WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Параграф 2.3. «Морфо Евгения» А. С. Байетт и «Женщина французского лейтенанта» Дж. Фаулза» посвящен анализу интертекстуального диалога неовикторианского романа конца XX века с романом, ознаменовавшим начало новой прозы в английской литературе. В неовикторианских романах А. С. Байетт можно обнаружить множество параллелей с романом Дж. Фаулза на сюжетно-композиционном, идейно-тематическом, художественно-образном уровнях, что подтверждает тезис о том, что викторианская эпоха, представленная произведениями классиков английской литературы, ассоциируется у писателей XX века с одними и теми же понятиями.

Результаты анализа межтекстового взаимодействия романов А. С. Байетт и Дж. Фаулза можно интерпретировать и как неосознанное заимствование классического образца неовикторианской прозы конца 60-х годов автором, живущим в конце XX века. Однако здесь просматривается сходство в восприятии современными писателями викторианской эпохи, культуры и литературы, сходство, подчеркивающее так называемый текстовый статус викторианства, его единый художественный код. Викторианский текст современного английского романа формируется посредством комбинации одних и тех же элементов – «конститутивных субстратов» и лейтмотивов.

В отличие от преобладающей иронической и пародийной интенции Дж. Фаулза, Антония Байетт не ставит целью пародирование викторианской традиции. Романы Байетт отнюдь не являются «упреком викторианской эпохе» (Дж. Фаулз), не пытаются подвергнуть сомнению ценность викторианского романа и переписать его с присущей постмодернистам долей иронии.

Интертекстуальный диалог с викторианской литературой в творчестве Байетт напоминает ситуацию вечного возвращения, возрождения классической традиции английской литературы. Это прежде всего диалог-реконструкция, посредством которого восстанавливаются и получают второе рождение основные особенности поэтики викторианской прозы – тематика, проблематика, сюжетно-композиционные приемы, система персонажей, особенности языка.

Параграф 2.4. «Интертекстуальный диалог романов «Обладать» и «Ангелы и насекомые» с викторианской литературой» представляет собой собственно анализ межтекстового взаимодействия неовикторианских романов А. С. Байетт с викторианской литературой на различных уровнях интертекстуальных включений. Здесь рассматривается пространственновременная организация романов (своеобразный викторианский хронотоп), их сюжетно-композиционные параллели с викторианской литературой (повторение принципов композиции, сюжетных схем, характерных для реалистической прозы XIX века), идейно-тематическое взаимодействие, архитекстуальность как жанровая связь текстов, художественно-образные параллели, интертекстуальные включения и паратекстуальность как отношение текста к эпиграфу.

Диалогичность эпох в романе «Обладать» выражается в дублировании сюжета – развитии романтических отношений между ученымиисследователями XX и поэтами XIX века, двухфабульном повествовании – намеренном чередовании глав о событиях прошлого с главами о событиях современности, бесконечных параллелизмах в повествовательной технике, образах-двойниках (Мод Бейли и Кристабель Ла Мотт). В «Морфо Евгении», первой части дилогии «Ангелы и насекомые», воссоздается атмосфера жизни викторианского особняка со всеми ее составляющими – упорядоченной жизнью, многодетным семейством, охваченным матримониальными хлопотами, и многочисленными обитателями (слугами, экономками, гувернерами и гувернантками).

Основанный на реальных событиях, связанных с семьей Альфреда Теннисона и обстоятельствами его дружбы с Артуром Хэлламом (Галламом), а также романтической историей взаимоотношений Эмили Теннисон и Артура Хэллама, роман «Ангел супружества» во многом перекликается с романом «Обладать», он также пронизан поэзией – в повествование вплетаются цитаты и отрывки из реально существующих произведений (стихотворения Теннисона, Китса, Мильтона), способствующих воссозданию духа эпохи.

Через реалии и характерные черты XIX века Байетт стремится создать особую викторианскую атмосферу повествования, частично (как в «Обладать») или полностью (как в «Ангелах и насекомых») реконструирует характеры прошлого, а также и само прошлое с целью осмысления проблем настоящего, создавая современный историографический метароман, очень многим обязанный детерминистскому историзму Джордж Элиот, пониманию истории как некоего противоречивого единства.

Техника параллелизма сюжетных линий, известная по произведениям Диккенса, двуплановость (Дж. Остин, У. Теккерей), характерная для викторианского романа многогеройность, множественность сюжетных линий, завязанных на одном центре, сведение этих линий в одно целое, драматичность описываемых событий, символико-аллегорическая образность становятся одними из ключевых приемов писательницы.

Сюжетные переклички с викторианской литературой, содержащиеся в романах А. С. Байетт, являются наглядным примером встречи двух текстов – современного и викторианского, характеризующейся их взаимным проникновением друг в друга, взаимным сопоставлением и противопоставлением. Аллюзии на типичные сюжетные коды викторианского романа повышают не только импликационный потенциал самого текстареципиента, но и способствуют конструированию нового смысла, заложенного в тексте-доноре.

В качестве примеров можно привести современное звучание заявленного викторианцами шаблона (совпадения, утерянные завещания, получение неожиданного наследства, удары фортуны), объединение в одно целое нескольких основных сюжетных линий викторианского романа, новую интерпретацию элиотовской идеи о постоянном развитии, поиске, самосовершенствовании, оригинальную трактовку популярных в викторианскую эпоху натуралистических идей и аналогий (проблема кровосмесительных отношений). Мотив инцеста, использованный Байетт в «Морфо Евгении», ничуть не является осовремениванием и ироническим переосмыслением викторианской действительности автором, живущим в конце XX века. Байетт раскрывает то, что веками содержалось в импликации, было скрыто от внешних глаз и не могло стать предметом рефлексии писателявикторианца. Принято утверждать, что в романе Байетт происходит переложение на викторианский язык совсем не викторианского сюжета, однако более справедливым будет сказать, что происходит переложение викторианского сюжета на невикторианский язык.

В «Морфо Евгении» А. С. Байетт частично заимствует систему и соотношение персонажей викторианского романа, принципы их изображения, важная роль среди которых отводится приемам детализации и контраста, а также реконструирует при этом характерный для викторианской литературы мотив вознагражденной добродетели.

Байетт наследует также историзм и психологизм Дж. Элиот, идею нравственно-психологического «проживания» единства прошлого и настоящего. Второе рождение получает элиотовский принцип параллельного развития, отражения одной судьбы в другой (Кристабель Ла Мотт и Мод Бейли), и в то же самое время принцип контраста (Мэтти Кромптон и Евгения Алабастер). Как и для Элиот, для Байетт внутренний портрет персонажей, постепенное открытие характера посредством последовательного развертывания событий («движение характера») важнее их внешних характеристик.

Воссоздавая на страницах своих романов атмосферу спиритических сеансов, весьма популярных в XIX веке, Байетт, с одной стороны, стремится к большей достоверности культурно-исторического контекста, с другой стороны – к установлению неразрывной связи между викторианским прошлым и настоящим, обращающимся к этому прошлому за ответами на свои многочисленные вопросы. Неовикторианские романы Байетт сами участвуют в своеобразном спиритическом сеансе, нацеленном на воскрешение викторианской литературы, ее новое прочтение и постижение ее множественных смыслов.

Включенные в повествование поэмы, дневники, десятки писем стилизованы под XIX век, текст романа пронизан строками из произведений поэтов XIX века, а также содержит легенды, тайны, переписку поэтов XIX века, дневники Э. Гаскелл, факты биографии Дж. Остин, Ш. Бронте, Дж. Элиот, Ч. Диккенса, Э. Троллопа. Таким образом, в романе создается своеобразное «лоскутное одеяло» («patchwork») из стихов, писем и прозы.

Исторический фон XIX века в романах «Обладать» и «Ангелы и насекомые» воссоздается не только вкраплениями поэзии, стилизованной под XIX век, подборкой писем, дневников, включением в повествование трех эпизодов, стилистически реконструирующих викторианский текст, но и описанием ключевых конфликтов викторианской эпохи – биологическое и социальное в человеке, оккультизм и спиритизм как антитеза дарвинизму, дилемма долга, тяготеющего над женщиной как насильственное сдерживание внутренней энергии и творчества, незыблемость патриархальных устоев, признание за женщиной права на независимость и самостоятельность и ее «общественное служение» как единственно возможная социальная роль женщины в эпоху викторианства.

Воссоздавая колорит эпохи викторианства, Байетт пытается при этом вскрыть то, что осталось за страницами дневников, биографий, писем, то возможное прошлое, которое осталось незафиксированным на бумаге. Это прошлое неизвестно, но вполне правдоподобно.

Наряду с именами-интертекстами, биографической, тематической и структурной интертекстуальностью в романе «Обладать» содержатся также прямые текстовые включения из произведений викторианской литературы.

Аллюзии на романы Дж. Остин, Ч. Диккенса, Дж. Элиот сопровождают повествование в романе «Обладать», создавая особый «приглушенный» фон романа викторианской эпохи. Байетт стремится вступить в диалогпродолжение, диалог-вариацию на тему викторианской прозы, а также диалогигру с литературной традицией – оживить в памяти читателя наиболее значимые литературные памятники викторианской эпохи и реконструировать характерные для викторианского романа в целом образы и мотивы. Байетт обращается к архетипическим мотивам викторианской и, шире, мировой литературы – мотиву установления отцовства-материнства, разрешения тайны рождения, обретения потерянных детей.

Варьирование типичных сюжетных схем викторианского романа – счастливое разрешение конфликта, мотив неожиданного наследства, удары судьбы, разгадка тайны, непредвиденные стечения обстоятельств, случайно открывшееся родство Кристабель и Мод («Обладать») – особенно актуальный прием для творчества А. Байетт. Оно по-новому трактует знакомый читателю сюжет, на фоне отголосков предшествующих культур, вызывая тем самым эффект интертекстуального полилога разных авторов и обнаруживая полифоническое и неоднозначное восприятие художественного текста.

Интертекстуальность в данном случае выполняет, помимо основной функции диалогизации, контактоустанавливающую, текстопорождающую, экспрессивную, поэтическую и референтную функции. Байетт обращается к скрытым, невостребованным возможностям викторианской литературы, создавая на страницах своих произведений особое идейно-художественное пространство, где прошлое соединяется с настоящим, а реальное с вымышленным.

Глава 2 заканчивается определением характера межтекстового взаимодействия с викторианской литературой исследуемых романов А. С. Байетт. Интертекстуальный диалог с викторианством в творчестве Байетт – это прежде всего диалог-реконструкция. Диалогические отношения выстраиваются на различных уровнях организации текста в виде заимствования, развития идей, согласия, подтверждения, подражания, вариации и стилизации. Наиболее характерными для творчества Байетт являются стилизация, структурная, тематическая и биографическая интертекстуальность.

Стилистическая реконструкция становится для А. С. Байетт одним из характерных приемов воссоздания сюжетных схем викторианского романа.

Обращаясь к разным жанровым моделям, характерным для викторианской литературы, неовикторианский роман Байетт стремится оживить литературную память читателя, воскресить знакомый по романам Дж. Остин, Ч. Диккенса, Э. Гаскелл, Дж. Элиот особый мир и подарить ему новую жизнь внутри современного литературного произведения.

Глава 3 «Хорошая работа» Д. Лоджа как современная версия индустриального романа XIX века» посвящена анализу отличного от диалога-реконструкции А. С. Байетт особого вида текстуальной интеракции современного английского романа с романом викторианским. Глава состоит из трех параграфов.

В параграфе «Дэвид Лодж – критик, литературовед, писатель» дается краткий обзор литературной и литературоведческой деятельности Д. Лоджа, а также подчеркивается их взаимопроникновение и взаимообусловленность.

Отличительной особенностью литературоведения Д. Лоджа является его тесная связь с художественной практикой: теоретические взгляды находят непосредственное отражение в романном творчестве писателя. В теоретических трудах Лодж отстаивает идею преемственности и непрерывности литературной традиции, подчеркивая необходимость диалогического с ней взаимодействия.

Диалог с литературной традицией становится основополагающим и в художественном творчестве писателя.

В параграфе 3.2. «Викторианский текст в романе Д. Лоджа «Хорошая работа» анализируется межтекстовое взаимодействие современного индустриального романа с викторианским рабочим романом, представленным творчеством Ч. Диккенса, Ш. Бронте, Э. Гаскелл.

Одним из доминирующих видов текстовых включений в «Хорошей работе» и своеобразной сюжетной цитатой является роман «Север и юг» Э. Гаскелл.

Лодж использует ключевые для сюжетной структуры романа Э. Гаскелл эпизоды и переносит их в XX век, в свой текст. Однако данное «переписывание» подразумевает не столько копирование или вариацию на тему романа «Север и юг», сколько диалогическое с ним взаимодействие, пародийное его переосмысление с разрушением ожидаемого смысла. Цитаты из претекста становятся той основой, на которой строится диалог двух текстов – викторианского и современного. Традиция в романе Лоджа одновременно продолжается и обыгрывается, подчиняясь общему замыслу – скрытой иронии, направленной не только и не столько на викторианский роман, сколько на современность.

При этом Лодж не стремится к иронической стилизации под викторианскую прозу, не переносит повествование в прошлое, не использует ретроспективные вставки-экскурсы (за исключением одного эпизода, повествующего об истории города Раммиджа с упоминанием Томаса Карлейля, Чарльза Диккенса и королевы Виктории), однако XIX век присутствует на страницах романа и дух викторианства весьма ощутим.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»