WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Типы оппозиций, которые мы вычленили, можно найти в любой национальной картине мира. Национальную специфику им придает характер их существования и развития. Например, по отношению к русской истории и культуре ее исследователями (М. Гефтер, А. Ахиезер, Б. Успенский, Ю. Лотман, В. Живов) был выявлен механизм инверсии, который объясняет структурные, функциональные, духовно-ценностные особенности русской культуры в любой период ее исторического бытия. Рефлексия западной философии над своими культурными основаниями выработала представления о двух типах противоречий, лежащих как в основе онтологии и гносеологии, так и социального и духовного существования. Речь идет о диалектических и антиномических противоречиях. Линия диалектики идет от греческой философии вплоть до конца западноевропейской культуры Нового времени, апофеозом которой стала немецкая классическая философия. То, что принято считать западным типом сознания, чаще всего отождествляется с диалектической логикой.

Предполагается, развитие самой западной культуры наиболее продуктивно описывается с помощью диалектических категорий единства и борьбы противоположностей, последующей стадией синтеза.

Но другим важнейшим истоком западной культуры стало христианство, в основе которого лежит принцип антиномий. В антиномиях противоположные стороны напряженно противостоят друг другу, никогда не переходя друг в друга, не образуя синтетического снятия, не порождая в совместном взаимодействии третьего элемента. Например, Бог и дьявол, ни при каких условиях, не могут договориться или создать что-что сообща. Таким образом, сочетание двух типов противоречий в истории разных европейских культур могло быть довольно многообразным и непредсказуемым, к тому же – малоизученным.

По отношению к испанской картине мира, уже в первом приближении, на основании даже краткого исторического экскурса можно квалифицировать присущий ей тип противоречий как преимущественно антиномический.

Констатируя это, необходимо дальше уточнять и конкретизировать специфически испанский вариант антиномических оппозиций. Обратимся опять к синергетическому способу описания систем. В истории Испании в точках перехода (бифуркации) мы фиксировали константы напряжения, прорыва, завоевания, применения силы, когда одна сторона противоречия как бы сдавливает другую. Давление, которое было направлено на испанцев, становится источником колоссальной энергии, и эта энергия затем по принципу пружины вырывается наружу. В результате испанцы после освобождения от арабов начинают нести в себе этот код «генетически», то есть сами оказывают давление (испанская инквизиция), завоевывают (колонизация). Эти же мотивы переходят в сферу экзистенциальных категорий: их аналогом на этом уровне становятся такие состояния как отчаяние, отсутствия страха перед смертью. На психологическом уровне аналог энергии, образующейся от сжатия – страсть, аналог «сдавленного» разума – безумие. Благодаря константе давления/сжатия гармония, диалектическое снятие оказываются затрудненными или невозможными.

Диспозиция давления/сжатия выражается в специфических культурных образах-метафорах, устойчивых концептах: изнанка, сокрытие, мрак, ночь, загадка, сон и т.п. В них речь идет не просто о внутреннем, а о таком внутреннем, которое до поры до времени не выявляется. Оно как бы потенциально и сокрыто, только мерцает, никогда не становясь «прозрачным» и ясным. С нашей точки зрения, это вызвано тем, что, в силу складывающейся исторической ситуации в Испании, народ вынужден был утаивать свое/внутреннее для его сохранности от «захватчиков».

Наиболее точную характеристику специфике испанского типа взаимодействия противоположностей дал М. де Унамуно, назвав испанский католицизм «агонизирующим»1. На наш взгляд, эта культурная метафора очень удачна, и ее можно продуктивно распространить на все уровни испанской картины мира. «Агонизация» – такое состояние между жизнью и смертью, бытием и небытием, когда напряжение между этими двумя крайними точками достигает своего предельного пика. Испанская культура в своих формах удерживает эти состояния на онтологическом, онтопсихологическом и коммуникативном уровнях, придавая «агонизации» особую значимость.

Таким образом, оппозиция давления/сжатия («агонизация») порождает соответствующие конфигурации на всех уровнях испанской картины мира.

Во второй главе «Религиозная составляющая испанской картины мира» предметом анализа становится католицизм. Наш выбор религиозной составляющей для понимания национальной картины мира связан с целым рядом причин, коренящихся как в самом объекте исследования, так и в специфике культурологического подхода. Национальные культуры, исторически пришедшие на смену этническим, базируются на новых способах хранения и трансляции коллективного опыта. Огромное значение приобретает письменность и тесно связанные с ней образованность, ученость, профессиональное искусство. Второй важный фактор формирования национальной культуры – мировые религии – также немыслим без священных текстов и высокой учености. Таким образом, выделение для анализа констант национальной картины мира католичества (ветвь мировой религии) и барокко (направление профессионального «высокого искусства») представляется логически необходимым. Этническая, или так называемая народная культура, не исчезает в период исторического существования наций и не растворяется в национальной культуре, но в целях строгости нашего исследования мы фокусируем внимание на таких явлениях духовной жизни нации, которые сконцентрированы в религиознохудожественном комплексе, возникшем в сфере высокой культуры.

Католицизм в данной работе последовательно рассматривается как западноевропейская версия христианства; как учение, в рамках которого обосновываются культурные основы отношений к государству, истории, человеку, искусству; как социально-психологический тип личности.

Соответственно обращается внимание на обособление западной церкви от восточной, что привело к разнице в постулатах, культах православия и М. де Унамуно Агония христианства // М. де Унамуно О трагическом чувстве жизни. – К: Символ, 1996.- 416с.

католицизма, трактовке ими целей, содержания веры, формируемых ими типов личности. Выявление расхождений является важным для нашего исследования, так как именно они помогут определить специфику католицизма и понять, каким образом он конструировал картину мира испанской нации.

В католицизме выделены и рассмотрены следующие оппозиции:

1. Светское/ религиозное или церковь/ государство. Социальнодогматической основой этой разновидности христианской религии является идея власти духовенства, сопряженная с учением о подвластности всего сущего Богу.

Церковь распространяет свою власть на все без исключения сферы жизни, она старается встать во главе всего, быть и распорядительницей душ, и распорядительницей материальных благ этих душ. И ради этих целей она может действовать любыми методами, в том числе и силовыми. Зафиксировано взаимное напряжение светской и религиозной власти. Власть, стремящаяся к экспансии, опирающаяся на насилие, имеющая в этом качестве высшую санкцию, – обнаруживает в своем бытии константу давления/сжатия. Католицизм стимулирует культурное творчество образов мощи, силы, господства, насыщенных колоссальной энергией как созидания, так и разрушения, как преданности, так и сопротивления.

2. Божественное /человеческое/, дух/ плоть. В отличие от православия католицизм признает «исхождение» духа святого не только от бога-отца, но и от бога сына - FILIOQUE (от латинского – и от сына). Тем самым, в католицизме признается равная значимость и отца, и сына или, можно сказать, и духа, и плоти.

На Западе большее распространение получает культ Иисуса Христа, а на Востоке – почитание Святого Духа. Для испанцев мир божественный был так же близок, как и земной. Соответственно, Христос, Дева Мария и Сатана обретают человеческие черты в глазах католиков, они оказываются рядом с человеком, он чувствует их в каждом мгновенье своей жизни. Страдания Христа и мучения грешников в аду – постоянный предмет устойчивого интереса, внимания и напряженного переживания, как в повседневной жизни каждого испанца, так и в искусстве. Другой смысловой поворот антиномии дух/ плоть разрабатывается в 11-15 веке в учении о спасении на основе концепции сверхдолжных заслуг.

Важными его составляющими являются понятия «чистилища» и «индульгенции», которые были отвергнуты восточным христианством. В конце 19 века был провозглашен догмат о непогрешимости папы. В этом – еще одно догматическое отличие католицизма от других направлений христианства. Для него типична уверенность в том, что в католической вере дана не только религиозная истина, но с ней вместе и истина обо всех делах человеческих, включая и социальнополитическую («материальную») жизнь общества.

Итак, константа работает здесь следующим образом: духовное (божественное) максимально стремится к оплотнению (очеловечиванию), что порождает высокую степень требовательности вплоть до нетерпимости;

психологизацию и телесность образов святых и самого Бога; тесную коммуникацию двух противоположных миров при сохранении взаимного напряжения.

3. Рациональное/ иррациональное. В последней четверти 13 века в качестве основания официальной философско-теологической доктрины католической церкви была принята философская система средневекового итальянского доминиканца Фомы Аквинского (1225-1274). В философии Аквината берут свои истоки традиции так называемого теологического рационализма. У Аквинского все подчинено одной задаче – «рациональному доказательству» истинности христианства. Однако, несмотря на все попытки рационализировать учение, католицизм сам по себе оказывается религией иррационального. Пытаясь следовать голосу разума, Фома Аквинский в итоге признает примат чувственного начала, говоря, что все, что есть в разуме, первоначально было в чувствах. В его философии обосновывается антиномия рационального/ иррационального.

Испанский католицизм специфицировал эту оппозицию. По словам Унамуно, испанский католицизм колеблется между мистицизмом, то есть внутренним опытом живого Бога во Христе, и рационализмом. Это подтверждает и активная деятельность испанской инквизиции, которая совмещала в себе противоположные моменты: она занималась иррациональными вещами, но пыталась делать это рациональными методами, то есть облекала тайное начало в разгаданную форму.

4. Маска/ истина. Любой христианский мир предстает состоящим из напряженного взаимодействия двух реальностей. Одна – внутренняя, истинная, скрыта, другая, внешняя, является ее символическим выражением. Все имело оболочку и то, что под ней. Испанский католицизм интерпретирует эту ситуацию как антиномию маски/истины, что выражается, во-первых, в специфическом «юридическом духе» католицизма, а во-вторых, в акцентированной театральности культа. Театральность католического культа находит соответствие в национальной картине мира, накладываясь на оппозицию умеренность/ избыточность.

Таким образом, в католической доктрине перед нами предстает учение, соразмерное тем социокультурным характеристикам, которые приобрела испанская идентичность в своей истории. Католичество отвечало задачам испанской культуры, поэтому могло иметь положительное и эффективное воздействие на общество. Католицизм, с одной стороны, обосновывает и поддерживает постоянный прорыв внутреннего во внешнее, духовного в материальное, доводит антиномии бытия до агонизирующего состояния, но, с другой стороны, удерживает человека в границах миропорядка, не давая раз и навсегда возобладать чему-то одному.

В следующем параграфе второй главы рассмотрена проблема места религиозной составляющей в самосознании испанцев. Поскольку нации складываются только при таких исторических обстоятельствах, когда основой коллективной общности становится личность и сопутствующие ей рефлексивные формы сознания, возникает потребность в выработке «национальной идеи». При всей невнятности понятия «национальная идея» и невозможности ее до конца рационализировать, можно отметить ее несомненные признаки. Национальная идея – продукт светской культуры, религиозная составляющая в ней – предмет философского, а не теологического сознания. Формирование большинства концепций «национальных идей» приходится на периоды модернизации, когда нации вынуждены пересматривать свое место в мировом процессе. Появление идеи «испанидада» – следствие вхождения Испании в Европу на новых основаниях и условиях, остающихся в высшей степени проблематичными.

Дискуссия об «испанидаде» должна была ответить на главный вопрос: что отличает Испанию от Европы и что связывает ее с ней В других странах Западной Европы поиск цивилизационной идентичности к этому времени уже закончился. Основу идентичности Испания искала в направлении если не противоположном, то отличном от западного, – в области не права и государственного устройства, а религии. Фундаментальная роль католицизма в формировании национальной идентичности вышла на уровень философскомировоззренческой рефлексии, представленной дискуссиями об «испанской идее» в ХХ веке. Рассмотрены взгляды таких испанских мыслителей, как Х.Доносо Кортес, Р.де Маэсту, Б.Гомес Монсегю, М.Менендес-и-Пелайо, М.де Унамуно, Ганивета.

В целом анализ католицизма во второй главе выявил соответствие метафизических, социальных, психологических его особенностей тем константам испанской культуры, которые были определены в первой главе.

В третьей главе «Барокко как зеркало испанской культуры» рассмотрено искусство Испании конца 16 – первой половины 17 века с позиции выявления его структурных и ценностно-смысловых соответствий испанскому католицизму;

определена социокультурная роль барокко в формировании национальной картины мира; показано проявление общекультурных констант в художественной реальности различных видов искусства этого периода.

Национальная идентичность становится проблематичной в переходные периоды от одного типа общества к другому, или в периоды угрозы потери государственной, культурной, религиозной независимости и самобытности, а также в условиях резкого конфликта с чужой культурой. В этих условиях искусство берет на себя функции социокультурной интеграции, рефлексии национального самосознания, резко повышая значимость «своего». Для описания специфики художественных направлений с таким набором функций мы предлагаем термин «репрезентативный тип искусства». Согласно нашей гипотезе, для Испании такими типами искусства стали барокко и сюрреализм.

Кроме того, предложенный нами термин помогает решить ряд методологических задач, так как в нем схватывается набор тех признаков, которые наиболее близки константам национальной картины мира.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»