WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Хармса, построенные на навязчивом повторении, ретардирующем становление сюжета, представляют собой несомненные художественные шедевры: (Математик (вынимая шар из головы): Я вынул шар из головы. Я вынул шар из головы. Я вынул шар из головы. Я вынул шар из головы). В качестве частного случая актуализации обсессивного дискурса выделяется функция нарушения постулатов общения. Общеизвестно, что алогизм языка связан с нарушением различного рода постулатов общения. К примеру, тавтология в хармсовских текстах нарушает постулат об информативности, который предполагает, что каждое высказывание должно нести новую информацию (Андр. Семен.: Хоть ты и математик, а честное слово, ты не умён. Математик: Нет, умён и знаю очень много! Нет, умён и знаю очень много! Нет, умён и знаю очень много!);

– функция остранения. Художественный мир Д. Хармса очень жесток – его наполняют разорванные тела, сломанные челюсти, убитые младенцы. Однако читатель не воспринимает эту навязчивую жестокость через призму трагического. Прием повторения, дублирования сюжета, осложненный лексикосемантическими повторами, «остраняет» повествование (Одна старуха от чрезмерного любопытства вывалилась из окна, упала и разбилась. Из окна высунулась другая старуха и стала смотреть вниз на разбившуюся, но от чрезмерного любопытства тоже вывалилась из окна, упала и разбилась. Потом из окна вывалилась третья старуха, потом четвёртая, потом пятая и т.д.);

– функция актуализации экзистенциального мотива одиночества, непонимания (Кока Брянский: Я сегодня женюсь. Мать:

Что Кока Бр.: Я сегодня женюсь. Мать: Что Кока Бр.: Я говорю, что сегодня женюсь. Мать: Что ты говоришь И т.д.);

– функция утверждения сакральных свойств самого письма, которое воспринимается как возможность приблизиться к потустороннему миру, недоступному для сознания обычного человека (не-творца). Структурная организация некоторых произведений Д. Хармса отсылает читателя к поэтике текстов-заклинаний, которая во многом характеризуется лексическими повторами, синтаксическим параллелизмом.

Таким образом, повтор как конструктивный элемент является составляющей поэтики абсурда, которая, в свою очередь, призвана продемонстрировать абсурдность окружающей действительности (Бобров: Ты куда Жена: Туда. Бобров: Куда туда Жена:

Да вон туда. Бобров: Туда или туда; Жена: Нет, не туда, а туда). Реализация тех или иных видов повторов в произведениях Д. Хармса позволяет автору организовывать пространство художественного текста в соответствии с особенностями глубоко индивидуального и нестандартного мировосприятия, сталкивающего достоверность и абсурдность окружающей художника объективной действительности.

В разделе 3.3. «Интертекстуально-пародийная функция повторов в произведениях Д. Хармса» подчеркивается, что произведения Д. Хармса можно рассматривать как специфические игровые тексты с загадочными аллюзиями, не всегда поддающимися быстрой и однозначной расшифровке.

Интертекстуально-пародийная функция плеоназма в текстах Д. Хармса во многом реализуется на уровне 1) философскокультурологической и 2) социально-бытовой направленности его произведений. При этом философско-культурологическая составляющая интертекстуально-пародийной функции повторов последовательно отсылает читателя к тем или иным философским идеям, которые были объектом рефлексии в творчестве писателя, или же к определенным явлениям культуры, под непосредственным влиянием которых происходило формирование его личности.

В «Заключении» представлены результаты проведенного исследования.

Разбивая мир на повторяющиеся элементы, Д. Хармс пытается установить между ними новые – объективные связи. Объективация (остранение, доведенное до предела) становится одной из главных тенденций употребления языкового повтора в создании авторского текста. При этом изначальная установка, характерная для философии чинарей, заставляет автора избегать субъективности – и вследствие этого он пытается свести субъективность восприятия к минимуму. Языковой повтор отражает законы целостности мира сначала в фонетике, а затем и на уровне смысла. Целостность произведения держится на грамматических повторах, на повторениях мотивов, многие из которых восходят к артефактам и, пожалуй, не всегда осознаются самим автором. Своеобразие функционирования повторов, обозначающих артефакты, в эстетической системе Д. Хармса заключается в особой активности употребления этого класса слов, при котором слово-артефакт, повторяясь, выступает в своем номинативном значении, осложненном «семантическими приращениями». Традиционные образы в эстетической системе автора реализуются путем актуализации в словахартефактах индивидуальных эстетических приращений, своеобразие которых обусловливает специфику идиостиля Д. Хармса.

Широта применения, многоаспектность семантической динамики и экспрессивная нагруженность языковых повторов в системе поэтических средств, свойственных идиостилю Даниила Хармса, свидетельствуют о продуктивности данного средства в реализации образных контекстов автора и демонстрируют его богатый эстетический потенциал в языке русского авангарда вообще.

Наряду с традиционными образами и концептуальной лексикой, повторы проявляют свои потенциальные возможности служить типологической приметой стиля авангарда как литературного направления и выражением индивидуального своеобразия идиостиля Даниила Хармса.

Основные положения диссертационной работы отражены в следующих публикациях:

1. Ширяева, О.В. К вопросу о концептуализации и актуализации смысла в художественной картине мира: экспрессия идиостиля как прием [Текст] / О.В. Ширяева // Образование и наука – основной ресурс третьего тысячелетия: Материалы юбилейной международной научно-практической конференции. – Ростов н/Д, 2006. – С. 638–643 (в соавторстве с И.Н. Чаплыгиной).

2. Ширяева, О.В. Типологическая классификация повторов в прозаических текстах Д. Хармса [Текст] / О.В. Ширяева // Объединенный научный журнал. – М., 2006. – № 12 (172). – С. 56–59.

3. Ширяева, О.В. Функции повторов в прозаических текстах Д. Хармса [Текст] / О.В. Ширяева // Языковая картина мира: лингвистический и культурологический аспекты: Материалы III международной научно-практической конференции. – Бийск, 2006. – С. 368–372.

4. Ширяева, О.В. Явление повтора в прозаических текстах Даниила Хармса: опыт локальной классификации [Текст] / О.В.

Ширяева // Образование и наука – основной ресурс третьего тысячелетия: Материалы юбилейной международной научнопрактической конференции. – Ростов н/Д, 2006. – С. 652–657.

5. Ширяева, О.В. Идиостиль Д. Хармса: своеобразие и семантика повторов [Текст] / О.В. Ширяева // Вестник ЮжноРоссийского университета. – 2007. – № 3. – С. 106–111.

*6. Ширяева, О.В. Повтор как показатель идиостиля Д. Хармса: когнитивно-прагматический анализ [Текст] / О.В. Ширяева // Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2008.

– № 5. – С. 108–114.

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»