WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Анализ книги стихов предполагает внимание к следующим элементам структурно-семантической целостности: рамочная конструкция (заглавие книги, система эпиграфов), субъектная организация, сюжет, ведущие лейтмотивы и концепты. Все они направлены на выявление взаимодействия выделенных выше архитектонических частей и обнаружение авторской концепции книги стихов. Важнейшими этапами анализа становятся осмысление образносемантического ядра книги, её инвариантного сюжета и совмещения различных жанровых традиций в «Опытах…».

Мирошникова О.В. Итоговая книга в поэзии последней трети XIX века: Архитектоника и жанровая динамика.

Омск, 2004. С. 55.

Раздел 1.2 «Аспекты архитектонической целостности: субъектная организация, инвариантный сюжет, концептосфера» посвящён целостному, формально-содержательному анализу «Опытов священной поэзии».

Анализ заглавия, системы эпиграфов и художественного оформления книги стихов показывает, что поэту важно было подчеркнуть специфический опыт познания внутренней, духовной природы человека, её способности постигать священный образ Бога, возвышаться над земным миром, получать истинное знание и обретать гармонию с мирозданием.

Эпиграфы в книге Глинки соотносят отдельные стихотворения с прецедентным текстом – Псалтырью. Так, предпосланный всей книге эпиграф из 107-го псалма настраивает читателя на возвышенный лад: «Готово сердце мое, Боже, готово сердце мое: воспою и пою» (Пс. 107: 2). Не случаен и отбор Глинкой псалмов для переложения. В этом просматривается морально-этическое кредо автора: различение праведной и неправедной жизни, закона и беззакония (Пс. 1: 1; 2: 1). В некоторых эпиграфах звучат провиденциальные мотивы человека-духовидца (Пс. 8: 4; 83: 2; 18: 2).

Названия отдельных стихотворений, составляющих лирическую книгу, указывают на то, что в «Опытах…» воплощено, по большому счёту, два субъекта речи: человек, обращающий свои мольбы к небу («Гимн Богу», «Воззвание к Господу, «Хвала», «Глас к Господу» и др.), и Бог, обращающий свой глас к земле, к людям («Глас Бога избранному Его», «Гнев Господа на нечестивых» и др.). Основываясь на конкретных наблюдениях над субъектной организацией, автор диссертации приходит к выводу о том, что каждый из обозначенных выше двух субъектов речи имеет свою специфику и характеризуется несколькими «образными» воплощениями.

Атрибутами Бога являются вездесущность, космическое величие в соединении со вниманием к самому неприметному из обитателей земли, знание того, что скрыто от человека; взор Его – «моря благоговений», Он весь – «любовь и чистый свет»; «дланью» Он обнимает бесконечность, «перстом» управляет мирами, «священным гласом» предвещает гибель грешным. Бог обладает страшной «си лой грозных слов», «моря и земли» держит в «Своей деснице». Этот субъект речи представлен двумя «образами» – грозного Судии и милосердного Бога.

Человек является лишь частью мироздания, его разум не в силах обнять всю вселенную, хотя постоянно пытается это сделать. Человек обитает на земле, в «долинах плача», в «узах рока». Он раб своих страстей и ничего не может противопоставить силе Судьбы, управляющей его жизнью. В книге Глинки человек как субъект сознания и речи представлен тремя образными ипостасями: праведник, смиренно соблюдающий Божественный закон; грешник, нарушающий его; Пророк, возвещающий этот закон людям. Праведник смиренно просит у Бога помощи, и милосердный Бог, как правило, дарует её. Грешник в своей гордыне, напротив, стремится свергнуть Бога с Его надмирной высоты, но Бог является ему грозным Судиёй, наказывающим порок. В то же самое время Бог стремится спасти «заблудшие души», поэтому он избирает Пророка, который мог бы служить Его делу. В конечном итоге Бог стремится не к суду над миром и его разрушению, а к милосердию, прощению и созиданию.

Типы человеческого сознания, представленные в книге стихов, также взаимодействуют между собой. Грешники издеваются над праведником и стремятся его погубить, между тем, беззащитный праведник противостоит их силе, понимая, что в конечном счёте правда окажется на его стороне. Прошедший через страдания, духовные сомнения праведник становится Пророком и стремится наставить на путь истинный грешников, которые зачастую равнодушно внимают его словам или стремятся его погубить.

Религиозно-мистическая концепция, лежащая в основе «Опытов…», направлена на преодоление духовного разрыва между Богом и человеком, небом и землёй и воплощается в системе бинарных оппозиций: земной и небесный миры, праведники и грешники, человек и Бог, простой праведник и Пророк. Преодоление этого разрыва представлено в сюжете книги, который можно обозначить как превращение исходного хаотичного состояния мира в совершенную Вселенную, функционирующую по законам любви и благодати, как некий путь восхождения отдельного человека через мистическое откровение к абсолютной Гармо нии, а затем повторение этого пути всем мирозданием, трансформирующимся в финале книги в «град Покоя».

В «Опытах священной поэзии» воплощено особое мировидение автора, раскрывающееся в системе ведущих духовно-религиозных оппозиций: дух – душа, жизнь – смерть, земля – небо. Также немаловажную роль в создании проблемно-содержательного единства книги стихов играют религиозные концепты: грех, любовь, покой, сердце, слёзы, стыд. Обозначенные смысловые комплексы формируют устойчивую концепцию мира и человека, которую вкратце можно описать следующим образом.

Земля и Небо – это наиболее важные концепты, остальные так или иначе соотносятся с ними. Именно религиозное восприятие земного и небесного миров и их взаимодействие обуславливают строение мироздания, по Глинке, и особую роль человека в нём. Всё мироздание создано Богом, подвластно Его воле. Бог одновременно вне мироздания и в нём. Он – источник жизни, пронизывающий всё творение в виде духа и присутствующий в душе человека. Мироздание разделено на два начала: доброе – злое, вечное – преходящее, святое – греховное.

Оба начала совмещены в человеке. Однако эта структура динамична, неустойчива, поскольку человек постоянно уклоняется то в одну, то в другую сторону.

Небесная любовь, связующая всё мироздание «вервием живым», благость, даруемая духом в помощь человеку, душа, испытывающая неясное влечение к небесной отчизне, – всё это открыто и понятно лишь человеческому сердцу.

Именно сердцу должен довериться человек, оно может видеть небо, слышать голоса небес, говорить с Богом. Человек обретает эти способности через смирение («С страстьми и с сердцем кончен бой! / Я пред могуществом чудесным, / Поник смиренною главой». Голос души2) и очень боится потерять чистоту, детскую «невинность» сердца («И тайны дивные Отца / Одни, любовью возрожденны, / Постигли детские сердца...». Глаголы неба. С. 32).

Глинка Ф. Опыты священной поэзии. СПб., 1826. С. 86. В дальнейшем тексте ссылки на это издание даются в скобках с указанием названия стихотворения и страницы.

Это разделение мира на два начала неустойчиво и требует своего разрешения, всё мироздание устремляется к целостности, к преодолению разрыва, двойственности. Это преобразование возможно только благодаря действию Божественной воли: «Тогда мой дар – святая крепость – / Сердца невинных умастит; / Я погашу страстей пожары, / Исторгну клеветы и свары, / Свяжу лукавство и порок, / Обезоружу смерть и рок, / И, примирясь с Моей землёю, / Я примирю с ней небеса!» (Пророк. С. 170). После этого «примирения» сердце человека, земля и всё мироздание должны обрести долгожданный покой.

В разделе 1.3 «Стихотворение-прототекст “Блудный сын” в структуре книги стихов» анализируются концепты отец и сын в связи с переложением Глинкой евангельской притчи о блудном сыне.

Концепты Отца и сына ярче всего воплощены в стихотворении «Блудный сын», которое можно определить как стихотворение-прототекст (термин О.В. Мирошниковой). Действительно, оно является «метафорическим смысловым зерном, содержащим в концентрированном виде замысел всей книги. В смысловом поле этого текста фокусируются основные мотивы книги»3.

Именно в стихотворении «Блудный сын», распадающемся на ряд картин, нагляднее всего воплощено стремление души человека в небесный мир, к Богу.

Произведение состоит из четырёх фрагментов, то есть, по сути, является микроциклом. В архитектонике книги этот микроцикл становится сердцевиной, смысловым ядром. В нём заключен в преображённом виде сюжет стихотворных молитв, переложений псалмов и медитативных стихотворений, запечатлевших путешествия души в мир небесный. Оно предшествует стихотворениям «пророческого» цикла, подготавливая патетическое схождение обновлённого человека (пророка) в дольний мир – теперь уже со словом увещевания и божественной проповедью. Именно это стихотворение в концентрированном виде раскрывает авторский взгляд на мироздание и духовную цель жизни человека, которая призвана помочь религиозному обновлению мира.

Мирошникова О.В. Итоговая книга в поэзии последней трети XIX века… С. 64.

Во 2-й главе «“Опыты священной поэзии” Ф.Н. Глинки как полижанровое единство» анализируются жанровые традиции, использованные Глинкой при создании книги стихов.

Важным для определения жанровых особенностей того или иного стихотворения становится соотнесение его с контекстом, то есть выявление такого содержания данного текста, которое отсылало бы к определённому источнику или образцу известной жанровой традиции. Важнейшим из этих источников явился жанр переложения псалма. Характерно, что из первых 35 стихотворений «Опытов…» одно взято из 3-й книги Царств («Искание Бога») и ещё одно – из книги пророка Исайи («Глас Бога избранному Его»). Остальные 33 стихотворения имеют эпиграфы из псалмов. Поэтому естественно предположить, что именно эти стихотворения являются переложениями псалтырных текстов.

В разделе 2.1 «Жанровая традиция переложения псалмов» прослежены способы работы Глинки с Псалтырью. Классической эпохой жанра переложения псалмов по праву считается XVIII в. Большинство исследований этого жанра посвящено псалмам В. Тредиаковского, А. Сумарокова, М. Ломоносова, В. Капниста, М. Хераскова, Г. Державина и др.4 В XIX в. этот жанр воспринимается уже во многом как архаический, хотя последующими поэтами делаются попытки осмыслить религиозную культуру и перенять слово Библии в ином масштабе и согласно другим принципам, основоположником которых становится Глинка. Им утверждается художественный принцип вольного подражания псалмам, предполагающий использование отдельных мотивов, контаминацию цитат и реминисценций из всего корпуса текстов Библии.

Переложения псалмов – это стихотворения, содержательно связанные со славянским текстом Псалтири. Поэтому их интерпретацию в контексте творчества того или иного автора следует проводить с опорой на основные параметры религиозного типа сознания. Однако при сопоставлении двух текстов (канонического псалма и его переложения) необходимо всякий раз отделять работу пеСм. работы таких известных учёных, как А. Левицкий, Л. Луцевич, Д. Мотольская, И. Серман, В. Сахаров, А. Шишкин и др.

релагателя, стремящегося к точности передачи псалма, от установки поэта, заботящегося о выражении своего внутреннего мира.

Сам Глинка осторожно обозначал своё отношение к жанровой традиции переложения псалмов: «Долгом поставляю предуведомить, что предлагаемые здесь стихотворения не следует считать буквальным переложением, ниже близким подражанием священным псалмам. Я брал иногда общий смысл, иногда только некоторые стихи из целого псалма и выражал мысли и чувства мои сообразно расположению, в котором находилась душа моя»5.

При сопоставительном анализе стихотворений Ф. Глинки с текстами псалмов нам удалось выявить четыре способа освоения поэтом канонического текста, которые с определённой долей условности можно обозначить следующим образом: 1) вольные подражания; 2) свободные переложения-подражания; 3) вариации на тему псалма; 4) оригинальные духовные стихотворения.

I. Вольные подражания. Глинка последовательно перелагает псалом, усиливая некоторые эпизоды. Это такие стихотворения, как «Блаженство праведного» (Пс. 1), «Тщета суемудрия» (Пс. 2), «Глаголы неба» (Пс. 18), «Плач пленённых иудеев» (Пс. 136), «Победа» (Пс. 151). Как правило, поэт усиливает в таких случаях назидательный и эсхатологический элементы псалмов.

II. Свободные переложения-подражания Глинки следуют духу псалма, варьируя стихи из него в свободном порядке. Такими стихотворениями являются, например: «К Богу правды», «Вопль раскаяния», «Желание неба» и др.

III. Вариации на тему псалма. Третий способ работы Ф. Глинки с прецедентным текстом можно охарактеризовать так: поэт выбирает один образ или фразу из псалма, варьируя её в тексте, тогда как остальная часть стихотворения оказывается оригинальной. Это такие стихотворения, как «Желание Бога» (Пс. 41), «Горе и благодать» (Пс. 77), «Тоска» (Пс. 87), «Богу спасителю» (Пс. 7).

IV. Оригинальные духовные стихотворения Глинки, имеющие эпиграф из псалма. Это два стихотворения – «Праздник души» и «Размышление о благости Всеблагого». Они знаменуют переход к иному типу лирических произведений – Цит. по: Зверев В.П. Фёдор Глинка – русский духовный писатель. М., 2002. С. 241. (Курсив Ф. Глинки. – И.К.) медитативной, философской «лирике сновидений», которая, по мысли В. Касаткиной, «нередко выражает мысль об освобождении человека от индивидуалистического бытия реальности и приобщении в моменты самозабвения к внеличностным ценностям»6. Лейтмотивом этих стихотворений становится путешествие души праведника в «небесную отчизну» и обретение им спасительной цели, умиротворяющего знания.

Стихотворения Глинки продолжают традицию стихотворных переложений псалмов, утвердившуюся в XVIII в., но при этом меняется способ работы автора с каноническим текстом. Точное переложение духа и буквы Священного Писания заменяется вариациями на тему того или иного псалма. Однако несомненным остаётся влияние канонического текста на авторское сознание. Как бы далеко автор ни уходил от первоисточника, для него всё равно важно, что в основе его стихотворений лежит книга псалмов. Контекст Псалтыри не только формирует внешнее единство книги, но и обусловливает её внутреннюю, архитектоническую целостность. Драматическое положение лирического героя этой части «Опытов…» (стихотворения с 1-го по 35-е), испытываемое им состояние сомнения и неизвестности, требовали своего преображения. И книга псалмов давала такую возможность. Не случайно многие псалмы послужили основой для целого ряда стихотворных молитв.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»