WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

Крестьянские общины дополняли нехватку надельной земли с помощью купчей земли, но это не было гарантией стабильности хозяйственного положения крестьян. Потому что, не смотря на то, что в конце XIX – начале XX крестьянские общины имели равное количество земли с помощью купчей земли, число крестьянских дворов, которым нужно делить земли, росло быстрее.

Самым основным фактором, который играл важную роль в увеличении земельного фонда крестьян, является земля в частной и личной собственности у крестьян. В Воронежской и Тамбовской губернии число крестьянских владельцев, имеющих частную землю, увеличивалось, а количество их земли росло еще быстрее. В течение 30 лет средняя площадь частной земли выросла в 1,9 раза в Воронежской губ. и в 1,6 раза в Тамбовской губ. Такое движение возглавлялись крестьянами зажиточными и богатыми. Именно они являлись “кулаками и местными товариществами”, в руки которых перешло много дворянской земли.Крестьянское сословие можно разделить на две части, крестьяне бывшие государственные, в которых включены крестьяне бывшие удельные и крестьяне бывшие колонисты, а также крестьяне бывшие владельческие. Интересно, что в изучаемых двух губерниях число общин у быв. государственных увеличивалось, а у быв. владельческих уменьшалось. Но это не означает, что динамика роста крестьянских дворов обеих разрядов также изменяется. На самом деле, в течение 30 лет число крестьянских дворов выросло и в быв. государственных, и в быв. владельческих.

Следует сказать, что число дворов выросло в этих двух крестьянских разрядов, а рост этого числа у быв. государственных был больше, чем у быв.

владельческих. В результате этого в течение 30 лет доля дворов быв.

государственных крестьян к общему числу увеличивалась, а доля быв.

владельческих уменьшалась.

Другой особенностью крестьянских общин в этих черноземных губерниях является то, что величина общины в этих черноземных губерниях увеличивалась. Кроме того, величина общины у быв. государственных была больше чем у быв. владельческих. Иными словами, в обеих провинциях средняя ГАРФ. Ф. 102. Оп. 226. Д. 9ч. 27л. Б. Л. 4.

величина общины двух крестьянских разрядов выросла, а среднее число дворов в одной общине у быв. государственных было в 3 раза больше, чем у быв.

владельческих.

Сравнивая данные 1877 г. с данными 1905 г., можно увидеть, что в изучаемых двух черноземных провинциях доля купленной крестьянскими общинами и товариществами земли резко выросла. По расчетам купленной крестьянскими обществами и товариществами земли видно, что разница в надельной земле между быв. государственными и быв. владельческими углубляется, потому что большинством купленных земель владели быв. государственные крестьяне.

Анализ количества арендной земли явно показывает особенность арендной структуры у крестьян. В изучаемых губерниях, естественно, группой крестьян, которые снимали самое большое количество земли, являлись дарственники, у которых было самое меньшее количество надельной земли. Однако, если анализируется арендное положение по двум большим категориям, т.е. по быв.

государственным и быв. владельческим, средняя площадь арендной земли по хозяйствам, снимавшим земли, у государственных крестьян была немного больше, чем у быв. владельческих. Иначе говоря, быв. государственные крестьяне, несмотря на то, что они уже держали достаточное для жизни своих семей количество земли, еще арендовали земли у соседей и землевладельцев.

Изменение структуры крестьянского землепользования Воронежской и Тамбовской губерний в конце XIX – начале XX вв. Прежде всего, следует сказать, что общая площадь пахотной земли увеличивалась, а лес, луг, выгон и т.п. уменьшались. Постоянный земельный голод заставлял крестьян искать всевозможные источники расширения посевных площадей. В сферу активно используемых сельскохозяйственных угодий вовлекались имевшиеся в наделах неудобные, нераспаханные, целинные и заброшенные земли, луга, пастбища, лесные массивы.

Следует сказать, что структуры землепользования у дворян и у купцов были разные. Другими словами, дворяне на 100 дес. своих собственных земель сдавали 30–35 дес. в аренду, а купцы – меньше 15 дес. Это означает, что по сравнению с дворянством купечество более активно и непосредственно управляло свои земельные фонды. Кроме того, учитывая то, что площадь дворянских земель составляла более двух трети из общей площади частных земель, можно судить, что большинство сдаваемых в аренду земель было дворянские земли.

Рассматривая распределения земли у крестьян, можно увидеть, что в Воронежской и Тамбовской губ. общая площадь использовавшейся крестьянами земли постоянно уменьшалась. Общая площадь пахотной земли и пастбищ в двух губерниях также уменьшалась. Тем не менее, из-за уменьшения общей площади земли, использовавшейся крестьянами, доля пахотной земли в общей площади увеличивалась.

В XVIII в. несмотря на отдельные попытки развития систем земледелия перейти к более рациональной системе земледелия с использованием травосеяния, обдуманного чередования сельскохозяйственных культур с учетом их химического состава и влияния на почву, в крестьянском хозяйстве преобладающей системой во второй половине XIX в. в черноземных районах являлось трехполье. Им не удалось внедрить новые методы. Главной причиной этого является консерватизм крестьян.

Консервативный взгляд русского крестьянства на земледельческую технику продолжал существовать и в XIX в. Отличие состоит в том, что раньше “русское крестьянство постоянно сталкивалось с необходимостью более или менее регулярного забрасывания старых, выпаханных, и освоения новых земель”, а в XIX в., когда уже не было свободных земель, крестьянам пришлось пользоваться другими способами, т.е. арендой земли.

Анализируя данные крестьянских дворов и лошадей с 1882 по 1905 г., мы можем сделать несколько выводов. Во-первых, до начала XX в. в деревне России стихийные бедствия оказывали большое влияние на жизнь крестьян.

Как показывают данные 1893 г., после неурожая 1891 г. в Воронежской и Тамбовской губ. доля безлошадных и однолошадных дворов к общему числу достигла две трети, и, соответственно, доля остальных категорий значительно уменьшалась. Например, в 1893 г. пропорция сокращения лошадей у землевладельцев к 1888 г. в Воронежской губ. составляла 87,6% в Воронежской губ. и 95,6% в Тамбовской губ., а пропорция у крестьян в Воронежской губ. – 67,7%, и 71,1%, соответственно.

Следует сказать, что, хотя из-за неурожая 1891 г. в 1893 г. число владельцев и лошадей значительно уменьшалось, основная тенденция в Воронежской и Тамбовской губ. с конца XIX до начала XX вв. была увеличением числа владельцев и лошадей.

Во-вторых, несмотря на то, что до 1905 г. крестьяне не смогли восстановить прежнюю (1888 г.) пропорцию среди крестьянских категорий по числу у них лошадей, они пытались сохранить лошадей. Это означает что до начала XX в.

главным фактором для земледелия являлась лошадь, а не какие-то современные орудия или машины.

В-третьих, следует сказать, что, несмотря на оставление количества населения и скота, количество крестьянских дворов увеличивалось. Даже в данных 1893 г. пропорция числа крестьянских дворов к 1888 г. увеличивалась Милов Л.В. Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса. М.:

РОССПЭН, 2001. С. 35.

на 105,2% в Воронежской губ. и на 103,3% в Тамбовской губ. Поскольку это явление произошло без увеличения населения, это означает увеличение малолошадных дворов.

И последнее, в таких обстоятельствах почти 60% крестьянских хозяйств не смогли держать минимальное число лошадей, т.е. 2 головы лошадей. Другими словами, в конце XIX – начале XX вв. в центрально-аграрных районах на крестьянских дворов 6 страдали от нехватки рабочего скота.

Число мало-лошадных хозяйств и не имевших ни одной лошади в Черноземье из года в год увеличивалось. Прежде всего, это произошло по причине увеличения семейных разделов. После 1861 г. семья разделялась чаще всего по личным причинам. Вследствие этого, семья дробилась и мельчала.

Экономическое положение у этих ново созданных семей было очень слабо. Но, несмотря на экономическую невыгодность, этот процесс не останавливался.

Развитие рыночных отношений и изменение крестьянской экономической ситуации. В Воронежской и Тамбовской губ. крестьянские хозяйства из года в год связывались с рынками. В XIX в. главные товары в этих провинциях были, прежде всего, продукты сельскохозяйственные и животноводческие, кроме того, спирт и продукты кустарных промыслов.

Товары везли в основном по рекам, а после того как были проложены железные дороги количество товаров, грузившихся по железнодорожному сообщению, год за годом увеличивалось. В средине XIX в. в Воронежской и Тамбовской губ.

более 80% товаров, вывозившихся по рекам, были хлеб и спирт.

Исключительную роль в жизни черноземной деревни играло зерновое производство. В числе других черноземных губерний, Воронежская и Тамбовская губ. по праву считались житницей Европейской России. Земля очень плодородная, потому сеяли разнообразные хлеба.

Несмотря на ухудшение хозяйственного состояния крестьян, вывоз хлебов из Черноземья увеличивался. Накануне отмены крепостного права абсолютные значения вывоза главных четырех хлебов, т.е. пшеницы, ржи, овса и ячменя существенно колебались в отдельные годы, но вместе с тем обнаружили тенденцию к увеличению. А после 1861 г. эти числа стабильно увеличивались.

Реформы давали свободу не только крестьянам, но и торговцам хлебом. По сравнению с периодом до отмены крепостного права, после 1861 г. общее количество вывоза пшеницы, ржи, овса и ячменя по итогам пятилетия быстрее выросло. Темп роста вывоза продолжался до начала XX в., кроме голода 1891 г.

Крестьянское зерновое производство постепенно втягивало деревню Воронежской губернии в новые торговые отношения, усиливало капитализацию сельского хозяйства. Не только землевладельцы, но и крестьяне в общинах также стремились к производству и реализации на рынке большего количества товарной продукции путем разнообразия хлебных злаков.

Правда, появление хлеба каждую осень на базарах вовсе не указывало на его избыток. По различным причинам (налоги, долги, арендные платы и т.п.) крестьяне осенью продавали хлеб по низкой цене, а зимой и весной им приходилось покупать хлеб уже по довольно высокой. Этот порочный круг повторялся особенно среди бедных и средних крестьян, не имевших, кроме земледелия, других источников доходов.

Кроме того, зерно было сырьем для винокурения. В Воронежской и Тамбовской губ., как в других губерниях Среднего Черноземного района, винокурение являлось одной из самых главных отраслей промышленности. До конца XIX в. в черноземных районах количество выкуренных спиртов не уменьшалось.

Вместе с различными пищевыми хлебами, в Воронежской и Тамбовской губ.

было распространено разведение технических культур, т.е., картофеля, свеклы сахарной, табака, конопли и т.д. Вследствие этого, в этих губерниях винокуренные и сахарно-производственные заводы и фабрики, кроме мелких кустарных производств, являлись главными промышленными заведениями, где нанималось большое количество рабочих.

В конце XIX – начале XX состояние в хозяйственном положении крестьян в Воронежской и Тамбовской губ. приводит к углублению расслоения общества на богатых и бедных. С одной стороны, множество крестьянских семей страдало от бедности, с другой, меньшинство улучшало свое материальное положение. Между ними существовал средний слой, к которому принадлежало немало крестьянских семей, но их экономическое положение не было стабильно.

Иными словами, экономическое положение средних крестьян в значительной степени зависело от различных бедствий, т.е. неурожая, эпидемии, грабежей, пожара и т.п., и, на самом деле, эти бедствия часто приводили к разорению хозяйств.

В третьей главе «Дифференциация крестьянства в Воронежской губернии по данным книги Ф.А. Щербины «Крестьянские бюджеты»» для рассмотрения используется не только макро-анализ, как среднее число, но и более детально анализируются существенные состояния и причины различий экономических структур среди крестьян, и, вследствие этого, экономическая ситуация крестьян того времени выясняется более объективно. Следовательно, с помощью этого анализа, можно выяснять: во-первых, можно ли, применяя традиционные методы исследования, получить объективную картину экономического положения крестьянства, во-вторых, объясняется ли, что крестьянство в России конца XIX – начала XX вв. находилось в особенной социально-экономической ситуации.

Перегруппировка данных Ф. А. Щербины. В книге «Крестьянские бюджеты» Ф.А. Щербина разделил 230 крестьянских хозяйств на пять групп по надельным землям. Но трудно утверждать, что традиционные методологии классификации крестьян по надельным землям являются самой подходящей характеристикой в анализе крестьянских хозяйств. В деревне Европейской России изучаемого периода община периодически делила земли по числу рабочей силы, особенно по числу взрослого мужского населения.46 Дело в том, что анализ по надельным землям не дает объективную характеристику для определения бедности и богатства крестьян. В действительности, в крестьянских бюджетных данных можно найти зажиточные (и даже богатые) хозяйства, у которых мало наделов, или наоборот – бедные хозяйства, у которых много наделов.

Следовательно, если крестьянские хозяйства ранжируются по размеру надельных земель, представления о хозяйственном положении каждой группы могут сильно расходиться с реальной действительностью. И разница увеличивается, если в анализе используется только среднее число без детального рассмотрения причин групп бюджетных данных.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»