WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Хотя цели современных террористов обычно носят конкретный политический характер, их действия все чаще обосновываются религиозной аргументацией. При этом побудительным мотивом является защита фундаменталистских принципов, доведенная до фанатизма, толкающего людей на самопожертвование. Исламисты взяли на себя ответственность за большую часть террористических актов на Ближнем Востоке, в России, в Южной и Юго-Восточной Азии, в Соединенных Штатах и в Западноевропейских государствах. В Индии последователи сикхской религии провели террористическую кампанию, чтобы отделить независимое государство Халистан от Пенджаба. В Шри-Ланке сепаратистская организация «Тигры освобождения Тамил илама» ведет длительную борьбу за создание независимого тамильского государства, используя нелегальные методы борьбы. В Уганде Освободительная Армия Бога, вдохновленная «духом христианства», совершила целый ряд злодеяний с целью захватить контроль над частью страны и «проложить путь ко Второму пришествию Христа».

После Иранской революции и выхода Советских войск из Афганистана в мусульманском мире проявило себя много движений «джихада» или священной войны против «неверных», готовых к применению террористического насилия для того, чтобы достигнуть своих политических целей (пример – Талибан). Эти цели варьируются от относительно узких - установление исламской теократической республики вместо светского режима (например, в Алжире) - до необычно честолюбивых - восстановления могущественного арабского халифата. Это, в частности, предполагает ведение борьбы до тех пор, пока «верховный правитель» не сможет править мусульманами в масштабе всего мира.

По размаху террористической деятельности, наличию тайных агентов в разных странах и, соответственно, средств, никакая фундаменталистская террористическая организация не может серьезно конкурировать с Аль-Каидой. В параграфе дается краткий анализ особенностей деятельности этой организации, тех политических целей и принципов, которыми она руководствуется. Другая фундаменталистская террористическая организация – Хезболлах - стала влиятельной политической силой в контексте ливанской политики. В настоящее время ее представители входят в состав парламента Ливана, а общее число активных членов составляет примерно 14 тысяч человек26. Во многом благодаря широко известной террористической деятельности этих организаций, религиозные группы, провозгласившие преданность исламу, в первую очередь стали ассоциироваться с террористическими атаками.

Наряду с религиозным терроризмом, не менее распространенным является этнический терроризм, идейной основой которого является националистический фундаментализм, который нередко имеет и религиозную подпитку. Этнический терроризм осуществляется сегодня такими широко известными этнорелигиозными организациями как ИРА и ЭТА, а также менее известными группировками - «Фронтом национального освобождения Корсики» и «Фронтом освобождения Бретани.

Во второй главе диссертации «Типы фундаменталистских доктрин» рассматриваются фундаменталистские доктрины, часто называемые «масштабными версиями фундаментализма», и функционирующие в важнейших областях общественной жизни - религии, государственной политике, сфере межэтнических отношений, а также экономики.

В первом параграфе данной главы «Религиозный фундаментализм» анализируется одна из наиболее ярких и значимых фундаменталистских доктрин - доктрина религиозного фундаментализма, сторонники которой призывают вернуться к традиции доминирования религии в политической жизни общества. Религиозные фундаменталисты проявляют особое рвение в установлении религии в качестве первичной формы коллективной политической идентичности. Сущность религиозного фундаментализма в настоящее время состоит в том, что это не просто течение в рамках какой-либо религии, а радикальная политическая идеология.

В параграфе рассматриваются подходы, которые были разработаны учеными, чтобы объяснить причины активного внедрения религиозных принципов в политическую жизнь современного общества.

Согласно первому подходу (П.Робертсон, А.Смит), религия становится жизненно важным компонентом в определении национальной и политической идентичности в тех странах, где религиозные чувства могут быть использованы в борьбе с «западной гегемонией». В рамках второго подхода (З.Бауман, Ж.Ф.Лиотард, Дж.Хейнс) утверждается, что в современном обществе религия заняла место «мета-теорий» (или идеологий), которые безвозвратно ушли в прошлое.

Религиозный фундаментализм как идеологию отличает то, что он обращается к религиозным идеям как к непосредственному теоретическому фундаменту для построения своих политических программ. Религиозные фундаменталисты предлагают восстановить в мире политический порядок, опирающийся на абсолютный авторитет религиозной власти и основанный на религиозных принципах (простых и ясных установках), которые обычно извлекаются из содержания Священных писаний. При этом фундаменталисты поддерживают такую трактовку священных текстов (т.н. динамическую интерпретацию), которая позволяет им приспособить их к требуемому Тео-политическому проекту. Наиболее существенным является то, что «истинный» интерпретатор должен быть обязательно мужчиной глубокой веры и моральной чистоты, и в то же время, активистом, чье духовное понимание «углубляет» опыт политической борьбы. Поэтому религиозный фундаментализм тесно связан с харизматическим лидерством, которое придает ему авторитарный характер.

Религиозные фундаменталисты предпочитают воинствующий стиль политики, который основан на типичном для всех фундаменталистов разногласии между «верными» - людьми, действующими согласно желанию Бога, и «неверными», активно ниспровергающими цель Бога на Земле (силами зла). Поэтому фундаменталисты всегда ищут арену для сражения, на которой, в конечном счете, «верные» должны одержать победу, а для этого все средства хороши. При этом одни религиозные фундаменталисты отрицают притязания других. Современный мир представляет собой конгломерат враждующих иудейских, мусульманских, католических и протестантских организаций, политические доктрины которых существенно расходятся.

В параграфе подчеркивается, что религиозная мотивация часто стимулирует и направляет амбиции тех политических сил, которые заявляют, что их действия санкционированы свыше и потому только они имеют право применять методы, выходящие за рамки моральных норм, установленных людьми. Так ваххабизм (не как учение аль-Ваххаба, а как идеология радикальных исламистских организаций) включает в себя определенное число догматов, которые никогда серьезно не воспринимались в исламе.

Во втором параграфе второй главы «Государственный и этнический фундаментализм» раскрываются доктрины государственного и этнического фундаментализма, в которых находит отражение стремление фундаменталистов к властным ресурсам, захвату или удержанию политической власти в отдельном государстве или даже во всем мире.

Государственный фундаментализм активно проявляет себя в тоталитарных государственных системах, которым свойственны неограниченные полномочия властей, всегда старающихся устранить не только реальных, но и потенциальных врагов режима. Одним из примеров тоталитарного государства служит фашистская Германия, другим - Корейская Народно-Демократическая Республика.

Доктрина государственного фундаментализма также лежит в основе деятельности правительств и политических организаций ряда стран, стремящихся к установлению теократических форм правления. В параграфе приводится несколько примеров формирования политических единиц такого типа. Так, режим Талибана в Афганистане претворял на уровне государственной политики упрощенную идеологию, железную дисциплину и строжайшие моральные принципы, установленные его лидером. На пути становления исламского фундаменталистского государства находится Пакистан, хотя в настоящее время его трудно определить как чисто теократическое государство, если учесть связи с Западом. Однако в современном Пакистане оказывается значительная поддержка исламистским организациям, а «Объединенный фронт действия» (союз фундаменталистских групп) представляет собой существенную силу в национальном парламенте и является бескомпромиссным в достижении своих политических целей.

Очевидные элементы теократии отличают государство Израиль. В последнее время в этой стране усилили влияние ортодоксальные круги, которые заявили о своем праве на определение образа жизни еврейского народа не только в ограниченных пределах религиозной общины, но и в масштабе всей национальной общности. Одним из показателей усиления фундаменталистских тенденций в нынешнем Израиле служит деятельность организаций, которые в Израиле принято считать правыми, - «Блока истинно верующих» и «Движения за великий Израиль», а также хасидской секты Хабад. Эти политические силы выработали особую форму националистической идеологии, в рамках которой подняли на небывалую высоту библейскую догму о «богоизбранности» еврейского народа, к которой все чаще прибегают для доказательства совершенно особого положения евреев в современной мировой политике.

Признаки теократии встречаются не только на Востоке, но и на Западе. Например, в США религия и политика взаимодействуют так, что эта страна кажется почти теократической. Там процветает фундаменталистское движение «Новое христианское право», которое повернулось к политике самым решительным образом. Хотя пока еще рано говорить о его контроле над Республиканской партией, «новые христианские правые» – уже влиятельная группировка в ее рядах.

Одним из видов фундаментализма, который оставляет заметный след на государственной арене, является этнический (националистический) фундаментализм. Его подъем в Западной Европе тесно связан со страхом перед мигрантами, а также желанием сохранить чистоту европейской культуры перед «чужеземным вторжением». Известные политические лидеры Франции (Ж.М.Ле Пен) и Голландии (П.Фортуян) активно претворяли фундаменталистские принципы, направленные против мигрантов, в государственную политику. В Германии, Австрии, Италии и Великобритании также есть фундаменталистские националистические движения, решительно противостоящие всему остальному миру. Так, программа Британской национальной партии основана на расистском фундаментализме, поскольку последовательно проводит идеи сохранения северно-европейской нации и необходимости освобождения британцев от господства евреев. Организации, приверженные духу националистического фундаментализма, которые выступают за решительный отказ от культурного плюрализма, появились в Австралии и даже в США. В реализацию националистических принципов в настоящее время включаются все большие массы, ведомые политическими движениями и партиями, претендующими на монопольное выражение собственного национального интереса и мало заботящиеся об интересах других народов.

В третьем параграфе второй главы «Рыночный фундаментализм» критически рассматриваются фундаменталистские концепции, оправдывающие всемогущество «невидимой руки рынка».

Доктриной рыночного фундаментализма превозносится модель рыночной экономики, «свободной от какой-либо регуляции». В ее основе лежит догматизированный постулат о «невидимой руке рынка», заимствованный из работ классиков политической экономики А.Смита и Д.Рикардо, а также из трудов правых неолибералов (Ф.Хайека и М.Фридмена). Он интерпретируется так, что эта невидимая рука представляет собой саморегулирующийся механизм, действующий таким образом, что все экономические субъекты от этого только выигрывают.

В параграфе проводится сопоставление рыночного и религиозного фундаментализма. В частности отмечается, что рыночный фундаментализм аналогичен религиозному фундаментализму, поскольку это тоже своеобразный кодекс, который требует безоговорочного выполнения. Социальные результаты обычно не считаются важными для идеологов свободного рынка, если и вовсе не игнорируются.

Автором анализируются последствия активного внедрения принципов рыночного фундаментализма в странах Латинской Америки (Аргентине, Бразилии, Венесуэле, Мексике и Чили) МВФ и Всемирным банком, которые фактически в своих интересах формулировали общую стратегию их экономического развития. Демократические правительства нередко вопреки своим намерениям принимали условия этих финансовых организаций, опасаясь оказаться в международной финансовой изоляции. Тем самым - перекладывали бремя долговых платежей на наименее защищенные группы населения, что приводило к народным волнениям.

Отрицательный опыт внедрения принципов рыночного фундаментализма есть и у ведущих стран Западной Европы. В результате жесткой монетарной политики, проводимой консервативными правительствами в 80-90-е гг. ХХ века, многие западные государства столкнулись с масштабной безработицей, разрушением государственных предприятий, существенным увеличением числа тех, кто живет за чертой бедности. Однако это, по мнению рыночных фундаменталистов, совсем небольшая плата за предполагаемые выгоды от нерегулируемой рыночной экономики, которая изменит жизнь к лучшему в далекой перспективе. Постсоветская Россия также не смогла преуспеть, активно претворяя в жизнь (под напором МВФ) принципы рыночного фундаментализма. Правительство РФ, под бременем растущего внешнего долга, а также в надежде на новые заимствования у международных финансовых организаций, в известной степени, было вынуждено руководствоваться неадекватными отечественным условиям посылками, выступившими своеобразной фундаменталистской стратегией экономических и социально-политических преобразований. Это привело к известным негативным социальным и политическим последствиям.

Политика, проводимая МВФ и Всемирным банком, вызывает справедливую критику. Даже Дж.Сорос уже не является активным сторонником рыночного фундаментализма и утверждает, что эта доктрина «привела глобальную капиталистическую систему к нездоровому и неустойчивому состоянию»27.

Четвертый параграф второй главы «Фундаменталистские принципы в программах общественно-политических движений» посвящен анализу элементов фундаментализма, которые содержат политические программы движений, деятельность которых имеет светский характер.

Радикальные феминистки (К.Миллет, М.Дейли, К.Дельфи), мыслящие в духе фундаментализма, утверждают, что мужчины и женщины являются непримиримыми врагами. В своих политических программах они призывают к социальной революции, в рамках которой следует окончательно устранить патриархат из жизни общества. Для того, чтобы открыто объявить о своих воинственных настроениях, ряд американских феминистских организаций приняли такие тенденциозные названия как «Общество кастрации мужчин» или «Женский интернационал против Церберов».

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»