WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 |

Важный момент анализа разных эпох (на примере Средневековья) отметил А.Я. Гуревич, призвавший «сосредоточить внимание не на высших формах культуры и интеллектуальной деятельности (философия, архитектурные стили, лирика, роман), а «на коренных проявлениях мироощущения рядового человека». При таком подходе периодизация Средневековья (Раннее – Высокое - «Закат») «едва ли окажется релевантной»2.

Для социологической концепции призвания эти идеи означают, что проблема призвания возникает как «встреча» различных ментальностей: элитарной и массовой, «верхней» и «низовой», мира повседневной жизни и рефлексии (научной, эстетической, этической) об этой жизни. Это позволяет проанализировать социологическую концепцию призвания в различных аспектах. Каждый из них раскрывает не только его специфику, но и сложность преобразовательных социальных процессов. Произведения «высокой» человеческой культуры игра Шютц А. Смысловая структура повседневного мира: Очерки по феноменологической социологии (Пер. с англ.).

М., 2003. С.695, Гуревич А.Я. Средневековый мир: культура безмолвствующего большинства. М.1990. С.10 –11).

ют роль «образцов»-ориентиров, до которых разные группы доходят с разной скоростью. А это отражает разные социальные представления о трансформации, разное отношении к сущности и необходимости преобразования. В диалектике «образца» находит свое воплощение противоречие представленности эпохи и выразительности эпохи.

Особый интерес представляет эпоха Возрождения: для концепции призвания важна не только «встреча», но и то, что она проявляется в конкретной человеческой деятельности.

Противоречивость личности связана и с процессуальностью, и с разными темпами процессов. Понимание призвания становится многополюсным: объективным и субъективным, историческим и гуманитарным, просветительским и просвещающим. В историческом контексте, кроме Данте, Лютера и Руссо, необходим «идеальный тип», объединяющий Возрождение, Реформацию и Просвещение. К «индивидуальному» аспекту важно добавить социальный контекст, о котором говорил применительно к итальянским гуманистам Л.М. Баткин.

Проблема трансформации состоит не только в фиксировании результата этого процесса, но и в анализе самого процесса трансформации. Неразрывное единство «результативности и процессуальности» позволяет говорить о специфическом ракурсе рассмотрения. В одном случае акцент делается на результате, в другом - на способе достижения результата. Это отражает и многоаспектность трансформации, и многофакторность социального призвания.

Сравнение Возрождения и Реформации (как изменения социальной формы) показывает: в одном случае (Возрождение) осуществляется возвращение к истоку, который часто оказывается неопределенным; в другом (Реформация) – видоизменяется существующая форма. Это позволяет говорить о социальном подражании (воспроизведении определенной формы) и социальном катарсисе (очищении существующей формы). Но речь в обоих случаях идет не только об изменении формы, но и о содержательных процессах. Содержательно трансформация – и совпадение, и различие. Можно зафиксировать историческое различие между эпохами Возрождения и Реформации, но они и два «идеальных» типа трансформаций.

У любой деятельности существует социальный субъект. Индивидуальные субъекты, входящие в социальный субъект, становятся одновременно и субъектами призвания, если характер их деятельности выражает сущностные моменты преобразовательного процесса.

Социальное противоречие «Индивид – Деятельность», рассмотренное Вебером для процесса Реформации, приобрело вид «Лютер – Реформация». Объясняя суть Реформации как преобразовательного процесса, социолог объясняет: в чем проявилось призвание Лютера.

Объясняя призвание Лютера, социолог раскрывает специфику Реформации. В многочисленных социологических и социально-философских работах об эпохе Просвещения такой личностью выступает Ж.-Ж. Руссо. Не менее интересен для Возрождения Данте, понимаемый как переходная личность. Одна из социологических задач - показать преобразовательный процесс как постоянное взаимодействие, направленное на сплочение общества. Концепция призвания Лютера рассматривалась в социологии Вебера как один из основных моментов Реформации. Аналогичным образом соотносится призвание, миссия, избранничество Данте с Возрождением. Следовательно, для понимания связи призвания и социального изменения можно и нужно поставить вопрос о тождестве и различии Возрождения и Реформации, призвания Данте и призвания Лютера. Возрождение, Реформация, Просвещение – не только разные формы, но и разные способы связей между двумя (как минимум) формами. Соединению этих «идеальных типов» «мешает» их понимание только как определенных этапов исторического развития. Но такому представлению – в рамках социологического анализа – нужно противопоставить акцент на их переходность как общее качество.

Понимание призвания как задания позволяет говорить о вариантах его выполнения. Если не требовать поиска единственного и правильного выполнения, то призвание становится вариативным. В вариациях заданность может проявляться по-разному. Отсюда, проблема «призвание как образец». Понятие вариант объединяет эти проблемы: одно его значение связано с изменением, изменяем вида, второе – передача, понятая как трансляция одной и той же темы (переход между историческими эпохами отличен от перехода внутри одной эпохи).

Социологически очевидны изменения формы нашего общества в последние десятилетия.

Как бы ни оценивался этот процесс, без понятия «формы» невозможно обойтись. Одни социологи называют происходящие процессы «реформой» и подчеркивают объективные сложности на этом пути. Другие – как «деформацию» предшествующих завоеваний общества. В пылу полемики забывается предмет спора. Допустимые в публицистике аргументы спорящих недостаточны для науки. Можно зафиксировать отсутствие определения исходных понятий. Вопросы (Что такое реформа Как понимается деформация) не возникают. И не только из-за сложности ответов, но и потому, что часто решаются совсем другие задачи. Социолог так поступать не может (не должен). Если социальный процесс рассматривается одними как «реформа», а другими – как «деформация», то естественно предположить, что проблема «формы» и есть та проблема, которая их объединяет. Но «форма» - как предмет объединения - одновременно является предметом разделения. Возникает проблема: конфликт или согласие Итак, «форма» объединяет и реформу, и деформацию. Чтобы что-то реформировать или деформировать, это что-то должно присутствовать. Отношение к социальному процессу как к деформации означает: есть идеальная модель; происходит фиксирование конкретного состояния дел; разработан механизм оценки текущего момента и идеальной нормы, их сопоставления. Если последняя процедура дает отрицательный ответ по каким-либо основным параметрам, то это и называется «деформацией». Совсем иначе работает механизм реформ. Он меньше обременен конкретным положением дел. Точнее – любой реформатор считает, что проблема не в конкретной форме, а в идеальной. Понимание их связи ведет к негативной оценке конкретной формы, отрицание связи – к игнорированию конкретной формы. Как бы ни относился реформатор к конкретной форме, главный его пафос направляется на изменение идеальной формы. Многозначность трансформации позволяет применительно к теории призвания различать «званых» и «призваных», избранных. Субъективное ощущение (быть званным) нужно дополнить объективным (быть избранным – призванным).

Объективные формы признанности – призванности исторически изменяются, зависят от социальных условий. И проблема призвания воспроизводится все в новых и новых формах.

В разделе IV. Призвание современного социолога введенное Вебером в отношении политики и науки разграничение призвания и профессии применяется к социологии. Ориентир – идея Бурдье: основное в призвании социолога – его готовность и умение «вписаться» в предметное поле современной социологии. Призвание социолога непосредственно связано с его практической деятельностью, где оно и реализуется. Разнообразие видов и форм социологической деятельности затрудняет понимание того, что социологи по-разному реализуют единство социологического призвания (при всем различии теоретико-методологических, эмпирических и социально-практических исследований). Институционализация деятельности социолога позволяет различить профессионализм, любительство и шарлатанство. Последнее - как в любой развивающейся науке - спекулирует на общественных потребностях в социологических знаниях и пытается представить правдоподобные результаты, полученные ненаучным способом, как высшее достижение современной социологии. Необходимость рассматривать тройственную возможность социологического призвания (профессионализм, любительство и шарлатанство) связана и с тем, что не все формы любительства есть по определению шарлатанство. В любительстве можно выделить дилетантизм и собственно любительство. Если дилетантизм противопоказан любой науке, то без нормального любительства (с оттенком «любовь к определенному делу») никакая наука невозможна. Сложности этой ситуации позволяют разделить социологию как деятельность на научную и стихийную1. Поэтому можно говорить о профессиональном и стихийном призвании. Но обобщение оценок и мнений известных социологов об их пути в науку позволяет не только противопоставить стихийное призвание профессиональному, но и понять их определенное единство, когда выясняется, что профессиональное призвание социолога невозможно без его жизненного опыта и здравого смысла. Выявление этой связи (а не только различия) требует анализа основных Добреньков В.И., Кравченко А.И. Фундаментальная социология. Т.1. М., 2003. С.16.

приемов стихийной социологии («социальная типологизация, социальная категоризация и социальное ранжирование») в их развитии от стихийности к научности.

Основа типологизации – социальное обобщение. Как показывает анализ концепции ЛевиСтросса, при всей простоте обобщения оно может быть не только сравнительным, но и структурным; обобщение признаков предмета отличается от обобщения признаков действия.

Типичный человек и типичная деятельность – не только одинаковые результаты социального сравнения, но и разные методологические процедуры. Развитие призвания социолога, его умения находить и подмечать типичное идет от стихийного проявления к сознательному применению. С социологической (научной) точки зрения важно понять отличие близких по смыслу понятий: тип, прототип, архетип, стереотип, социальный тип, идеальный тип и т.д.

Стихийная социология применяет и использует их как однопорядковые и взаимозаменяемые.

Научная социология, фиксируя их «однотипность», должна показать и их различия.

Важную роль в понимании призвания социолога играет умение использовать различные методы конкретных социологических исследований. И тут важна не техническая сторона дела, а механизм реализации социологического призвания. Опрос, объединяющий социолога и респондента, позволяет говорить о разном отношении к опросу. Респондент представляет население, социолог – социологию. В одном случае представление – возможное, случайное, в другом – необходимое. Форма представленности зависит от конкретно решаемых социологом задач. Социолог и респондент не только по-разному «представляют» социологию и население, но и исполняют определенные роли. Роль «респондента» случайна и незначительна, роль «социолога» есть форма его повседневной жизни, обусловленная образованием и опытом. «Отношение к опросу» со стороны социолога есть обязательный (не всегда осознаваемый) компонент его профессиональной деятельности. Комплексная разработка проблемы социологии как призвания и профессии – важный аспект её самоопределения. И, напротив, более глубокое самоопределение социологии плодотворно скажется на уточнении профессиональной роли современного социолога, на более четком осмыслении каждым социологом своего призвания.

В Заключении подводятся итоги диссертационного исследования, обобщаются его результаты, выделяются проблемы и направления социологической концепции призвания, требующие дальнейшего изучения и анализа.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора:

СТАТЬИ В РЕФЕРИРУЕМЫХ ИЗДАНИЯХ:

1. Вишневский С.Ю. Концепция «призвания» в социологии М. Вебера // Вестник ГОУ ВПО Уральского государственного технического университета – УПИ, 2003, вып.4 (24). 1 п.л.

2. Вишневский С.Ю. Методологические проблемы социологии культуры// Вестник ГОУ ВПО Уральского государственного технического университета – УПИ, 2005, № 3(55). Ч.2.

0,5 п.л.(в соавт.) 3. Вишневский С.Ю. Смысловое единство – ключевая проблема деятельностной трактовки призвания // Вестник ГОУ ВПО Уральского государственного технического университета – УПИ, 2005, № 3 (55). Ч.2. 0,5 п.л.

МОНОГРАФИИ И РАЗДЕЛЫ В МОНОГРАФИЯХ:

4. Вишневский С.Ю. Призвание: социологический анализ. Теоретико-методологический и историко-социологический аспекты. Екатеринбург: Изд-во УГТУ-УПИ. 2004. 10,23 п.л.

5. Вишневский С.Ю. Призвание: деятельностный подход. Теоретико-социологический анализ. Екатеринбург: Изд-во УГТУ-УПИ. 2005. 10 п.л.

6. Вишневский С.Ю. Гл. 5. Информационная культура студентов // Студент – 99. Екатеринбург: СВАПОС. 1999. 0, 6 п.л.

7. Вишневский С.Ю. гл.VIII. Студенты о стратегическом плане развития Екатеринбурга // Студент – 2003. Екатеринбург: СВАПОС. 2003. 0,4 п.л.

8. Вишневский С.Ю. Гл. 4. Молодежь и труд. Профессиональное самоопределение молодежи // Социокультурный портрет молодого тагильчанина (семь лет спустя). Н. Тагил: НТГПИ.

2000.1,3 п.л.

9. Вишневский С.Ю. Гл.1. Социальная политика – социальное взаимодействие – социальное самочувствие // Социальное самочувствие жителей среднего уральского индустриального города. Екатеринбург: УО РОС. 2003. 1,2 п.л.

10. Городской учитель – социально-профессиональный портрет (Информационноаналитический отчет по материалам социологического исследования в Нижнем Тагиле).

Н.Тагил: УО РОС. 1993. 192 С. (авторское участие - 1,8 п.л.).

11. Система образования г. Красноуфимска: социокультурное пространство. Екатеринбург:

ИРРО. 1996. 99 с. (авторское участие - 1,2 п.л.).

12. Кадровый потенциал образовательного комплекса района: состояние и пути оптимизации. Екатеринбург: ИСОМ, 1996. 94С. (авторское участие - 1 п.л.).

13. Горнозаводской учебный округ: проблемы и перспективы развития системы профтехобразования. Екатеринбург, Н.Тагил: УГТУ-УПИ-НТГПИ. 1997. 48 С. (авторское участие - 0,п.л.).

14. Молодежь России и рынок (Информационно-аналитический отчет по итогам социологического исследования). Екатеринбург, Челябинск. 1991. 153 С. (авторское участие - 1,1 п.л.).

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»