WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |

Анализ социально-экономической политики по устройству линий связи, которую проводили и белые и красные в 1918–1921 гг. показал, что она строилась на однотипных мобилизационных мерах и предполагала организацию только магистральных связей по важнейшим оперативным направлениям. Местные сети демонтировались. Обе стороны прибегали к репрессиям и установили жесткий военный контроль за работой учреждений связи. У белых его осуществляли специальные офицеры – коменданты связи, у красных – чрезвычайные комиссары наркомата почт и телеграфов. При этом военно-административное принуждение к связистам в «белой зоне» оставалось меньшим по масштабам, чем в «красной».

Снабжение продуктами, обувью, дровами и др. у белых было лучше, а социальный статус связиста-чиновника выше. Это позволило привлечь в учреждения связи «белой зоны» Урала большее количество профессиональных кадров, а производительность труда и пропускная способность их линий связи была выше, чем у противной стороны. Это объясняет и то, что вместе с белыми ушли почти все кадры уральской связи. Красные решали проблемы развития средств связи апелляцией к революционному энтузиазму, массовыми крестьянскими мобилизациями в учреждения связи. Мобилизационные меры способствовали определенной стабильности работы средств передачи данных. В период эсеро-кадетских и колчаковского правительств уральские города имели регулярные телеграфные сообщения с Сибирью и Дальним Востоком, Китаем, а через Японию и с США.77 На Урале в это время был воссоздан Пермский почтово-телеграфный округ.За 1919–1921 гг. красные смогли быстро организовать оперативную связь Урала с Москвой, Петроградом, западными и южными городами России, а по мере освобождения Сибири, и с восточными регионами.79 В конце гражданской войны Урал возродил свое значение центра транзитного информационного обмена. Период революции и гражданской войны оказался весьма разрушительным для региональных средств связи. Наибольшие разрушения им нанесли не столько сами военные _ РГАЭ. Ф.3527, Оп.9, Д.261, Л.7.

ГАСО. Ф.1952, Оп.1, Д.35, Л.9, 11, 14, 21.

ГАПО. Ф.445, Оп.1, Д.1, Л.67-68.

ГАРФ. Ф.5464, Оп.3, Д.58, Л.64об; НКПиТ. Отчет Х Всероссийскому съезду Советов. М., 1922. С.21.

действия, сколько голод и две масштабные эвакуации, которые осуществили обе воюющие стороны в 1918–1919 гг.

В VI главе: «Условия труда и производственная повседневность в учреждениях связи Урала» проведен анализ особенностей труда почтовотелеграфных работников в сравнении с другими категориями трудящихся, а также архитектуры трудовой мотивации в коллективах связистов до и после революции. В первом параграфе «Мотивация труда чиновника почтово-телеграфного ведомства (середина XIX в. – 1917 г.)» отмечено, что небольшой отряд уральских связистов (в 1913–1914 гг. не более 3 тыс. чел., к 1929–1930 гг. – 6,9 тыс.) занимал в региональном социуме промежуточное место между рабочим классом и технической интеллигенцией. Это наложило определенный отпечаток на мировоззрение, поведенческие стереотипы, понимание своей профессиональной значимости у работников почт, телеграфов, радио и телефонных станций.

Анализ трех универсальных факторов: вознаграждения, побуждения, принуждения, которые и составили основу архитектуры всей трудовой мотивации в коллективах учреждений связи,80 показал, что царское правительство задействовало все возможности для организации стабильного процесса трансляции информации. В итоге, ГУПиТ, удалось создать весьма эффективную систему стимулирования труда.

Это мы расцениваем, как серьезную и исторически значимую заслугу правящей элиты России. Главное заключалось в том, что в отрасли удалось закрепить и готовить опытные кадры. Мотивация труда на предприятиях связи заметно отличалась от той, что действовала на промышленных предприятиях Урала. В дореволюционном почтово-телеграфном ведомстве, при перманентном снижении экономических стимулов, которое наблюдалось в последней четверти XIX – начале XX вв., росли побудительные мотивы: возможность поступления на службу тем категория лиц, для которых работа в других министерствах была закрыта по каким- либо социальным, образовательным или иным моментам.

Почтово-телеграфное ведомство стало первым в России, в которое с 1869 г.

стали принимать на работу женщин, в начале XX в более четверти служащих в учреждениях связи Урала составляли женщины, что было заметно выше, чем в других ведомствах и министерствах. Служба в учреждениях связи открывала возможности карьеры, получения гражданских чинов и пенсий. Добавим и устойчивый социальный статус, который имели телеграфисты и техники телефонных служб в провинции.

Данные стимулы работали на воспитание особой значимости связистов в жизни российского общества, развивали корпоративную гордость, чувство государственного долга. Высокий удельный вес моральных стимулов в сочетании с общественной ответственностью, давали эффект в мирные периоды российской модернизации, но переставали работать в ходе революционных потрясений. В результате, в периоды социальных трансформаций начала XX в., их конформизм уступал место радикализму и они смогли навязать властям две информационные войны осенью 1905 и 1917 гг.

См.: Линдер ван дер М. Мотивация труда в Российской промышленности: некоторые предварительные суждения. // Социальная история. Ежегодник. 2000, М., 2000. С.211-212; Лукассен Я. Мотивация труда в исторической перспективе: некоторые предварительные заметки по терминологии и принципам классификации. // Там же. С.197, 201; Камынин В.Д. Проблема мотивации труда в промышленности СССР в – 30 – е гг. XX столетия в современной историографии.// Урал индустриальный. Мат. VIII Всеросс. науч. кон. В 2 тт. Т.1. Екатеринбург, 2007. С. 51 – 53.

Во втором параграфе «Повседневность гражданской войны: тактики выживания связистов. (1918–1921 гг.)» показано, что эпоха мировой и гражданской войн внесла свои коррективы в архитектуру мотивации. В условиях милитаризации экономические и побудительные факторы утратили свое значение и уступили место факторам принудительным, которые в 1918–1921 гг. приняли форму насильственных методов организации процесса передачи данных (трудовые мобилизации и др.). В ответ связисты применили свои тактики выживания, среди которых основное место заняли латентные (незаконные) способы (использование служебного положения для получения доходов, воровство и др.) Политическая мимикрия, к которой широко прибегали уральские крестьяне и рабочие в эти годы, в среде связистов получила меньшее распространение. Анализ тактик выживания связистов показал, что они оказались одинаковыми как в белой, так и в красной зонах. Примечательно другое – все действия, которые предпринимали работники почт и телеграфов, чтобы выжить в условиях войны, оказались весьма затратными для связистов. Данный исторический опыт оказался востребованным и в годы форсированной индустриализации и Великой Отечественной войны.

В третьем параграфе «Условия и мотивация труда уральских связистов в 1920е гг.» раскрыта эволюция архитектуры трудовой мотивации в период НЭПа. В 1920-е гг. архитектура трудовой мотивации вновь претерпевает известные изменения:

вознаградительные факторы действовали неравномерно, побудительные заметно снизили свой положительный эффект, а принуждение во второй половине 1920-х гг.

вышло на первый план, хотя и в меньшей степени, чем в период гражданской войны.

Такое сочетание объясняется рядом причин и, прежде всего, ограниченными возможностями малорентабельной экономики НЭПа. Важной причиной стали и качественные изменения в составе рабочей силы. Трудовые пополнения в учреждения связи набирались из крестьянской среды. Их культурный уровень оставался низким, а традиции дореволюционной морали, профессиональной этики почтово-телеграфного ведомства уже не действовали. Это породило не только низкие производственные показатели и общее снижение производительности труда, но и высокий уровень должностных преступлений. Уголовные деяния, совершенные с использованием служебного положения (взятки, кражи и др.) в 1928–1929 гг.

совершили 5-6% работников учреждений связи Уральской области.81 Около 40% всех преступлений пришлось на группу сельских почтальонов и работников со стажем до 2-х лет работы. Высокий уровень преступности стал одной из причин распространения репрессивных факторов трудовой мотивации в учреждениях связи.В целом, НЭП остался в истории уральских коммуникаций как переходное время, когда старые принципы трудовой инновации уже не действовали, а новые, советские еще не сложились. Вакуум был заполнен принуждением, при этом советская власть еще стремилась выполнять свои социальные обязательства перед связистами. Специфический механизм трудовой мотивации, в котором побудительные принципы почти не работали, породил и противоречивый эффект: с одной стороны, такая архитектура трудовых взаимоотношений обеспечила восстановление средств связи. С другой – она не могла дать достойный рост производительности труда, способствовала нарастанию аварийности, падения Расчет по мат.: ГАСО. Ф.2196,Оп.1, Д.10, Л.135-136, 140.

См.: Бюллетень НКПиТ, 1930, № 1,с.43-33; № 3, С. 49-50 и др.; ЦДООСО. Ф.4, Оп.8, Д.102, Л.3; Бюллетень Уральского управления связи, 1930, № 10, С.89-90; № 14, С.157 и др.

дисциплины, текучести в учреждениях связи.

В заключении диссертации даются основные выводы исследования, подводятся итоги познавательным задачам. Ретроспективный анализ государственной политики по формированию информационных ресурсов показал, что их развитие в рассматриваемый период определялось рядом закономерностей отечественной модернизации, и прежде ее догоняющим развитием, слабостью (или отсутствием) каких-либо общественных сил, способных осуществить грандиозную задачу – построения целостной системы электросвязи в национальном масштабе. Это определило высокую степень вмешательства государства в устройство сетей связи общего пользования, породило специфический механизм реализации его политики – государственное предпринимательство. Последнее имело двойственное историческое значение. С одной стороны, формирование сетей электросвязи проходило динамично.

Уже в третьей четверти XIX в. электросвязь выделяется в общественное производство, а затем и в самостоятельную подотрасль коммуникаций. На рубеже XIX–XX вв. она заняла важное место в системе отечественной инфраструктуры, а Российская империя располагала самой протяженной системой электросвязи в Европе.

Вместе с тем, власти сосредоточили внимание на решении управленческих, военных, и только позднее – хозяйственных задач. Из-за постоянной нехватки финансовых и материальных ресурсов сформировался остаточный принцип распределения средств в информационные коммуникации. Эта тенденция отчетливо выявилась уже в последней четверти XIX в. В это время проявилась и еще одна закономерность – явное отсутствие интереса властей к проблемам низовых сетей электросвязи. Наиболее выпукло данная проблема развилась в годы НЭПа. В результате, и на рубеже XIX –XX вв., и в конце 1920 гг., информационные ресурсы и среда российских регионов оставались недостаточными для удовлетворения потребностей населения.

Исследование показало значительную роль негосударственных структур в формирование системы электросвязи в стране и на Урале. Без участия деловых кругов, органов самоуправления и др. субъектов рынка создать информационную инфраструктуру в тех масштабах, которые существовали на Урале в первой четверти прошлого века, было бы невозможно. При этом анализ диалога и практики взаимоотношений государства и негосударственных операторов на рынке услуг связи выявил известную неспособность властей наладить эффективное сотрудничество с негосударственными партнерами. Это заметно снизило возможности российского общества успешно решить одну из важнейших задач отечественной модернизации – быстрого создания информационных ресурсов и среды индустриального типа.

Многие историки традиционно делят историю отечественных коммуникаций на до и после революционный периоды. Наше исследование отметило глубокую преемственность между политикой императорской России и политикой советской власти по формированию и развитию информационной инфраструктуры.

Исторические традиции российской цивилизации оказались прочнее дискретности социальных трансформаций начала XX в. На примере истории отрасли связь можно сделать вывод о парциальном характере отечественной модернизации.

Вышеперечисленные тенденции наглядно проявились на Урале. Исследование позволило выявить ряд этапов формирования и развития уральских средств электросвязи с момента их возникновения до начала форсированной индустриализации. Первый проходил в 60–70-е гг. ХIХ в. и характеризовался устройством широтных магистральных линий телеграфной связи, соединяющих центр с отдаленными восточными регионами. Основной целью таких коммуникаций выступали военные и управленческие нужды. Второй охватывал время с рубежа 70– 80-х гг. ХIХ в. по 1914 г. В эти годы в крае были заложены основы сети электросвязи общего пользования. Ее услугами пользовались три поколения уральцев, она выдержала испытания четырех войн (от русско-турецкой до гражданской) и двух революций. Эта сеть и стала основой информационной среды индустриального типа в регионе. Третий охватил 1914–1921 гг. и совпал с периодом мировой и гражданской войн, революции 1917 г. В это время уральские информационные трансляции работали в чрезвычайном режиме, в условиях технологического износа, неудовлетворительного снабжения и постоянных кадровых перемещений. В региональных коммуникациях проходили деструктивные процессы. Четвертый пришелся на первое мирное десятилетие советской власти, его содержанием стало восстановление уральских коммуникаций после разрухи двух войн. Оно шло медленными темпами, и было завершено только в начале 30-х гг. прошлого века. С этого момента начинается новый период истории уральской электросвязи.

Исторический анализ формирования системы электросвязи в крае показал, что ее устройство проходило на основе общих закономерностей развития отечественной техносферы, телефонно-телеграфные сети Урала являлись срезом общероссийской модели наращивания информационных ресурсов. Вместе с тем, в рассматриваемый период проявился и ряд особенностей: более быстрое устройство линий производственной связи, долгое сосуществование технологических инноваций с традиционными видами средств передачи данных, устройство сетей связи общего пользования, прежде всего в обжитых районах горнозаводского и южного Урала.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»