WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

В первом параграфе прослеживается история создания детских «потешных» отрядов, которая традиционно отсчитывается с 8 января 1908 г., когда Николай II повелел «завести в деревнях обучение детей в школах строю и гимнастике запасными и отставными унтер-офицерами за малую плату»70.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 3. Д. 4604. Л. 1. (Подлинная записка Николая II сохранилась в деле, текст её заверен А.Ф. Редигером.) В Военном министерстве начался сбор сведений и разработка данного вопроса, высочайшая воля нашла отклик и в обществе. Весной 1908 г. инспектор народных училищ Бахмутского уезда Екатеринославской губернии А.А. Луцкевич организовал батальон из учеников четырёх одноклассных начальных училищ. Через год он доложил об успехах детей военному министру, который представил доклад императору. После одобрения императора отряды «потешных» стали создаваться повсеместно как частными лицами, так и при учебных заведениях и воинских частях. В 1910 г. воинским частям было предписано оказывать этим отрядам «полное и всестороннее содействие», заявлена и цель их создания – подготовка к военной службе. Министерство взяло на себя разработку программы требований к подготовке «потешных», предоставление помощи при выборе инструкторов и преподавателей, а также мест для проведения занятий. Все затраты должны были производиться исключительно за счёт частных пожертвований.

В феврале 1911 г. при Главном штабе создана Особая межведомственная комиссия под председательством генерал-лейтенанта Л.В. Леша. Комиссия разработала «Положение о подготовке молодёжи к военной службе в учебных заведениях и вне их», однако июля 1911 г. Николай II утвердил лишь часть этого документа – «Положение о внешкольной подготовке русской молодёжи к военной службе». Другим направлением работы комиссии стала разработка вопросов финансового обеспечения. Согласно составленной к лету 1912 г. смете, на сооружение помещений, их оборудование, закупку снарядов, деревянных ружей и т.п. из казны требовалось единовременно 25 491 388 рублей и далее ежегодно 6 806 697 рублей.

В июле 1911 г. и в июле 1912 г., согласно воле императора, в столице были проведены два смотра «потешных».

7 июня 1913 года Николай II возложил общее наблюдение за постановкой дела физического развития подрастающего поколения и преподавания гимнастики и военного строя в мужских учебных заведениях всех ведомств, а также принятие надлежащих мер к объединению деятельности частных учреждений и обществ, имеющих целью физическое развитие населения, на генерал-майора В.Н. Воейкова, изъяв, таким образом, этот вопрос из ведения Военного министерства71. Что же касается судьбы «потешных», то эти организации постепенно прекращали свою деятельность.

Во втором параграфе рассматривается деятельность «потешных» организаций:

анализируются их численность, программы обучения, проблемы, связанные с воспитанием патриотизма и национальным вопросом, отношение общественности к этим организациям.

Сохранившиеся сведения о численности «потешных» не носят систематического сводного характера, и, видимо, не охватывают все организации (процесс создания и исчезновения рот и дружин шел постоянно и сильно зависел от местных условий – материальных и иных, что не всегда отражалось в документах). К началу 1911 г.

численность детей, состоявших в «потешных» организациях, составила около 10 человек72. По сведениям Ю.В. Кудряшова, численность «потешных» в 1912 году доходила до 70 000 человек73.

Создание «потешных» отрядов на местах носило спонтанный характер, организаторы рот и дружин, пытаясь регламентировать процесс, создавали руководящие документы. Среди них – многочисленные программы обучения, которые позволяют составить представление о том направлении, в котором предполагалось воспитывать «потешных». Первую из них выработал А.А. Луцкевич на основе строевого пехотного устава и наставления для обучения гимнастике. Он же составил сборник рассказов для патриотического воспитания. Аналогичные программы создавались в ведомствах, РГВИА. Ф. 2000. Оп. 2. Д. 800. Л. 94.

РГВИА. Ф. 2000. Оп. 2. Д. 794. Л. 207–208.

Кудряшов Ю.В. Ук. соч. С. 93. Сам Ю.В. Кудряшов ссылается на «Педагогический листок» (Кн. 2. С. 141.

1912) занимавшихся организацией отрядов, в отдельных военных и учебных округах.

Программы предоставлялись в комиссию Л.В. Леша, которая, в свою очередь, выработала собственный вариант. Обучение «потешных» включало 4 раздела: словесные занятия («словесность»), военный строй, гимнастика и полевые занятия. Почти все программы, учитывая цель создания «потешных», основывались на руководящих документах военного ведомства. Формулировки программ значительно отличались друг от друга и не всегда точно соответствовали положениям «Строевого устава», «Устава внутренней службы», «Наставления для обучения войск гимнастике» и др. Анализ программ показывает, что, к сожалению, при их выработке не всегда учитывались особенности работы с детьми, обучение часто сводилось к строевым занятиям и гимнастике.

Одной из основных задач воспитания «потешных», декларированной в Положении 1911 г., являлось патриотическое воспитание. Патриотизм трактовался в имперском духе, под служением Отечеству понималось именно служение царю и династии как символам русского государства. Возможно, с этим связана и негативная реакция на движение части интеллигенции, ставившей выше указанных символов служение абстрактным идеям (свободы, гуманизма, равноправия, в частности, национального) и воспитание «гражданственности», т.е. буржуазные ценности. Движение критиковалось как «милитаристское», «солдафонское», ему приписывались ограничения на прием в отряды по национальному признаку. С другой стороны, методы воспитания, применявшиеся в отрядах, не были подробно разработаны (в отличие от программ по гимнастике и строю), обычно это были беседы, по своему содержанию редко выходившие за рамки «Учебника для нижних чинов». Таким образом, воспитание патриотизма оказалось наиболее слабо разработанным и практически не реализованным пунктом программ.

По мысли Николая II, обучение военному строю и гимнастике следовало ввести в деревнях, дабы подготовить к службе основной контингент призывников. «Потешное» движение, следует признать, не смогло справиться с этой задачей – роты и дружины были организованы в основном в городах и преимущественно при начальных и средних учебных заведениях (в некоторых из которых преподавание гимнастики велось с конца XIX в.). Местными центрами для объединения усилий по организации обучения детей на начальном этапе (до выхода Положения 1911 г.) часто становились воинские части, и существование этих организаций зависело от энтузиазма офицеров, их личных средств и средств воинских частей. Находясь в летних лагерях, эти части могли собирать деревенских детей для занятий, но это обуславливало кратковременность существования создаваемых ими отрядов.

Военное ведомство, более других заинтересованное в создании «потешных», из-за хронической нехватки средств (не следует забывать, что в 1910-х гг. были предприняты масштабные военные реформы) не могло финансировать процесс создания «потешных» рот и вынуждено было фактически устранить воинские части от несения расходов, связанных с содержанием и обучением детей. После 1911 г. во многих регионах (Туркестанский, Кавказский военные округа) в соответствии с духом Положения 1911 г.

«потешные» роты при воинских частях прекратили свое существование, а общественные и иные организации были не в состоянии их содержать. Другим ведомствам, в частности Министерству народного просвещения, удалось продвинуться дальше: они нашли средства на то, чтобы ввести обучение строю и гимнастике в программы своих учебных заведений, что, помимо прочего, способствовало исчезновению «потешных» (в первую очередь внешкольных).

Большой объем затрат, необходимых для введения обучения строю и гимнастике во всех учебных заведениях, привел к замедлению решения этого вопроса в Совете министров. Из документов, разработанных комиссией Л.В. Леша, было принято только «Положение о внешкольной подготовке», не требовавшее никаких государственных затрат. Следует отметить, что введение обучения гимнастике и строю даже во всех учебных заведениях не решило бы окончательно проблемы, так как значительная часть детей не обучалась в них.

После выхода в 1911 году «Положения о внешкольной подготовке русской молодёжи к военной службе» ситуация с организацией «потешных» рот, которая должна бы была упроститься и упорядочиться, на деле ещё больше усложнилась. Так, например, согласно Положению, «потешные» организации могли появляться только с разрешения градоначальника или губернатора (возможно, появление подобной формулировки в Положении связано с опасениями государственных чиновников, что создание детских отрядов подготовит кадры для националистических и революционных движений). Это создавало ряд трудностей, поскольку в некоторых случаях подразумевало прямое подчинение состоящих на службе высших воинских чинов и командиров воинских частей губернским административным властям.

Несмотря на указанные недостатки, следует отметить, что опыт создания «потешных» организаций был использован в дальнейшем, в частности, при создании программы «мобилизации спорта» В.Н. Воейкова, в годы расцвета движения сформировались и первые русские скаутские организации, которые пытались добиться похожих целей, используя иные принципы работы.

Во второй главе рассматривается русское скаутское движение.

В первом параграфе анализируются вопросы его возникновения и развития в России.

Основоположником скаутизма74 считается английский генерал Роберт БаденПауэлл. Идея создания новой воспитательной системы зародилась у него во время англобурской войны, во многом на основе его опыта как разведчика.

В России первые скаутские отряды появились уже в 1909–1910 гг. Причём идеями этого нового движения заинтересовались независимо друг от друга разные люди. Одним из первых был полковник 1-го лейб-гвардии Его Величества стрелкового полка О.И. Пантюхов, который и считается «отцом» русского скаутизма. Весной 1909 г.

Пантюхов организовал в Царском Селе первый отряд скаутов (этот отряд принимал участие во втором смотре «потешных» в августе 1912 г.). Практически одновременно с О.И. Пантюховым участник русско-японской войны, известный спортсмен штабсротмистр Г.А. Захарченко, посетивший весной 1910 г. по поручению Московского общества содействия физическому развитию (МОСФР) Францию, Германию и Англию, где знакомился с опытом первых скаутских организаций, создал в апреле того же года в Москве «отдел юных разведчиков» при МОСФР. Однако уже в сентябре 1911 г.

Захарченко был командирован в Персию в качестве старшего инструктора персидской кавалерии, где оставался до лета 1914 г.75 Приблизительно в то же время, в 1910 г., в столице преподаватель латинского языка 1-й Петербургской гимназии В.Г. Янчевецкий сформировал «Легион юных разведчиков»76, который возглавлял до начала 1913 г., когда уехал из России в Турцию.

Летом 1914 г. О.И. Пантюхову удалось провести через все необходимые инстанции устав Общества содействия мальчикам-разведчикам «Русский скаут»77. Он был утверждён 26 августа 1914 г., а первое заседание прошло 16 сентября. На этом заседании председателем общества был выбран вице-адмирал И.Ф. Бострем, вице-председателем – полковник О.И. Пантюхов, секретарём – В.Ф. Мольденграуер (затем Я.Н. Репнинский, Что касается терминов «скаутизм» и «скаутинг», используемых в работе, этими словами обозначается одно и тоже явление – совокупность теоретических основ скаутской системы воспитания и практической методики её реализации. Дело в том, что в начале ХХ века различали эти два понятия, обозначая термином скаутинг только теоретические положения системы. Среди современных исследователей скаутского движения эти термины, как правило, используются как синонимы.

РГВИА. Ф. 409. Оп. 1. Д. 150534. П/с №100-105 (1917г.).

Жуков И.Н. Русский скаутизм. С. 9.

Пантюхов О. О днях былых. С. 216.

затем И.Н. Жуков), казначеем – А.Ф. Целибеев (затем Я.Н. Репнинский), а членами комитета – Э.П. Цытович, Я.Н. Репнинский и Г.А. Эш78.

С самого начала распространения теории скаутинга стали появляться книги и статьи на эту тему. Со временем пришло сознание того, что, несмотря на все достоинства скаутинга Баден-Пауэлла, было бы ошибкой просто скопировать его идеи, не адаптировав их к русским реалиям. К 1914 – 1915 гг. возникла настоятельная необходимость организации общего съезда всех скаутмастеров и людей, интересовавшихся скаутизмом и желавших оказать содействие его скорейшему распространению в России. При разработке теоретических основ движения не могли не возникнуть споры по основным положениям.

Обсуждение этих спорных вопросов состоялось на I и II съездах по скаутизму, прошедших соответственно в декабре 1915 г. и в декабре 1916 – январе 1917 гг. в Петрограде. Именно в ходе этих съездов произошла выработка теоретических основ русского скаутинга.

На первом съезде было создано две комиссии. Одна для рассмотрения формы бумаг и общих порядков отрядов, установления перечня специальностей, программ знаний и испытаний. И вторая – чтобы подготовить ко 2-му съезду следующие вопросы:

форма одежды скаутов, издание центрального печатного органа, издание трудов съезда с включением в них полностью всех прочитанных на съезде докладов, установление срока созыва второго съезда и др.79 Признано необходимым объединение всех скаутских обществ во Всероссийский Союз при полной автономности каждого из них; в основу устава скаутских организаций был положен нормальный устав обществ физического развития и спорта при условии подробного указания главнейших целей и задач скаутизма в § 1 Устава, существующим организациям было предложено принять его. Съезд обратился к государственным чиновникам с просьбой о содействии делу скаутизма. Ряд решений съезда касался системы занятий. На съезде были приняты тексты «молитв разведчика», «Законов разведчиков», «Заповедей разведчиков» и «Обычаев разведчиков»80.

Среди решений второго съезда следует отметить переработку содержания скаутских законов и изменение их количества с 10, как у Р. Баден-Пауэлла, до 12. Обычаи юных разведчиков стали играть вспомогательную роль комментария к законам.

Участники съезда призывали к распространению скаутских лагерей, обещали оказывать помощь вновь создаваемым отрядам; также они пришли к выводу, что в отечественной организации скаутмастер – это не должность, а звание; скаутмастерам предоставлялось право свободного выбора скаутской организации для своей деятельности81. Третий же съезд, намеченный на конец 1917 г., так и не состоялся.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»