WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Во втором параграфе первой главы «Предпосылки межгосударственного сотрудничества» автор рассматривает спектр основных факторов, которые, по мнению современных исследователей, влияют на изучаемый феномен: политический режим, геополитический, идиосинкразический фактор, наличие гегемона, экономическая взаимозависимость, общие угрозы, деятельность диаспоры, историческая, этническая, культурная общность.

Автор приходит к выводу, что изучение имманентной связи между политическими режимами и МГС получило некоторое развитие, но лишь применительно к демократическим режимам и взаимодействию между ними. Необходимость рассмотрения концепции «демократического мира» в диссертации обусловлена тем, что демократия может являться важнейшей основой сотрудничества, а также мягкого стиля решения конфликтных ситуаций с использованием дипломатических невоенных методов. В тоже время тезис последователей теории демократического мира о неизбежно оптимистических последствиях наступления либеральной демократии оказывается неприменимым к современным политическим реалиям.

Согласно концепции о роли идиосинкразических факторов (idiosyncratic factors) особую роль в политическом партнерстве играют ЛПР или политические лидеры. От их характера, темперамента, уровня компетенции, зрелости, ответственности, умения вести конструктивный диалог, ставить общественные, государственные интересы выше собственных политических пристрастий во многом зависит направленность политического взаимодействия и внешней политики в целом.

Историческая общность, понимаемая, прежде всего, как общность судеб стран в результате совместного переживания и осмысления побед и поражений, также может являться прочной основой для сотрудничества, особенно в сфере культуры. Общность пережитого передается из поколения в поколение, образуя историческую социальную память народа, его традицию, что проявляется в обычаях, обрядах, ритуалах, укладе жизни. Именно данный фактор является одним из важнейших при сохранении межгосударственных связей республик бывшего СССР26.

Общность культуры и истории тесно связана с феноменом диаспор, для членов которых родина, которую они покинули, становится, по сути, внешним фактором, который помогает индивидам и группам достаточно легко идентифицировать свою принадлежность к той или иной этнической общности. В научных трудах и в материалах СМИ можно найти немало свидетельств конструктивных и деструктивных действий этого влиятельного актора мировой политики.27 Феномен диаспоры выступает иллюстрацией символической значимости, которой может обладать территория: «Одним из парадоксов нашего все более глобализующегося мира стало то, что привязанность к территории (territorial attachment) индивидов, этнических групп и правительств, похоже, осталась неизменной»28.

Геополитический фактор можно рассматривать как в контексте внутренних (особенности географического положения, наличие природных ресурсов), так и в контексте внешних (соседство, удаленность) предпосылок сотрудничества. Современные технологии могут нейтрализовать влияние геополитического фактора: угроза использования межконтинентальных ракет и ракет средней дальности, к примеру, понижает ценность сотрудничества со странами-соседями, выполняющими роль защитного буфера29. Тем не менее, его влияние на процессы межгосударственного сотрудничества по прежнему имеет значение.

В третьем параграфе первой главы «Роль институтов межгосударственного сотрудничества в обеспечении международной безопасности» исследуется роль межправительственных организаций в сфере обеспечения безопасности с точки зрения представителей основных парадигм международных отношений.

Так, по мнению сторонников политического реализма возможно как позитивное, так и негативное влияние роста числа межправительственных организаций на «количество насилия» в современном мире. При этом роль той или иной политической организации в деле сохранения мира зависит от могущества ее лидера, а ее возникновение определяется существующей расстановкой сил в мировой политике. В центре внимания либеральных институционалистов можно выделить тезис об отношении прямой пропорциональности между экономическим сотрудничеством и сотрудничеством государств в области обеспечения мира; а также тезис об отношении прямой пропорциональности между числом повторяющихся межгосударственных взаимодействий и уровнем сотрудничества между ними. В отличие от либерального институционализма, который связывает международную безопасность с экономическими институтами, в теории коллективной безопасности речь идет о возрастающей роли политических международных организаций, которые способны убедить лидеров государств решать спорные вопросы только мирными средствами, доверять друг другу, следовать принципу «безопасность в круге». Представители конструктивизма полагают, что роль институтов МГС в обеспечении международной безопасности напрямую коррелирует с взаимоадаптацией идентичностей договаривающихся сторон. Таким образом, проблема роли международных организаций в вопросах безопасности, а также их результативности и эффективности остается открытой.

Особую актуальность представляет исследование проблем деятельности международных институтов в сфере обеспечения международной безопасности для России. С учетом масштабности стоящих перед Россией внутренних задач и особенностей ее геополитического положения активный внешнеполитический курс с задействованием основных международных организаций наиболее адекватно отвечает российским интересам. При этом первостепенное значение имеет МГС на постсоветском пространстве.

Во второй главе диссертации «Межгосударственное сотрудничество на постсоветском пространстве: достижения и проблемы», состоящей из трех параграфов, обосновывается тезис о том, что наиболее вероятное направление структурирования постсоветского пространства - доминирование двустороннего характера МГС как наиболее эффективного в данных условиях, наряду с реализацией модели "разноуровневой" и "разноскоростной" интеграции в рамках объединений отдельных государств.

В первом параграфе второй главы «Центробежные и центростремительные тенденции на постсоветском пространстве» автор анализирует основные причины распада СССР и описывает проявление как интеграционных, так и дезинтеграционных тенденций в постсоветском регионе.

Системные трансформации на пространстве бывшего СССР в конце XX века привели к тому, что оно стремительно превращалось из «ближнего зарубежья» России в «новое зарубежье» — зону острейшей международной конкуренции, где национальные интересы России активно оспариваются странами Запада и усиливающимися соседями, поддерживающими дезинтеграционные тенденции на постсоветском пространстве. После распада единого пространства бывшего СССР на его территории стали формироваться две геополитически различно ориентированные группировки. Одна часть стран (Балтия и ГУАМ) открыто провозглашает западную ориентацию как главный вектор своей геополитической и внутриполитической стратегии. Другая часть стран продолжает пока ориентироваться на Россию и готова выстраивать с ней тесную экономическую интеграционную группировку в рамках ЕврАзЭС, ЕЭП, ОДКБ и ШОС, сохраняя, тем самым, условия для формирования работоспособного интеграционного ядра на основной части постсоветского пространства.

В итоге автор приходит к выводу, что на постсоветском пространстве центростремительные и центробежные факторы действуют неравномерно: очаги дезинтеграции сосуществуют наряду с центрами интеграции, сотрудничества. Анализ основных межправительственных организаций, предпринятый в следующем параграфе, позволяет углубить понимание процессов МГС в регионе.

Второй параграф второй главы «Институционализация межгосударственного сотрудничества на постсоветском пространстве» посвящен анализу деятельности основных межправительственных организаций региона.

Нынешний облик СНГ во многом определяет диалектика центробежных и центростремительных тенденций на постсоветском пространстве. Для него во многом характерен свободный выбор государствами форм и масштабов участия в многостороннем взаимодействии. В результате сегодня Содружество представляет собой объединение со свободным и на деле малообязывающим характером связей, где отсутствует система ответственности за выполнение принятых обязательств. Несмотря на предпринимаемые усилия по оптимизации структуры и функций органов СНГ, их система на сегодняшний день остается довольно аморфной и громоздкой. При этом разное понимание целей и задач созданного объединения постсоветских государств, целесообразность самой интеграции, основных принципов и темпов ее реализации в разных сферах деятельности влияют на эффективность процессов сотрудничества в рамках СНГ.

Роль СНГ в организации и проведении миротворческих операций на территории бывшего СССР неоднозначна. С одной стороны, эти операции осуществляются либо без какого-либо участия СНГ, на основе соглашений вовлеченных в конфликт сторон, либо под чисто формальной эгидой СНГ. Таким образом, реальное влияние структур СНГ, в том числе Совета глав государств, на эти операции незначительно, если вообще существует. Но, с другой стороны, причастность Содружества к ним дает возможность приведения их в соответствие с ключевыми требованиями международной практики. Без участия СНГ, даже формального, они превратились бы в односторонние акции России на территориях государств30. Рыхлость СНГ на сегодняшний день явилась одной из косвенных причин военного конфликта между Россией и Грузией и, как следствие, выхода Грузии из СНГ в августе 2008 г. Своим нападением на Южную Осетию Грузия стремилась спровоцировать Россию на военные действия, которые заведомо не будут одобрены западным сообществом. В данной ситуации официальный Тбилиси рассчитывал на поддержку Запада и дополнительные шансы для вступления в НАТО. Послевоенная ситуация показывает, что западное сообщество оказалось на стороне Грузии, хотя вопрос о принятии Грузии в НАТО далек от разрешения.

Геополитическое «расслоение» постсоветского пространства привело к тому, что не только при создании экономических объединений, но и в процессе формирования единой системы безопасности и урегулирования конфликтов на постсоветском пространстве начала отчетливо проявляться тенденция к многоуровневой и разноскоростной интеграции. Вместе с тем стоит учитывать, что готовность стран СНГ к сотрудничеству по урегулированию региональных конфликтов далеко не одинаковая. В итоге процесс интеграции в сфере миротворчества государств – участников СНГ постепенно приобрел трехуровневый характер: в рамках всего СНГ, ОДКБ и двухсторонних связей.

Есть основания предположить, что с точки зрения имеющегося у ОДКБ опыта и по ряду параметров своей дея­тельности данная организация могла бы стать локомотивом проходя­щих на постсоветском пространстве интеграционных процессов. С учетом имеющихся у ОДКБ предпочтений важным звеном в налаживании практического сотрудничества в Евразийском регионе может стать тандем "ОДКБ - ЕврАзЭС" - двух органи­заций, близких друг другу, как по составу их участников, так и по ряду функций. В рамках сотрудничества между ОДКБ и ЕврАзЭС можно было бы добиться "кумулятивного эффекта" в выполнении общих для них задач, таких как пограничная политика в интересах борьбы с терро­ризмом, военно-экономическое сотрудничество, борьба с отмы­ванием преступных доходов, экспортный контроль.

Немалый интерес для ОДКБ представляет перспектива уста­новления тесных партнерских связей с ШОС, особенно с учетом созданного в последней антитеррористического потенциала, заявленных этой структу­рой заинтересованности и готовности предпринимать практические шаги по укреплению безопасности и стабильности в азиат­ском регионе, где ОДКБ и ШОС стремятся защитить и продви­нуть коллективные и национальные интересы и позиции. Роль ШОС в мировой политике при заинтересованности всех ее участников может значительно возрасти. Эта организация имеет все возможности стать влиятельной геополитической силой, противостоящей гегемонизму одной или нескольких держав. Существование ШОС подтверждает тезис об эрозии постсоветского геополитического пространства, которая происходит вследствие образования и развития новых форм внешнеполитического сотрудничества между бывшими советскими республиками и странами, не входившими в СССР.

Исследуя процессы МГС по урегулированию конфликтов на постсоветском пространстве, автор показывает на примере ГУАМ, что создание военно-политических блоков могут осуществляться и без участия России, и даже вопреки ее национальным интересам. Попытки ГУАМ трансформироваться в военно-политический блок не могут не вызывать у стран ОДКБ опасения и озабоченности. Россия будет жестко противодействовать попыткам привнести военную составляющую в деятельность ГУАМ31, ведь одна из главных задач военно-политического сотрудничества США со странами-членами данной организации - ослабление роли России.

В третьем параграфе «Особенности межгосударственного сотрудничества по урегулированию конфликтов на постсоветском пространстве» автор дает характеристику конфликтам нового поколения, к которым относятся конфликты исследуемого региона. При этом автор обращает внимание на то, что вовлечение в процесс урегулирования конфликтов нового поколения посредников и миротворцев из третьих стран становится нормой в современном мире. Часто через посредничество и миротворчество внутренние конфликты, хотя и остаются внутренними, приобретают международное звучание32, различия между внутренними и международными конфликтами становятся все менее определенными: границы между ними стираются, т.е. конфликты интернационализируются. Опасности, связанные с конфликтами нового поколения побуждают исследователей и практиков активно искать и использовать мирные средства для их урегулирования.

Автор подчеркивает, что урегулированию конфликтов на постсоветском пространстве имеет свои особенности: расхождение с кри­териями и принципам, сформулированными в документах о сотрудничестве33 (Соглашение о группах военных наблюдателей и Коллективных силах по поддержанию мира в СНГ от 15 мая 1992 г, протоколы к нему и Решения Совета Глав Государств); вместо многонациональных сил используются практически только российские вооруженные силы, как правило, на основе двусторонних договоров34

; для осуществления операций привлекаются силы самих противоборствующих сторон и т.д. Данные особенности имеют различный вектор влияния на специфику проведения, эффективность, результативность и внешнеполитическое восприятие миротворческой деятельности РФ на постсоветском пространстве.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»