WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

Значительную ценность представили опубликованные в газетах письма крестьян, в которых нашли отражение их настроения, отношение к кампаниям и мероприятиям, организуемым властью. При анализе писем учитывалось, что публиковалась их незначительная часть, к тому же подвергшаяся жесткой цензуре.

Дифференцированный подход к отбору источников, учет информационного потенциала каждого их вида, изучение и анализ используемых документов и материалов позволили автору с достаточной полнотой и достоверностью раскрыть исследуемую проблему, решить поставленные в диссертационной работе задачи.

Историография. Начало развитию отечественной историографии по исследуемой проблеме было положено во второй половине 1970-х гг. историками И. С. Кузнецовым, Н. Л. Рогалиной, В. Е. Щетневым, Н. Я. Гущиным, В. А. Ильиных, В. В. Гаташовым и др. В своих работах они рассматривают проблемы формирования психологии советского крестьянства, ее динамику, особенности общественных настроений разных категорий крестьян. Появление исследований, раскрывающих социально-психологические аспекты жизнедеятельности крестьянства, несомненно, являлось позитивным сдвигом в изучении актуальной, но весьма сложной проблематики. Вместе с тем суждения и выводы о социально-психологических особенностях крестьянского сообщества носили в основном декларативный характер, не подкреплялись анализом конкретного материала. Почти не использовались специальный понятийный аппарат, адекватные источнико-методические приемы. Существенным недостатком исследований было то, что они несли на себе печать жестких идеологических установок и ограничений.

Наметившиеся в стране со второй половины 1980-х гг. радикальные общественно-экономические преобразования способствовали усилению интереса ученых к социально-психологической составляющей исторического процесса. Развитие крестьяноведения позволило объединить самые разнообразные области знания в изучении крестьянства и выйти на рассмотрение тех проблем, которым раньше почти не уделялось внимания, в том числе и социально-психологических. С позиций рассматриваемой темы наибольший интерес вызывают работы В. П. Данилова, Н. А. Ивницкого, И. Е. Зеленина, А. В. Гордона, В. Ф. Башмачникова, А. А. Никонова, в которых на основе документальных материалов воссоздается реальная история коллективизации, анализируется сложное переплетение нового образа жизни и традиционного уклада, не изжившего себя в период аграрных преобразований, Н. Л. Рогалиной, Н. В. Козловой и других ученых, ориентированных на анализ социально-психологического состояния крестьянского сообщества на разных этапах коллективизации.

Анализ отечественной историографии показывает, что социально-психологическому аспекту сплошной коллективизации в большей степени уделяют внимание ученые, изучающие региональную историю. Исследование социальной психологии крестьянства в рамках конкретного региона позволяет учитывать влияние его специфических условий на социализацию людей, их взгляды, настроения, поведение, что подтверждают труды И. С. Кузнецова, Э. В. Гатилова и других историков.

В уральской историографии работ, посвященных проблеме социальной психологии крестьянства в период сплошной коллективизации на Урале, до настоящего времени не было.

Среди профессиональных историков Урала одними из первых во второй половине 1970-х—1980-х гг. к анализу социалистических общественных отношений в уральской деревне, методов формирования общественного созна ния колхозного крестьянства обращаются М. А. Иванова, Р. П. Толмачева, В. П. Мотревич, Г. Е. Корнилов и др.

На современном этапе развития исторической науки особый интерес с позиций рассматриваемой темы вызывают труды уральских ученых И. Е. Плотникова, Л. Н. Мазур, М. В. Попова, О. С. Поршневой, А. С. Еремина, С. И. Быковой, М. В. Булавина, Г. Е. Корнилова и др., в которых уделено внимание социально-психологическому состоянию крестьянства Урала в период с 1929 по 1933 г.

В зарубежной историографии специальные исследования по проблеме социальной психологии крестьянства в период сплошной коллективизации отсутствуют. Исключением можно считать попытку исторического анализа общественной психологии крестьянства периода сталинской «революции сверху» на основе таких источников, как сводки ОГПУ, частушки, анекдоты, предпринятую японским автором Х. Куромия.

Определенный вклад в изучение социально-психологического аспекта сплошной коллективизации внесли представители англо-американской исторической традиции Т. Шанин, Ст. Мерль, Ш. Фицпатрик, М. Левин, Л. Виола, Р. Дэвис и др. В своих работах они анализируют семейно-бытовые, межгрупповые взаимодействия, взаимоотношения с властью, влиявшие на самочувствие, поведение крестьян в «чрезвычайное время» конца 1920-х — начала 1930-х гг. Однако определенная предвзятость, стереотипы, преобладающие в западно-исторической науке по отношению к СССР и России, не позволили зарубежным историкам прийти к адекватным выводам о восприятии радикальных преобразований разными группами крестьян, об изменениях в их социальной психологии.

Изучение работ отечественных и зарубежных ученых позволяет сделать вывод, что социально-психологическая составляющая сплошной коллективизации остается до настоящего времени слабо изученной. В то же время, как отмечает А. Я. Гуревич, «наиболее продуктивное и перспективное направление современного исторического знания ориентировано именно на психологию»4.

Научная новизна исследования заключается в том, что в очерченных проблемой хронологических и территориальных рамках проведено исследование социальной психологии крестьянства Урала. В таких рамках, в постановке, коррелирующей событийную канву истории и ее социальнопсихологическое сопровождение, данная проблема в исторической науке рассматривается впервые. Новизна работы обусловлена также анализом широкого круга источников по рассматриваемой проблеме, в том числе не вводимых ранее в научный оборот, дающих возможность увидеть механизмы, влияющие на межгрупповые и межличностные взаимодействия внутри уральского крестьянства, взаимоотношения между крестьянским сообщест Гуревич, А. Я. История и психология / А. Я. Гуревич // Психологический журнал.

1991. Т. 12. № 4. С. 3.

вом и органами власти. Исследование позволяет внести определенные коррективы в представления об особенностях психологического состояния разных категорий крестьянства Урала в период с ноября 1929 по 1933 г.

Практическая значимость работы связана с возможностью использования материалов диссертации в учебном процессе при изучении региональной истории Урала. Впервые вовлеченные в научный оборот источники могут быть использованы при чтении спецкурсов по истории края, написании обобщающих работ по истории сплошной коллективизации на Урале, разработке соответствующих разделов учебных курсов по отечественной истории. Представляя собой региональное исследование, работа должна способствовать формированию системного представления о проводимой государством насильственной коллективизации крестьянских хозяйств. Кроме того, выводы автора диссертации в условиях имеющих место противоречий между сельскохозяйственными производителями и государством, частью колхозно-совхозного крестьянства и фермерами, другими производителями сельхозпродукции могут оказаться полезными при принятии решений, разработке программ по развитию аграрного сектора, национальных проектов по развитию села, реально отражающих положение и возможности больших и малых групп крестьянского сообщества, учитывающих особенности их социальной психологии.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования изложены в шести научных публикациях. Базовые теоретические положения апробированы в виде докладов на XIV Международной научной конференции «Пространство и время в восприятии человека:

историко-психологический аспект» (Санкт-Петербург, 2003), на Всероссийской научной конференции «Парадигмы исторического образования в контексте социального развития» (Екатеринбург, 2003), на региональной научной конференции «Россия: история и современность» (Сургут, 2004). Диссертация обсуждена на заседании кафедры отечественной истории Уральского государственного педагогического университета.

Структура работы: диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников и литературы, списка сокращений, словаря базовых социально-психологических понятий.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ Во введении обоснованы актуальность темы, территориальные и хронологические рамки работы, определены объект, предмет, цель и задачи исследования, представлены методологическая основа, научная новизна, практическая значимость работы, апробация результатов исследования, историографический обзор, дана характеристика использованных источников.

Первая глава «Социально-психологическое состояние крестьянства Урала накануне аграрных социалистических преобразований» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе рассматриваются социально-психологические процессы в крестьянской среде, связанные с изменениями в аграрной политике власти в доколхозный период.

Невозможность распорядиться полученной после Октябрьской революции 1917 г. землей, нарушение функций собственности ослабляли значение самого факта владения землей, чувство ответственности за землю, за труд на земле, что не стимулировало развития крестьянского хозяйства.

Продразверстка предусматривала почти полное изъятие хлеба у крестьян.

Посягательство на частную собственность, нарушение прав собственника приводили к тому, что у сельского труженика пропадал стимул к производству продуктов сверх потребительской нормы и нужд хозяйства. Социальная несправедливость, тяжелое материальное положение, негативно отражаясь на психологическом состоянии, вызывали недовольство, несогласие крестьян с политикой власти. Крестьянские восстания на Урале были постоянным явлением до 1922 г.

В марте 1921 г. правительство было вынуждено взамен продразверстки ввести продналог, явившийся первым актом нэпа. Восстановление прав частного собственника способствовало возрождению утраченного ощущения самостоятельности, ответственности за результаты труда на земле. Разрешение торговли хлебом, поощрение кооперации повысили заинтересованность крестьянина в увеличении доходности своего хозяйства, стимулировали рост сельскохозяйственного производства. В 1925 г. по количеству выращенного и заготовленного хлеба Урал оказался впереди других регионов страны, уступая только Украине и Юго-Западному району СССР.

Снижение государственных закупочных цен на зерно весной 1926 г., хлебозаготовки, налоговая политика во второй половине 1920-х гг., начало реализации решений XV съезда партии об объединении мелких индивидуальных крестьянских хозяйств в крупные коллективы, форсирование наступления на кулака, «применившееся» и к середняку, дестабилизировали психологическое состояние основной массы крестьян. Многие вынуждены были выбирать линию поведения, противоречившую традиционным крестьянским взглядам, стереотипам поведения, отказ от проведения подготовительных работ к весенней посевной; сокращение объемов хозяйствования; укрытие хлеба, отказ от сдачи, продажи его государству. Сократив посевы, крестьянин ставил под угрозу голодного существования семью. Пытаясь защититься от произвола власти, крестьяне подчас нарушали христианские нормы и заповеди. Самораскулачивание приводило к разделу, распаду семей, к подрыву их экономического потенциала. Ориентация власти на низшие слои деревни как на своих сторонников, усиление экономического давления на кулака, его дискриминация в гражданских правах, оттеснение от управления в общине вызывали рост напряженности в отношениях между зажиточной и остальной частью крестьянства.

Серьезным препятствием для реализации политики власти в деревне выступала церковь, борьба с которой к концу 1920-х гг. усиливалась. Однако действия партийных и советских органов не смогли кардинально изменить мировосприятие и мышление крестьян Урала. В то же время их социальнопсихологическое самочувствие накануне коллективизации характеризовалось ощущением надвигающейся опасности привычному образу жизни, сложившимся жизненным интересам.

Выявленная на основе проведенного анализа зависимость психологического состояния крестьянства Урала от уровня экономического и идеологического давления со стороны органов власти показывает, что чем меньше было такое давление, тем выше оказывались результаты хозяйственной деятельности крестьян. Усиление давления, дестабилизируя психологическое состояние крестьянина, снижало его производственную активность, качество и результаты труда.

Во втором параграфе на основе анализа трудов отечественных и зарубежных историков, архивных источников воссоздан социально-психологический портрет уральского крестьянина накануне аграрных социалистических преобразований в деревне, что позволяет видеть изменения в его облике в период проведения сплошной коллективизации.

В числе константных черт российского крестьянства ученые В. О. Ключевский, Н. А. Бердяев, П. А. Сорокин, Н. Н. Покровский, И. В. Кондаков, В. П. Данилов, Т. Шанин и другие выделяют прежде всего склонность к державности и патернализму; соборность; приверженность скорее к духовнонравственным, чем к материально-экономическим ценностям; отношение к труду не только как к основе достатка, но и как к добродетели; верность религиозным канонам и христианской морали; стремление к уравнительности и особенно к социальной справедливости; политическую нейтральность, близкую к пассивности.

В разных регионах на эволюцию и проявление этих базовых черт влияли особенности территории, хозяйственно-бытового уклада, местных обычаев.

Среди основных качеств, сформировавшихся под влиянием специфики Уральского региона, выделяются способность противостоять различным жизненным испытаниям, стойко переносить трудности, свободолюбие, нежелание подчиняться диктату власти, умение трудиться в экстремальных природно-климатических условиях опираясь на собственные силы. В формировании отмеченных качеств уральского крестьянина особую роль сыграли суровые климатические условия, индустриальный характер развития региона, наличие устойчивого ядра населения, многонациональный состав, отсутствие крепостного права, большие неосвоенные пространства, дающие возможность выбора мест поселения и хозяйствования, удаленность от органов власти, особенно центральных.

Сознание, мировосприятие, культуру, традиции крестьянства Урала, составлявшего, по данным переписи 1926 г., 79,3% (5 млн 379 тыс. чел.) от общей численности населения области, определяли крестьянский образ жизни, соблюдение членами крестьянской семьи этических норм и правил.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»