WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Объективного нормативного критерия для определения объема профессиональных знаний следователя (прокурора, судьи) не существует. Следует ограничиться перечислением сфер знаний, которыми он должен владеть для качественного выполнения своих должностных обязанностей – это знания в рамках Государственного образовательного стандарта высшего образования по специальности «Юриспруденция»; общие знания по судебной экспертизе, оперативно-розыскной деятельности; углубленные знания по отдельным направлениям работы следователя и отдельным частным методикам расследования преступлений. Знания из иных областей или в объеме, превышающем указанный, являются специальными в уголовнопроцессуальном смысле.

В то же время обращение следователя (дознавателя) за разъяснениями к юристу, работающему в другой отрасли права, обосновано и даже необходимо – для правильного уяснения обстоятельств расследуемого события. Эти разъяснения следователь может получить от соответствующего специалиста в непроцессуальной форме или из соответствующей литературы и нормативных актов, рекомендованных специалистом. Проведение же подобных консультаций в процессуальной форме ставит под сомнение способность самого следователя быть грамотным юристом.

Представляется, получение разъяснений от авторитетных лиц – неотъемлемый атрибут любого самообразования, а придание консультациям правовой формы – стремление следователя переложить ответственность за принятое решение на иное лицо.

Последнюю тенденцию во всех отраслях знания отметили в ходе осуществленного нами анкетирования 54 % экспертов. Проведенное нами исследование свидетельствует в большей степени вовсе не о назревшей необходимости признания правовых знаний специальными, но о том, что надо повышать уровень профессионального правосознания и правовой эрудиции следственных работников.

Информационная компонента знаний лица, осуществляющего расследование, и специалиста-юриста примерно одинаковая, что обусловлено ее приобретением в рамках одного профильного специального образования (юридического). Однако в силу работы в разных отраслях права, по разным специальностям, практическая компонента знаний претерпела изменения в сторону развития навыков и умений оперирования определенными правовыми нормами и институтами: в области уголовного права и уголовного процесса у следователя (дознавателя, прокурора, судьи) и в иной отрасли права у юриста, привлекаемого в качестве специалиста. Таким образом, юридические знания не могут быть признаны специальными в уголовно-процессуальном смысле, поскольку не обладают всеми признаками таковых.

До тех пор пока в юриспруденции не будет введена система специализации в рамках базового и дополнительного образований, необоснованно говорить о том, что юрист по гражданскому праву является носителем специального знания по отношению к следователю, поскольку оба они получили дипломы о высшем образовании по одной специальности – «Юриспруденция».

Вопрос о юридической природе некоторых экспертных исследований может подниматься по причине некорректной формулировки вопросов, направляемых на разрешение судебной экспертизы. Однако ошибочно предполагать, что судебная экспертиза приобретает правовую природу в случаях, когда юридические аспекты исследования не исконно присущи предмету экспертизы, но привнесены в него некорректной формулировкой вопросов, поставленных на разрешение эксперта.

Представляется, даже отвечая на подобные недопустимые вопросы, сведущее лицо не решает правовых задач, а лишь излагает установленные им обстоятельства юридической терминологией (почерпнутой им из постановления о назначении судебной экспертизы либо используемой экспертом в силу собственного заблуждения относительно предмета исследования). Выводы, имеющие правовое значение, на основе данных судебной экспертизы устанавливает только лицо, осуществляющее расследование уголовного дела.

Совершенно иной аспект проблемы возможности признания существования в России экспертиз, решающих правовые вопросы, представляет проведение экспертных исследований о соответствии действий лица техническим нормам, закрепленным в правовых актах. При корректной постановке вопросов, направляемых на разрешение такой экспертизы, вопрос о правовой сущности проводимого экспертом исследования не поднимается. Перед экспертом должен ставиться вопрос о модели правильного поведения лица в рассматриваемой ситуации. Соотнесение идеальной модели и реального поведения подозреваемого, а равно решение вопроса о нарушении им нормативных правил относится уже к компетенции следователя и суда, а не эксперта.

Характеристика специальных знаний как динамичной категории приведена в третьем параграфе на примере рассмотрения эволюционирования и развития ряда направлений судебных экспертных исследований.

Вторая глава – «Организационно-тактические формы использования специальных знаний при расследовании преступлений» – посвящена исследованию организационных и тактических вопросов применения специальных знаний в современной практике расследования преступлений.

Особенности классификации и использования форм применения специальных знаний в уголовном процессе и их субъекты рассмотрены в первом параграфе.

В целом, субъектами применения специальных знаний в познавательных целях (т.е. в непроцессуальной форме) в расследовании преступлений следует признать каждого участника уголовного процесса, поскольку лицо может владеть любым объемом знаний из любой отрасли. Такие знания при их правильном использовании позволяют точно и профессионально выполнять возложенные на субъекта функции. В удостоверительных целях применять специальные знания могут лишь сведущие лица – эксперт и специалист.

Однако следует особо подчеркнуть, что субъектом использования специальных знаний является только следователь (судья), поскольку именно он определяет ход и направление расследования уголовного дела. Все остальные участники уголовного процесса могут пользоваться специальными знаниями путем применения собственных, подачи ходатайств о привлечении к расследованию сведущих лиц, а также обращения к ним за непроцессуальной консультационной и справочной помощью.

Упомянутые в нормах УПК РФ участвующие в следственных действиях судебно-медицинский эксперт и врач (ст. 178, 179) занимают процессуальное положение специалиста. Законодательное введение профессионального ценза (поименное обозначение профессии подлежащего приглашению сведущего лица), а также установление предпочтительности участия конкретного специалиста направлено на обеспечение более качественного производства следственного действия путем заведомого определения компетентности приглашаемого сведущего лица. Аналогичным образом в ч. 1 ст. 191 УПК РФ установлено обязательное участие педагога (обозначение профессии). Однако предпринятое нами изучение следственной практики позволило придти к выводу, что формально процессуальная роль педагога считается выполненной при наличии в протоколе следственного действия записи о его присутствии при производстве этого действия. Поэтому представляется возможным заключить, что педагог чаще всего не применяет специальных знаний в ходе следственного действия, ограничиваясь физическим присутствием на допросе в целях соблюдения процессуальной гарантии прав несовершеннолетнего. Причиной лишь формальной востребованности педагога при допросе несовершеннолетних, вероятно, являются сами следователи, недостаточно творчески подходящие к выбору кандидатуры педагогического работника и не принимающие во внимание рекомендации и личные качества приглашаемого сотрудника. Очевидные предпосылки подобного подхода следователей к привлечению педагога к следственным действиям – короткие сроки расследования, а равно большой объем и количество расследуемых одним следователем уголовных дел.

Уголовно-процессуальный статус (права, ответственность) специалиста и переводчика во многом схож. Тем не менее знания переводчика, представляется, являются качественно иными, чем те, которые применяют в уголовном процессе специалист и эксперт. Благодаря деятельности переводчика переводимая им информация становится доступной всем участникам уголовного процесса, но она не генерируется переводчиком и существует независимо от применения им знаний иностранного языка или языка глухонемых. Переводчик не выявляет скрытых свойств и взаимосвязей объектов в тексте перевода, используя знания языка он не создает новой информации, а потому его знания не являются специальными в уголовнопроцессуальном смысле.

Различия между специалистом и экспертом предложено провести в отношении:

1) целей привлечения их к расследованию уголовных дел; 2) решаемых ими задач; 3) форм участия в уголовном процессе; 4) методов исследования; 5) фактических оснований принятия решения; 6) процессуального положения.

Специалист привлекается к расследованию уголовного дела в ситуациях, когда:

- следователю требуется помощь в обнаружении, фиксации, изъятии следов преступления;

- следователь не в полной мере владеет специальными знаниями, подлежащими применению в познавательных целях;

- следователю требуется консультационно-диагностическая помощь сведущего лица для решения простых диагностических и классификационных задач;

- разрешение вопроса на основе специальных знаний не требует применения сложного лабораторного оборудования, реагентов, сложных вычислений, длительного времени;

- подлежат применению исследовательские методы, не подвергающие риску уничтожения изучаемый след.

В целях разграничения процессуальной компетенции специалиста и эксперта, представляется необходимым признать, что специалист проводит «изучение», а эксперт «исследование». Первое носит более поверхностный, описательный характер по сравнению с исследованием, под которым подразумевается глубокое изучение объекта, материала на основе разработанной экспертной методики, с применением общелогических методов. Специалист может решать простые диагностические и классификационные задачи.

В действующем уголовно-процессуальном законодательстве наблюдается некоторое избыточное регулирование ситуаций участия сведущих лиц в расследовании преступлений. Так, положения статей 58, 168 УПК РФ позволяют исключить упоминание в иных статьях УПК РФ о возможном привлечении специалистов к производству конкретных следственных действий, поскольку обозначенные положения статей предусматривают такое участие по отношению к любому следственному и иному процессуальному действию.

Формы применения специальных знаний в ходе расследования преступлений можно подразделить на процессуальные и непроцессуальные. К процессуальным относятся все перечисленные в УПК РФ.

Представляется необходимым с осторожностью подходить к систематизации непроцессуальных форм использования специальных знаний при расследовании преступлений, а именно принимать во внимание лишь мероприятия, инициированные следователем (судом), поскольку будучи двигателем процесса расследования именно он является единственным инициатором применения таких знаний в уголовном процессе.

Более того, ряд рассматриваемых в научной литературе способов применения специальных знаний зачастую осуществляется в рамках ОРД, либо является составной частью иной более широкой по объему формы – судебной экспертизы или предшествует ей, создавая условия для ее проведения.

Непроцессуальная деятельность сведущих лиц сводится к: консультированию, справочной деятельности, проведению «предварительных исследований».

Консультирование представляется собой дачу сведущим лицом советов по выбору оптимальной линии поведения в сложившейся ситуации (правильном выборе материалов, средств, тактики проведения процессуальных действий в целях получения доказательственной или иной ориентирующей информации на основе специальных знаний). Справочная деятельность сводится к предоставлению сведущим лицом сведений об интересующих субъекта уголовного процесса явлении, процедуре, свойствах объекта и т.д., обладание знанием о которых входит в его профессиональную компетенцию.

Оба рассматриваемых вида деятельности сведущего лица могут осуществляться как устно, так и письменно. По сути консультации и предоставление справочной информации не являются самостоятельными формами применения специальных знаний.

Они представляют собой лишь виды деятельности сведущего лица в рамках какой-либо формы применения специальных знаний (процессуальной или непроцессуальной).

Будучи осуществлены непроцессуально консультирование и справочная деятельность так же не составляют формы применения специальных знаний, поскольку сведущее лицо при этом не выявляет никаких скрытых свойств объектов (явлений), предоставляя лишь специальную информацию, какая может быть получена субъектом доказывания из методической литературы или иных источников.

Предварительные исследования представляют собой непроцессуальную форму использования специальных знаний, заключающуюся в проведении сотрудниками экспертного учреждения в лабораторных условиях исследований для определения природы и назначения изучаемого объекта в целях предоставления следователю информации для возбуждения уголовного дела либо принятия иного важного процессуального или тактического решения. Предварительными исследованиями не является экспресс-изучение объектов, явлений, осуществляемое специалистом в ходе его участия в следственных действиях, поскольку подобная деятельность полностью охватывается его процессуальными полномочиями. В ходе проведенного нами исследования была выявлена негативная тенденция некоторых экспертных учреждений придавать форму заключения специалиста документам, являющимся по сути справками о предварительных исследованиях.

Вышеизложенное позволяет обоснованно выделить лишь одну форму непроцессуального применения специальных знаний – предварительные исследования.

А потому представляется теоретически более оправданным ограничиться использованием общего понятия «непроцессуальная деятельность сведущих лиц».

Второй параграф посвящен рассмотрению организационно-тактических особенностей применения специальных знаний специалистом; проанализирован его процессуальный статус; специфика форм участия в уголовном судопроизводстве. На основе изучения следственно-судебной практики сформулированы научно-практические рекомендации по участию специалиста в конкретных следственных действиях. Вместе с тем анализ практических материалов позволил выявить типичные ошибки в привлечении данного сведущего лица к расследованию преступлений. Так, со стороны следственных работников выявлена тенденция к минимальному привлечению специалистов в уголовный процесс, разрешению спорных вопросов самостоятельно либо уходу от их решения.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»