всех форм общеобязательного государст венного нормотворчества, всех источников так называемого позитивного права, включающего в себя, помимо законодательства, также и официально санкционированные и включенные в действующее право нормы обычного права и т.д.

Осознание православной Троицы единой (мысль троичная, синтетическая, творческая) позволило применять ее как научный метод Тем самым, русской религиозной философской и философско-правовой традицией был разработан и реализован оригинальный жп научной мысли логика синтеза объекта и субъекта, где синтез являе1ся самостоятельной и равноправной логической категорией. Синтез материи и движения создает уникальные возможности для логики синтетической (или творческой) - синтетического миродействия. К понятиям научной теории и практики здесь добавляется понятие творимой (созидаемой) реальности.

По данной логике, правда культивировалась как триада: категория синтетическая, социальная и ценностная. Компоненты правды как ценности, триединство истины, справедливое!и и права.

Следовательно, логика синтеза использовалась (и вполне может применяться) как научный метод, основанный на христианском принципе:

единства бытия (всеединства, цельного знания - единство в многообразии или многообразие в единстве) По существу, данный метод (интуитивно или осознанно) реализуется в теоретическом правоведении. Такой научный метод многое объясняет и не только в истории политико-правовой мысли росши, но и—а_современных РОС НАЦИОНАЛ!-!"AV БИБЛИОТЕКА.

СПетербург | 03 tOO акт < взглядах на право как ценности (где, по-видимому, другой метод вряд ли способен раскрыть вся глубину вопроса, особенно в онтологическом смысле), так и диалога. Так, аналогично данному методу В.С Нерсесянц в своей концепции права выделяет «Компоненты права как ценности: триединство равенства, свободы и справедливости». В чем и состоит ценность права как всеобщей, необходимой и единственной формы их взаимного и согласованного бьпия и выражения общественной жизни людей. Другой пример указанной аналогии, взяшй, казалось бы, из совершенно иного правопонимания (как принцип диалога, И.Л. Честнов), где в разрешении вопроса: «В чем же состоит имманентное бытие социальных норм - в фактически существующих общественных отношениях или мерности самой нормы», т. е. «входят ли общественные отношения в понятие нормы права», обосновывается, что норма - это правило, бытие которого идеально. Однако содержание этого правила регулярно повторяющиеся общественные отношения. Так как образа без отражаемого не может быть («пустой» образ), то и нормы не может быть без общественных отношений. Но при этом норму нельзя свести к отношениям это различные по своей природе реальности. Одновременно такое разграничение предполагает и их единство - невозможность существования одного без другого, т. е. общественные отношения потенциально содержат норму. Нормы существуют одновременно и в виде реалий и в виде идеальных образов7. Соотношение (взаимосвязь и различение)' права и морали как ценностных категорий, по убеждению диссертанта, также наиболее адекватно может быть отражено только через логику синтеза, основанного на сформулированном выше принципе единства бытия. Ибо внутренняя и внешняя многослойная структурированность правовых и моральных требований (функций) находит отображение в ценностных принципах и ориентациях участников социального общения. Например, Право как мера свободы нуждается в моральном самоограничении личности, а мораль - в ряде юридических ограничений во имя общественной нравственности. В свою очередь, моральный беспредел порождает произвол вместо права (что, па наш взгляд, продемонстрировало всему миру правительство «Движения Талибан» в Афганистане,), а произвол в собственно юридической сфере несовместим с моралью. Следовательно, морализация закона столь же ошибочна и вредна, как и узаконение (огосударствление) морали.

Взаимосвязь морали и права не исключает, а предполагает существенные различия между ними как автономными социальными явлениями. Признание самостоятельной ценности морали по сравнению с правом пресекает возможные попытки использовать право в целях принудительного насаждения этических канонов государством, против чего предостерегал Б Н. Чичерин в полемике с B.C. Соловьевым Идея же авюномности права по отношению к морали не допускает проникновения патерналистических начал в правовую сферу ' См Нерсесянц В С Юридическая аксиология / Политико-правовые ценности история и современность М 2000 С 12 Его же Философия права Учебник для вузов М, 1999 С 17-' Честнов И Л Право как диалог к формированию новой онтологии правовой реальности СПб, С 68-Право и мораль - различные, но не антагонистические явления.

Гиперболизация их особенностей может привести к правовому нигилизму, с одной стороны, к освобождению от моральных принципов государства, правосудия и т. д - с другой (Д И. Луковская).

Право не создает само нравственных ценностей, они не могут появиться или исчезнуть только вследствие правового регулирования Единственно, что право может сделать - это содействовать созданию надлежащих условий для их проявления. По существу право лишь противопос1авляег одни ценности другим, поддерживая одни в ущерб другим Ибо любые ценности в праве нося! не априорный (заранее установленный до всякого социального опыта) характер, а являются ценностями историческими, обусловленными социокультурным развитием конкретного общества. Следовательно, право есть явление культуры и всегда отражает в себе существующие культурные ценности, которые, преломляясь сквозь правовую реальность, становятся правовыми ценностями (социокультурными правовыми ценностями). Их содержание отражает особенности социокультурного развития конкретного общества Право является такой же сферой духа, как религия и мораль.

Императивы, исходящие от Бога и проникающие в человеческое сердце, обретают вид веры, совести, способности испытывать чувства стыда, вины, раскаяния и тем самым обнаруживать меру рассогласованности между требованиями объективного нравс1венного закона и реальными поступками человека. Выявившиеся противоречия заставляют людей чувствовать и понимать, что необходимо прилагать духовные усилия ради приближения к образцам должного, идеалу совершенства. Они свидетельствуют о том, что не человек является мерой всех вещей, а только Бог, что только в Его императивах сосредоточен абсолютный, неизменный критерий, позволяющий человеку оценивать истинность норм нравственности и права, обнаруживать меру оправданности каждого своего жизненного шага Сила этого критерия в том, чю он укоренен в самом строе мироздания, в его наиболее фундаментальных онтологических, метафизических основах.

Объективное содержание права (и системы социокультурных правовых ценностей) задается всей системой общественных отношений, а его субъективный аспект выражается в правовой идеологии и правовой политике государства и может существенно меняться в зависимости от расклада политических сил, от формируемых целей и задач.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 10 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»