WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Отмечено, что доля среднего класса в России в период 2003 – 2006 г.г. снизилась с 25 до 20%24. Если в 2003 году процент предпринимателей в среднем классе составлял 13%, то в 2006 году количество собственников предприятий сократилось до 6%25. В России сложился особый тип среднего класса, более половины (54%26) которого приходится на долю государственных чиновников, конвертирующих административные ресурсы в финансовые и получающих дополнительный доход в виде взяток и дивидентов от непосредственного участия в экономической деятельности. Сделан вывод о том, что российский средний класс в его нынешнем виде не может рассматриваться в качестве опоры гражданского общества и способствовать созданию институциональных механизмов воздействия гражданского общества на институты государства.

Во втором параграфе «Институциональное представительство интересов бизнеса» рассмотрены особенности представительства организованных групп интересов российского бизнеса в институтах власти современной России.

В работе проанализирована тенденция сращивания интересов ключевых фигур бизнеса и представителей власти.

Показано, что, во-первых, группы давления крупного бизнеса активно воздействуют на кадровую политику в органах государственной власти. На основе статистического анализа биографий депутатов Государственной Думы, членов правительства и сотрудников администрации президента рассмотрены связи депутатов и чиновников с представителями бизнес-элиты. Выявлено, что 37,1%27 нынешнего депутатского корпуса и 10,5% высшего чиновничества ранее работали в сфере бизнеса. Как результат, в органах государственной власти формируются встроенные группы давления крупного бизнеса, а принимаемые государственные решения отражают не потребности общества в целом, а интересы отдельных корпораций и отраслей.

Во-вторых, крупные компании выплачивают чиновникам и депутатам до 10%28 планируемой прибыли в качестве дивидентов за принятие определенных политических решений. Как следствие, лоббистская деятельность в России принимает коррупционные криминальные черты.

В-третьих, государственные служащие имеют собственные интересы в бизнесе, даже если ранее они не работали в сфере экономики. Чиновники конвертируют административные ресурсы в экономические, создают собственные предприятия, которые наделяются эксклюзивными правами по обслуживанию государственных заказов и другим видам деятельности. В России не созданы институциональные механизмы контроля за деятельностью государственных служащих и их ближайших родственников в сфере экономики. Более того, «ожидаемые чиновником будущие доходы намного превышают издержки от раскрытия подобного теневого сотрудничества»29.

В работе сделан вывод о том, что тенденция к сращиванию интересов бизнес-элиты и элиты политической особенно ярко проявляется на региональном и местном уровне. Это можно объяснить экономическим фактором: политическое благополучие руководства ряда регионов напрямую зависит от эффективности функционирования отдельных крупных предприятий, налоговые поступления от которых являются основным источником формирования бюджета региона. Как следствие, группы давления крупных предприятий получают мощные ресурсы влияния на региональные органы власти, в том числе, и в вопросах кадровой политики. Топ-менеджмент и ставленники крупного бизнеса занимают руководящие позиции в органах региональной власти, вплоть до постов губернаторов и мэров. Таким образом, происходит процесс встраивания групп давления в структуру принятия политических решений. Крупный бизнес приобретает возможность контролирования политического процесса.

В диссертации показано, что группам интересов малого и среднего бизнеса практически не доступны эффективные легальные механизмы воздействия на процесс принятия политических решений на федеральном уровне. Так, представительство малого и среднего бизнеса в Государственной Думе, согласно имеющимся подсчетам, не превышает 1,58%30. Как следствие, не сформированы группы давления, представляющие интересы малого и среднего бизнеса. Это связано с двумя факторами. С одной стороны, в условиях бюрократизированной российской экономики налицо неверие малых и средних предприятий в наличие реальных возможностей воздействии на политические процессы с целью защиты своих интересов. С другой стороны, традиционные институты представительства интересов малого и среднего бизнеса (ассоциации и объединения предпринимателей) не выполняют этих функций и являются главным образом институтами опосредования интересов крупного бизнеса.

В то же время группы давления малого и среднего бизнеса осуществляют лоббистскую деятельность в местных органах власти. Однако в этом случае речь не идет о лоббирования решений, изменяющих принципы построения связей и отношений между гражданским обществом и государством, а предметом лоббирования становится исключительно получение конкретных льгот, дотаций, преференций.

В третьем параграфе «Механизм функционирования лоббистской деятельности в политических институтах современной России» рассматривается специфика механизма лоббистской деятельности, сложившегося в России на современном этапе ее развития.

В работе выделены три вида субъектов, осуществляющих лоббистскую деятельность в интересах бизнес-сообщества: группы давления ассоциаций и объединений предпринимателей, группы давления отделов по связям с органами государственной власти и группы давления фирм, специализирующихся на услугах PR и GR.

На основе анализа реальных политических процессов показано, что группы давления российского бизнеса осуществляют лоббистскую деятельность как в прямых формах, так и опосредованно, путем организации встроенных групп давления внутри органов государственной власти. В работе смоделирована схема лоббистской деятельности групп давления.

Отмечено, что для осуществления лоббистской деятельности группы давления должны обладать существенными финансовыми и административными ресурсами влияния. «Конкурс» этих ресурсов является эффективной формой конкуренции, специфически присущей российской действительности31.

Показано, что в России лоббистская деятельность не выполняет функцию согласования интересов бизнес-сообщества и государства. Группы давления лоббируют узкокорпоративные интересы, что, в конечном итоге, направлено на удовлетворение интересов узкого круга лиц. В то же время целые отрасли промышленности, предприятия которых не обладают достаточными ресурсами для воздействия на власть ставшими традиционными способами, не имеют альтернативных институциональных механизмов отстаивания своих интересов. В этом смысле система опосредования интересов является несбалансированной, поскольку в ней доминируют интересы группы давления отдельных предприятий и не происходит лоббирования решений, в которых заинтересовано бизнес-сообщество в целом.

Обоснован вывод о необходимости разработки комплексного законодательства в сфере контроля за осуществлением лоббистской деятельности в России. Речь, по мнению автора, следует вести о выработке и принятии пакета законодательных актов, включающего закон о коррупции, закон о лоббизме и лоббистской деятельности, а также соответствующие изменения и дополнения в Уголовный Кодекс, в закон «О статусе депутата Государственной Думы» и другие нормативные акты, регламентирующие процедуры принятия политических решений и контакты представителей власти, с группами давления.

В Заключении диссертации сформулированы основные выводы работы.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

  1. Белевцева Е.В. Механизм функционирования лоббистской деятельности в политических институтах современной России // Власть. 2006. №4. - 0.9 п.л.
  1. Белевцева Е.В. Формы и способы лоббистской деятельности групп давления // Тезисы докладов и выступлений Всероссийского социологического конгресса «Глобализация и социальные изменения в современной России»: В 16 т. М., 2006. Т.4. Социология культуры. Социология политических процессов. - 0,2 п.л.
  1. Белоусова Е.В. Группы интересов как институты механизма взаимодействия гражданского общества и государства // Гражданское общество: проблема или реальность для современной России / Под. ред. Н.С.Федоркина, В.Н. Амелина. М., 2005. - 0,2 п.л.
  1. Белоусова Е.В. Особенности организованного представительства интересов бизнеса в современной России // Россия и социальные изменения в современном мире: Материалы Международной научной конференции «Ломоносов 2004»: Сборник статей студентов: В 3-х томах: Т.2. М., 2004. - 0, 25 п.л.

1 См., напр.: Экономику поднимут корпорации // Независимая газета. 2007. 2 февраля.

2 Bently A. The process of Government. A study of social pressures. Boston, 1908; Truman D. The Governmental Process. Public interests and public opinion. NY., 1951.

3 См., напр.: Interest group politics. Washington, 1991; Garson G. Group theories of politics. L., 1978; Hague R., Harrop M. Comparative government and politics. L., 1992; Milbrath L.M. The Washington lobbysts. Chicago, 1963; Olson M. The Logic of Collective Action. Public goods and the theory of groups. Cambridge, 1965; Potter A. American government and politics. L., 1955; Potter A. Organized group in British national politics. L., 1961; Richardson J.J. The policy-making process. NY., 1969; The challenge of democracy. Government in America. Boston, 1995; Truman D. The Governmental Process. NY., 1951.

4 См,. напр.:Wilson G. Business and politics. A comparative introduction. L., 1990; Wyn G. Business interests, organizational development and private interest government. NY., 1987.

5 См.: Зяблюк Н.Г. Комитеты политического действия // Бизнес и политика. 1995. №6; Зяблюк Н.Г. Политический плюрализм: контуры американской модели // США – Канада: экономика, политика, культура. 1999. №5; Зяблюк Н.Г. Лоббизм и судебная система США // США – Канада: экономика, политика, культура. 2000. №7; Корявин Л. «Третья палата» конгресса: как действуют лоббисты в США // Российская федерация. 1995. №24; Кочерян С.А. Лоббизм в Соединенных штатах // Законодательный процесс в США. М., 1990; Перегудов С.П. Политическое представительство интересов: опыт Запада и проблемы России // Политические исследования. 1993. № 3; Семененко И.С. Еврокорпоративизм или европлюрализм // МЭиМО. 1992. №7; Семененко И.С. Новая модель политической системы К вопросу об уровнях власти и управления в ЕС в свете российских проблем // Политические институты на рубеже тысячелетий. М., 2001; Семененко И.С. Группы интересов на Западе и в России. Концепции и практика. М., 2001.

6 Бакун Л. Группы в политике: к истории развития американских теорий // Политические исследования. 1999. №1; Гаман – Голутвина О. Группы интересов: ретроспектива // Полития. 2000/2001. №4; Золотарева Е. Группы интересов в политике // Вестник Российского Университета Дружбы Народов. Серия Политология. 1999. №1; Лепехин В. Лоббизм. М., 1995; Сатпаев Д. Заинтересованные группы, группы давления и категория «лоббизм» в политической науке // Евразийское сообщество: экономика, политика, безопасность. 1999. №1; Сюткина А.П. Место и роль корпоративной системы представительства интересов в процессе принятия политических решений в современной России // Власть и общество в постсоветской России: новые практики и институты. М., 1999.

7 См.: Баранов С.Д. Популизм и лоббизм: две стороны парламентской деятельности в России // Вестник МГУ. Серия 18. Социология и политология. 1999. №1; Гражданское общество в России: структуры и сознание. М., 1998; Заславский С.Е., Нефедова Т.И. Лоббизм в России: исторический опыт и современные проблемы // Право и политика. 2000. №2; Лоббизм в России: этапы большого пути // Социологические исследования 1996. №3; Любимов А.П. История лоббизма в России. М., 2005; Малько А. Лоббизм // Общественные науки и современность. 1995. №4; Макаренко В. Групповые интересы и властно – управленческий аппарат: к методологии исследования // Социологические исследования. 1996 №11; Перегудов С.П., Лапина М.Ю., Семененко И.С. Группы интересов и российское государство. М., 1999; Семененко И.С. Лоббизм в политической системе России // МЭиМО. 1996. №9.

8 См.: Зудин А. Бизнес и политика в президентской кампании 1996 года // Pro et contra. 1996. Том 1; Зудин А. Государство и бизнес в посткоммунистической России // Политические исследования. 1998. №4; Зудин А. Неокорпоративизм в России Государство и бизнес при Владимире Путине // Pro et contra. 2001. №6; Зудин А. Россия: бизнес и политика // МЭиМО. 1996. №3-5; Ильичева Л.Е. Лоббизм и интересы предпринимательства. М., 2000; Лапина Н. Бизнес и политика в современной России. М., 1998; Кисовская Н. Политическая активность предпринимательства в постсоветский период // МэиМО. 2000. №2; Паппэ Я.Ш. Отраслевые лобби в правительстве России // Pro et contra. 1996. Том 1; Перегудов С.П. Корпоративный капитал в российской политике // Политические исследования. 2000. № 4; Перегудов С.П. Корпоративный капитал и институты власти: кто в доме хозяин // Политические исследования. 2002. №5; Система представительства российского бизнеса: формы коллективного действия. М., 1997.

9 Зудин А.Ю. Олигархия как политическая проблема российского поскоммунизма // Общественные науки и современность. 1999. №1; Лепехин В. От административно-политической диктатуры к финансовой олигархии // Общественные науки и современность. 1999. №1; Мухин А. «Особая папка» Владимира Путина. М., 2004; Паппэ Я.Ш. Олигархи: экономическая хроника 1992 – 2000. М., 2000.

10 Василенко А. Пиар крупных российских корпораций. М., 2002; Перегудов С.П. Корпорации, общество, государство. Эволюция взаимоотношений. М., 2003; Колганов А. К вопросу о власти кланово-корпоративных групп в России // Вопросы экономики 2000. №6; Кондрачук В.В. Политическая роль крупного бизнеса в современной России. М., 2003; Перегудов С.П. Крупная российская корпорация как социально – политический институт. М., 2000; Пузырев И.Р., Пузырев Р.Ф. Российские банки в сфере политики и власти. Иваново, 1999; Разуваев В. Крупный бизнес вне сферы видимости // Pro et contra. 1999. Т.4. №1.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»