WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Очевидно, что положение о бессоюзном соположении как слабой связи, противопоставленной сильной и средней формам связи по признаку маркированности, подтверждается лишь тезисом о нанизывании предикативных частей и может быть применено лишь к единицам, соотносимым с сочинительным рядом. Что же касается конструкций, например, с прогнозирующей, предсказующей связью, отнесённых В.А. Белошапковой к типизированным, а Н.С. Валгиной – к структурнообусловленным предложениям, то здесь связь между частями ни в коем случае не может быть охарактеризована как слабая.

Представляется возможным, учитывая «первородность» бессоюзных конструкций, считать союзные конструкции вариантами бессоюзных, а не наоборот, так как именно союзные средства стали в кодифицированном литературном языке своеобразным гарантом семантической определённости и однозначности смысловых отношений между частями полипредикативной конструкции. А несоотносительные с союзными структурами бессоюзные конструкции со временем также обретают лексические и грамматические аналоги таких средств.

В диссертации поддерживается наметившаяся в современных исследованиях по синтаксису тенденция к квалификации бессоюзных сочетаний предложений и сложных синтаксических целых как единиц, имеющих больше сходства, чем различий, даже в модели их построения. Бессоюзное сочетание предложений по своим семантико-структурным характеристикам является пограничным типом полипредикативного объединения между сложным предложением и текстом: «Формально… оно остается внутри системы сложного предложения. По типу связи, семантически и шире – эвристически – оно представ- ляет собой текст» (Беднарская Л.Д. Бессоюзное предложение и текст // Сложное предложение в тексте: Межвуз. тематический сб. научн. трудов [Текст] / Калинин, 1988. - С.54).

Бессоюзие – это своеобразная внешняя оболочка коммуникативной единицы, а не оформление односторонней или взаимной зависимости её частей. Это скорее всего особый сигнал, но отнюдь не нулевой маркер особого типа сочетаемости элементов синтагматического ряда.

Одностороннюю или взаимную зависимость компонентов в них активизируют несоюзные выразители синтаксических отношений: семантическая спаянность частей, лексические и морфологические показатели синтаксических отношений, интонационное оформление, свидетельствующие о коммуникативной установке говорящего.

Представление о целом комплексе средств, реализующих функцию связывания предложений в составе целого, имеет давнюю традицию. Разнообразие элементов, служащих, наряду с союзами и интонацией, для объединения предложений/предикативных частей, довольно часто отмечается в работах известных российских грамматистов (М.В. Ломоносов, А.А. Барсов, Ф.И. Буслаев, А.А. Потебня, Ф.Ф. Фортунатов, А.А. Шахматов, А.М. Пешковский). О разнообразных «синтаксических приёмах» – способах выражения связи и зависимости между предложениями неоднократно говорил В.В. Виноградов, подчеркивая важность порядка следования частей, местоименных связей, соотношения видо-временных форм и других средств, которые, «кроме интонации, союзов и союзных слов, участвуют в соединении и сочетании частей сложного предложения» (Виноградов, В.В. Избранные труды. Исследования по русской грамматике [Текст] / М., 1975. – С.229). Применительно к бессоюзным конструкциям в ряде исследований в качестве связующих средств рассматриваются и лексические элементы, которые типизируются, обобщаются и выступают вместе с интонацией в качестве своеобразного синтаксического средства объединения предложений.

Правда, одни учёные склонны выделять основные средства связи – интонацию и союзные средства или только интонацию (В.А. Белошапкова, С.Е. Крючков, Л.Ю. Максимов), другие исключают такую дифференциацию и называют несоюз ные средства в общем ряду с интонаци- ей, союзами и союзными словами (И.Н.

Распопов, В.В. Бабайцева).

Связность всегда рассматривалась лингвистами как важнейшая категория, опосредующая развитие темы и обеспечивающая целостность, интеграцию текста.

Эта ведущая категория формо- и смыслообразования текста получила широкое освещение в отечественной и зарубежной лингвистике.

«Связность – необходимое условие успешности коммуникации: бессвязный текст не может быть адекватно декодирован адресатом» (Милевская, Т.В. Грамматика дискурса [Текст] / Ростов н/Д, 2003. – С.38). Это значит, «что механизмы связности лежат не на поверхности, заложены не только в вербальном посреднике коммуникативного процесса – тексте. …Внутритекстовые связи порождаются определенной лингвокогнитивной упорядоченностью сознания автора и в силу определенной общности ментальных лексиконов, функций сознания декодируются адресатом» (Селиванова, Е.В. Основы теории коммуникации. [ Текст] / М., 2005. - С.

217).

Таким образом, установление и выражение связности представляется важной задачей говорящего. Следовательно, в языке существует целый комплекс элементов разных уровней языковой системы, способных к выполнению функции связывания.

Т.В. Милевская характеризует их в качестве компонентов функциональнопрагматического поля связности (Милевская, Т.В. Связность как категория дискурса и текста [Текст] / Ростов н/Д, 2003).

Необходимым этапом на пути всестороннего описания средств связи представляется уточнение их роли в бессоюзных конструкциях, где способность средств языка к обладанию функцией связывания проявляется наиболее отчетливо.

Рассмотрение выделенных из русских и английских произведений ХХ века бессоюзных конструкций позволяет отметить наличие в обоих языках таких средств связи бессоюзных сочетаний предложений, как:

- лексические повторы;

- элементы лексической системы, находящиеся в гиперогипонимических, синонимических и антонимических отношениях;

- слова, соотнесенные друг с другом в синтагматическом ряду на основе общих сем и ассоциативных связей;

- местоименные слова;

- частицы;

Особым способом оформления связности и цельности бессоюзных конструкций являются синтаксические средства:

- параллелизм формальной и семантической структуры;

- структурная неполнота частей;

- наличие общего члена – координатора однотипности структуры;

- порядок следования предикативных единиц.

Проанализировав научные работы и основываясь на собственных наблюдениях, мы можем определить, что и в русском, и в английском языках бессоюзные сочетания предложений относятся к разряду единиц, в максимальной степени адекватно отражающих когнитивные модели взаимосвязи ситуаций действительности, хранящихся в человеческой памяти. Основным средством синтагматической консолидации и делимитации речевых единиц является интонация как универсальный и облигаторный способ дискурсивной просодии, специализирующийся на выражении отношений когезии. Объединение в речи как минимум двух связываемых единиц обусловливает появление связующих средств – индикаторов функции связывания.

Во второй главе - «Лексические и морфологические средства связи бессоюзных сочетаний предложений» - анализируются лексико-семантические средства связности бессоюзных сочетаний предложений, местоименная референция и синтагматический дейксис, связующая функция частиц.

Общепризнанно, что лексические компоненты играют существенную роль в оформлении сочетаемости строевых компонентов полипредикативных конструкций, выполняя функцию соотнесения предикативных частей друг с другом. Основой лексической связности служит повторение – первичное упоминание объекта и его реккуренция в виде точного повтора или семантически эквивалентной лексемы.

Рассматривая повторение смысла как необходимое условие появления и существования текста, исследователи синтаксиса текста отмечают такие виды повторения, как:

- повтор лексической единицы;

- употребление слова с обобщенным значением для установления соотнесенности с ранее употребленным словом;

- употребление синонима или слова с более общим значением (Холлидей, М.А.К., Хасан, Р. Когезия в английском языке //Исследования по теории текста.

Реферативный сборник [Текст] / М., 1979. - С.114).

Слово, прогнозирующее реализацию общей семы, то есть появление семантического партнера, находится в исходной части полипредикативной конструкции и может быть квалифицировано как контактный лексический компонент. С ним соотнесены слова последующих частей, которые могут находиться с данным антецедентом в синонимических, антонимических, гиперогипонимических отношениях, или входить в те же лексико-семантические группы, семантические поля.

Mr Bloom looked back towards the choir. Not going to be any music. Pity. Who has the organ here I wonder Old Glynn he knew how to make that instrument talk, the vibrato: fifty pounds a year they say he had in Gardiner street (J.Joice).

Эту полипредикативную конструкцию организует сема «music», представленная рядом слов, образующих одноименное семантическое поле. Номинационная цепочка (choir, organ, instrument, vibrato) в приведенном фрагменте текста конкретизирует общее понятие. Сравните пример реализации этой семы в бессоюзном сочетании предложений в русском языке:

Постепенно наладился некий квартет; сопрано: такого номера нет в Бердслее; альт: мисс Пратт уехала в Англию; тенор: Бердслейская школа не звонила;

бас: звонить она не могла (В. Набоков).

Скрепляя и связывая синтаксические единицы друг с другом, номинативная цепь – ряд повторяющихся лексических элементов - предстает как особая текстовая скрепа. Как правило, эти семантические эквиваленты выступают одновременно, связывая по смыслу не только данные лексемы, но и более широкую совокупность понятий, соединенных с исходным путями из нескольких отношений.

Способом выражения отношений связности, охватывающим любой вид объединения предикативных единиц – от бинарных структур до самостоятельных произведений - является местоименная референция. Местоимения, служащие в языке для соотнесения языковых выражений с внеязыковыми объектами и ситуациями, являются семантическими инвариантами (Н.Ю. Шведова), в которых заключены смыслы соотносимых с ними языковых единиц. Суть местоимений состоит в организации взаимодействия предтекста с посттекстом. Как справедливо подчеркивает П. Сёрен, «пресуппозиции (вместе с анафорами) – важный инструмент для правильного контекстного связывания предложений» (Сёрен, П. Пресуппозиция и трехзначная логика //Вестник МГУ. Сер. «Филология». [Текст] / М., 1999. №2. - С.140). Как показывает проведенный анализ, местоименные слова активно участвуют в осуществлении связи частей бессоюзного сочетания предложений в русском и английском языках. Причем анафорический дейксис выступает как текстуальное средство разрешения прагматического ожидания, а катафорический – как средство его актуализации. «Цепочки непрерывных прономинализаций» и лексикосемантическая соотносительность слов по существу выступают в качестве эксплицитной базы для поддержки и накопления пресуппозиций.

Активно реализуют связующую функцию и частицы: «… сама коммуникативная функция частиц – быть коннекторами» (Николаева, Т.М. От звука к тексту.

[Текст] / М., 2000. – С.321). Простота морфемного состава и функциональное тождество сближают частицы с союзами, поэтому многие из них в литературе квалифицируются как гибридные служебные слова, союзные частицы или союзычастицы.

Регулярное выполнение частицами связующей функции позволяет ряду исследователей зачислить в этот грамматический класс и традиционно рассматриваемые в качестве союзов тоже, также. Эта тенденция характерна и для английской грамматики, описывающей коннекторы also; too; as well; either в качестве соединительных частиц, так как эти элементы употребляются для связи какой - либо части предложения с предшествующим высказыванием.

Что касается отрицательных частиц, они, хотя и не занимают позицию контактного элемента, тем не менее выступают в роли соотносительного компонента:

именно отрицание является фактором, жестко регламентирующим и характер отношений, и порядок следования частей полипредикативного объединения.

Функция связывания частей поли- предикативного объединения довольно активно выполняется выделительно-ограничительными (только, лишь только, особенно), модально-оценочными (даже, право), эмоционально-усилительными (ведь, же) частицами. Например:

They have a number of ways of persuading people to tell things they don’t wish to tell. Even the bravest people finally tell them what they want to know (Chase J.H.) Частицы можно рассматривать, по аналогии с местоимениями, как класс слов, объединенных тождественной функцией. Релевантность частиц в структуре дискурса предопределяется способностью этих опустошенных в плане лексического значения элементов языковой системы участвовать в акте референции, состоящем в привлечении в сферу рассмотрения коммуникантов определенных объектов.

Все частицы обладают коммуникативной функцией, состоящей в рематическом выделении, интенциональной актуализации нового.

Таким образом, прежде всего частицы специализируются не на выражении отношений связности: функция, сходная с союзной, является приращенной, вторичной.

Третья глава «Синтаксические способы выражения связности частей БСП» посвящена анализу формальной и семантической структуры бессоюзных сочетаний предложений в русском и английском языках. В выражении соотносительности между частями бессоюзных конструкций участвуют многие синтаксические средства, традиционно квалифицируемые как особенности предикативных единиц в качестве компонентов сложных структур. Трудно говорить о приоритете в построении БСП именно синтаксических средств, так как в одних конструкциях они или морфологические средства могут оказаться ведущими, актуализирующими, а лексические - добавочными, сопровождающими, в других же - наоборот. Но то, что соотносительность частей бессоюзных сочетаниях предложений обнаруживается отчетливо и благодаря собственно синтаксическим показателям, несомненно. О некоторых из них пишут как о ведущих средствах связи.

К собственно синтаксическим средствам связи и, частично, выражения отношений в бессоюзных сочетаниях предложений относятся, с одной стороны, внутренние ресурсы одной из сочетаю- щихся частей, с другой, - порядок их следования, т.е. фактор чисто внешний.

Внутренние ресурсы, используемые для данной цели, это:

параллелизм формальной и семантической структуры частей бессоюзного сочетания предложений;

неполнота одной из частей;

наличие компонента (чаще второстепенного члена или вводной конструкции), формально включенного в предшествующую часть, а по смыслу относящегося или к однофункциональным компонентам, которые входят во все предикативные части, или к каждой из частей в целом.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»