WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

“purpose”, “plan”, “motive”; в) существительные, родовым для которых является слово «карьера»: “career”, “perspective”, “achievement”, “capacity”, “competence”; г) «рассматриваемые вопросы»: “question”, “problems”, “issues”; д) «заявление», «мнение»: “remark”, “comment”, “answer”, “message”, “point”, “vision”, “ideas”; е) «помощь»: “help”, “aid”, “assistance”; ж) существительные – термины конкретного дискурса, но не медиадискурса: “language”, “discourse”, “figure of speech”, “adjective”.

2) Ко второй группе принадлежат существительные, оказывающие воздействие через обозначение понятия, воспринимаемого на рационально-эмоциональном уровне. Единицы данной группы совмещают в своей семантике такое соотношение денотативно-сигнификативного и коннотативного значений, которое позволяет в каждом отдельном случае выделить приоритет денотативно-сигнификативного значения. В собранном материале удалось выделить следующие семантические классы: а) существительные, группирующиеся вокруг понятий «стимул – сдерживание»: “impetus”, “constraint”, “stumble”, “challenge”; б) «превосходство»: “success”, “advantage”, “popularity”, “leadership”; в) «заявление / оценка»: “allegations”, “retorts”, “accusations”; г) «истинность - ложность»: “untruth”; д) существительные, обозначающее «умеренное» психоэмоциональное состояние личности:

“concern”, “sympathy”, “discontent”, “cheers”.

3) Третья группа представлена существительными, оказывающими воздействие через обозначение понятия, воспринимаемого на квази-психоэмоциональном уровне. В значении описываемых в этой группе существительных коннотативный компонент преобладает над денотативно-сигнификативным.

Восприятие существительных данного уровня оказывается слабее, чем подобное воздействие имен прилагательных, т. к. существительное как бы впитывает в себя ряд признаков, ассоциирующихся с обозначаемым понятием, становясь закрытым конгломератом данных признаков: а) существительные, для которых родовым словом является «оскорбление»: “umbrage”, “assault”, “slander”; б) «упадок»:

“crisis”, “degradation”; в) «сила, власть»: “might”, “power”; г) «агрессия»: “aggression”, “rancor”, “damage”, “threat”, “terror”; д) «смерть/несущий смерть»: “peril”, “cleansing”, “fanatic”. Так же, как и в случае с прилагательными, в данной группе выделяется категория существительных, являющихся основными концептами медиадискурса: “state”, “government”, “conservatives”, “president”, “enemies”, “administration”.

4) В четвертой группе находятся существительные, оказывающие воздействие через обозначение понятия, воспринимаемого на иррациональном уровне. В данную группу входят существительные, передающие стилистически маркированный компонент значения. Воздействие на иррациональном уровне достигается за счет употребления в медиатексте дерогативной лексики: “stud” в “bearded stud” (о Бен Ладене), “idiot” в “mentallydisturbed idiot” (о каждом, кто поддерживает Обаму) и т. д. К описываемой группе принадлежат абстрактные существительные, обозначающие собирательный образ добра и зла: “God”, “heaven”, “Satan”, “hell”. Стилистический эффект также достигается посредством переноса значения, появляющегося в атрибутивной группе благодаря сочетанию существительного и прилагательного, например, (psychological) “scars”, (economic) “headwinds”.

Сочетания прилагательных и существительных, находящихся на том или ином уровне шкалы восприятия признака, образуют различные по силе воздействия неабсолютные импакторы.

Выделяются три группы сочетаний по способу распределения в них воздействующего потенциала: 1. По равнозначному распределению воздействующей силы, когда и существительное, и прилагательное относятся к одному уровню, например, уровню рационального восприятия «1-1»: “practical matter”, “identical proposal”, “current practice”. 2. Адъективно-доминирующие, в которых имя прилагательное находится на уровне, наиболее приближенном к собственно-иррациональному: “outraged reaction”, “dangerous materials”, “grim arithmetic”. 3. Номинативно-доминирующие, в которых имя существительное находится на уровне, наиболее приближенном к иррациональному: “clear danger”, “telling meltdown”, “useful rot”. Результаты исследования показали, что в тексте газетного политического комментария количество неабсолютных импакторов, в которых оба или один компонент принадлежат уровню иррационального восприятия, значительно превосходит количество неабсолютных импакторов, в которых составляющие компоненты воспринимаются рационально.

Слова, воспринимающиеся на рациональном уровне, лежат в основе такого механизма воздействия как убеждение, а те, которые воспринимаются на иррациональном уровне, составляют основу таких механизмов воздействия как суггестия (внушение) и провоцирование (заражение). В реферируемом исследовании доказывается, что большая часть текста газетного политического комментария воспринимается реципиентом неосознанно. Более того, полученное сообщение расценивается им как естественное и неизбежное (оно получено – обратное невозможно). Читатель имеет право соглашаться или не соглашаться с ним, но оно фиксируется в сознании именно в той форме, в какой было «закодировано» отправителем и теперь становится частью его картины мира. Другими словами, интенция автора вызвать, спровоцировать определенное отношение, состояние может 1) реализоваться полностью и 2) реализоваться частично, но совсем не реализоваться она не может. При длительной и цикличной реализации какой-либо интенции, что характерно для средств массовой коммуникации, вызываемое состояние, отношение может прочно укореняться в сознании получателя определенного продукта средств массовой информации, каковым является политический комментарий.

В главе 3 «Функционирование неабсолютных импакторов в тексте современного англоязычного политического комментария» рассматривается потенциал двух типов неабсолютных импакторов – единичных и множественных. Под единичными неабсолютными импакторами понимаются сочетания, дающие единичную комплексную номинацию, например: “The president has fewer than half his appointments in place to advance his historically unprecedented agenda” [R.Tyrell.Carousel of Incompetence // www. washtimes.

com/news/2009/aug/28]. Множественные неабсолютные импакторы представляют собой комбинацию тех или иных единичных импакторов, которые, выполняя точечную, индивидуальную функцию, вместе реализуют суммарную, комплексную функцию обозначения некой ситуации действительности: “ Often enough the test of a presidential candidate – and of a president – is not how he responds to the great issues or reacts in the great crisis but whether he will yield to the petty irritations of politics [P. Greenberg. Pigs, Lipstick and Context //www.washtimes.com/news/ 2008/sep/20]. Употребление в одном высказывании такого импактора, как “a presidential candidate” наряду с “the great issues”, “the great crisis” является привычным для читателя, поскольку последние составляют вопросы, с которыми обычно сталкивается глава государства, а неабсолютный импактор “the petty irritations” противопоставляется им и обращает на себя внимание в силу того, что, соотносясь с первым неабсолютным импактором, вызывает сомнения по поводу способности будущего президента справляться с незначительным раздражением, не говоря уже о серьезных политических вопросах. Иными словами, все употребленные неабсолютные импакторы выполняют функцию скрытого воздействия, создавая и «транспортируя» «нужный» образ будущего президента в общественное сознание.

Газетный политический комментарий призван создавать образы ключевых политических фигур, общественно значимых ситуаций посредством интенционального отбора и организации языковых единиц, максимально удовлетворяющих данной цели в соответствии с политической платформой отдельного медиаиздания.

Неабсолютные импакторы, используемые для создания образа политического деятеля, чаще всего выполняют следующие функции:

обозначение и характеристика данного ключевого образа (“Young Hope”, “high-minded Mr. Obama”), обозначение понятий, соотносимых с его профессиональной деятельностью, и ее характеристика (“soakthe-rich plan”, “uncertain start”, “bad motives”), обозначение и характеристика ситуации, соотносимой с ним / с ней (“bottomless bog”, “unpleasant realities”), обозначение класса лиц, прямо или косвенно соотносимых с ключевой фигурой (“American presidents”, “adoring crowds”, “rattled handlers”) и т. д.

Объединенные неабсолютные импакторы непредикативного и предикативного типов составляют основу высказывания, т. е.

являются своего рода каркасом для реализации и вербального оформления мысли, происходящей от потребности автора сформировать у читательской аудитории «нужный» образ и, как следствие, отношение к нему. В исследуемом материале было выявлено высказывание, содержащее десять неабсолютных импакторов: “Well, after Goforth’s e-mail, after “Barack the Magic Negro”, and John McCain’s campaign worker blaming a fictional black man for a fictional mugging, and a party official in Texas renaming the executive mansion “the black house” and an official in Virginia claiming Obama’s presidency would see free drugs and “mandatory black liberation theology”, and a Republican activist in S. California calling an escaped ape one of Michelle Obama’s “ancestors”, it seems wholly fair to me” [L. Pitts.

The Repugnant Party When It Comes To Race//www.chicagotribune.com/news/oinion/chiоped0623pittsjun23,0,962.story]. Такие неабсолютные импакторы, как “Magic Negro”, “fictional black man”, “black house”, “escaped ape” являются прямым обозначением расовой принадлежности президента, а, более того, неприкрытым оскорблением его как человека и личности.

Практически все они могут быть описаны как яркие образные единицы, причем, собранные в один ряд, они несут «зашкаливающее» по силе воздействие на реципиента и могут вызвать многочисленные психосоматические реакции (расширение зрачков, покачивание головой, смех и т. д.) наряду с неконтролируемым состоянием психики (ступор, гнев и т. п.).

Превалирующее количество неабсолютных импакторов, воспринимаемых иррационально, позволяет говорить о том, что в основе воздействующего эффекта информационно-аналитического текста лежат механизмы провоцирования и внушения.

В заключении изложены основные результаты исследования, определены перспективы дальнейшей разработки вопроса о воздействующем потенциале языковых единиц.

Основные положения диссертации отражены в следующих работах:

1. Медийный дискурс: функция воздействия (на примере функционирования прилагательных в тексте англоязычного политического комментария) // Вестник Поморского университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки», №7, 2009. – С. – 219-222. (Реестр ВАК Минобрнауки РФ) 2. Теория словосочетания (функционально-семантический подход) // Филологические чтения. Материалы докладов. – Выпуск 8. Вологда: ВГПУ, 2007. – С. 102-106.

3. К вопросу о свободе атрибутивных словосочетаний в английском языке // Вузовская наука – региону: Материалы шестой всероссийской научно-технической конференции. В 2х т. – Вологда: ВоГТУ, 2008. – Т.2. – С. 595-596.

4. Имя прилагательное как часть речи в английском языке // Материалы XXXVIII Международной филологической конференции. Вып.13: Грамматика (Романо-германский цикл) / Отв.ред. А. В. Зеленщиков. – СПб.: Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2009. – С. 111-113.

5. О ключевых компонентах структуры оценки // Слово и текст в культурном сознании эпохи: Сборник научных трудов / Отв.ред. Е. Н. Шаброва. – Вологда, 2009. – С. 157-161.

6. Newspaper Commentary: Analysis or Manipulation // Язык и реальность: современные проблемы американистики и лингвистики: Материалы международной научнопрактической конференции (Архангельск, 25-26 марта, г.) / Отв. ред. и сост. Е. П. Беляева; Поморский гос.ун-т им.

М. В. Ломоносова. – Архангельск: Поморский ун-т, 2009. – С.

30-33.

Подписано в печать 12.01.2010.

Формат 60х84 1/16. Бумага ксероксная. Печать – ризограф.

Тираж 100 экз.

Отпечатано в филиале ФГУП Рослесинфорг «Севлеспроект» 160014, г. Вологда, ул Некрасова, 51.

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»