WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Как и обычная реклама, политическая предвыборная агитация должна привлечь внимание адресата, пробудить интерес к предмету разговора, возбудить желание видеть «рекламируемого» кандидата на определенном политическом посту и побудить к действию – голосованию за данное лицо или данное политическое объединение.

Главным проводником политического воздействия на массы избирателей является политический дискурс, который понимается «как система коммуникации, как поле коммуникативных практик» (Е.И. Шейгал, а также: А.Н. Баранов, А.М.Дебреш, А.Е. Кибрик, Э.Лассан, А.С.Нариньяни, М.Р.Проскуряков, О.Г.Ревзина, А.А.Романов, П.Серио и др.).

Политический дискурс в его «предвыборном варианте» строится в соответствии с менталитетом, национальными и иными особенностями того или иного электорального слоя, приспосабливается к когнитивным механизмам обработки дискурса (Т.А.ван Дейк). К адресату поступает так называемая коммуникативная правда, т.е. препарированная в соответствии со стратегическими целями фактическая информация (Г.Г. Почепцов).

Продуктом предвыборного политического дискурса является совокупность текстов, которую в силу их смысловой целостности, общей прагматической направленности можно обозначить как сверхтекст. Понятие «сверхтекст» было предложено Н.А. Купиной и разработано в ряде исследований, выполненных под ее руководством (Г.В.Битенская, Л.В. Енина).

Адресат получает совокупность текстов, созданных по принципу рекламы (купите наш товар) и антирекламы (не покупайте их товара).

Политический субъект обращается к избирателю с предложениями своих услуг и с критикой своего политического противника. Поэтому агитационный предвыборный сверхтекст формирует свое содержание, основываясь на этих ключевых элементах: субъект, продвигающий себя к власти; контрагент, которого стараются не допустить к власти;

адресат (объект пропагандистского воздействия); цель (пропагандируемое будущее). И это высшая ступень интеграции данного сверхтекста, его «рекламная» схема (функционирующая реализация пропозициональной схемы).

Но ситуация предвыборной кампании готовит адресата именно к выборам, к выбору одного из субъектов политической борьбы.

Поэтому избиратель сталкивается с вариациями ключевых элементов:

в сверхтексте фигурируют несколько субъектов, борющихся за власть, несколько контрагентов (физически это одни и те же лица или группы, но в разных планах подачи), несколько картин «потребного будущего». Однако это не беспорядочный набор вариаций. Каждая из борющихся сторон встраивает в сверхтекст свой определенным образом организованный сегмент (низшая ступень организации сверхтекста). Как известно, объединение, стремящееся к власти, вырабатывает определенную стратегию предвыборной борьбы.

Разработчики плана предвыборной кампании решают, с каким акцентом нужно представить позиционируемую политическую фигуру, что выдвинуть на первый план в картине «потребного будущего», как побольнее ударить противника, раскрыв для избирателя его слабые места, как учесть нужды разных слоев электората, чтобы обратить к этим нуждам предвыборные обещания.

Все тексты, которые будут опубликованы тем или иным участником предвыборной гонки, будут реализовывать выработанный план, представляя элементы предвыборной ситуации в заданном ключе. К избирателю поступает вовсе не объективный анализ действительного положения дел и вовсе не предложения по его улучшению. К адресату поступает миф – упрощенная черно-белая картина жизни страны или региона, с героем, который победит все беды, в центре (Р.Барт, А.Ф.Лосев, М.Элиаде и др.). Общая рекламная схема сверхтекста, таким образом, несколькими способами мифологизируется.

В качестве единиц содержания агитационного предвыборного сверхтекста рассматриваются идеологемы, мифологемы и императивы.

Идеологемы – номинации ключевых понятий сверхтекста, обусловленных его пропозициональной схемой: субъект, адресат, контрагент, цель, антицель. Поскольку реализуется схема не в одном, а в совокупности текстов, это ключевое понятие воплощается в группе слов, которые и можно рассматривать как варианты одной идеологемы (А.Нойберт). Мифологизированная картина действительности предстает в виде ключевых формул, заключающих в себе характеристики ключевых понятий сверхтекста. Эти формулы названы в работе мифологемами, реализующимися в конкретных текстах также в виде набора вариантов.

Тексты, объединенные в агитационный предвыборный сверхтекст, направлены на то, чтобы вызвать у адресата-избирателя конкретное политическое действие. Поэтому, кроме идеологем и мифологем, они содержат императивы, то есть высказывания, выражающие повеление.

То, как оформляются и связываются между собой идеологемы, мифологемы и императивы в реальном тексте, обусловливается избранными автором речевыми стратегиями. В рассмотренных кампаниях таковыми являются стратегии устрашения, лести и самовосхваления. Эти стратегии, вводя сопоставление временных планов и противопоставление своих (я и адресат) и чужих (он), обеспечивают наличие сюжета и коммуникативной рамки сверхтекста.

Глава 2. Идеологемы агитационного предвыборного сверхтекста Глава состоит из параграфов: «Понятие идеологемы», «Общие идеологемы агитационного предвыборного сверхтекста», «Локальные идеологемы агитационного предвыборного сверхтекста», «Функционирование идеологем в сверхтексте и совокупности сверхтекстов».

Идеологемы отражают элементы предвыборной ситуации – ее участников и их цели. Выделяются идеологемы со значением субъекта (партия, большевики, коммунисты, демократы), адресата (народ, трудящиеся), контрагента (враг), цели (демократия, социализм, свобода). В работе рассматриваются общие (присущие всем исследуемым сверхтекстам избирательных кампаний) и локальные (использованные в тексте одной кампании) идеологемы.

Общими для всех изучаемых сверхтекстов являются следующие идеологемы: демократия (демократ), народ (массы), политика, коммунизм (социализм), марксизм (марксизм-ленинизм), большевизм (большевики), свобода, капитализм, буржуазия, враг.

Локальными являются, например, такие идеологемы, как кадеты, сознательный пролетариат, царизм, меньшевики, монархия, черносотенец, РСДРП (1906-1907); фашизм, ленинизм (марксизмленинизм), компартия, красный, Верховный Совет, сознательный пролетариат, непартийный большевик (1937); фашизм, ленинизм (марксизм-ленинизм), компартия, красный, Верховный Совет (1995).

Политический дискурс в целом и предвыборный в частности направлены на защиту одних ценностей и ниспровержение других.

Поэтому идеологема всегда выступает в ореоле положительной или отрицательной оценки. Ряд идеологем являются однооценочными, то есть во всех текстах имеют одно, негативное или позитивное, оценочное значение, а ряд – амбивалентными, то есть обладающими способностью менять свою коннотацию от негативно-оценочной до позитивно-оценочной в зависимости от того, кто является адресантом и адресатом конкретного текста, то есть от авторской позиции.

В литературе неоднократно отмечалось, что оценочный характер идеологем обусловлен ее окружением. Оценка как бы индуцируется комплексом идеологем, а не одной единицей самой по себе (Т.Б.

Крючкова, А.Нойберт). В работе проанализирован не широкий, а только ближний контекст идеологем, который проявляет их оценочность, заданную концепцией.

Постоянная оценочная коннотация идеологемы обусловлена позицией обозначаемого ею понятия в пропозициональной схеме.

Идеологема враг во всех сверхтекстах имеет отрицательную оценку, так как всегда обозначает контрагента, противника в предвыборной борьбе. Всегда положительную оценку имеет идеологема народ как обозначение своего адресата. Только в третьем сверхтексте (1995 г.) намечается возможность различать “наш” народ и “их” народ, в результате чего впервые у этой идеологемы появляется отрицательная оценка: «Представители народа, которые только и кормятся, что благами и выплатами, получаемыми от государства, давно забыв, что можно и нужно работать, чтобы жить хорошо, ни за что не пойдут за реформами. Но основная масса, измученная беспросветным безденежьем и бесправием, – пойдет. Таких – огромное большинство…» (III-4). Таким образом, материал демонстрирует способность идеологем менять характер своей оценочности.

Амбивалентные идеологемы делятся на две группы в зависимости от особенностей реализации их оценочности в тексте. Во-первых, выделяются идеологемы, которые в текстах, реализующих противостоящие друг другу предвыборные концепции, стоят на разных позициях пропозициональной схемы и поэтому в одной концепции реализуют позитивную оценочность, а в другой – негативную. Например, идеологема социализм (коммунизм) в одной концепции отражает цель и поэтому имеет положительную оценочную окраску, в другой концепции это антицель, в результате оценка меняется на противоположную. Иными словами, в одной концепции есть «наш» социализм плюс, в другой концепции есть «их» социализм минус: знаки оценки не совмещаются в тексте, реализующем одну концепцию: «Социализм обеспечил миллионам трудящихся возможность получить образование и дать его своим детям, отказ от его завоеваний неминуемо обречет большинство населения на нищету, на необходимость до кровавого пота трудиться для обогащения кучки так называемых реформаторов» (III-19);

«Коммунизм нельзя переждать, как дождь, он никогда не уступает сам, не трансформируется во что-то мягкое и пушистое. Коммунизм болезнь, причем болезнь тяжелая и рецидивирующая» (III-16). То же самое наблюдается в функционировании идеологем большевизм, буржуазия.

Во-вторых, выделяются идеологемы, положительная или отрицательная коннотация которых может реализоваться в тексте, отражающем одну концепцию. Самый яркий пример – идеологема демократия. Во всех трех сверхтекстах каждая из сторон говорит о “нашей” демократии плюс и “их” демократии минус. При этом идеологема во всех концепциях занимает позиции цели и антицели.

Если о социализме нельзя сказать: «мы все стремимся к социализму, только к разному», то о демократии как раз это и говорят концепции всех трех сверхтекстов, противоположным образом оценивая демократию «свою» (цель) и «чужую» (антицель): «Наша демократия – это не демократия толпы наследников Маркса-Ленина, больше похожая на диктат» (III-12); «Американская демократия, навязанная нам гарвардскими мальчиками-либералами, ничего не имеет общего с выстраданной нашими отцами и дедами народной демократией» (III - 16). Так же функционируют идеологемы свобода, политика. Именно в эту группу перемещается в третьем сверхтексте идеологема народ.

Глава 3. Мифологемы агитационного предвыборного сверхтекста Глава состоит из параграфов: «Понятие мифологемы», «Мифологемы предвыборной кампании 1906-1907 гг.», «Мифологемы предвыборной кампании 1937 года», «Мифологемы предвыборной кампании 1995 года».

В содержании агитационного предвыборного сверхтекста мифологема выступает в качестве ключевой констатирующей формулы, отражающей отношения между ключевыми понятиями ( идеологемами). Мифологемы отражают в языковом плане сочетаемость слова, за счет которой и можно очертить содержание, приписываемое слову в данной предвыборной концепции.

Проявления четкого значения ожидать нельзя, но «расплывчатое», «нечеткое» содержание выявить можно. Таким образом, в данной главе рассматривается, какое содержание вкладывается с помощью мифологем в идеологемы, ведь участники предвыборной кампании должны голосовать за лицо или партию, против лица или партии.

Именно эти имиджи создаются в предвыборных мифах.

Материал показывает, что в сверхтексте предвыборной кампании, проходящей в условиях многопартийности (1906-1907, 1995) функционируют слова, содержание которых характеризуется тройной неопределенностью.

Во-первых, оно упрощено произвольным образом по законам мифа в пределах одной предвыборной концепции, созданной каждой из борющихся за голоса сторон. Например, в концепции левых так изображается сознательный пролетариат (1906-1907): «Сознательный пролетариат решил вести самостоятельную избирательную кампанию.

Мелкая буржуазия (трудовики в том числе) колеблется, бросается из одной стороны к другой, она способна предпочесть принципиальной борьбе сделку с кадетами» (I-23). Идеологеме приписывается следующее содержание: это часть пролетариата, полностью поддерживающаяся РСДРП (у которой в этом контексте также выделен признак «сознательная», а «сознательному пролетариату» приносится «социалистическая проповедь), стоящая на своих позициях твердо (по этому признаку противопоставляется всем остальным слоям общества, в том числе мелкой буржуазии и крестьянству. Этот признак также отмечается и у РСДРП – «не отступающая от классовой точки зрения рабочая партия»), в результате переклички признаков, выделенных у партии и у сознательного пролетариата, постулируется их единство (субъект и адресат едины). Этот смысл разрабатывается как со стороны идеологемы «РСДРП», так и со стороны идеологемы «сознательный пролетариат». То обстоятельство, что в избирательной кампании РСДРП противопоставила себя всем партиям, не идя на компромисс ни с одной из них, выступает в агитационных текстах в форме суждений о «самостоятельной избирательной кампании, которую ведет сознательный пролетариат». Это чисто мифическое построение.

Мы видим по новейшей истории России, что масса не способна вести никакую кампанию. Кампанию всегда ведет какая-то организация (в те годы это была РСДРП). Так что эти суждения – просто фигуральный способ обозначения круга «своих избирателей», призыва голосовать за кандидатов от РСДРП.

Во-вторых, содержание слова меняется от концепции к концепции.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»