WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |

На правах рукописи

ДЕМЕНОВА Виктория Владимировна Буддийская металлическая пластика как пространство Великой Пустоты Специальность 17. 00. 04 – Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура

АВТОРЕФЕРАТ

Диссертации на соискание ученой степени Кандидата искусствоведения Екатеринбург - 2007

Работа выполнена на кафедре истории искусств ГОУ ВПО “Уральский государственный университет им. А.М.Горького”

Научный консультант: кандидат философских наук

, доцент Уроженко Ольга Алексеевна

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор Григорьева Татьяна Петровна кандидат искусствоведения, доцент Батырева Светлана Гарриевна

Ведущая организация: Московский государственный академический художественный институт им.В.И.Сурикова Российской академии художеств

Защита состоится «1» июля 2008 года в _часов на заседании диссертационного совета Д 212.286.08 при ГОУ ВПО «Уральский государственный университет им. А.М.Горького» по адресу: 620083, г.Екатеринбург, К-83, пр.Ленина, 51, комн.248

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Уральского университета им. А.М.Горького.

Автореферат разослан «» июня 2007 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Доктор социологических наук, доцент Лихачева Л.С.

2 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ Актуальность исследования. В начале XXI века интерес к древним и средневековым философско-религиозным доктринам оказался необычайно велик. Они стали объектом пристального внимания исследователей разных научных направлений. Культура Востока среди этих поисков в последнее время занимает значительное место, переживая своеобразный «ренессанс», истоки которого восходят к рубежу XIX - XX веков. Это обусловлено рядом факторов, среди которых выделяются кризис западной рационалистической позитивистской парадигмы и активный поиск универсумных оснований Бытия, способных объединить трагически расколотую картину Мира. В контексте современных мировоззренческих поисков опыт буддийской философско-религиозной доктрины чрезвычайно плодотворен и многомерен.

Буддийская концепция Великой Пустоты (Шуньяты) и ее осознание в таких аспектах как «взаимозависимое происхождение», «пустота дхармо-частиц», «пустотность и непротиворечивость Относительной и Абсолютной Природы» и т.д., в значительной мере раскрывают неочевидные связи, «не тождественность, но и не различность» Абсолютной Природы и природы человека.

Исследование заявленной в диссертации темы представляется актуальным в контексте современных искусствоведческих, эстетических и культурологических интересов. Развитая Нагарджуной и доведенная до целостной концепции формула мадхьямиков: «Пустота - есть Форма, а Форма - есть Пустота», формировала не только доктринальную основу наивысшей школы буддийской философии, но и отражалась во всех сферах деятельности, в том числе в принципах создания сакрального искусства.

Буддийская металлическая пластика как существенная часть религиознохудожественной традиции северо-буддийского мира является своеобразным феноменом ре-презентирующим и со-крывающим многоуровневость воплощения Истинносущей, Абсолютной Природы. В свете сказанного, изучение памятников искусства, трактатов по теории искусства, и т.д.

позволяет выявить ряд важнейших принципов, своеобразно раскрывающих сущность искусства как вида деятельности, в процессе которой проявляет себя Всеобщая универсальная Природа, всеобщая связанность Бытия.

Рассматривая актуальность темы, нельзя также не подчеркнуть следующее обстоятельство. Буддийская металлическая пластика отражает целый ряд важнейших, «системообразующих» черт буддийской ментальности, среди которых - феномен Kaya-Тело, пронизывающий буддийскую философию. В условиях широкого бытования постмодернистс – кой эстетики, отказывающейся от понятия «духовности» в пользу «телесности», а «телесное» нередко замещающей «чувственно- интеллектуальным»,1 содержательный потенциал Kaya-Тело приобретает трудно переоценимое значение. В коренных текстах буддизма Kaya обладает расширенной полисемантикой и характеризует как тело человека или святого, так и Абсолютную реальность/Тело Будды, что снимает саму возможность антитезы Абсолютной и Относительной природы, не ставя, однако, между ними и знак равенства. С учетом буддийского понимания сущности искусства как формы Абсолютной реальности, телесность буддийской пластики выступает в качестве своеобразного выражения Тела Истинносущего/Абсолютной реальности.

Наконец, изучение буддийской металлической скульптуры актуально в музееведческом аспекте. Даже в крупных музеях коллекции буддийской пластики не до конца изучены и не всегда опубликованы. Исследование и По замечанию В.Бычкова, понятие телесности в современной неклассической философии «сформировалось в качестве своеобразной антитезы понятию духовности, которое в своем традиционном смысле было фактически исключено из неклассических философских направлений и эстетического дискурса XX в. С помощью категории телесности осуществлялся выход философского мышления за пределы трансцендентальной субъективности в сторону своеобразной реабилитации чувственности, включения ее в поле современных мыслительных стратегий, нередко в сублимированном, вознесенном от конкретной чувственности в интеллигибельные сферы виде, а часто и в форме обычной сексуальности, либидозной энергетики. Опираясь во многом на эстетику Киркегора и Ницше, психоанализ Фрейда и его последователей, а также на художественно-эстетический опыт современного искусства (Кафки, Арто, Беккета, Ионеско и др. писателей и художников), крупнейшие мыслители XX в. Фуко, Барт, Мерло-Понти, Делёз, Нанси и др. ввели понятия телесности, тела, телесных практик, телесной топографии, ландшафта, поверхности, “феноменологического тела”, “социального тела”, “эротического текстуального тела” и близких к ним в инструментальное поле современной философии, культурологии, эстетики». /В.Бычков.

Лексикон нонклассики. Художественно-эстетическая культура ХХ века.СПб., М., Универ. книга, 2002.

публикации малоизвестных коллекций, в том числе музеев Урала могут оказаться важными для изучения иконографии, своеобразия религиозно- художественных школ, для выяснения исторического передвижения вещей в музейных пространствах и т.п.

Степень разработанности проблемы. Глубокая укорененность в культуру и широкое распространение в буддизме наряду с живописными иконамитанками металлической скульптуры обусловили давний и пристальный интерес к ней российских и зарубежных ученых.1 Однако до кон. XIX – нач.

XX в. работа исследователей носила преимущественно характер собирательства, накопления фактического материала, в котором описанию живописи и скульптуры уделялось тоже внимание, что и прочим фактам.

Для русских ученых интерес к проблематике, связанной с изучением прошлого вошедших в состав России или соседствующих с нею народов, проявился еще в XVIII веке (П.И.Кафаров, Н.Я.Бичурин, Г.Я.Кер,С.С.Уваров, И.О.Потоцкий).В дальнейшем это послужило основанием для открытия в российских университетах кафедр восточных языков, а также для активного изучению истории буддизма(О.М.Ковалевский, В.П.Васильев, А.М.

Позднеев). Среди западных публикаций XIX века следует отметить книгу по археологии тибетской провинции Ладака Александра Каннигхэма, работы А.Г. Франке и Э. фон Шлагинтвейта.

Выделение искусства буддизма в качестве особой отрасли научных изысканий связано с именем С.Ф.Ольденбурга (1863-1934). В 1903 г. он вводит в научный обиход ксилограф «Дерево собрания 300 изображений» Джанжа Ролби Дорже (1717-1786) – первое в России и второе в мире, - после издания Пандером в Берлине в 1890г. «Das Pantheon des Tshangtsha Hutuktu».

С.Ф.Ольденбург занимается атрибуцией и публикует находки из Хара-Хото, найденные П.К.Козловым, альбом буддийских изображений, хранившихся в Казанской духовной Академии, принимает участие в издании книги См.подробно Т.В. Сергеева. Об изучении монгольской иконописи в России. Электронный ресурс.

Библиотека Ихтика. http://ihtik.lib.ru/vostok-mistik_21dec2006, а также Становление советского востоковедения. М., Наука, 1983.

А.Грюнведеля, в которую вошли произведения из собрания князя Э.Э.Ухтомского. Им инициирована серия публикаций под общим названием «Bibliotheca Buddica» (1897). Наряду с Ф.И.Щербатским, В.В.Радловым, А.Д.Рудневым, Н.К.Рерихом и др., С.Ф. Ольденбург вошел в строительный комитет открывшегося в 1915 году буддийского храма в Петербурге, созданного по благословению и финансовой помощи Далай Ламы XIII.

Последнее десятилетие XIX- начало XX в. было ознаменовано многочисленными отечественными и зарубежными экспедициями в Монголию, Тибет, Восточный Туркестан, Джунгарию (экспедиции Н.М.Пржевальского, Г.Ц.Цыбикова, Б.Б.Барадийна, С.Ф.Ольденбурга, П.К.Козлова, П.Пелио и А.Стейна, Х.Ли Шуттлеворта и т.д.). Большинство из них, так или иначе, касались памятников искусства находившихся на посещаемых территориях. В 1920-30-е годы собрание и анализ художественного материала был обогащен благодаря Центрально-азиатским экспедициям Г.Ф. Осборна и Р.Ч.Эндрюса, Свена Гедина, Х.ХаслунгаКристенсена, Н.К. и Ю.Н.Рерихов.

Результатом собирательской деятельности экспедиций, учреждений, частных лиц стали многочисленные коллекции предметов буддийского культа. Еще в 1815 году был создан Восточный кабинет в Кунсткамере (Азиатский музей Академии наук); позже из него выделился Музей по антропологии и этнографии. Параллельно государственным музеям шло активное становление частных коллекций (коллекция губернатора Сибири кн.А.М.Черкасского, томского губернатора П.Г.Фролова, чиновника Министерства иностранных дел, сына уральского промышленника С.А.Поклевского–Козелл, собрание Казанского университета, куда вошли «дары» А.В.Игумного, Н.Ф.Бурдукова, и т.д.). Важное место в научной систематизации частных и государственных коллекций играла активная музейная и выставочная деятельность. Большая работа по описанию и каталогизации вещей была проведена в связи с образованием в Москве Музея Востока (1918) и организацией отдела Востока в Эрмитаже (1920). В 1919 г. в Петрограде проходила первая выставка буддийского искусства, освещенная в публикациях С.Ф. Ольденбурга и Ф.И. Щербатского, Б.Я. Владимирцова. В 1927–1928 в Музее Востока годах была выставлена коллекция А.М.

Позднеева. Обзор коллекции выставленной в Центральном музее народоведения сделал Б.А. Куфтин.

В 1910-30-е годы в мировом востоковедении начался период активных научных обобщений и систематизаций. В изучении буддийского изобразительного искусства постепенно складывались направления, связанные с исследованием иконографии и иконометрии (Б.Бхаттачарья «The Indian buddhist Iconography»,1931, «Studies of Buddhist Iconography»,1958;

А.Гетти «The gods of Nothern Buddhism», 1914; А.К.Гордон «The Iconography of Tibetan Lamaism», 1939; А.Кумарасвами «Elements of buddhist Iconography», 1935, Лессинг «An iconography of the Lamaist Catheral in Peking.

With Notes on Lamaist Mithology and Culture», 1942; Р.Небески-Войковитц «Oracles and Demons of Tibet», 1957 и т.д.), с изучением своеобразия отдельных видов буддийского искусства (Ю.Н.Рерих «Tibetan Painting», 1925; Р.Д. Банерджи «Eastern Indian school of Medieval Sculpture», 1933;

С.Крамриш, 1929; С.А.Сарасвати «A Survey of Indian Sculpture»,1957;

Дж.Туччи «Tibetan painted Scrolls», 1949 и др.), с отражением философскодоктринальных аспектов в искусстве (Уэдделл «The Buddism of Tibet or Lamaism», 1934 и т.д. ), с проблемами особенностей искусства того или иного восточного региона (Л.С.Дагьяб «Tibetan Religious Art»,1977; и т.д.).

Современная наука углубляет тенденции специализации. Нельзя не отметить иконографические источники, изданные Рагху Вирой и Локеш Чандрой, «Sku brnyan inga brgya» - известный как «500 бурханов» (1963-1964), «Panteon of Mongolian Kanjur»(1962), исследования иконографического генезиса (Н.Конзе,1968; Картер,1990; Кумарасвами,1972; Роуленд,1961; Соупер,1959;

Д.Снеллгров,1980; Шуман,1986 и др.), семантического поля иконографических типов, мифологической семантики деталей и атрибутов изображений (А.Говинда, 1976 и др.), взаимоотношение иконографических типов и художественных школ (Дамронг,1973; Чандра,1973; Париму,1982;

П.Пратападита,1974 и др.).

Отечественная школа востоковедения серьезно пострадала во времена сталинских репрессий. Важным событием, заложившим основание будущих научных достижений в области буддийской философии и культуры стал приезд из Индии в СССР в конце 1950-х годов ученого с мировым именем - Ю.Н.Рериха и его деятельность в Институте Востоковедения АН СССР. Им, в частности была возобновлена серия «Bibliotheca Buddica».Новая волна фундаментальных публикаций, посвященных буддийскому искусству, стала возможной с конца 1970-х годов. В это время выходят переводы и комментарии иконометрических источников К.М.Герасимовой «Тибетский канон пропорций»(1977), «Читралакшана в тибетском и монгольском текстах Даньчжура»(1995); справочник-определитель иконографических образов северного буддизма А.А.Терентьева(1988); исследования Н.Л.Жуковской о ламаизме(1977); труды, посвященные философско-эстетическим принципам искусства Т.П.Григорьевой (1972,1973), работы о соотнесенности письменных источников и изобразительного искусства Е.Д.Огневой (1973;1979); «Старобурятская живопись» Л.Н.Гумилева (1975);

исследования, северо-буддийской скульптуры Э.В.Ганевской в сборниках Государственного музея истории религии и атеизма, научных сообщениях Государственного музея Востока (1975-1981), работы А.Ф.Дубровина (19861989) и др. С 1990-х годов в России растет количество публикаций коллекций буддийской живописи и скульптуры, работ, связанных с проблемами атрибуции, особенностями стиля национальных школы (Ц.Б.Бадмажапов, С.Г.Батырева, А.Л.Баркова, С.Батчулуун, Э.В.Ганевская, А.Ф.Дубровин, Ю.И.Елихина, И.Ф.Муриан, Е.Д.Огнева, Т.В.Сергеева, А.А.Терентьев, Чандраджива Р.М.Сарат и др.).

Что касается публикаций, посвященных непосредственно металлической пластике северного буддизма, то специальный интерес исследователей к ней особенно ярко проявился с 1980-ых годов. Отметим работы Бэгэна и Лицак Ура « Objects himalayens en metal du musees Guimet//Annales du laboratoire de recherche des musees de France», 1982; В.A. Одди «Gilding Himalayan images:

Pages:     || 2 | 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»