WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Вопрос о власти, вручавшейся преемнику принцепса, имеет принципиальное значение для характеристики государственно-правовой системы принципата. На заседании сената 17 сентября 14 г. Тиберию были предоставлены дополнительные права, но не imperium, так как со смертью Августа он не прекратил осуществлять своих полномочий, источником которых был империй. Положение Гая на начало процедуры передачи власти отличалось от положения Тиберия. Калигула являлся частным лицом. Imperium был вручен Калигуле заочно, до прибытия в Рим, на заседании сената 18 марта. Этому предшествовало провозглашение войсками его «императором». Гай, как и Тиберий, перед решающим заседанием сената обладал империем. На следующем заседании сената Гаю была поручена «высшая власть», т.е. даны дополнительные полномочия, известные по Lex de imperio Vespasiani. Таким образом, в основе порядка передачи преемнику власти принцепса лежали республиканские публично-правовые конструкции. В рамках прежнего механизма вручения власти произошло перераспределение функций, соответственно роль одних органов власти становилась второстепенной, позиции других властных институтов укреплялись.

В третьем параграфе «Содержание и методы реализации принцепсом властных полномочий» устанавливается, что важным компонентом власти принцепса стал проконсульский империй, благодаря чему обеспечивалась возможность деятельности в военной сфере, с которой был связан титул «imperator». Принцепс становился императором не в силу своего полководческого таланта, а в связи с тем, что обладал правом контроля над армией.

Он имел полномочия отдавать приказ войскам, назначать главнокомандующего для ведения военных действий, определять сроки военных кампаний. К полномочиям принцепса относилось и право назвать имя нового управляющего провинцией. Тем самым он оказывал влияние на выборы проконсулов, пропреторов или легатов. Наряду с правом назначения принцепс имел и право отстранения от должности наместника провинции. В силу обладания империем, дополненным полномочиями, известными из Закона о власти Веспасиана, принцепс контролировал положение дел во всех провинциях. Основой власти принцепса являлись также полномочия плебейского трибуна. В эпоху раннего Принципата трибунская власть стала обозначением «высшей власти» в государстве (Tac. Ann. III. 56). Принцепсы неслучайно наделяли своих преемников трибунскими полномочиями. Трибунская власть предоставляла большие возможности для деятельности непосредственно в Риме. Основное право – право veto. Формально процедура интерцессии сохранялась. Но она не могла быть использована против решений принцепса, так как он не рассматривался в качестве коллеги по отношению к другим плебейским трибунам. Это вело к снижению значения ius intercessionis и изменению его роли в системе государственного права. Фактическое отсутствие возможности оспорить мнение принцепса и предлагаемые им меры было связано не только с переносом данных прерогатив на личность принцепса, но и в силу его исключительной auctoritas. Трибунские полномочия позволяли ему выступать с законодательными предложениями. Он имел право созывать сенат на заседания. Время правления Тиберия и Калигулы исчислялось по годам принятия трибунской власти. Она имела не только политическое, но и идеологическое значение. Имея власть плебейского трибуна, принцепс воспринимался в качестве защитника народа. С правовой точки зрения, принцепс реализовывал свои полномочия в рамках установленных традицией норм: проконсульский империй – в провинциях, трибунская власть – в Риме.

В четвертом параграфе «Princeps и populus: характер взаимодействия» рассмотрен римский народ как участник политического процесса. Воля римского народа выражена формулой: «iussu populi» (D.I.II.23; Tac. Ann.

XII.5), или как вариант «in civium iudicio esse» (Tac. Ann.XV.20). С формальной точки зрения коллектив граждан выступает как отдельный субъект публично-правовой деятельности. Однако практически не известно о функционировании трибутных комиций. Центуриатные комиции, избиравшие магистратов, претерпели некоторые изменения36. Их функции были ограничены37.

Уровень политического влияния populus определялся не только формальноюридическими критериями. Общественное мнение, которое часто выражается понятием «fama», хотя и не заключало в себе юридической силы, имело значительное психологическое воздействия на принцепса. Поступки принцепсов имели общественную значимость. Римский народ мог дать им как положительную, так и отрицательную оценку. Populus выносил свои суждения независимо от воли princeps. Не считаться с суждением римского народа принцепсы не могли. Принцепс воспринимался в качестве патрона по отношению к populus.

Вторая глава «СЕНАТ И DOMUS PRINCIPIS В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ ПРИНЦИПАТА (14-41 гг.)» содержит три параграфа. В первом «Организация деятельности сената» рассмотрены проблемы, касающиеся процедуры созыва сената, обсуждения вопросов, принятия решений в сенате.

Традиционным местом заседания являлась Curia. Тиберий редко переносил заседания из Курии, что можно расценивать как знак уважения к высокому собранию и признание им авторитета сената. Со второй половины 20-х гг., после того, как Тиберий принял решение удалиться на Капри, обычным местом собрания сената оставалась Curia Iulia. Там же сенат предпочитал собираться и при Калигуле. В эпоху Тиберия сенат заседал регулярно. О деятельности его в правление Калигулы известно значительно меньше, чем при Тиберии. Непредсказуемость в поведении Гая заставляла сенаторов действовать осторожно. При Тиберии сенаторам было строжайше предписано являться на Jacques F., Scheid J. Op. cit. Р. 49.

Балахванцев А.С. Избирательные комиции в эпоху Юлиев-Клавдиев // Власть, человек, общество в античном мире. Доклады конференций 1996 и 1997 гг. М., 1997. С. 152.

заседания (Tac. Ann. IV. 19). Кроме того, принцепс мог высказать свое недовольство, если дело, представленное на рассмотрение в сенат, слушалось при неполном составе (Tac. Ann. VI. 12). Без специальной санкции сенаторы не могли покинуть пределы Рима и Италии. При Тиберии и Калигуле это разрешение выдавалось самим сенатом, позже при Клавдии оно будет предоставляться принцепсом. Программа заседаний сената составлялась предварительно. Присутствие принцепса на заседаниях стало правилом. Их ход был традиционным. Каждое заседание открывалось relatio. При Тиберии, а позднее и при Гае доклад могли сделать как принцепс, так и магистраты или плебейские трибуны. За выступлением докладчика следовало обсуждение.

Принцепс и сенаторы высказывали свое мнение. После того, как прозвучали sententia, сенаторы могли приступить к голосованию – ire in suffragium. В эпоху раннего Принципата использовался такой способ голосования как дисцессия. Он исключал устное высказывание и был удобен в том случае, когда принцепсу требовалось исключить вопрос из прямого обсуждения. В случае отъезда принцепса из Рима в порядок деятельности сената вносились некоторые изменения. Основной способ сообщения между ними заключался в отправке посланий или писем. При первых преемниках Августа организация деятельности сената не претерпела серьезных изменений. Принцепс являлся, прежде всего, princeps senatus. Формально сохранялся прежний порядок рассмотрения различных вопросов. Но, являясь «постоянным первоприсутствующим», обладая auctoritas, принцепс получил возможность оказывать влияние на деятельность сената.

Во втором параграфе «Полномочия сената» исследованы важнейшие политические функции этого органа власти. Сенат совместно с принцепсом обсуждал вопросы провинциального управления. Он рассматривал обращения представителей городов провинций, действовал по принципу «запроса», т.е. он отвечал на жалобы, просьбы и обращения, инициированные самими провинциалами. Нередко к обсуждению привлекались и бывшие наместники провинций. Ходатайства, представленные в сенат, касались не столько проблем, регулировавших внутреннюю жизнь самих провинций, сколько отношений с Римом. Сенат принимал участие в назначении на должность проконсула, а также регламентировал его деятельность. В ведении сената сохранялись религиозные вопросы, например, обсуждение кандидатуры на должность главы жреческой коллегии, постройка храмов, введение нового культа, учреждение новой жреческой коллегии. Еще одна функция была связана с обеспечением общественного спокойствия и безопасности Рима. При Тиберии сенат приобретает новую функцию – избрание высших должностных лиц. Эта реформа укрепляла положение сената в политической системе.

Важным проявлением власти являлось право издавать постановления, имеющие силу закона. Используя практику дерогации, издавая SC, сенаторы вносили изменения в существующие leges. Сенат также играл роль судебной инстанции. Компромисс – так можно определить главный принцип политики Тиберия по отношению к сенату. В отличие от Тиберия Гай отошел от этого принципа, что фактически усилило его личную власть.

В третьем параграфе «Inter filios et leges: конкуренция сената с domus principis» сделаны выводы о соотношении политического влияния сената и дома принцепса. При Тиберии и Калигуле двор в качестве «властной структуры» еще не сложился. Можно говорить не о влиянии двора, а о влиянии отдельных лиц. Проблема конкуренции рассмотрена на примере избрания высших магистратов – консулов. Проанализировав нарративную традицию и эпиграфические данные, мы пришли к следующим выводам. Из числа перечисленных в консульских фастах имен только 30% можно считать «ставленниками» принцепсов. Таким образом, лишь треть магистратов каким-либо образом была связана с принцепсом или принадлежала к domus principis. Две трети должностных лиц выбирались сенатом по его усмотрению. Формально источники не дают оснований твердо говорить об определенной заинтересованности принцепса в продвижении своих кандидатов. Но благодаря обширным клиентским связям он имел возможность влиять на исход выборов.

Третья глава «OFFICIA В СТРУКТУРЕ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ» содержит четыре параграфа, в которых рассмотрена деятельность префектов и кураторов, сделан вывод об основных принципах функционирования должностей – officia. Первый параграф «Должность praefectus urbi при первых преемниках Августа» посвящен изучению деятельности городского префекта. При Тиберии и Гае Калигуле последовательно действовали четыре префекта: Луций Кальпурний Пизон, Луций Элий Ламия, Гней Корнелий Лентул, Квинт Санквиний Максим. Со времени Августа эта должность была восстановлена в исходном объеме, и можно говорить о ее генетической связи с praefectus urbi предшествовавшей эпохи. Но с течением времени она претерпела ряд изменений, преобразовавшись в должность управленческого аппарата при принцепсе. В правление Тиберия прослеживаются два этапа в развитии должности префекта Города. Границей между ними являлся 26 г. – год, когда городской префект официально стал постоянно действующим должностным лицом. Несмотря на то, что существовало формальное ограничение срока полномочий, в период с 14 по 26 г. praefectus urbi фактически не прерывал своей деятельности. Его функционирование, как свидетельствуют источники, уже не связывалось с самим фактом отсутствия принцепса в Риме и наличием у него в этот период консульской власти. Назначение на любую должность, в том числе и praefectus urbi, зависело, главным образом, от воли принцепса – vi principis (Tac. Ann. III. 12). Префект Города был человеком, как правило, относившимся к кругу amici принцепса, и имевшим сенаторский ранг. Обязанности praefectus urbi состояли в сохранении общественного спокойствия, в наблюдении за безопасностью города, в предупреждении возможных волнений.

При первых Юлиях-Клавдиях должность городского префекта претерпела значительные изменения. Из республиканского должностного лица – «временного заместителя» высшего магистрата – praefectus urbi превратился в функционера при принцепсе. Эволюция коснулась и срока полномочий городского префекта. Эта должность стала постоянной. Но, возможно, для ее дальнейшего исполнения требовалась процедура формального продления мандата, данного принцепсом. Не исключено, что эта должность оплачивалась. Сочетание прежнего значительного объема компетенции (в некотором отношении даже расширенного) и нового механизма осуществления властных полномочий сделало эту должность – в условиях принципата – действенной и влиятельной.

Во втором параграфе «Организация управления в сфере cura annonae» сделан вывод о выделении сферы annona в самостоятельную отрасль административного управления. Должность префекта анноны являлась третьей по значению после должностей префектов претория и Города38. Начиная со времени Августа, при Тиберии, затем и при Калигуле служба префекта анноны работала постоянно, что свидетельствовало об обособлении в отдельную область административного управления задач по снабжению продовольствием. Принцепс лично назначал префекта. Подобная практика была обусловлена тем, что princeps брал на себя задачу cura annonae. На должность префекта анноны назначался представитель всаднического сословия. Префектом по снабжению продовольствием в последние годы правления Августа, при Тиберии и Калигуле был Гай Туранний. В обязанности префекта входила заготовка, доставка и хранение зерна. Другая не менее важная функция – раздача зерна – возлагалась на praefecti frumenti dandi ex s.c. Координатором их деятельности выступал принцепс. Создававшаяся префектура анноны представляла собой «учреждение» лишь для Рима. При Тиберии и Калигуле в провинциях не существовало «филиалов» префектуры анноны. Префект по снабжению продовольствием имел в своем распоряжении штат должностных лиц, которые могли дублировать функции низших магистратов. Это свидетельствовало о том, что praefectura annonae находилась на стадии организационного становления.

Третий параграф «Кураторы водоснабжения Рима» посвящен изучению причин появления этой должности, принципов функционирования кураторов, сферы их деятельности. В последний год жизни Августа и в период правления Тиберия и Гая сменилось 6 смотрителей водопроводов (Front. De aq. 102). Срок исполнения должности не был годичным. Он мог варьироваться от нескольких месяцев до 11 лет. Полномочия нового должностного лица определялись эдиктом Августа. В сочинении Фронтина не упоминается специальное постановление или закон об изменении объема функций эдилов и цензоров. По-видимому, формально они сохраняли за собой обязанности, связанные с контролем над функционированием римской системы водоснабжения. Таким образом, куратор водопроводов, а также эдилы и цензоры дублировали друг друга в данной сфере cura urbis. Однако фактически объем полномочий республиканских магистратов был уменьшен. Его изменение произошло естественным путем. Перемены стали результатом возросших возможностей (прежде всего, финансового характера) принцепса.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»