WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В российской (советской) юридической науке в качестве объектов толкования обычно рассматриваются нормы права и/или нормативные правовые акты, а также договоры (нормативные и индивидуальные). Изучив отечественные и зарубежные исторические, теоретические и эмпирические источники диссертант обосновывает целесообразность и эффективность применения плюралистического подхода, согласно которому объекты толкования настолько разнообразны, насколько многообразны возможности и варианты правового регулирования общественных отношений.

Интерпретатор не ограничен только указанными выше объектами. Ими могут быть любые правовые явления (например, судебные и следственные акты – действия, документы и т. п.), состояния (нетрудоспособности, беременности, опьянения и т. п.) и процессы (конституционный, гражданский, арбитражный, административный, уголовный и т. п.).

Предпочтение множественного подхода к пониманию объекта юридической интерпретации представляется совершенно закономерным в современном российском обществе. Это обусловлено возрастающей ролью таких правовых регуляторов, как, например, акты конституционных и уставных судов, арбитражных судов и судов общей юрисдикции, источники международного права (обычаи, решения Европейского суда по правам человека и др.), нормативные, индивидуальные и смешанные национальные и международные договоры, прецеденты (толкования и т. п.) и т. д.

Плюралистический подход позволяет учитывать взаимосвязи естественного и позитивного права, существенно расширить понятие объекта, раскрыть его место и роль в разнообразных видах интерпретационной технологии и практики.

В третьем параграфе «Объект и предмет интерпретационной практики: понятия и соотношение» соискатель исходит из философского решения указанных вопросов, т. е. в качестве объекта выступает исследуемое явление в целом, а в качестве предмета – его определенная сторона, элемент, срез, отдельный аспект.

Объект – это те правовые явления, процессы и состояния, на которые направлена деятельность субъекта интерпретационной практики. Предмет же юридического толкования – это та часть объекта, которая в данный момент непосредственно подвергается осмыслению, оценке, разъяснению и т. д.

Если объектом толкования выступает нормативный правовой акт, то непосредственными предметами интерпретации могут быть конкретные статьи нормативного акта (их части, пункты и т. п.), нормативные предписания, нормы права, структурные элементы нормы (гипотеза, диспозия, санкция), понятия и термины, слова, знаки, наименования, союзы, предлоги и т. д.

Данный подход к разграничению предмета и объекта интерпретационной практики следует признать более конструктивным, теоретически и практически значимым в отличие от существующих в отечественной науке взглядов.

Разграничение предмета и объекта позволяет: во-первых, точнее определить явление (процесс, состояние), подлежащее интерпретации; во-вторых, выявить тот элемент (часть, сторону и т. п.) объекта, которые становятся предметом интерпретационной практики; в-третьих, выяснить его (предмета) место и роль в технологии толкования и правоприменения; в-четвертых, конкретизировать цели и задачи, стоящие перед субъектом в социально-правовой ситуации; в-пятых, выбрать по отношению к данному предмету необходимые общесоциальные и специально-юридические средства, приемы, способы, методы, правила уяснения и разъяснения; в-шестых, установить процедурно-процессуальную форму (стадии, производства, режимы) интерпретационной деятельности; в-седьмых, избрать наиболее целесообразную внешнюю форму выражения и закрепления праворазъяснительного решения; в-восьмых, субъектам и участникам практики более грамотно осуществлять свои интерпретационные действия и операции.

В четвертом параграфе «Взаимодействие субъекта и объекта в технологии юридического толкования» рассматривается их обоюдная связь как с философских, так и юридических позиций, в теоретическом и практическом аспектах.

В философии субъекты и объекты являются основными элементами в структурах теоретического и практического познания. Последнее в гносеологии представляется как взаимодействие субъекта (того, кто познает) и объекта (того, что познается).

Существуют различные философские традиции, учения и школы о понимании сущности субъектно-объектных отношений. В подавляющем большинстве теорий познание определяется как активный процесс, осуществляемый деятельным, саморазвивающимся субъектом. Следует отметить, что человек осознает себя познающим субъектом, но, постигая закономерности объективного мира, он одновременно контролирует данный процесс, хотя и не всецело.

Субъект сохраняет свое самостоятельное значение, только оставаясь активным существом, познающим всю совокупность правил, законов, закономерностей действия той или иной системы.

Вместе с тем отведение объекту в гносеологии исключительно пассивной роли представляется не совсем верным. Он также обладает активностью с целью сохранить себя как самостоятельное и независимое явление и во многом влияет на процесс познания и практического преобразования. Объект несет в себе все смысловые связи, все тенденции развития, будущие трансформации и т. д. Он определяет в известной степени направление поисков субъекта, его особенности и сам характер познания.

Можно утверждать, что специфика того или иного объекта, цели его создания, место в системе правовых актов, если речь идет о толковании актов-документов, и роль в механизме правового регулирования определяют и тип соответствующего субъекта, и объем предоставляемых субъекту полномочий, и характер технологии толкования, и принимаемые им решения, и формы соответствующих актов. Например, специфические признаки такого объекта интерпретации, как Конституция РФ, предопределили необходимость создания специального субъекта и наделения его полномочиями официального толкования Основного закона. Таким субъектом согласно п. 5 ст. 125 Конституции РФ выступает Конституционный Суд РФ.

При исследовании проблем взаимодействия субъекта и объекта официальной интерпретации разграничиваются понятия субъект и участник толкования. Только субъект вправе в пределах своей компетенции вынести обязательное праворазъяснительное решение, которое закрепляется в специальном официальном акте – документе. Иные лица (стороны, свидетели, эксперты и т. п., например, в конституционном судопроизводстве), содействующие субъектам в осмыслении, оценке правовых явлений и в дальнейшей аргументации выводов, содержащихся в принимаемых решениях, являются участниками интерпретационной практики.

В зависимости от субъекта толкование принято разделять на виды: официальное и неофициальное, аутентическое и легальное (делегированное), официозное и доктринальное. Автор на конкретном эмпирическом материале обстоятельно исследует указанные виды толкования, специфика которых обусловлена не только субъектами, но и объектами интерпретационной практики, а также различными экономическими и политическими, социальными и религиозными, юридическими и иными факторами.

Вопросы взаимодействия субъектов и объектов юридического толкования более детально раскрываются в следующей главе работы применительно к отдельным типам, видам и подвидам объектов.

Вторая глава «Типы, виды и подвиды объектов интерпретационной практики» содержит пять параграфов.

В первом параграфе «Классификация объектов юридического толкования» по наиболее существенным критериям выделяются самые разнообразные его объекты и предметы. Диссертант отмечает, что данный логический метод имеет особое теоретическое и практическое значение. Распределение объектов на типы, виды и подвиды способствует, в частности, комплексному выявлению и исследованию особенностей, характерных для тех или иных объектов толкования, учитывая которые на практике, субъект сможет выбирать соответствующие средства, приемы, способы, правила и т. п. интерпретации, повысить эффективность и качество указанного процесса в соответствии с его целями.

Все объекты разделены автором на большие группы: 1) нормативные правовые акты и их проекты; 2) правоприменительные акты; 3) нормативно-правовые договоры; 4) индивидуальные правовые договоры и иные индивидуальные акты; 5) акты толкования; 6) нормы-принципы права; 7) правовые отношения; 8) права и обязанности; 9) понятие и их легальные и доктринальные дефиниции; 10) нормативно-правовые рисунки;11) юридические конструкции; 12) презумпции в праве; 13) юридические идеи как элементы государственной правовой политики и доктрины; 14) практические действия и операции субъектов юридической практики; 15) компоненты социально-психологического механизма юридической деятельности (цели-задачи, правовые установки и т. п.); 16) фрагменты социально-правовой ситуации, юридические факты, доказательства и т. п.).

Объекты, в свою очередь, подразделяются на отдельные предметы. Например, в нормах права толкуются гипотеза, диспозиция, санкция; в субъективных правах – отдельные правомочия.

Диссертант подчеркивает, что любая классификация объектов и предметов юридического толкования является в определенной мере условной, поэтому следует учитывать некоторую «пересекаемость» отдельных видов объектов и предметов, существование, например, смешанных правовых актов, в которых могут содержаться нормативно-правовые, правоприменительные, интерпретационные и т. п. предписания.

Во втором параграфе «Толкование нормативных правовых актов в рамках исторических традиций и современной методологии» отмечается, что в юридической литературе можно встретить разнообразные их определения.

Анализ взглядов отечественных и зарубежных авторов, материалов нормотворчества и существенных их признаков позволил соискателю сформулировать следующую дефиницию нормативных правовых актов: это принятые в рамках правотворческой технологии и строго определенной процессуальной форме, соответствующим образом структурированные официальные акты-документы компетентного органа (должностного лица), устанавливающие (изменяющие, отменяющие и т.п.) нормы права (правила поведения) и иные нормативно-правовые предписания (легальные дефиниции, нормативные справки, рисунки и т. п.), которые преобразуют сферу правового регулирования общественных отношений и обеспечиваются мерами экономического и политического, нравственного и юридического, идеологического и организационного, государственного и иного воздействия.

Автор подробно исследует основные признаки и виды нормативных правовых актов, что позволяет выявить непосредственные предметы и особенности их юридического толкования.

Объектом толкования может быть нормативно-правовой акт в целом либо отдельные его части (нормы и принципы права, легальные дефиниции и предписания, сроки, гипотезы и диспозиции норм, оценочные понятия и т. п.), которые выступают непосредственным предметом интерпретационной практики.

На специфику толкования, например, норм права оказывают влияние такие их свойства, как логико-семантическая природа, формальная определенность, системность, типичность, общеобязательность, наличие множества структур и др.

Технология толкования во многом зависит от преобладания в юриспруденции статических, динамических и других тенденций в понимании ее объекта и предмета, а именно: а) следует толковать все нормативно-правовые акты (нормы права и т. п.) или только неясные; б) устанавливать смысл нормативно-правовых предписаний в момент их издания либо во время их применения; в) выявлять в ходе интерпретации «волю закона» или «волю законодателя».

Начиная с римских юристов и по настоящее время в отечественной и зарубежной юридической науке и практике преобладает то одна, то другая тенденция. По мнению автора, во-первых, объектами и предметами толкования должны быть все нормативно-правовые акты и нормативно-правовые предписания (данный вывод обусловлен нормативностью и другими свойствами указанных актов); во-вторых, приспособление нормативно-правовых актов в ходе их применения к новым реалиям жизни (динамический подход) преобладает в условиях становления той или иной правовой системы, формирования общества, в кризисных ситуациях его развития; в-третьих, при толковании должна выявляться «воля законодателя», выраженная в законе, так как иная постановка вопроса служит обоснованию произвольной интерпретации законов и иных нормативных правовых актов.

По соответствующим критериям соискателем проводится классификация указанных актов: на законные и подзаконные; акты государственных органов (представительных и исполнительных, судебных и др.) и негосударственных организаций (органов местного самоуправления, хозяйствующих субъектов и др.); национальные, зарубежные и международные акты; отраслевые (межотраслевые, институциональные и др.); постоянные и временные; регулятивные и охранительные; правообразующие, правоизменяющие и правопрекращающие; превентивные, правовосстановительные, компенсационные, карательные и др.; кодифицированные и некодифицированные; адресованные всем лицам либо отдельным их категориям (гражданам, иностранцам, эмигрантам, работникам образования и т. д.); коллегиальные и основанные на единоначалии; федеральные и региональные; местные и локальные; смешанные (комплексные) акты и т. д.

В работе на основе анализа конкретных материалов интерпретационной практики раскрываются особенности толкования различных типов, видов и подвидов нормативных правовых актов, выступающих в качестве объектов интерпретации и определяющих систему ее субъектов, специфику общесоциальных и специально-юридических средств, приемов и способов, методов и правил, процедур, ресурсообеспеченность и формы контроля за данным процессом, т. е. всю технологию юридического толкования.

В третьем параграфе «Ценность интерпретации правоприменительных актов» диссертант рассматривает указанные акты в качестве формы выражения и закрепления решений (результатов и т. п.) в соответствующей разновидности юридической практики.

Автор обстоятельно исследует дискуссионные вопросы, касающиеся природы правоприменения, осуществляющих эту деятельность субъектов, уполномоченных выносить правоприменительные и интерпретационные акты, специфики объектов и предметов толкования в различных правоприменительных органах.

Поскольку правоприменение и правоприменительное толкование уже были предметом исследования значительного числа диссертаций, монографий, учебных пособий, научных статей, основное внимание диссертант уделяет аксеологическому подходу к правоприменительным актам как объектам интерпретационной технологии и практики.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»