WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

В изучении процессов языкового взаимодействия, в частности, в изучении семантических сближений, большое значение имеет вопрос о направлении интеграционных движений в системе диалектной географической терминологии, о направлении встраивания заимствований в систему диалектной географической терминологии. При решении данного вопроса необходимо провести сопоставление идеографических систем исконно русской и заимствованной геотерминологии, функционирующих в условиях конкретного региона. В свою очередь сопоставительный анализ позволит сделать выводы о характере идеографических классов исконно русской терминологии как зонах открытых или закрытых для вхождения иноязычных слов.

Сопоставление исконно русской и заимствованной геотерминологии, функционирующей в старожильческих говорах Тюменской области, выявило определенные закономерности идеографического плана (ср. идеографические таблицы, представленные во второй и третьей главах настоящего исследования). Анализ показывает, что в составе исконной более отчетливо свидетельствуется антропогенный фактор, связанный с хозяйственной деятельностью человека: номинируются реалии, удобные для сенокоса, полевых работ, выпаса скота, рыбной ловли и т.д. Особенно ярко это проявляется в номинации дорог, где используются новые квазизаимствования, новые «культурные слова», отражающие уровень развития техники и производства в тот или иной период (асфальт, визирка, профиль, шоссе и т.д.).

В заимствованиях антропоцентрические установки проявляются в системе скрытых классификаторов «хороший – плохой», «освоенный – неосвоенный», «свой – чужой», при этом маркируются, как правило, отрицательные – «чужие, чуждые» - свойства объекта. Наглядно это демонстрируется в «лесной» и «болотной» терминологии. Так, в исконной маркируются скорее «хорошие места», например, высокие, сухие участки, а также места, поросшие ягодными растениями, в заимствованной – «плохие места», труднопроходимые, глухие. Только в составе «лесных заимствований» появляются специфические значения «плохого леса»:

«редкий лес с искривленными, сучковатыми деревьями», «лес со слабой, хрупкой, ломкой древесиной».

Второй раздел четвертой главы - «Географическая терминология тюменских этнолектов: процессы инкорпорирования». «Русский ракурс» изучения регионального материала высвечивает различные функциональные сферы языкового взаимодействия. Исследование лексики, функционирующей в зоне языкового пограничья, требует ее рассмотрения не только с позиций монолингвов, носителей языка, но и с позиций билингвов, пользователей языка. В этой связи изучение тюменской геотерминологии должно учитывать: а) аспекты сближения русской и нерусской геосистем в русской речи татар и хантов; б) аспекты сближения русской и нерусской геосистем в татарской и хантыйской речи татар и хантов. С позиций социолингвистики следует говорить об изучении географических терминов, во-первых, в системе русских этнолектов - русской речи татар (РРТ) и русской речи хантов (РРХ); во-вторых, в системе этнодиалектов автохтонов – татарского (в татарской речи татар – ТРТ) и хантыйского (в хантыйской речи хантов - ХРХ).

Целью настоящего раздела и является исследование в системе «географических слов» процессов инкорпорирования, проявляющихся: а) через интерференцию в русских этнолектах тюменского региона – в РРТ и РРХ; б) через интеркаляцию в говорах тоболо-иртышских (тобольских) татар и южных (иртышских) хантов – в ТРТ и ХРХ.

Русский этолект Тюменской области, как показали исследования, ограничивается русской речью татар и хантов. Однако возможности наблюдения за процессами инкорпорирования в системе тюменского (русского) этнолекта различны: если РРТ можно непосредственно наблюдать в полевых условиях, изучать по архивным, письменным материалам, то о РРХ (иртышских, демьянских хантов) в настоящее время можно судить, и то лишь косвенно, по немногочисленным сохранившимся письменным источникам XIX в.

В историко-контактологическом отношении особую значимость приобретает описание взаимодействующих диалектов не только с позиций монолингва, носителя языка, но и с позиций билингва, пользователя языка.

Именно в речи билингва, в поле интерференции, происходят те изменения, которые потом приобретают языковой статус в результате транспортации в направлении двух языков – донора и реципиента. Исследование синхронического среза интерферентных явлений, развивающихся в тюменской географической терминологии, должно быть в этой связи проведено в плане учета двух его составляющих систем – «своей» и «чужой», функционирующих в русской речи двуязычного населения.

При изучении этнолектов исследователи обращают внимание на то, что они представляет собой речевое явление диффузного характера. Как показывают наблюдения, диапазон стадиального развития этнолекта настолько широк, что, по сути, представляет собой эволютивный процесс:

движение от родного языка к неродному. В этой связи закономерно считать этнолект промежуточной формой между родным и неродным языком.

В отношении конкретной тематической (идеографической) группы выстраивается следующая схема: диапазон русского «географического этнолекта» (в РРТ) простирается от преобладания «географических тюркизмов» – к преобладанию «географических русизмов». Развитие русского «географического этнолекта» в РРТ, таким образом, происходит за счет постепенного сокращения тюркизмов и нарастания русизмов. Судя по историческим данным, аналогичные процессы наблюдались и в РРХ.

В этом случае логично говорить о процессе инкорпорирования, встраивания, сопровождающегося интерференцией: элементы неродного (для билингва) языка инкорпорируются в систему родного и наоборот – элементы родного языка встраиваются в систему неродного. В отношении современного русского «географического этнолекта», таким образом, инкорпорирование понимается как процесс встраивания и объединения на базе русского языка в единое целое генетически разнородных элементов, не связанных или функционально слабо связанных между собой.

Как показывают наблюдения, инкорпорирование - импортирование «чужой» лексики в «свою» систему - проходит две фазы: сначала в русском этнолекте в процессе лексической интерференции; затем в тюркских говорах в процессе интеркаляции. Заметим, что стадия заимствования осуществляется на другом уровне: не на речевом, а на языковом. В этой связи собственно заимствование – это явление, скорее, диахронического характера, в то время как инкорпорирование – синхронического.

Сопоставление народных географических терминов, функционирующих в пространстве русского этнолекта с аналогичными, функционирующими в пространстве русских говоров региона, показывает, что в новых условиях (в РРТ и РРХ) количество таких слов и их семантический спектр резко сужается. По сути, русские географические термины функционируют в одном, основном значении, сближающимся с общенародным, литературным.

Проявление интерференции на лексическом уровне имеет свои особенности. При интерференции лексических явлений, отмечают исследователи, возникает неосознанное стремление к игнорированию фактов родного языка и незакономерному включению в речь лексем вторичного языка. Интересно в этой связи замечание информантов-татар: У нас смесь началася, все по-русски говорим (Аромашевский район, д. Интр).

Материалы полевых наблюдений свидетельствуют о том, что интеркаляционные процессы активно проявляются в живой речи татарбилингвов. Этот процесс присущ не только географической терминологии, но и топонимии, где регулярны гетерогенные конструкции. Например:

Молодежнай урам «Молодежная улица», Зур поляна «Большая поляна», Мирон сазы «Мироново болото», Школьнай кл «Школьное озеро», Новокл «Новое озеро» и др. Ср. также употребление геотерминов в тюркских говорах региона, например, рус. «старица» ~ тат. Старицата пултым, паолы ошлатым. «Был на старице, рыбу ловил»; рус. «болото» ~ тат. Бы болотадан утеп булмас «Через это болото не пройти».

Эволютивный подход к рассмотрению языкового взаимодействия в области географической терминологии неизбежно вводит исследование в круг общеязыковых проблем дивергентно-конвергентного характера. И в этой связи закономерен последний раздел работы «К проблеме формирования общего геотерминологического фонда: процессы интернизации в языковом пространстве тюменского региона».

В тюменской географической терминологии, как показали историкоконтактологические исследования, дивергенция нарастала в период первоначального русского заселения, когда, в условиях бездорожья и сплошной заболоченности, компактные группы севернорусов оказывались территориально изолированными. В этих случаях и возникала ситуация, при которой было возможно складывание говоров островного типа, поэтому дивергентные процессы усиливались, что вело к созданию русских локальных геотерминологических микрофондов, в которых развивались инновационные процессы на базе исконной и заимствованной лексики.

Нельзя не учитывать того, что русские говоры первоначального периода находились в постоянном иноязычном окружении, поэтому внутри локальных образований одновременно шли и конвергентные процессы. Речь идет о маргинальных взаимодействиях обско-угорских, тюркских, русских говоров и их геотерминологических подсистем. В такой ситуации исследователи говорят о конвергентных процессах, в частности о формировании общих лексических фондов (микрофондов).

К проблемам формирования общего лексического фонда в условиях интенсивного лингвоэтнического взаимодействия южных угров и западносибирских татар обращалась Т.Н.Дмитриева, исследуя этимологические аспекты интерпретации лексических заимствований в русских старожильческих говорах по нижнему течению Иртыша. Именно этим – унификацией специфических черт в рамках объединенного лексического континуума - и объясняются трудности «разделения обскоугорских (хантыйских) и тюркских (сибирско-татарских) заимствований» [Дмитриева 1981: 15]. В дорусский период, в условиях интенсивного обскоугорского-тюркского языкового взаимодействия, мог создаваться «общий тюркско-угорский лексический фонд, в который вошли наиболее употребительные слова, связанные с хозяйством и бытом обско-угорского и тюркского населения края, с промыслами и ремеслами» [Дмитриева 1981:

14].

С приходом русских стали нарастать процессы конвергенции в рамках регионального лексического (терминологического) фонда. Последовавшие за этим процессы интернизации способствовали тому, что лингвоэтническая идентификация геотерминов могла осуществляться на базе как угорских, так и тюркских диалектов. Например, ряд русских (по функциональному статусу) географических терминов с высокой степенью достоверности интерпретируется и на базе обско-угорских, и на базе тюркских языков. Речь идет о терминах конырка, калымья, начибей, сор и др.

Взаимосвязанность конвергентно-дивергентных процессов на современном этапе проявляется в функциональной дифференциации языков (их геотерминологических подсистем), участвующих в контакте. В этом случае по отношению к языкам «меньшинства» и языкам «большинства» исследователи говорят о функциональной диглоссии, поскольку более престижный язык получает статус не только наддиалектного, но и надэтнического. В билингвальном социуме язык «большинства» (в том числе и в его этнолектной форме) становится, таким образом, коммуникативным средством, которое используется в «высших сферах», в то время как использование родного языка «меньшинства» все более ограничивается бытовой сферой. Такое положение переводит ситуацию экзоглоссии в ситуацию эндоглоссии, или функциональной диглоссии.

В настоящее время в ситуации функциональной диглоссии, когда для билингвального тюркского «меньшинства» первичный и вторичный языки выступают в отношении дополнительной дистрибуции, геотерминологический интерфонд создается на базе общенародного русского языка. Общими для русских и татарских говоров региона становятся исконно русские (в том числе унаследованные древнейшие и новые квазизаимствования) термины, обладающие более широким, по сравнению с диалектным, значением. Такие термины фиксируются не только в пространстве русских говоров, но и в русском этнолекте, в зоне татарскорусской интерференции и интеркаляции: асфальт, болото, дорога, дубрава, кедрач, лес, мох, няша, озеро, поле, река, ручей, рям, согра, старица и др.

Географическая терминология как манифестант региональной ситуации языкового контакта закономерно отражает весь диапазон дивергентно-конвергентных изменений, присущих тому или иному языковому континууму. В этой связи очевидно, что унифицирующее воздействие геотерминологической системы русского общенародного, литературного языка проявилось и в условиях тюменского региона. Все это способствовало нарастанию конвергентных процессов не только в русских говорах региона, но и в русских этнолектах. В свою очередь, русская речь нерусских становилась каналом трансляции тех элементов, которые в дальнейшем способствовали развитию общих свойств контактирующих геотерминологических систем – русской, татарской, хантыйской.

Результатом парадигматических трансформаций становится нарастание общих явлений, лексических дублетов, обусловленных длительным этапом языкового взаимодействия.

С историко-контактологической точки зрения проблема заключается в том, что знание и русскими, и татарами общерегионального геотерминологического фонда, как и его совместное использование, еще не свидетельствует о языковых слияниях и языковых смешениях. Несмотря на общие конвергентные процессы в сближении национальных (этнических) геотерминологических фондов тюменского региона, продолжают действовать и дивергентные процессы. В этой связи тюменское языковое пограничье можно охарактеризовать как состояние антиномии, как биполярное пространство, где действуют разнонаправленные тенденции дивергентно-конвергентного характера. В современных условиях и русский, и тюркский геофонды, несмотря на активные процессы сближения, развиваются как относительно изолированные, эндемические, системы, не испытывающие серьезного воздействия на свои ядерные, «коренные», системы со стороны ареально софункционирующих языков.

В Заключении формулируются основные выводы. Историкоконтактологический анализ региональной ситуации языкового контакта сквозь призму русской географической терминологии позволил увидеть весьма сложную картину этноязыковых взаимодействий, верификация которых осуществляется на основе интегративных методик исследования диалектного материала, включающих идеографический комментарий, историко-диалектологический экскурс, этимологический анализ, социолингвистические аспекты изучения языкового пограничья.

Основное содержание диссертации изложено в публикациях:

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»