WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

На начальном этапе сплошной коллективизации добровольно в колхозы шли немногие, так как полной ясности, как в них хозяйствовать и трудиться, ни у кого не было. Наиболее активно вступало на путь массовой коллективизации батрачество. Однако это не означало, что батраки, как и многие бедняки, были настроены на качественный труд в колхозах. Часть из них не привыкла постоянно интенсивно трудиться в силу особенностей прежнего образа жизни (временная работа по найму, отсутствие своего хозяйства). Другие уверовали, что в колхозе советская власть должна обеспечить им условия для жизни независимо от трудового вклада. Лишь для некоторых была характерна достижительная мотивация, заинтересованность в таком качестве труда, которое бы обеспечивало получение максимальной прибыли.

Преобладающей формой колхозного движения на Урале являлись сельскохозяйственные артели. В организации работы всех звеньев артельного хозяйства наблюдались слабая управляемость его отдельными отраслями, некомпетентность, произвол со стороны руководителей колхозов, бесхозяйственность, безответственность. Те же отрицательные явления были характерны для ТОЗов и коммун, что во многом определяло рост негативного отношения к коллективному труду. Часть колхозников не хотела мириться с произволом, отсутствием порядка, проявляя недовольство, другие стремились исправить положение, указывая на недостатки организации труда, третьи воспринимали происходящее как норму колхозной жизни, к которой необходимо приспособиться. Чаще всего это проявлялось в отсутствии дисциплины, нежелании добросовестно трудиться. Важным фактором, негативно влиявшим на отношение к колхозной собственности и колхозному производству, было понимание бессмысленности трудовых усилий ради получения прибыли, так как прибыль в любом случае оставалась в колхозе, а крестьянину приходилось довольствоваться тем, что ему выделялось согласно коллективному решению. Логика соотношения затраченного труда и полученного результата оказывалась нарушенной. Названные причины и условия сыграли свою роль в невыполнении колхозами многих округов и районов Уральской области в 1930 г. планов по большинству сельскохозяйственных кампаний.

В то же время единоличным хозяйствам удавалось приспосабливаться даже к крайне невыгодным хозяйственным условиям путем самоэксплуатации работающих членов семьи. Единоличники демонстрировали высокую производительность труда, дисциплинированность и ответственность. Благодаря эффективности единоличного труда, обеспечивавшего прибыльность и налогоспособность, в бюджет Уральской области в 1930—1931 гг. продолжала поступать основная часть денежных средств. Однако не все единоличники смогли выполнить плановое задание по посеву из-за проблем с возвратом обобществленных средств производства, отсутствия семян для посева. Для тех, кто засеял свое поле, были характерны пессимизм, неуверенность в связи с опасениями, что все выращенное власти не только отберут, но и при хорошем урожае могут отнести хозяйство к категории зажиточных.

Анализ архивных источников показал, что многие уральские крестьяне были способны на переоценку взглядов, связанных с неприятием обобществленного труда, при условии его четкого учета и гарантированной оплаты.

Однако и трудодневная оценка оказалась малоэффективной прежде всего в силу отсутствия у колхоза возможности полноценно рассчитаться с колхозниками за их труд. Нарушение принципов материального стимулирования подрывало мотивацию труда, отсутствие возможности распоряжаться имеющимся в колхозе капиталом вело к усилению безответственности, равнодушия к состоянию дел в коллективном хозяйстве. Убеждение в том, что коллективное — значит ничье, особенно заметно проявлялось в отношении к обобществленному рабочему скоту. В психологическом плане добросовестно заботиться о животных из колхозного стада крестьянину мешали установки, основанные на собственнических принципах. Из-за утраты своей лошади или коровы — собственности, к которой крестьянин был по-особому привязан, — он психологически был дестабилизирован, ему не хотелось заботиться о чужих животных, находящихся на колхозном подворье. Плохой уход, недостаток или отсутствие кормов, использование рабочего скота без учета какихлибо норм эксплуатации вызывали снижение продуктивности в животноводстве, болезни, массовую гибель животных.

Неверие в возможность эффективного труда в колхозах, понимание, что как бы ты ни трудился, нет никакой гарантии не остаться без хлеба, не голодать, состояние зависимости от произвола руководителей и другие негативные факторы порождали апатию, нежелание трудиться на коллективном производстве, приводили к искажению традиционных норм и принципов крестьянской жизнедеятельности и к отказу от них. Так, в условиях голода 1933 г.

многие крестьяне саботировали уборку урожая, что противоречило логике выживания, установкам крестьянского менталитета на самосохранение. Ранее осуждаемое воровство теперь крестьянами во многом оправдывалось.

Таким образом, колхозное строительство и организация хозяйственной деятельности в деревне на всех этапах сплошной коллективизации на Урале оказывали главным образом дестабилизирующее воздействие на психологическое состояние основной части крестьян, что сказывалось на их отношении к труду, к коллективной собственности, на социально-экономической активности. Под влиянием негативных факторов, прежде всего у колхозников, изменялась трудовая психология, искажались или утрачивались такие черты и качества, присущие доколхозному крестьянству Урала, как самостоятельность, ответственность, ощущение себя хозяином земли, умение трудиться, опираясь на собственные силы, предприимчивость. Лишь части крестьян удалось сохранить не только традиции крестьянского хозяйствования, но и психологическую устойчивость, необходимую для организации результативного труда.

В третьем параграфе рассматривается отношение крестьян к религии и церкви в период с конца 1929 по 1933 г.

Уральский регион, спецификой которого являлись более заметная роль рабочего класса в формировании общественно-политической обстановки, форсированные темпы индустриализации, гигантомания новостроек и т. д., стал одним из форпостов атеистической пропаганды. Атеистическая пропаганда с трудом воспринималась сельским населением. Поэтому основной формой идеологического воздействия на сознание крестьян оставалась ан тирелигиозная и антицерковная агитация, все чаще подменяемая административными и репрессивными мерами против служителей культа, кампаниями по закрытию церквей, что способствовало нагнетанию у верующих крестьян психологического состояния тревожности, подавленности.

Наиболее устойчивыми к усилиям по искоренению религиозного мировоззрения оказались крестьяне среднего и старшего поколения, особенно женщины, которые, как правило, не только сами являлись членами религиозной общины, но и оказывали большое влияние на своих мужей и детей, создавая и сохраняя в своих семьях психологическую обстановку веры. Несмотря на антирелигиозную пропаганду, только у немногих женщин-крестьянок зарождались сомнения в религиозных ценностях.

В то же время среди молодого поколения крестьян, оказавшихся с ранних лет под воздействием новой идеологии, были и искренние атеисты-безбожники, и те, кто готов был их поддерживать в силу своего конформизма. Нетерпимо относились к священнослужителям и к верующим отдельные колхозники, особенно члены коммун, считавшие, что они навсегда порвали с прошлой жизнью, а значит, и с религией. В числе крестьян, поддерживавших атеистические лозунги советской власти, встававших в ряды гонителей церкви, чаще всего оказывались батраки и бедняки. Вышестоящему руководству требования этой части населения деревни предъявлялись как «воля народа».

По мере нарастания процесса закрытия церквей все заметнее становились, с одной стороны, факты перегибов на местах вследствие чрезмерной активности наиболее политизированной части крестьян из числа комсомольцев, радикально настроенных членов Союза воинствующих безбожников, а с другой стороны, нараставшее недовольство этим значительной части крестьянства. Степень недовольства крестьян антирелигиозными действиями власти на Урале в сравнении с другими регионами страны была ниже в силу объективных причин, связанных с его исторической, демографической и другой спецификой. Тем не менее при попытках закрытия храмов, расхищения их имущества нередко имели место различные формы сопротивления вплоть до открытых выступлений. Среди верующих, боровшихся за сохранение религиозных ценностей, часто оказывались кулаки и имущие середняки, которых власти причисляли к «врагам» социализма, к контрреволюционерам, обвиняя их в антисоветской деятельности.

К началу «безбожной» пятилетки в 1932 г., несмотря на то, что многие религиозные объединения на Урале распались из-за арестов, преследований священнослужителей, гонений на верующих, власти не удалось добиться запланированного отхода крестьян от религии. Вера в Бога оставалась важнейшим социально-психологическим фактором духовной жизни крестьянства, ведущей составляющей крестьянского менталитета. В 1933 г. на Урале происходит массовое закрытие часовен, запрещается колокольный звон, изымаются колокола и церковная утварь, имеющая в своем составе драгоценные металлы, сокращается до предела деятельность церкви.

Исключение из жизни крестьянина самого важного для религиозной веры — традиций и вероучения, обычаев и привычек, приобретаемых под влиянием церкви, преследование открытого проявления веры постепенно вынуждали многих менять отношение к религии и церкви. Веками складывавшиеся мировосприятие, мировоззрение сельского труженика постепенно разрушались, подвергались трансформации нормы крестьянской морали, нравственность.

В заключении диссертации подведены основные итоги исследования, сформулированы выводы обобщающего характера.

В процессе перехода от мелкого индивидуального хозяйства к крупному коллективному сельскохозяйственному производству на социальную психологию уральского крестьянства влияли многочисленные факторы, которые можно разделить на две группы — внешние и внутренние.

В числе внешних факторов, определяемых политикой государства, ее идеологией, экономикой, а также действиями органов власти разных уровней, наиболее заметное воздействие на мотивацию поведения крестьян оказывали: пропаганда социалистического образа жизни в деревне; реализация местными органами власти политики ликвидации кулачества как класса;

применение насильственных методов коллективизации; внедрение принципов колхозного труда; проведение классовой политики налогообложения;

массированное наступление на религию и церковь.

Среди внутренних факторов, определяемых религиозным мировоззрением, традициями, сформировавшимися в самой крестьянской среде, на всем протяжении коллективизации существенное влияние на настроения, поведение уральских крестьян оказывали: приверженность религиозным ценностям;

следование нормам и обычаям крестьянского образа жизни; стремление сохранить патриархальный крестьянский уклад, семейные традиции; ведение единоличного хозяйства.

На разных этапах коллективизации по мере разрушения традиционных связей поведение, взаимоотношения крестьян все более обусловливались не когнитивными схемами, а эмоциональными реакциями на воздействие разнообразных внешних и внутренних факторов. С одной стороны, эмоции помогали быстрее осваивать полученную информацию, ориентироваться в новой действительности, выбирать и перестраивать собственное социальное окружение, а с другой — способствовали искажению и разрушению традиционных норм и обычаев крестьянского сообщества. Постепенно начинали происходить изменения во взглядах, ценностных ориентациях крестьян.

Происходившие изменения носили амбивалентный характер. С одной стороны, они были прогрессивными и конструктивными, поскольку способствовали преодолению консервативных экономических представлений крестьянина о смысле и задачах земледельческого труда, о роли и значении образования для воспитания подрастающего поколения, появлению понимания необходимости овладения новыми профессиями, приобщения к со временной культуре. С другой стороны, изменения были явно негативными и деструктивными. Непродуманная государственная аграрная политика вызывала процессы и явления, понижавшие уровень экономической и психологической устойчивости крестьянина. Лишение сельского труженика самостоятельности способствовало развитию в крестьянской среде равнодушия, безынициативности, привело к изменению трудовой психологии, к утрате крестьянином самоуважения, ответственности за результаты труда.

Снижение доверия к органам власти вызвало падение гражданской активности. Разрушение мировосприятия и мироощущения, основанных прежде всего на религиозности крестьянства, способствовало деморализации и патопсихологизации общественных процессов и явлений в деревне.

В психологическом состоянии разных групп и категорий крестьянства Урала оказалось больше общего, чем различного. Основная часть крестьян на всем протяжении коллективизации воспринимала крушение и ломку устоявшегося деревенского мира преимущественно с позиций недовольства, сомнения и несогласия.

Активную и открытую поддержку проведению преобразований в сельском хозяйстве оказывали в основном лишь беднейшие и политизированные слои крестьянства Урала, увидевшие в политике советской власти возможности для повышения социального статуса, улучшения материального положения, реализации своих представлений о жизни в новой деревне. В процессе адаптации к новым порядкам этой частью крестьянства искажались или утрачивались черты и качества, в той или иной мере присущие всему крестьянскому сообществу в доколхозный период (политическая нейтральность, приверженность к духовно-нравственным ценностям, следование религиозным канонам и др.), постепенно складывались новые взгляды, убеждения, социальные привычки (соглашательство, приспособленчество, стремление добиться любой ценой материальных и политических дивидендов). При этом усиливались проявления иждивенчества, безответственности, маргинальности.

Противоречивое психологическое состояние середнячества, вызываемое, с одной стороны, ролью союзника советской власти в проводимой ею политике, а с другой — внутренним несогласием с этой политикой, способствуя деформациям традиционных взглядов и представлений, привело к постепенной утрате частью середняков таких качеств, как осознание своей значимости главного кормильца страны, способность противостоять жизненным испытаниям, самостоятельность, независимость, готовность трудиться опираясь на собственные силы.

Ликвидация кулаков, умевших результативно развивать хозяйство в условиях Урала, привела к исчезновению той части крестьянства, которое показывало образцы успешной деятельности в аграрной сфере.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»