WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |

В диссертации отмечается, что антропологический подход к обычному праву предполагает выявление его взаимообусловливающих связей с другими социальными явлениями, анализ обычного права в исторической перспективе, исходя из представлений о человеке как единственном субъекте правовой реальности. Вне зависимости от происхождения правила поведения, его легитимирующий потенциал зависит от его оценки и отношения к нему общественного сознания, которое либо одобряет и включает его в контекст правовой культуры, либо игнорирует или отторгает.

Диссертантом разработана исходная дефиниция обычного права как соционормативной целостности, сложившейся в рамках культурно однородной общественной группы, существующей, транслирующейся, развивающейся, функционирующей в мыслях, действиях и коммуникативных связях членов социума и обеспечивающей жизнеспособность коллектива. Исходя из этого, выделены инструментальные свойства обычного права.

Действие обычного права, с точки зрения автора, зависит от навыков, умений и готовности субъектов правореализующей деятельности. Обычное право легитимирует социальную регуляцию, придавая прошлому опыту черты установления. Гарантированность обычного права обеспечена авторитетом воли предков, силой общественного мнения, арсеналом принудительных мер общины.

Обычное право может сформироваться в рамках нации, объединенной культурно-историческими, социально-экономическими и ментальными особенностями, а также на уровне межнациональной правовой коммуникации, актуализирующей инструментарий «живого» права. Территориально обычное право складывается в рамках самодостаточной социальной системы.

Комплекс входящих в обычное право взаимосвязанных элементов, обладающих собственным бытием, обусловленных и выраженных в общественных отношениях, требующих правового опосредования и воздействия, указывает на его системность. Обычно-правовая система представляет собой социальный организм, в котором части объединены множеством каналов связей в единую тотальную, сакральную целостность. В отличие от иерархически организованной государственной правовой системы обычно-правовая характеризуется совершенно иным типом упорядоченности, основанным на присоединительной связи различных правовых элементов.

Признавая условность детальной регламентации обычно-правовой системы, автор выделил важнейшие категории с тем, чтобы доказать правовую природу исследуемого феномена. Особая социальная значимость правовых обычаев обусловлена интегрирующим и стабилизирующим аспектом их функционирования. Они упорядочивали, унифицировали, типизировали поведение индивидов согласно выработанным в обществе канонам, обеспечивая целостность коллектива. В обычно-правовой системе стандарты и стереотипы – это и способ передачи из поколения в поколение наиболее успешных результатов юридической деятельности, апробированных способов разрешения правовых конфликтов, и удобная форма фиксации правовых установок.

Ключевой момент в определении нормы – указание на такое положение дел в обществе, которое соответствует принятым в нем ценностям. В социально-правовом комплексе нормы права представляют собой отчетливую актуализацию идеи. Особенностью юридического содержания обычно-правовых норм было сочетание частных интересов, сталкивающихся в конкретном случае, с общими чувственно-эмоциональными переживаниями.

Крестьянское правосознание представляет собой своеобразную форму обычного права и элемент обычно-правовой системы. В правосознании переплетены основные принципы, стереотипы, представления, сложившиеся в сознании общества за многие века существования права. Они применялись при реализации права независимо от их признания властными институтами каждый раз, когда жизненная ситуация взывала к особой оценке.

Выделяя круг участников обычно-правовых отношений, автор исходит из того, что реальный человек всегда был членом общественного целого. Общая воля, выработанная в многовековой обычно-правовой коммуникации, исключала доминирование индивидуальных оценок и способствовала сосуществованию субъективных интересов и взаимодействию правовых индивидуальностей. Статусом субъекта обычного права обладала не автономная личность, а человек как составная часть коллектива, а также коллективы лиц. Динамичное соотношение в крестьянском социуме коллективистских и индивидуальных потребностей обусловило многосубъектность обычного права.

В завершение автор отмечает, что, несмотря на коллективную природу обычного права, в его основе просматривается принцип персонализма, выражавшийся в том, что объективные нормы применялись к конкретному человеку с учетом его репутации, правового статуса, возраста. Неотделимость обычно-правовых регуляторов от деятельности членов «мира», непосредственное применение норм права и их толкование в связи с насущными потребностями момента способствовали расширению возможностей субъекта от носителя и участника правовых связей до творца права.

Во втором параграфе «Основные принципы обычного права: понятие, классификация и особенности» на основе комплексного изучения широкого круга источников выявлены основополагающие принципы обычного права, которые детерминировали обычно-правовые нормы и образовывали каркас правовой системы, регулируя взаимные обязательства индивида и общества.

Принципы обычного права в диссертации определены как концентрированное выражение конкретной юридической системы, тех основ, на которых она строится. Наиболее обоснованным критерием классификации принципов диссертант счел характер взаимосвязи между обычным и официальным правом. К первой группе отнесены принципы, определяющие действие обычного права (традиционные). Ко второй – принципы, характерные как для государственного, так и для обычного права (общеправовые).

Специфические «традиционные» принципы неразрывно взаимосвязаны между собой при доминировании принципа общности. Для обычно-правовых принципов характерны: противоречивость содержания; казуистичность; неразрывная связь с конкретными жизненными обстоятельствами; устная текстуальная форма и трансляция посредством обрядов, ритуалов, обычаев.

Общие принципы права категориально идентифицированы автором как обобщенные положения или правила, извлеченные из закона или обычая при помощи толкования, предполагающие бесконечный ряд применений в судебной практике и распространяющиеся на всю систему права. Корни общих принципов права можно обнаружить в письменном праве, обычае и в судебной практике. Обычное право наделяет общие принципы авторитетом, силой и властью, присущей традиционным установлениям. Правовые принципы часто выражены в форме правил или сентенций, сформулированных в народной среде. Диссертант подчеркивает, что общие принципы способствуют интеграции и адаптации новых норм и испытывают обратное воздействие со стороны различных обстоятельств, изменяющих направленность отдельных принципов и способствующих их эволюции. Автор считает, что выявление общих принципов права необходимо для стабилизации правовой системы, установления элементов, соединяющих ее разнородные структурные части и создающих фундамент национальной правокультурной модели. По сфере действия общие принципы разделены на общечеловеческие, действующие на международно-правовом и государственном уровнях, и общенациональные, функционирующие в рамках национальной правовой системы.

Для изучения соотношения общих принципов обычного и официального права диссертант счел продуктивной классификацию принципов на «идеальные» и «пережитые». Первые составляют своего рода идеологическую основу принципата. Высокий морально-нравственный потенциал этих принципов превращает их в ориентир, на который устремлено развитие права, идеальная модель правового порядка – общепризнанная, но труднодостижимая. В обычно-правовых системах к «идеальным» принципам обращались в сложных, нестандартных, трудноразрешимых ситуациях, когда невозможно было применить общераспространенные нормы-принципы или когда объективные обстоятельства заставляли принимать решение, нарушающее общепринятые обычаи. Общеправовые принципы, воплощенные в нормы, правовые обычаи или судебные решения, автор обозначил «пережитыми». В традиционном обществе они являются обязательной императивной нормой и составляют каркас обычного права.

В заключение параграфа делается вывод об исторически сложившейся взаимосвязи общеправовых принципов обычного права и основ законодательства. На практике выявление общего и различного между ними позволяет корректировать позитивное право, приводить его в соответствие с этнокультурными правовыми традициями, онтологической сущностью человека, а также обеспечить преемственность в развитии национального права.

В третьем параграфе «Сущностные характеристики обычного права» внесены коррективы в теорию общих признаков обычного права.

Сущностные характеристики обычного права автором подразделены на специфические черты и признаки, в равной мере присущие обычному и позитивному праву. Устойчивость обычного права обеспечивалась органическим сочетанием в нем старого и нового, наличием реальной возможности оперативной микроновации и адаптации нововведений, непосредственным характером обычного правотворчества. Обычное право укрепляет единство социума, так как насыщено коллективными ритуалами, объединяющими их участников и эмоционально, и духовно, и организационно.

Общепризнанность как одна из основных черт обычного права включает в себя калейдоскоп следующих свойств: обязательность, добровольность, осознанность применения, детерминированность социальными, экономическими, культурно-историческими факторами и ментальными особенностями, доминирование воли коллектива над интересами личности.

В диссертации отмечается, что символический характер придавал крестьянским правовым обычаям форму конкретных юридических казусов. Каждая процедура, формула, действие, знак выполняли свою функцию (вследствие этого неосведомленному человеку они казались чередой хаотичных, бессмысленных, противоречивых, архаичных актов), а в совокупности складывались в систему. Форма обычного права соответствовала чувственно-осязательному, конкретному, образному мышлению членов традиционного социума. Процедура в обычном праве имела не меньшее значение, чем норма.. Символизм, ритуальность, обрядовость и поэтизм – это черты, которые способствовали материализации и формализации обычного права, а также объективации накопленных правовых знаний. Слово, ритуал, обряд, символ, процедура объемно раскрывали ментальный смысл обычно-правовых дефиниций и одновременно запускали механизм правовой коммуникации.

Тесная взаимосвязь, взаимопроникновение и взаимопереплетение обычно-правовых норм с другими структурными элементами народной культуры, конкретно-историческими условиями и общественным сознанием, осознанность и переосмысленность совокупности предправовых образов и представлений и их неотделимость от традиционных общинных норм обусловили такое качество обычного права, как синкретизм. Синкретизм, по мнению автора, стал не только чертой, но и средством для достижения целей. Крестьянская масса могла использовать реформы в своих интересах. Захватывая чужеродные элементы, наслаивая их на свои глубинные породы, крестьянская культура трансформировала и адаптировала их.

Обычное право, как и государственное, институционализировано, но по-другому. Институциональность связана с признанием социумом правил поведения, возникающих в обществе в процессе совместного общежития. Институционализированная обычно-правовая система упорядочивала жизнь людей, при сохранении иллюзии неизменности изменялась, обеспечивая устойчивость общественным отношениям и делая их предсказуемыми, устраняла произвол и хаос в социальной системе.

Диссертант полагает, что проблема распознавания на практике обычно-правовых норм существует и является одной из самых сложных для его применения. Разнообразие, неоднородность и отсутствие иерархически выстроенных и четко определенных источников обычного права препятствуют обобщению, упорядочению, объективации обычно-правовой практики.

Автор приходит к выводу, что главным условием эффективности обычного права является соответствие его институтов специфике внутренних институциональных связей социума, определяющих целостность материальных, культурных и ментальных составляющих обычно-правовой системы.

Вторая глава «Соотношение государства и обычного права на примере России во второй половине XIX начале XX века» состоит из трех параграфов, в которых осуществлено междисциплинарное исследование и предложено авторское видение одного из спорных вопросов теории права о влиянии государства на возникновение, формирование и эволюцию обычного права.

В первом параграфе «Методологическая синхронизация государственной политики в отношении обычного права» проанализированы роль и значение обычного права в становлении и развитии российской правовой системы, систематизирован процесс взаимодействия государства и обычного права и выделены особенности легализации обычно-правовых норм.

Государство, его целостность, легитимность, функциональность на этапе формирования обеспечивались и цементировались обычаями и традициями. Автор полагает, что именно общность мировосприятия правовых и иных представлений, составлявших единую систему ценностей народа и достигших стадии институционализации и культивирования, способствовали формированию на территории Древней Руси государственности.

Санкционирование государством обычно-правовых норм автор расценивает как закономерный этап развития права, значение которого советскими и некоторыми современными юристами явно преувеличено. Признание и покровительство власти значительно расширило территорию действия и способствовало систематизации локальных правовых обычаев. Однако непосредственная связь между санкционированием и приданием обычаям правовой формы не прослеживается.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»