WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

- Деятельность в этом направлении началась фактически одновременно с созданием династии в правление первого царя из этого рода – Селевка I Никатора. Им была проделана огромная работа по созданию и укреплению своей династии, которая шла по разным направлениям - создание различных легенд и преданий, пропаганда божественной предопределенности прихода династии к власти, пропаганда связи с Александром, установление божественного происхождения от Аполлона. Говорить о наличии царского культа в этот период не представляется возможным.

- Царский культ появляется в период правления Антиоха I – c одной стороны, им было организовано святилище на месте захоронения его отца; с другой – по всей стране начинают возникать так называемые городские Дандамаева М.М. Некоторые аспекты истории эллинизма в Вавилонии // ВДИ. 1990. №4.

царские культы. Они включали в себя наличие святилища, организацию игр и празднеств, жертвоприношения непосредственно самим обожествленным представителям царской семьи, наличие жрецов или жриц, самим правителям присваивался божественный эпитет.

- Реальное религиозное значение подобных культов, несомненно, было очень малым. Организация такого рода института преследовала совсем иную цель. Оказывая божественные почести Селевкидским монархам, представители греко–македонского населения царства стремились добиться каких–либо привилегий со стороны царской власти, например, свободы от уплаты тех или иных налогов, автономии, оказания поддержки в случае военных действий. Сами же представители династии, несомненно, поддерживали идею об организации подобных культов, так как, с одной стороны, это доказывало лояльность населения по отношению к власти, а с другой – являлось еще одним доказательством отрыва монархов от мира простых смертных и причастности к миру богов.

- Сложившаяся ситуация изменилась лишь в царствование Антиоха III, который ввел новую систему династического царского культа для себя и своей жены царицы Лаодики. Это был совершенно иной институт, внедренный по решению сверху согласно многочисленным царским эдиктам, разосланным по всей стране. Он был отделен от городских царских культов, с одной стороны, и от культов умерших представителей династии, с другой, и имел собственных жрецов и жриц.

- развивая идею о связи с божественным, Селевкидские правители апеллировали не только к божествам греческого пантеона, но и к чужеземным, например, Вавилонским. Тем не менее, нет оснований говорить о наличии в этом регионе института, подобного царскому культу, вводившемуся многочисленными греческими полисами. До нас не дошли свидетельства о наличии здесь святилищ, или религиозных фестивалей, посвященных селевкидским царям, или алтарей.

- Царский культ в том его виде, каким он был до правления Антиоха III, внедрившего династический культ царя и царицы, был необходим и обоснован лишь в отношениях между царской властью и греко–македонским населением.

Научная новизна работы Впервые комплексно рассмотрен царский культ династии Селевкидов в период до конца правления Антиоха III. Автор доказывает, что городские царские культы данного периода были неотъемлемой частью взаимоотношений царской власти и населения греческого полиса, в которой были заинтересованы как монархи из рода Селевкидов, так и представители городов. Кроме этого, в исследовании показано на примере политики Селевкидских царей по отношению к населению Вавилонии, что царский культ в государстве Селевкидов данного периода был характерен и обоснован лишь для греческого полиса.

Апробация работы. По теме диссертации были сделаны доклады на Всероссийской научной конференции, посвященной 35-летию научного кружка «Античный понедельник» (Казань, 2001) и на XVI Сергеевских чтениях (2009). Диссертация обсуждалась и была рекомендована к защите на заседании кафедры истории древнего мира исторического факультета МГУ им.М.В.Ломоносова.

Практическая значимость работы. Материалы и выводы диссертации могут быть использованы при составлении общих и специальных курсов по истории древнего мира, а также на спецкурсах и спецсеминарах исторической и культурологической направленности. Они также могут быть использовании при научном исследовании проблем, связанных с общественно-политическими институтами эллинистических государств, и государства Селевкидов в частности.

Структура работы. Работа состоит из введения, характеристики источников, обзора литературы, четырех глав, заключения, библиографического списка использованной литературы, списка сокращений и иллюстраций.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается научная актуальность темы, формулируются цели и задачи исследования, определяются хронологические рамки работы.

В разделах источники и обзор литературы дается обзор использованных источников и характеристика историографии.

Глава 1. «Некоторые направления в развитии представлений о царской власти в эллинистический период» состоит из четырех разделов и рассматривается как некий вводный очерк с целью осветить те направления, по которым развивалось представление о царской власти на протяжении всей эллинистической эпохи, причем не только в царстве Селевкидов, но во всех государствах эллинистического мира.

В разделе «Обоснование власти» рассматривается постулат о том, что любая власть, добытая путем завоевания, должна быть обоснованна легитимно. Диадохам, ставшим правителями в результате вторжения, необходимо было укрепить свои позиции с помощью средств пропаганды и философских учений.

Раздел «Появление этических теорий» посвящен рассмотрению трактатов, основной целью которых стало обоснование царской власти. В них отчетливо вырисовывается образ идеального монарха, такого, каким его хотели бы видеть поданные, с одной стороны, и каким он мог предстать перед ними, с другой. Эти теории были неразрывно связаны с царским культом, и позволяют понять сами причины возникновения подобного института в эллинском мире.

Развитие этих идей шло по двум направлениям – теория обожествления и этическая теория, которые необходимо рассматривать в совокупности.

Эллинистические произведения о царской власти говорят об абсолютной власти и о царе, который правит справедливо, имея неограниченную власть на благо своих поданных. Несомненно, эти произведения создавались и задумывались по заказу царя и его окружения. Авторы эллинистических теорий предпочитали оправдывать необходимость царской власти, указывая на высокие персональные качества монарха. Как правило, правитель эпохи эллинизма предстает перед нами как благородный и одаренный человек, действующий всегда на благо своих поданных, как их благодетель, даже как спаситель, человек высоких моральных качеств и защитник справедливости.

Несомненно, эти концепции появились в эллинистической литературе далеко не сразу – подобное представление о монархе должно было сложиться в умах как жителей того или иного государства, так и самих правителей.

Подобные концепции закономерно явились итогом длительной работы по выработке отношения к правителям со стороны подвластного им населения и ответной реакции со стороны царской власти на ту или иную политику. В каждом эллинистическом государстве существовали свои особенности таких взаимоотношений, в частности, для государства Селевкидов рассматриваемого периода можно говорить о наличии некого равновесия в отношениях между царским двором и греко–македонским населением.

Раздел «Роль личности монарха» посвящен рассмотрению персональных качеств правителя. Именно личные качества рассматриваются как основополагающие для захвата власти и для удержания ее впоследствии.

Для эллинистических монархий на Востоке личный фактор имел огромное значение и с другой точки зрения – это был единственный элемент, который соединял воедино многочисленные составляющие каждой державы.

Подобные представления получили свое развитие не только в литературной форме, но и в изобразительном искусстве, ведь помещая свои изображения на монетах и устанавливая статуи, можно было донести идею о величии монарха до максимально широких слоев населения.

В следующем разделе рассматриваются «Портретные изображения монархов как способ прокламации власти». По мнению древних эллинов, внешность человека была неразрывно связана с его внутренним миром и общественным положением. Таким образом, внешние черты монархов должны были наглядно свидетельствовать о его свойствах характера, и кроме того, подтверждать идеи, прокламируемые им самим и его окружением.

Многое в портретных изображениях селевкидских царей было унаследовано от Александра. Вслед за Александром они стремились показать себя деятельными людьми, полными энергии и физической силы. Еще одна черта, сближающая портреты диадохов с портретами Александра – это характерный легкий наклон головы, намекающий на особые отношения Александра, а вслед за ним и других эллинистических правителей, с богами.

При этом нельзя не отметить, что стиль изображения монарха заметно меняется со временем. Если на портретах Селевка Никатора мы можем отчетливо проследить наличие силы воли, целеустремленность и подобные черты характера, то портреты более поздних правителей со временем утрачивают эти качества. Наиболее близки иконографически к портретам Селевка Никатора изображения его старшего сына Антиоха – они переданы довольно реалистично, хотя и не передают той силы воли и характера, которую мы можем видеть на портретах его отца. Что касается последующих селевкидских монархов, все они, как и другие современные им эллинистические правители, изображались спокойными, их черты в большинстве случаев не выражают каких–либо эмоций. Эти правители являлись сыновьями царей и их власть признавалась законной уже по праву рождения14. Лишь для времени правления Антиоха III мы можем говорить о. Fleicher R. Hellenistic Royal Iconography of Coins // Aspects of Hellenistic Kingship. Studies in hellenistic civilization. VII. Aarchus. 1996, P. 30.

появлении трех разных монетных типов. В первый период правления Антиоха его, вслед за предыдущим правителем Селевком III, изображали юным и умиротворенным, на более поздних монетах, наоборот, мы видим не столь молодого и весьма энергичного человека, чьи волевые черты во многом напоминают портреты диадохов. Кроме того, можно говорить и об «идеализированном» портретном типе15.

Сближает портреты фактически всех селевкидских монархов (за исключением Селевка II) и отсутствие бороды. Нет бороды и на портретах Александра, что стало новым явлением в искусстве, которому подражали почти все эллинистические монархи. Следуя этой традиции, правители эпохи эллинизма, несомненно, стремились провести разграничительную линию между собой и своими поданными – греками, персами или иранцами, которые обычно носили бороду. По мнению Р. Смита, отсутствие бороды на портретах эллинистических правителей подтверждало присутствие в них божественного начала – многие боги, например, Аполлон и Дионис, всегда были молодыми и безбородыми, то же самое можно сказать о греческих героях, например, об Ахилле16.

Отсутствие возрастных черт на портретах большинства Селевкидских царей (исключение могут составить лишь Селевк Никатор и Антиох III) также сближает эллинистических правителей с одной стороны, с Александром, который умер молодым, не оставив своим последователям примера изображений в возрасте, а с другой стороны, с бессмертными, следовательно, пребывающими в одном и том же возрасте с богами.

Очевидно, можно говорить о том, что монархи династии придерживались в своих изображениях определенных направлений, которые соблюдались большинством представителей династии. Многие характерные Fleicher R. Studien zur Seleukidischen Kunst. Band I. Herrscherbildnisse. Mainz am Rhein. S.

33 – 36.

Smith R.R.R. Hellenistic Royal Portrait. Оxford, P. 46.

черты портретов, были заимствованы из иконографии Александра и совпадали с подобными же чертами представителей других эллинистических династий.

Подобное заимствование, неоднократно используемое Селевкидами, несомненно, с целью показать неразрывную связь с Александром, кроме того, приближает представителей царского дома Селевкидов к божествам греко–македонского пантеона, и тем самым отделяет их от мира смертных людей. Это может достигаться различными способами, например, использованием в различных пропорциях некоторых атрибутов божеств наряду с реальными элементами. Также как божественные эпитеты подтверждали божественный статус царя, не ассоциируя его ни с каким конкретно божеством, иконография всех эллинистических монархов, не только Селевкидов, никогда полностью не сливалась с божественной иконографией – это особые изображения обожествленных правителей.

Глава II «Создание династии. Появление основных средств пропаганды» посвящена правлению Селевка I и анализу следующих вопросов: 1.) личность Селевка и те нововведения, которые были предприняты именно им и имели решающее значение для последующего развития идеологии династии; 2.) многочисленные легенды, связанные с Селевком и возникающие во время его правления, причины и цели их создания; 3.) основные иконографические мотивы, связанные с династией, возникающие также в этот период, и их связь с монархической пропагандой.

Раздел «Создание династии» рассматривает нововведения, которые имели место в правления Селевка Никатора и были связаны с этой основной задачей, стоящей перед ним. Одним из первых шагов в этом направлении стало принятие царского титула. Селевк I стал пользоваться царским титулом и носить диадему среди греко–македонского населения фактически одновременно с другими диадохами, вслед за тем, как Антигон и Деметрий стали именоваться царями. Особо необходимо отметить то, что царский титул сначала был присужден Селевку в среде негреческого населения – а именно вавилонскими жрецами – они начинают датировать свои официальные документы по годам его правления с 312 г. до н.э. Эта же дата стала точкой отсчета для новой селевкидской эры – Антиох I после смерти своего отца продолжил летосчисление по годам его правления, не начиная отсчет годов заново.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»