WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Рассматривая институт свободы слова, автор указывает на постоянный выход политических акторов за рамки формальных правил. Свобода слова была одновременно завоеванием постсоветской России, главным козырем во всех дискуссиях относительно судьбы демократии и в то же время прикрытием для различного рода деятельности (как правило, экономической). СМИ позволяли их владельцам выражать свою точку зрения на те или иные события, формируя таким образом общественное мнение, а затем оказывать давление на власть. Олицетворяя демократизацию, институт свободы слова одновременно служил одним из средств изменения направления политического развития страны.

Во втором параграфе «Специфика функционирования политических институтов России с 2000 г. по настоящее время в условиях трансформации политической системы» автор отмечает, что после смены главы государства в 2000 г. трансформация политической системы России перестала восприниматься как однозначный процесс демократизации. В России происходит пересмотр основных правил политической игры, процесс институционализации продолжается, хотя в большинстве постсоциалистических стран ЦВЕ этот процесс сходит на нет. В этот период в трансформации политической системы России сохраняются черты, свойственные предыдущему этапу – амбивалентность, незавершённость преобразований, поиск стабильности. Однако к ним добавились: 1) Доминирование авторитарного тренда, выражающееся в установлении «вертикали власти» и вовлечении центральной власти в экономические и политические процессы на всех уровнях. 2) Стабилизация социальноэкономической и политической ситуации, преодоление стагнации предыдущего этапа. 3) Преобладание «иллюзорности» или «симуляции» в действиях органов власти в том числе в процессе институционализации.

Приобретаемые политической системой России черты позволяют автору утверждать, что они способствуют особому характеру институционализации: если в предыдущем этапе речь шла о субституциональном характере правил и процедур, то после 2000 г. происходит преодоление негативных эффектов «институционального трансферта», формализация неформальных ограничений, попытка преодоления институциональной неопределенности.

Анализируя институт президентства с 2000 г., автор обращает внимание на практику создания дополнительных организационных форм (Государственный Совет, Общественная палата, полномочные представители президента), способствующих укреплению влияния президента на политический процесс. Этот процесс возможен в ситуации высокой значимости неформальных ограничений, однако наличие ресурсов для навязывания президентом устанавливаемых им правил как обязательных для всех прочих акторов может в дальнейшем способствовать окончательному оформлению института президентства. Институциональная рутинизация может осуществиться в ситуации статус-кво, когда президент действует в обозначенных рамках, но при этом является единственным гарантом за вершения институционализации. Такая ситуация отлична от завершения институционализации в странах ЦВЕ.

Рассматривая развитие института парламентаризма после 2000 г., автор отмечает, что современный российский парламентаризм – это устоявшаяся система правил, регулирующих отношения Федерального Собрания с прочими политическими акторами; степень институциональной неопределённости сократилась в сравнении с предшествующим этапом, однако нерешённость вопроса о порядке формировании верхней палаты, о роли Думы в формировании исполнительной власти и т.д. не позволяют говорить о преодолении неопределённости.

Отмечая характер изменений партийной системы с 2000 г., автор определяет её как клиенталистскую, поскольку большая часть действующих партий либо открыто заявляет о полной поддержке действий президента (но при этом могут активно позиционировать себя как оппозиционные правительству), либо не вступать в острые противоречия с центральной властью. Наметившийся с конца 2006 г. контур межпартийного противостояния – «Единая Россия», «Справедливая Россия», СПС, КПРФ, ЛДПР – не позволяет говорить о завершении становления партийной системы, т.к. она зиждется большей частью на наличии административного ресурса и активного участия Кремля в партийной жизни. Место и роль партий в политической системе пока чётко не закреплены политической практикой.

При рассмотрении института выборов должностных лиц автор акцентирует внимание, что характер предпринятых с 2000 г. реформ выборного законодательство есть свидетельство нерешённости вопроса о роли и месте выборов в политической системе России. В стране сложился дискурс, который утверждает малую ценность выборов, что находит отражение в политической практике. В зависимости от того, сможет ли этот дискурс окончательно вытеснить другие, зависит вектор трансформации политической системы, поскольку выборы являются институциональным фактором, с которым вынуждены считаться все политические акторы.

Объясняя эволюцию института свободы слова с 2000 г., автор подчёркивает, что этот институт и создаваемая им медийная конфигурация в России остаются в стадии становления. Роль неформальных правил оказывается достаточно весомой. СМИ превращаются в инструмент выстраивания определённой политики и отношения к ней, что служит целям конкретных акторов. Центральная власть действует посредством негласных процедур, прочие акторы исключены из процесса влияния на СМИ. Однако общество до сих пор не нашло ответа, насколько ценным является для него наличие данного института.

В завершении автор обращает внимание, что в настоящее время основной политический актор России – президент - оказывается задействован во всех процессах институционализации, своей заинтересованной деятельностью преодолевая негативные эффекты институциональной неопределённости. Россия ищет собственные основания под те институты, которые были скопированы с западных политий. Наличие в отечественной культуре идеи об «особом пути», о том, что Россия не часть Запада, не позволяют стране полностью повторить путь государств Центральной и Восточной Европы, для которых начавшиеся в 1989 г. преобразования были своеобразным «возвращением в Европу».

В последние годы заметен тренд на преодоление институциональной неопределённости, создание чёткого институционального каркаса.

Однако для этого необходимо, чтобы накопилась практика функционирования политических институтов. Институциональная неопределённость преодолевается через авторитарный тренд, проявляющийся во всех сферах общественно-политической жизни. Чрезмерная персонифицированность власти, однако, может стать причиной неудачи подобной попытки в постпутинский цикл, когда произойдёт смена главы государства.

В Заключении автором подводятся итоги диссертационного исследования, обобщаются основные выводы, определяются перспективы возможных дальнейших разработок в данном научном направлении.

ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ИССЛЕДОВАНИЯ Статья, опубликованная в ведущем рецензируемом научном журнале:

1. Москвин Д.Е. Институциональная неопределённость как фактор трансформации политической системы. // Известия Уральского университета. сер. 1. Проблемы образования, науки, культуры.

вып. 21. - 2007. - №50. – С. 86-91.

Статьи и тезисы:

2. Москвин Д.Е. Институт выборов в процессе демократизации в России. // Россия в мировом политическом процессе: Материалы научной конференции, Санкт-Петербург, 18 февраля 2005 г. – Санкт-Петербург, Балтийский государственный технический университет, 2005. – С. 121-127.

3. Москвин Д.Е. О категориях «политические институты» и «субъекты политики». // Политическая культура и политические процессы в современном мире: методология, опыт эмпирического анализа. Материалы 8-й Международной конференции памяти профессора Л.Н. Когана. Часть 6. – Екатеринбург, 2005. – С. 3942.

4. Москвин Д.Е. Институциональная неопределенность как результат трансформации в России. // Сборник статей по итогам 8-ой международной научно-практической конференции «Между прошлым и будущим: социальные отношения, ценности и институты в изменяющейся России». – Екатеринбург, 2005. т.1. – С.

137-143.

5. Москвин Д.Е. Российский парламент в условиях институциональной неопределенности. // Сравнительное изучение парламентов и опыт парламентаризма в России: выборы, голосование, репрезентативность. Материалы Всероссийской научной конференции, посвященной 100-летию принятия закона о выборах депутатов I Государственной думы. Санкт-Петербург, 15-16 декабря 2005 г./ Под.ред Ю.Н.Солонина, Л.В. Сморгунова. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2005. – С. 82-86.

6. Москвин Д.Е. Политические вызовы глобализации и вектор трансформации в России. // Политические процессы и политические институты: тренды и локализация. Часть 3. – Екатеринбург, 2006. – С. 38-40.

7. Москвин Д.Е. В поисках субъекта политики. // Власть и властные отношения в современном мире: Материалы 9 научнопрактической конференции, приуроченной к 15-летию Гуманитарного университета. Доклады – Екатеринбург: Гуманитарный ун-т, 2006, т. 1. – С. 354-357.

8. Москвин Д.Е. Институциональная неопределённость как результат трансформации политической системы в России. // Государственное управление. Электронный вестник. 2006, №17. – С. 1-8.

9. Москвин Д.Е. Вектор трансформации политической системы России: возможен ли «открытый финал» // IV Всероссийский конгресс политологов «Демократия, безопасность, эффективное управление: новые вызовы политической науке». Москва, 20-октября 2006. – М.: РАПН, 2006. – С. 211-212.

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»