WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Согласно статье 1 этого документа «право на развитие является неотъемлемым правом человека, в силу которого каждый человек и все народы имеют право участвовать в таком экономическом, социальном, культурном и политическом развитии, при котором могут быть полностью осуществлены все права человека и основные свободы, а также содействовать ему и пользоваться его благами». В статье 2 Декларации указывается, что «все люди несут ответственность за развитие в индивидуальном и коллективном плане с учетом необходимости полного уважения прав человека и основных свобод, а также своих обязанностей перед обществом, которое только и может обеспечить свободное и полное развитие человеческой личности, и поэтому они должны поощрять и защищать соответствующий политический, социальный и экономический порядок, необходимый для развития». Таким образом, право на развитие как внутренний индивидуальный процесс развития получило признание на международном уровне.

В отношении данного элемента права на жизнь сложилась угрожающая обстановка, так называемая массовая культура приобретает уродливые формы и воздействует на самую незащищенную часть общества – детей. На уровне сознания происходит обесценивание человека как высшей ценности и права, это ведет к нарастанию насилия в обществе, как на психологическом уровне, так и физическом, что ведет к нарушению уже права на физическое существование и права на достойную жизнь. При отсутствии в обществе традиций самоорганизации, определенных особенностях национального менталитета ответственность за происходящее лежит на государстве. Именно государство располагает необходимыми средствами к изменению ситуации и прежде всего к ним следует отнести правовое регулирование.

Исходя из изложенного, делается вывод, что разные элементы права на жизнь требуют различного регулирования, при этом выделяются общие критерии правового регулирования права на жизнь:

1) государство обязано признать данное право за каждым человеком;

2) государство должно создать условия для предупреждения нарушения и защиты уже нарушенного права;

3) государство должно обеспечить реализацию данного права посредством системы гарантий.

Без учета системообразующего характера права на жизнь для правового регулирования будет неизбежно присуща фрагментарность, безсистемность и пробельность, поскольку отсутствие четкой цели ведет к непониманию путей ее достижения. Несогласованность в законодательстве ведет к противоречивому правоприменению. Исходя из единой природы, а также системного подхода все три элемента права на жизнь должны получить свое нормативное закрепление в одной статье Конституции.

Естественные права, в частности право на жизнь, принадлежат человеку независимо от нормативного их закрепления, обладание этими правами объективно не зависит от государства. Поэтому нужно правильно оценивать факт признания естественных прав государством. Это признание преимущественно обращено к самому государству в лице его органов и должностных лиц, международному сообществу, чем к отдельному человеку.

Вторая глава «Некоторые аспекты содержания конституционного права на жизнь как субъективного права» включает два параграфа, в которых рассматривается субъективная составляющая права на жизнь через призму двух категорий: правоспособность и правомочие распоряжения правом на жизнь.

В первом параграфе рассматривается конституционная правоспособность как формально определенные границы естественного права на жизнь. В связи с тем, что институт конституционной правоспособности в отечественной правовой доктрине изучен не в достаточной мере, автор обращается в своем исследовании к представителям германской конституционно-правовой мысли.

Диссертант приходит к выводу, что поскольку естественные права неотъемлемы от человека и государством не устанавливаются, государство также не может устанавливать границы указанных прав, а только признавать эти права. Таким образом, конституционная правоспособность в отношении естественных прав определяет границы признания государством естественных прав и соответственно границы государственных гарантий.

В настоящее время в законодательстве Российской Федерации момент возникновения правоспособности определяется моментом рождения, момент прекращения связан с моментом смерти. Несмотря на то, что возникновение и прекращение правоспособности закон связывает с естественными событиями, правоспособность не является биологическим свойством человека, она не возникает в силу природы человека. Это социально-правовое свойство, которое определяется нормами права, и является юридическим основанием для приобретения субъективных прав.

Для права на жизнь как сложносоставного права принципиальное значение имеет установленный законодательством момент возникновения правоспособности. Границы правоспособности не могут устанавливаться произвольно, но имеют объективные основания. Прежде всего, это реальная возможность государства гарантировать права человека с определенного момента жизни человека. Кроме того, момент возникновения, прекращения правоспособности должен определяться фактом, который реально возможно установить. Этим объясняется традиционное определение начала правоспособности с момента рождения. Вместе с тем, развитие науки, экономики и техники на сегодняшний день ставят под сомнение правомерность такого ограничения конституционной правоспособности. Правовое решение вопроса о начале жизни человека не должно противоречить или искажать объективное естественнонаучное знание. В соответствии с достижениями современной эмбриологии объект естественного права на жизнь принадлежит человеку с момента зачатия. Эмбрион является существом:

1) самостоятельным; 2) живым; 3) человеческим.

Кроме того, признание достоинства каждого человека основано на презумпции его неповторимости, индивидуальности. Зачатие и развитие эмбриона является физиологическим подтверждением уникальности каждого человека, его самоценности, а значит достоинства. С момента зачатия берет начало индивидуальность личности нового человека. С этого момента появляется основа для правового признания этого конкретного человека высшей ценностью для государства.

Кроме того, согласно абзацу 9 преамбулы Конвенции о правах ребенка 1989 года Стороны при подписании данной Конвенции принимают во внимание, «что ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения». Тем самым окончательное решение о предоставление нерожденному ребенку права на жизнь оставлено на усмотрение национального законодателя.

На основе анализа истории развития национального законодательства до середины XX века и международного права делается вывод о процессе поступательного признания правового статуса нерожденного ребенка.

Рассматривается также регулирование данного вопроса в современном мире.

Так, Федеральный конституционный суд ФРГ в своем решении от 25 февраля 1975 г. «Об отмене сроков» на основе доступных тому времени результатов научных исследований сделал вывод, что жизнь, как историческое развитие человеческого индивидуума, существует в форме биологическофизиологического сознания совершенно определенно с 14 дней с момента зачатия; право на жизнь в смысле статьи 2.II.1 Основного закона ФРГ не имеет различия между рожденной и нерожденной жизнью. Суд подчеркнул, что жизнь, развивающаяся в теле матери как самостоятельная ценность, находится под защитой Основного закона ФРГ. В этой связи государство должно защищать жизнь человека до рождения, в том числе от матери, при этом право на жизнь до рождения имеет приоритет перед правом женщины на самоопределение (в частности при решении вопроса об аборте).

Вместе с тем Законом Российской Федерации от 22 декабря 1992 г.

№ 4180-1 «О трансплантации органов и (или) тканей человека» эмбрионы человека отнесены к органам, их частям и тканям, «имеющим отношение к процессу воспроизводства человека, включающим в себя репродуктивные ткани». В статье 35 Основ законодательства РФ о здоровье граждан эмбрион рассматривается в качестве объекта репродуктивных технологий. В соответствии с разработанной на основе этой статьи Инструкцией по применению методов вспомогательных репродуктивных технологий, утвержденной приказом Минздравсоцразвития России от 26 февраля 2003 г.

№ 67, эмбрион является объектом медицинских действий. Так, согласно пункту 1 Инструкции «процедура ЭКО состоит из… культивирования эмбрионов in vitro. … С целью профилактики акушерских и пренатальных осложнений может быть произведена операция по уменьшению числа развившихся эмбрионов/ плодов – редукция эмбрионов/ плодов… Число эмбрионов, подлежащих редукции, определяется женщиной по рекомендации врача».

Согласно пункту 6 возможно донорство эмбрионов, далее Инструкция предусматривает порядок «креоконсервации эмбрионов» и «хранения эмбрионов».

Правовое регулирование порядка применения репродуктивных технологий, а также правоотношений, определяющих правовое положение эмбриона человека, на уровне ведомственных актов неприемлемо.

Ведомственные акты могут регламентировать лишь техническую сторону процесса, не определяя границ правоспособности и оснований ограничения права человека.

На сегодняшний день можно видеть отрицательные последствия непризнания за нерожденными правоспособности. Кроме общего обесценивания жизни человека до рождения, а вследствие этого и новорожденного (например, убийство новорожденного матерью является привилегированным составом преступления) создаются предпосылки для реальной угрозы жизни и здоровью новорожденных. Например, предпринят ряд мер по развитию пренатальной диагностики, отрицательные результаты которой признаются достаточным основанием для прерывания жизни эмбриона. Таким образом, право нерожденного ребенка на жизнь поставлено в зависимость от его жизнеспособности. При этом велик процент ошибочных диагнозов, вызванных как техническими факторами (на функционирование диагностического оборудования может повлиять включенный мобильный телефон), так и человеческими (в частности, желание врача подстраховаться от возможной ответственности за рождение больного ребенка).

Кроме того в России сложилась практика использования эмбрионов человека, которые являются «лишними» в результате применения репродуктивных технологий, и частей тел абортированных детей в научных, медицинских и косметических целях. Следует отметить, что использование эмбрионов в названых целях является грубым попранием принципа признания человека и его прав высшей ценностью. Во Франции, Германии, Норвегии исследования на эмбрионах почти полностью запрещены. В Германии выращивание эмбрионов вне тела человека (если это не связано с искусственным оплодотворением) наказывается лишением свободы. В Швеции ткани эмбрионов допустимо использовать только в медицинских целях.

Несмотря на то, что использовать клетки эмбрионов подобным образом начали еще в советское время, в России до сих пор не только отсутствуют какие-либо законодательные ограничения в этой сфере, но этот вопрос вообще не имеет нормативного регулирования.

В настоящее время в нашей стране заключаются договоры, предметом которых является применение вспомогательных репродуктивных технологий.

При этом эмбрион, жизнь человеческого существа, рассматривается в качестве объекта договора. По мнению диссертанта, человеческий эмбрион не должен рассматриваться в качестве объекта прав, в том числе вещных прав, в этой связи использование эмбрионов в коммерческих целях является недопустимым.

Признание конституционной правоспособности человека с момента оплодотворения позволит, в том числе, избежать многочисленных злоупотреблений при применении высоких репродуктивных технологий.

Полагаем, конституционную правоспособность следует признать за всеми людьми с момента зачатия, поскольку конституционная правоспособность – это юридические границы охраны прав человека государством, определение которых имеет объективные основания в самой природе человека.

В обоснование своей позиции автор приводит различные подходы к пониманию права на жизнь у человеческого эмбриона, которые существовали в дореволюционной теории права, а также рассматриваются позиции как сторонников, так и противников признания права на жизнь человека до рождения на современном этапе развития отечественной правовой мысли.

Во втором параграфе исследуется правомочие распоряжения правом на жизнь в контексте эвтаназии. Рассматривается понятие и виды эвтаназии, зарубежный опыт и международно-правовое регулирование вопроса добровольного ухода из жизни, аргументы сторонников и противников эвтаназии (в том числе представителей отечественной дореволюционной правовой мысли).

В соответствии с естественными законами человеческого бытия жизнь человека объективно имеет пределы: возникновение и прекращение. В этом смысле каждый имеет гарантированное право на смерть: естественное, а потому неотъемлемое, врожденное и равное для всех. С другой стороны обязанность жить не может быть установлена правом. Поэтому фактически человек может совершить действия, направленные на прекращении своей жизни, и в этом смысле распорядиться принадлежащим ему благом – жизнью, но государство и общество не вправе оказывать ему в этом помощь.

Отказаться от права на жизнь – это значит отказаться от своего бытия.

Намеренное лишение себя жизни ведет к прекращению существования человека, неповторимой индивидуальности. В Конституции РФ человек, его права и свободы признаются высшей ценностью, причем человек, а значит его жизнь, стоят на первом месте. Здесь определена генеральная линия, цель и смысл существования российского государства. Допущение эвтаназии противоречит статье 2 Конституции России.

Нельзя забывать, что право на жизнь – право неотчуждаемое.

Представитель дореволюционной правовой науки Н.Н. Розин отмечал, что в римском праве принцип: согласие устраняет противоправность, распространялся только на область частных деликтов. С развитием права пришло понимание, что жизнь, здоровье, свобода, честь и способность обладать имуществом не подлежат распоряжению личности, они неотделимы от личности. «Отказаться можно от имущественного права, если не поражается его сущность; от права личной свободы при том же условии, от чести. Но от жизни отказаться нельзя…»1. Если предположить обратное, что человек имеет право собственности на свою жизнь и вправе ею распоряжаться, в том числе и отчуждать, тогда возникает вопрос о возможности продать свою жизнь другому человеку. Вместе с тем рабство с признанием естественных прав человека было осуждено мировым сообществом как противоречащее самой сущности человека.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»