WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

По Градосельская Г.В. Сетевые измерения в социологии. – М., 2004. С. был проведен расчёт показателей центральности для субъектов ПФО, который показал, что наивысшие значения, независимо от суммарного количества направлений взаимодействия, свойственны регионам «ядерного» и близкого к ним типов (Самарской и Нижегородской областям, Республике Татарстан). При этом эквивалентность акторов (схожесть ролей, выполняемых в сети), оцененная в исследовании согласно формуле Евклидова расстояния (Берт, 1987)9:

g [(x - x )2 + (xki - xkj )2 ] ik jk dij=, для i  k, j  k (2), k =может быть одинаковой как у «периферийных», так и у «полупериферийных» регионов, т.к. интенсивность взаимодействия здесь носит вторичный характер.

В-четвертых, автор посчитал методологически целесообразным дополнить перечень полученной информации при анализе графа, определением в ходе расчета центральности того, 1) какие из потоков товаров монопольно контролируются вершинами (регионами), 2) какие акторы явно конкурируют за право «контроля». Сделано это было на примере лидеров по показателю степени центральности: Нижегородской, Самарской областей и Республики Мордовии (см. табл.1).

Полученные результаты указывают на наличие в ПФО кооперационных моделей взаимодействия, контролируемых монопольно одним регионом, (в качестве примера, Нижегородская область является единственным крупным посредником взаимодействий Республики Башкортостан и Чувашии, а также Республики Татарстан и Пензенской области), что, в свою очередь, свидетельствует о низкой степени развитости межрегионального сотрудничества и достаточно весомой роли столицы округа в сети товарооборота.

По Градосельская Г.В. Указ соч. С.Таблица Монополистические и конкурирующие позиции регионов Код Кол-во Кол-во кратчайших путей между Код Кол-во Кол-во кратчайших путей между потока крат-их вершинами nj и nk, которые потока крат-их вершинами nj и nk, которые между путей контролируются между путей контролируются двумя между двумя между Респ. Нижегоро Самарской Респ. Нижегород Самарск верш-ми верш-ми верш-ми верш-ми (n j - n k) nj и nk, Мордовия дской обл. (n j - n k) nj и nk, Мордовия ской обл. ой обл.

g jk gjk(n 3) обл. gjk(n 12) g jk gjk(n 3) gjk(n 9) gjk(n 12) gjk(n 9) 1-2 2 0 1 0 5-11 (1) 0 0 (1) 1-3 3 - 1 1 5-13 2 0 0 1-4 2 0 1 0 5-14 2 0 0 1-5 2 0 0 1 6-7 2 0 1*0,5 1-6 (1)10 0 (1) 0 6-8 2 0 1 1-13 2 0 0 0 6-10 2 1*0,5 1*0,5 1-14 [2]11 0 [1] [1] 6-11 [2] [1] [1] 2-5 1 0 0 0 6-12 [2] [1] [1] 2-7 1 0 0 0 6-13 (1) (1) 0 2-10 2 0 0 0 6-14 [2] [1] [1] 2-11 [2] [1] [1] 0 7-9 2 0 - 2-12 [2] [1] [1] - 7-10 1 0 0 2-13 (1) (1) 0 0 7-11 1 0 0 2-14 3 1 0 0 7-12 1 0 0 3-4 3 - 1 0 7-13 3 0 0 2*0,3-5 (1) - 0 (1) 7-14 3 0 2*0,5 3-7 4 - 2*0,5 2*0,5 8-10 1 0 0 3-8 2 - 1 0 8-11 2 0 1 3-10 1 - 0 0 8-12 2 0 1 4-6 2 0 1 0 8-13 4 1*0,5 3*0,5 2*0,4-7 1 0 0 0 8-14 2 0 1 4-10 1 0 0 0 9-10 1 0 - 4-11 (1) 0 (1) 0 9-13 3 1 - 4-12 3 0 1 - 10-11 2 0 4-13 4 1*0,5 1*0,5 2*0,5 10-12 3 0 0 5-6 3 1*0,5 1*0,5 2*0,5 10-14 4 0 0 3*0,5-7 3 0 0 1 11-14 [3] [1] [1] [1] 5-8 1 0 0 0 13-14 [2] [1] 0 [1] 5-9 2 0 - Круглыми скобками ( ) в таблице обозначены выявленные позиции монопольного контроля регионом потока между вершинами n j и n k.

Квадратными скобками [ ] в таблице отмечены позиции конкурирующих регионов за контроль потока между вершинами n j и n k.

В-пятых, проведенный сетевой анализ взаимодействия регионов ПФО с регионами Центрального федерального округа (см. рис.1) позволил судить о том, что нет веских оснований связывать уровень развития субъекта РФ с показателями его активности в сети межрегионального взаимодействия. Скорее более значимым здесь является степень проявления социальнотерриториальных факторов, в том числе и на уровне межличностной коммуникации.

Ко Вл Яр 14  Мо М Бр 13  Та Ря Во  Тв Ту Рис. 1. Схема взаимодействия (товарооборот) субъектов Приволжского федерального округа с Центральным федеральным округом.

М – Москва; М0 – Московская область; Бр — Брянская область; Во — Воронежская область; Вл — Владимирская область; Ко — Костромская область; Ря — Рязанская область; Та — Тамбовская область; Тв— Тверская область; Ту — Тульская область;

Яр — Ярославская область.

1 — Республика Башкортостан; 2 — Республика Марий Эл; 3 — Республика Мордовия; 4 — Республика Татарстан; 5 — Удмуртская Республика; 6 — Чувашская Республика; 7 — Пермский край; 8 — Кировская область; 9 — Нижегородская область; 10 — Оренбургская область; 11 — Пензенская область; 12 — Самарская область; 13 — Саратовская область; 14 — Ульяновская область.

В-шестых, в качестве социально-территориальных оснований межрегионального взаимодействия были определены территориальная самоидентификация, территориальный менталитет, региональные интересы.

Социологический анализ названных факторов позволил судить о том, что:

• Центральность Нижегородской области, задающая вектор сотрудничества с другими регионами, по оценке экспертов, во многом рефлексируется в самой идентификации населения: для нижегородцев привычна ассоциация себя со всем Приволжским федеральным округом (это определяет высокий уровень активности взаимодействия); что касается жителей малого города Сызрани, то здесь, напротив, определение «мы-округ», сменяется отгораживанием и неучастием «округ – это где-то там - в Нижнем, а мы ассоциируем себя с Самарской областью». При этом «размах» территориальной идентичности «волжан» во многом зависит от интенсивности, дальности перемещений и собственных коммуникативных практик жителей.

• Важными идентифицирующими факторами, конструирующими смысл территориальной идентичности, выступают различные типы символов территории: на уровне округа — природно-климатические («Волга», «уникальная природа Поволжья», «Самарская Лука»); на областном уровне — символы выражаются достаточно слабо, но на первое место выходят административно-политические («губернатор Шанцев», «губернатор Титов»12, «областная Дума», изображение герба Самарской области «серебряный козел с золотыми рогами»); на уровне города — чаще других торгово-промышленные и культурные («кошелек», «крупнейшая ярмарка России», «старинный русский город, оплот православия» (Н. Новгород); «центр машиностроения, космической промышленности», «железнодорожный вокзал европейского класса», «богатейшие культурные традиции, многоконфессиональность» (Самара); «крупнейший транспортный узел Поволжья», «помидорная столица России», «провинция» (Сызрань)).

• В сознании людей, по мнению экспертов, существует во многом К.А. Титов - губернатор Самарской области с 1991 года по 2007 год.

противоречивое видение, что в основе территориально-административного деления страны, в первую очередь, должен лежать природно-климатический критерий, т.к. он на протяжении многих лет формирует идентичность населения тех или иных природных ареалов, закладывает отличительные ментальные характеристики. Это объясняет когда-то настойчивое желание руководства Пермского края (ментально тяготеющего к Уралу) перейти в состав Уральского федерального округа. Взаимодействие данного региона носит явно выраженное направление потоков в сторону УФО. Именно принадлежность к Волге Волгоградской и Астраханской областей, Калмыкии не раз заставляла экспертов оговариваться, относя эти регионы к ПФО и признать, что во многом этот политический шаг объясним, но «уж особо чувствуется внутренняя неорганичность подобного деления»13.

• В действительности большое значение для характера межрегионального взаимодействия имеет региональный менталитет. Среди отличительных качеств жителей города Сызрани отмечены хозяйственность, сопряженная со стремлением к закрытости, обособленности, ориентация за защиту своей территории, сохранения своего собственного уклада (около 1/4 экспертов);

уверенность в завтрашнем дне, граничащая с самоуверенностью, «здесь мы у себя дома и можем обо всем договориться, всё уладить» (примерно 1/опрошенных экспертов), переходящая в панибратство, сопровождающееся сплетничеством – «яркой отличительной чертой сызранцев» (по мнению, порядка 1/4 экспертов). Иначе характеризуют себя жители областного центра Самары: в высказываниях практически всех экспертов прозвучало выражение «гордость за свой край, за свой город», при этом чувство это аналогично с жителями малого города, приводит их к самодостаточности, безразличию и спокойствию, являющимися следствием как природно-климатических, исторических, так и уже ментальных особенностей самарцев (гостеприимства и религиозной терпимости). Кардинально отличается ситуация с территориальным самосознанием в Н. Новгороде. Определяя отличительные Волгоградская, Астраханская области, Республика Калмыкия, согласно реформе 2000 года, входят в состав Южного федерального округа.

особенности нижегородцев более половины экспертов, затруднились с ответом вообще; 1/3 указала на то, что ничего не выделяет население Нижегородской области от остальных россиян. Также среди прочих ответов приводились и дихотомические характеристики: «европейский менталитет», «консерватизм, наряду с пассивностью». Сказанное выше позволяет судить о том, что в рамках одного округа можно проследить тенденции рассеивания «ядра» самоидентификации, ярко проявляющейся на периферии, и становящейся практически не определяемой ближе к «центру».

• Каждая общность при этом характеризуется определенными территориальными интересами. В данном случае представления населения о состоянии, целях и путях развития территории своего проживания (города, области, края, округа) определяют направления и интенсивность взаимодействия. В нашем исследовании мы предложили экспертам назвать наиболее актуальные городские проблемы. Существенным образом разнились качественные характеристики указанных проблем, свойственных «периферийному» городу и областным центрам. В первом случае чаще других озвучивались проблемы ограниченности денежных средств для решения «насущных» социально-бытовых вопросов: ремонта дорог, совершенствования системы ЖКХ, ремонта школьных помещений, закупки оборудования для городской больницы, обновления транспортного парка и другие. Во втором случае, сам порядок проблем выводился на уровень стратегических аспектов управления всех сфер общественной жизни: демографическая ситуация, проблемы борьбы с коррупцией, необходимость повышения уровня культуры жителей города, реформа системы образования, миграционное регулирование и т.д.,- проблем, решение которых требует привлечения потенциала регионовсоседей (реализации открытой модели взаимодействия), а не только налаживание отношений с областным центром, определяющим размер дотаций, что свойственно центрированной модели.

В Заключении автор подводит итоги проведенного исследования и приходит к выводу, что в России на сегодняшний день, главным образом в следствии неизученности, практически не используется ценнейший потенциал межрегионального взаимодействия, способный дать значительное повышение уровня социально-экономического развития регионов.

Выявленные социально-территориальные основания межрегиональной интеграции важны при изучении характеристик и тенденций коллективного сознания, поведения проживающих на одной территории людей, т.к. во многом определяют тип модели взаимодействия. Автору удалось проследить ряд закономерностей, учёт и дальнейшее исследование которых, будет способствовать объяснению и более глубокому пониманию факторов, препятствующих развитию межрегионального взаимодействия, позволит скорректировать подходы к стратегическому планированию на уровне федерального округа.

В данной работе акцент сделан на изучении социально-экономических последствий социально-территориальных изменений, произошедших на рубеже XX-XXI веков, что представилось возможным благодаря ретроспективному анализу, основанному на мнении экспертов. Однако автор видит важность социологического анализа, способного дать прогноз направлений и интенсивности действий неформальных институтов (например, формирование естественно сложившихся моделей межрегионального взаимодействия) в будущем, например, при планировании социальных рисков и «социального противодействия» в рамках курса Правительства РФ по искусственному формированию «точек роста» - регионов-локомотивов в социальноэкономическом развитии страны.

III. ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ Публикации в журналах, включенных в перечень изданий ВАК 1. «Актуальные проблемы экономической социологии» («круглый стол») // Социология. 2008. №1. - 0,1 п.л.

2. Серебрякова С.В. Моделирование региональной структуры современного российского общества (на примере Приволжского федерального округа) // Регионология. 2008. №4. - 0,53 п.л.

3. Cеребрякова С.В. Макрорегион: социологический анализ моделей взаимодействия субъектов РФ (на примере Приволжского федерального округа) // Вестник Башкирского государственного университета. 2009. №1. - 0,55 п.л.

Публикации в сборниках научных трудов 4. Серебрякова С.В. Социально-экономические особенности приграничного межрегионального взаимодействия // XVI Уральские социологические чтения:

Социальное пространство Урала в условиях глобализации – XXI век:

Материалы международной научно-практической конференции (Челябинск, 7-апреля 2006 года): В 3 ч. / Отв. ред. С. Г. Зырянов. Ч.II. Челябинск: Центр анализа и прогнозирования, 2006. - 0,54 п.л.

5. Серебрякова С.В. Социологический подход к изучению межрегионального взаимодействия в современной России: постановка проблемы // Материалы XIII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Том I. М.: Изд-во МГУ, 2006. - 0,16 п.л.

6. Серебрякова С.В. Методология изучения социально-территориальных неравенств в системе межрегионального взаимодействия // Тезисы докладов и выступлений на Всероссийском социологическом конгрессе «Глобализация и социальные изменения в современной России»: В 16т. Т.10. Социология девиантного поведения. Социология регионального и городского развития.

Социология религии. М.: Альфа-М, 2006. - 0,07 п.л.

7. Серебрякова С.В. Социально-территориальные иерархии российской региональной структуры // Актуальные проблемы экономической социологии:

Сборник научных трудов студентов, аспирантов и преподавателей [Под общ.

ред. Н.Р. Исправниковой, М.С. Халикова]. Вып. №8. М.: Университетская книга, 2007. - 0,38 п.л.

8. Серебрякова С.В. Социально-территориальные неравенства как среда межрегионального взаимодействия в современной России // Материалы XIV Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов» / Отв. ред. И.А. Алешковский, А.И. Андреев. Том III. М.:

Издательство МГУ, ИТК «Дашков и К», 2007. - 0,17 п.л.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»