WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Получалось как-то так, что она еще девочкой, сидя на коленях у Пушкина, наматывала на свои пальчики его непослушные кудри, что и ей, как Пушкину, Жуковский привез из Веймара гусиное перо Гёте, что она еще вчера на закате гуляла с Новалисом по парку, которого в мире, быть может, и нет, но в котором она знает и любит каждое дерево»8. На основе нашего анализа мы пришли к выводу, что те же тенденции наблюдались и в ранний период творчества поэта.

Вторая глава «Сборник “Вечерний альбом” и его литературные источники» представляет собранный в рамках данного исследования материал, касающийся круга чтения юной Цветаевой и его отражения в сборнике «Вечерний альбом». Глава разбита на разделы, которые посвящены отдельным литературным произведениям, героям или персонажам, так или иначе «проявленным» в конкретных стихотворениях первой книги стихов поэта.

Первый раздел второй главы называется “Марина Цветаева и герои драм Эдмона Ростана”. Увлечение Э. Ростаном9 для М. Цветаевой связано прежде всего с ее интересом к жизни и судьбе сына Наполеона, которому Ростан посвятил поэтическую драму “L'Aiglon”10 (“Орленок”). В 1914 г. М. Цветаева писала В. В. Розанову, что она «шестнадцати лет безумно полюбила Наполеона I и Наполеона II, целый год жила без людей, одна в своей маленькой комнатке, в своем огромном мире» (VI, с. 124). Эта «безумная любовь» вылилась в Степун Ф. Бывшее и несбывшееся. М.: Прогресс—Литера; СПб.: Алетейя, 1995. С. 212.

Эдмон Ростан (1868 – 1918) – французский поэт и драматург. Самыми известными романтическими пьесами в стихах являются «La Princesse Lointain», «Cyrano de Bergerac», «Aiglon». Все пьесы Ростана были переведены на русский язык Т. Л. Щепкиной-Куперник // Ростан Э. Полн. собр. соч. Т. 1-2. СПб., 1914.

Rostand L’Aiglon. Paris: Pierre Lafitte ET Gie, 1900.

«Вечернем альбоме» в четыре стихотворения, следующие одно за другим. Все они: «В Париже», «В Шенбрунне», «Камерата», «Расставание» – включены в III раздел сборника «Только тени». Эпиграфами к этому разделу являются слова Наполеона I и Наполеона II (как указано Цветаевой): «L’imagination gouverne le monde!» и «Et j’ignore absolument ce que je saurais etre dans l’action»11.

Драма Э. Ростана – главный литературный источник четырех цветаевских стихотворений о герцоге Рейхштадтском, образующих своеобразный цикл внутри «Вечернего альбома». Можно утверждать, что цветаевское мифотворчество начинается уже в этих ранних стихотворениях. Оно проистекает от желания восстановить справедливость, перехитрить судьбу, сделать желаемое действительным, проиграв в собственном произведении известную ситуацию по-новому.

Нами рассмотрена семантическая связь эпиграфов, взятых Цветаевой из драмы «La Princesse Lointain» («Принцесса Греза»), с основными темами и мотивами сборника. «Ah, mieux vaut repartir aussitot qu’on arrive / Que de te voir faner, nouveaute de rive»12, – эпиграф к разделу «Детство». Это слова принцессы Грезы над умирающим трубадуром: Рюдэлю посчастливилось, так как он увидел свою мечту, прикоснулся к идеалу, но не успел разочароваться в нем. В контексте «Вечернего альбома» они означают: детство – самая счастливая пора жизни, обитель мечты, далекая от скуки повседневности; лучше уйти из жизни раньше, не растратив себя на мелочную каждодневную суету. Отсюда – мотив ранней детской смерти – центральный в «Вечернем альбоме».

Ростановский эпиграф к разделу «Любовь» («Je vois dans tout but noble un but plus noble poindre, car lorsgu’on eut un vive on n’en prend pas un moindre»)предельно проясняет романтическую позицию лирической героини Цветаевой:

она предпочитает отказаться от счастливой любви, остановиться на пороге осуществления мечты, потому что в погоне за призрачным счастьем пропадает чудо и неизбежно наступает разочарование.

«Воображение правит миром!»; «И я совершенно не знаю, чем бы я смог быть – в действии» (пер. с фр.) Ах, лучше уехать сразу по приезде, чем видеть, как ты увядаешь, новизна берега…(пер. с фр.) «Я вижу, как в благородной мечте зарождается другая, еще более благородная, что после великой мечты не соглашаешься на меньшую».

Второй раздел первой главы озаглавлен «Роман В. Гауффа и стихотворение М. Цветаевой “Как мы читали “Lichtenstein”». Этот роман – самая любимая книга отрочества М. Цветаевой; М. А. Мейн, мать Марины и Аси, читала его девочкам по-немецки летом 1904 года в Шварцвальде.

Воспоминания об этом лете и, в частности, о чтении матери и легли в основу стихотворения. Об этом чтении рассказывает и А. И. Цветаева в мемуарах.

Действие исторического романа В. Гауффа происходит в 1519 году в Шварцвальде, в Германии. Главный персонаж романа, несчастный скиталец, он же – любимый герой Марины Цветаевой, – герцог Ульрих, подлинное историческое лицо. Гауфф повествует о самом тяжелом времени в судьбе герцога и о не менее трагическом – для его края. Этот романтический герой, благородный и отважный, становится жертвой несправедливости, терпит поражение в конце романа. «Герцог Ульрих так светло-несчастен», – пишет Цветаева, что позволяет ей включить героя в ряд избранных натур и любимых теней. Стихотворение Цветаевой «Как мы читали “Lichtenstein”» из раздела «Детство» можно рассматривать как поздний отклик на то счастливое лето года, когда еще была жива мать. Это своеобразное ностальгическое воспоминание о давнем волшебном чтении, попытка возвращения в то неповторимое шварцвальдское далёко 1904 года, прошедшее «под знаком» романа В. Гауффа.

Третий раздел «Институтские повести Л. А. Чарской и раннее творчество М. Цветаевой» посвящен влиянию на Цветаеву детской писательницы Л. Чарской. Хотя ее повести не принято считать значительным явлением русской литературы, Лидия Алексеевна Чарская была одной из самых любимых писательниц у юных читателей начала XX века. В. Комарницкий, размышляя о причинах популярности Чарской, отмечает: «Мы часто встречаем у Чарской видения, сны, прорицания, гипноз, преступления, цыган, разбойников и владетелей цирка, мучащих несчастного ребенка»14. Излюбленным мотивом Комарницкий В. Л. А. Чарская, как детская писательница. Доклад, читаный на Варшавской выставке образовательных пособий и книг для детей дошкольного и школьного возраста в апреле 1913 г. Варшава, 1914.

С. 3.

многих произведений писательницы является судьба ребенка, его скитания и злоключения, причиной которых становится стечение обстоятельств, несправедливость и жестокость судьбы. Все повести Чарской насыщены мистическими предзнаменованиями, невероятными событиями, таинственными происшествиями и т. п. В них действуют романтические герои, несчастья которых, естественно, вызывают у юного читателя сочувствие и даже слезы.

Многие стихотворения «Вечернего альбома» и «Волшебного фонаря» затрагивают тему героического, а любимые герои Цветаевой – это прежде всего незаурядные личности, романтические по преимуществу, не желающие довольствоваться «серенькой действительностью». Размышления поэта о ранней смерти, гибели в юном возрасте наполняют страницы первой книги стихов и личных писем Цветаевой. Отсюда выглядит закономерным обращение поэта к образу маленькой княжны Джаваха.

Нина Джаваха – грузинская княжна с гордым сердцем и трагической судьбой – героиня целого ряда произведений Л. А. Чарской. Сюжет стихотворения М. Цветаевой «Памяти Нины Джаваха» из раздела «Детство» в “Вечернем альбоме”, – дань памяти княжне. Цветаевский текст, как минимум, опирается на два литературных источника — это повести Чарской: «Записки институтки» (1902) и «Княжна Джаваха» (1903).

Стихотворение Цветаевой выдержано в возвышенно-романтическом духе, весьма близком к стилистике Чарской, почти имитирующем ее. Однако, хотя Цветаева, с одной стороны, и следует за Чарской, с другой, – она самостоятельна. Например, сопоставление смерти ребенка с птицей, метнувшейся в небо из плена клетки, достаточно традиционно, и оно – в контексте повестей Чарской. К тому же в концовке стихотворения Цветаевой есть важные отличия от окончания повести Чарской. Например, пронизывающая текст Цветаевой общехристианская идея радости загробной жизни, связываемая ею с идеей избранничества и имеющая яркую романтическую окраску, хотя и присутствует и в повести Л. Чарской, но звучит там значительно менее остро.

Нельзя не отметить еще одну любопытную деталь: Чарская часто называет свою джигитку Орленком. В контексте «Вечернего альбома» возникает перекличка, параллель, неожиданно связующая героев далеких, на первый взгляд, произведений: герцога Рейхштадтского из драмы французского поэта Э. Ростана и княжну Джаваха из повести русской писательницы Л. А. Чарской.

Необходимо также отметить созвучие судьбы этого литературного персонажа Чарской и самой поэтессы. Важнейшим событием, безусловно наложившим отпечаток на формирование личности и творческую судьбу Цветаевой, стала смерть матери. Мария Александровна Мейн умерла 5 июля 1906 года, когда Марине было всего 13 лет. Опыт раннего сиротства – еще одна черта, приближающая литературную героиню к сокровенному миру души поэта.

Обнаруживает сходство и персонажный ряд стихотворений Цветаевой и произведений Чарской. Принцессы и феи «Вечернего альбома» («Наши царства», «Лесное царство» и т. д.), по нашим наблюдениям, перекликаются с героями «Сказок Голубой феи» Чарской. Стихотворение Цветаевой «Дортуар весной», посвященное гимназической подруге Ане Ланиной, испытывает несомненное влияние институтских повестей Чарской, по мнению некоторых исследователей, хотя «почти не содержит явных референций к какому-либо чужому тексту»15.

В четвертом разделе первой главы «Повесть Евг. Тур “Дети короля Людовика XVI” и стихотворение М. Цветаевой» рассматривается возможная связь между стихотворением “Людовик XVII” и вышеназванной повестью Евгении Тур. Трудно утверждать определенно, стала ли повесть Евг. Тур толчком к созданию цветаевского стихотворения. Однако логично предположить, что в своем интересе к трагической судьбе реального исторического лица она опиралась на знакомое ей художественное произведение, пусть и не слишком высокой пробы. Предполагаем, что литературным источником стихотворения является повесть Евг. Тур16 «Дети Шевеленко И. Литературный путь Цветаевой. М.: Новое литературное обозрение, 2002. С. 45.

Тур, Евгения (псевд.; наст. имя – Елизавета Васильевна Салиас-де-Турнемир (1815 – 1892) – русская писательница, сестра А. В. Сухово-Кобылина. Первые произведения: повесть «Ошибка» (1849), роман короля Людовика XVI». Все книги Евг. Тур были популярны и любимы детьми конца XIX – начала XX вв. В 1930-е гг. в автобиографическом очерке «Черт» (1934) Цветаева, воссоздавая картины детства, вспоминает среди прочих прочитанных ею книг «Катакомбы» Евгении Тур. Была ли ей известна повесть «Дети короля Людовика XVI», в которой речь идет о трагической судьбе детей французского короля Людовика XVI (1754 – 1793) и его жены МарииАнтуанетты (1755 – 1793), казненных республиканцами Мы считаем, что, скорее всего, да. По нашим наблюдениям, именно эта повесть Евг. Тур стала одним из важнейших литературных источников стихотворения М. И. Цветаевой.

Отметим, что целый ряд художественных образов этого стихотворения легко соотносится с текстом Е. Тур. Например, Цветаева характеризует Людовика XVII словосочетанием «замученный дофин», а в книге этот герой постоянно сопровождается эпитетом «несчастный». Вся повесть Тур может быть рассмотрена как хроника последовательных мучений маленького наследника, растущих в геометрической прогрессии. Сюжетно-событийная канва стихотворения также совпадает с ходом повествования произведения Тур.

Поскольку данное стихотворение существует не изолированно, а входит в сборник, то, независимо от воли автора, оно начинает порождать новые оттенки смысла. Прежде всего, будучи характерным стихотворением «Вечернего альбома», оно сразу включается в несколько сюжетных рядов первой книги Цветаевой. Тема страданий юного существа, несправедливой судьбы и детской гибели объединяет «Людовика XVII» с серией стихотворений о ранней смерти, которыми изобилует сборник. Кроме того, «невыразимо-нежные глаза» напоминают и «чей-то взор печально-братский» Орленка, и «недетски-серьезные глаза» Нины Джаваха, и цветаевские строки из других стихотворений, например, «Дети – это мира нежные загадки» («Мирок»); «детский взгляд без смеха» («Сереже»). Людовик XVII, став одним из любимых героев М. Цветаевой, включается в ряд персонажей, особенно характерных для ее первой книги «Племянница» (1850). Известна также как литературный критик. Особой популярностью пользовались книги для детей: «Катакомбы» (1866), «Последние дни Помпеи» (1882) и др.

стихов: исключительных по рождению романтических личностей, несчастных юных страдальцев с трагической судьбой, невинных жертв человеческой жестокости и злого рока.

В пятом разделе второй главы «Героиня романа А. Дюма-сына “Дама с камелиями” и раннее стихотворение М. Цветаевой» предпринято исследование того места, которое занимало в структуре «Вечернего альбома» и в поэтическом мире юной М. Цветаевой имя Маргариты Готье – главной героини романа Александра Дюма-сына «Дама с камелиями» (1848), позже переделанного в пьесу (1852). Роман был очень популярен во второй половине XIX века, а пьеса имела колоссальный успех вплоть до первого десятилетия XX века, отчасти благодаря исполнительнице главной роли — легендарной французской актрисе Саре Бернар17. В III раздел сборника «Вечерний альбом» «Только тени» входит стихотворение с одноименным названием – «Даме с камелиями» – обращенное к героине Дюма. Актриса С. Бернар – исполнительница ролей ростановского «Орленка» и Маргариты Готье – явилась основным связующим звеном между персонажами “Вечернего альбома” и героиней Дюма. А. И. Цветаева вспоминала, как летом 1909 г. ее сестра увидела Сару Бернар на сцене в Париже и обрела нового кумира18.

На наш взгляд, не только превосходная игра великой актрисы стала причиной пристального интереса Цветаевой к этому персонажу Дюма.

«Вечерний альбом» густо населен незаурядными личностями, одинокими, благородными и страдающими, а у Дюма презираемая и отвергнутая обществом Маргарита наделена красотой, талантом, грацией, умом, великодушным сердцем. Очевидно, что подобное трагическое положение «богини полусветской», несоответствие жизни тела и бытия души, «катастрофический союз души и тела» (IV, 169) привлекли к ней Цветаеву, которая всегда стремилась к абсолюту, к гармонии, невозможной без единства внутреннего и См. статью Н. Б. Шаинян: Сара Бернар в русской критике и в восприятии Марины Цветаевой // Лики Марины Цветаевой: XIII Международная научно-тематическая конференция. М.: Дом-музей Марины Цветаевой, 2006. С.

222- 232.

Цветаева А. И. Воспоминания. М., 1984. С. 305.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»