WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В ФСГ «Ментальные сущности» английские и русские ФЕ представлены примерно равным количеством единиц (270 и 259, соответственно), которые также равномерно распределяются по нескольким подгруппам. Наибольшее число как английских, так и русских ФЕ относятся к подгруппе «Вера, убеждение», напр., «the articles of Faith» – догматы церкви, основы какой-л. религии; «силы небесные» – устар. по христианским представлениям: божественные силы, не подвластные человеку.

Бльшая часть ФЕ в данной ФСГ являются межстилевыми, при этом среди ФЕ, имеющих функционально-стилистические пометы, выделяются книжные и устаревшие единицы, напр., «the Pierian spring» – книжн. знание, вдохновение; «елисейские поля» – устар. книжн. по верованию древних: благословенное место, загробное местопребывание теней героев и праведников; элизий. Большинству ФЕ свойственна яркая оценочность, напр., «a fool’s paradise» – нереальный мир, мир иллюзий; «гадание на кофейной гуще» – ирон. неодобр. беспочвенные, ни на чём не основанные предположения, догадки, домыслы.

Между тем, если в английском языке ФЕ с положительной и отрицательной оценкой представлены примерно в равных долях, то в русском наблюдается значительный перевес в пользу ФЕ с мелиоративной оценочностью, напр., «синяя птица» – экспрес. высок. то, что воплощает для кого-л. идеал счастья; символ счастья.

В обоих языках ФЕ группы «Состояние, положение» (352 англ. и 303 рус. ФЕ) характеризуются экспрессивностью и оценочностью, причём преобладающим является пейоративный оценочный компонент. Как в английском, так и в русском языке наибольшее число ФЕ зафиксировано в подгруппе «Условия, положение», в составе которой выделяются такие микрогруппы, как «Затруднительное положение» (напр., «Queer Street» – разг. неважные дела, трудности, неприятности), «Опасное положение» (напр., «the enemy at the gate» – “враг у ворот”, близкая опасность; «дамоклов меч» – книжн. экспрес. постоянно угрожающая кому-л. опасность), «Материальное положение» (напр., «easy street» – разг. достаток, богатство; «нагота и босота» – устар. экспрес. крайняя бедность, нужда).

В качестве отличий необходимо отметить, что ФСГ «Состояние, положение» является самой многочисленной среди русских СФЕ с НЗ, более того, в некоторых рядах (в частности, в микрогруппе «Материальное положение» и в подгруппе «Эмоциональное состояние») наблюдается количественный перевес в пользу русских единиц; оценочность в семантике данных ФЕ, как правило, сопровождается эмотивностью такого же характера. Примеры русских ФЕ, обозначающих стеснённое материальное положение: «ветер в карманах» (прост. ирон.), «дым да копоть» (устар. ирон.), «карманная чахотка» (прост. шутл.), «нагота и босота» (устар. экспрес.). Между тем, подгруппа «Вероятность, возможность» в гораздо большей степени характерна для английской фразеосистемы, напр., «a piece of cake» – разг. блестящая возможность, «a fair crack of the whip» – англ. справедливая возможность успеха в чём-л.

В обоих языках в рамках ФСГ «Действие, событие» (512 англ. и 287 рус. ФЕ) выделяются две подгруппы: «Действие, деятельность» и «Случай, событие, явление». Наиболее многочисленной является подгруппа «Действие, деятельность», большинство ФЕ в которой имеют отрицательную оценочностью и относятся к межстилевым, напр., «a false start» – неудачная попытка (начать что-л.); «медвежья услуга» – неуклюжая, неловкая, неумелая услуга, вредящая кому-л., приносящая вместо помощи неприятность.

Между тем, являясь самой многочисленной среди английских СФЕ с НЗ, данная группа представлена гораздо большим числом ФЕ английского языка и включает ряд микрогрупп, типичных только для английской лингвокультуры, в частности, ФЕ, обозначающие игровую деятельность (напр., «mulberry bush» – детская игра, напоминающая хоровод), ФЕ, обозначающие близкие отношения между мужчиной и женщиной (напр.,«a roll in the hay»), ФЕ, обозначающие участие в голосовании (напр., «absent voting» – амер. участие в голосовании лиц, находящихся в момент выборов вне своего избирательного округа). В русском языке выделяются ФЕ с отрицательной эмотивностью, а также книжные и разговорные ФЕ, напр., «дымовая завеса» – часто публ. неодобр. маскировка, прикрытие истинных намерений и мыслей.

Таким образом, согласно результатам сопоставительного анализа фразеосемантического пространства, образуемого английскими и русскими СФЕ с НЗ, в объективации и фрагментации фразеологической картины мира данными единицами черты сходства превалируют над чертами различия.

Анализ семантики СФЕ с НЗ свидетельствует также о том, что большинство данных единиц содержат культурно значимую информацию. Национально-культурная специфика ФЕ имеет градуальный характер и может проявляться на семантическом, компонентном и экстралингвистическом уровнях. Чем больше уровней задействовано в значении отдельной единицы, тем выше её национально-культурная значимость. В большей степени отмечена национально-культурной спецификой семантика английских и русских СФЕ с НЗ, относящихся к ФСГ «Вещество, материя», «Физический объект», «Место», «Отношения», «Группа, совокупность», «Коммуникация», «Действие, событие».

Третья глава «Типы соответствий английских и русских субстантивных фразеологических единиц с неличным значением» посвящена проблеме межъязыковых фразеологических отношений, в ней представлен краткий обзор научной литературы по данному вопросу. Всесторонний комплексный анализ СФЕ с НЗ позволил выявить и описать основные типы межъязыковых параллелей, а именно, англо-русские фразеологические эквиваленты, англо-русские фразеологические аналоги и лакунарные фразеологические единицы. Приведены способы перевода лакунарных ФЕ на сопоставляемый язык, отмечены достоинства и недостатки каждого из рассматриваемых способов.

Вопрос выявления и определения фразеологических межъязыковых отношений является важным и дискуссионным в современном языкознании. Разработке проблемы межъязыковых фразеологических соответствий уделялось пристальное внимание в трудах таких учёных, как Е. Ф. Арсентьева, Л. К. Байрамова, Л. С. Бархударов, В. Г. Гак, З. З. Гатиатуллина, В. Н. Комиссаров, А. В. Кунин, А. Д. Райхштейн, Я. И. Рецкер, Ю. П. Солодуб, Э. М. Солодухо, А. А. Хуснутдинов, Р. А. Юсупов и др. Диапазон критериев, выделяемых в качестве релевантных при анализе разноязычных ФЕ, включает семантические, лексические, стилистические, морфологические и синтаксические признаки ФЕ. Межъязыковая эквивалентность (в широком смысле слова) представляет собой не только относительную, но и градуальную категорию. Большинство исследователей сходятся во мнении, что при сопоставительном анализе разноязычных ФЕ ключевым признаком фразеологической эквивалентности является совпадение содержательной стороны соотносимых фразеологизмов, однако при определении степени эквивалентности внешняя сторона ФЕ играет немаловажную роль. Несмотря на наличие определённых расхождений в терминологическом обозначении типов соответствий, к основным понятиям межъязыковых фразеологических отношений относятся, прежде всего, эквивалентность, аналогия и лакунарность.

Выявление типов межъязыковых соответствий требует чёткого алгоритма действий и включает следующие этапы: 1) выявление степени тождества / различия в семном составе соотносимых ФЕ, на уровне сигнификативно-денотативного и коннотативного макрокомпонентов значения, 2) выявление степени тождества / различия в компонентном (лексическом) составе ФЕ и 3) выявление степени тождества / различия в структурно-грамматическом оформлении ФЕ [Арсентьева 1993]. В результате проведённого анализа английских и русских СФЕ с НЗ были выделены англо-русские фразеологические эквиваленты (полные и частичные) и англо-русские фразеологические аналоги (полные и частичные).

Англо-русские фразеологические эквиваленты (26 %) характеризуются тождеством плана содержания и полным (полные эквиваленты) или близким (частичные эквиваленты) сходством плана выражения. При этом структурно-грамматические различия, обусловленные типологическими особенностями сопоставляемых языков, не влияют, на наш взгляд, на степень фразеологической эквивалентности.

Примеры полных эквивалентов: «swan song» = «лебединая песня» (последнее проявление таланта кого-л. или последнее наиболее значительное произведение); «the naked truth» = «голая / нагая истина» (безусловная правда, абсолютная истина); «a common denominator» = «общий знаменатель» (общая, сходная черта).

Примеры частичных эквивалентов: «university of life» «школа жизни» (приобретённый жизненный опыт); «false move» «ложный шаг» (неправильный, опрометчивый поступок, необдуманное действие); «a Sisyphean task» «сизифов труд» (тяжёлая, бесконечная и бесплодная работа).

Преобладающему большинству англо-русских соответствий среди СФЕ с НЗ свойственны отношения фразеологической аналогии (74 %). Причём подгруппа полных аналогов является самой многочисленной среди всех типов межъязыковых фразеологических соответствий (48 %). Фразеологические аналоги характеризуются полным (полные аналоги) или близким (частичные аналоги) сходством плана содержания. План выражения в них может частично совпадать или полностью различаться.

Примеры полных аналогов: «the handwriting / the writing on the wall» «труба Архангела» (обозначение грозного, зловещего предзнаменования); «the food of the gods» «райская пища», «нектар и амброзия» (об очень вкусной пище); «a / smb.’s sheet anchor» «якорь спасения» (верное прибежище, последняя надежда).

Примеры частичных аналогов: «green winter» (мягкая, бесснежная зима) ~ «сиротская зима» (о мягкой, тёплой зиме); «monkey / funny business» (странное, подозрительное, не совсем чистое дело, махинация) ~ «рога и копыта» (ирон. неодобр. о ловко организованных мошеннических предприятиях); «the point of no return» (момент, с которого возвращение назад невозможно) ~ «необратимый процесс» (о том, что будет развиваться далее, без возврата к прошлому состоянию).

Наличие англо-русских фразеологических эквивалентов и аналогов может быть объяснено общностью культурных традиций народов-носителей сопоставляемых языков, а также общечеловеческим характером фразеологической картины мира, сходством в осмыслении и способах фиксации человеком окружающего мира посредством СФЕ с НЗ.

Между тем, фразеология – национально детерминированное явление. Большинство (53 %) английских и русских СФЕ с НЗ не находят соответствий на уровне фразеологии в сопоставляемом языке. К основным способам перевода лакунарных ФЕ относятся описательный, калькированный, лексический и комбинированный способы. Каждый из этих способов перевода имеет свои преимущества и недостатки.

Чаще всего английские и русские лакунарные СФЕ с НЗ переводятся посредством развёрнутого описания, с помощью стилистически нейтральных переменных словосочетаний, напр., «coffee and cakes» – амер. разг. небольшой, скромный заработок; «шарашкина контора» – coll., usu. derog. a questionable, suspicious, untrustworthy business, shop, enterprise etc. Учитывая специфику фразеологической семантики, описательный перевод является средством, к которому следует обращаться только в крайнем случае.

Живой фразеологический образ лучше всего передаётся при калькировании / полукалькировании. Калькирование позволяет наиболее точно воспроизвести на языке-рецепторе национально-культурную специфичность ФЕ языка-оригинала, напр., «sleeping policeman» – “лежащий полицейский” (искусственная неровность для ограничения скорости транспорта); общий котёл» – “common pot”, “family pot”. Однако, поскольку определение степени стёртости или живости образа лакунарной ФЕ бывает затруднено, дословный перевод может привести к неоправданному оживлению образа, к буквализму.

Основным требованием при лексическом переводе является стремление к сохранению экспрессивности исходной ФЕ, что может быть достигнуто при переводе лакунарной ФЕ с помощью яркой лексемы с коннотативным зарядом, напр., «мозговая атака», «мозговой штурм» (сосредоточение и активизация лучших интеллектуальных сил на какое-то время для выполнения важной задачи (обычно научной)) – brainstorming; «a / some breathing space / spell / time» – передышка.

Комбинированный способ перевода лакунарных ФЕ является, на наш взгляд, наиболее оправданным, поскольку он позволяет максимально полно передать как значение, так и образность ФЕ языка-оригинала, предоставляя переводчику возможность выбора наиболее подходящего в каждом конкретном случае средства перевода. Примеры: «turn of the screw» – “закручивание гаек”, нажим, давление (калька + лексический перевод); «one-arm(ed) bandit» – “однорукий бандит”, автомат для азартных игр (калька + описание); «детский лепет» – coll., derog. “childish prattle / drivel / babble”; “baby-talk” (nave, trivial comment, thoughts) (калька + лексический перевод + описание). Эффективность того или иного способа перевода ФЕ во многом зависит от контекста.

Четвёртая глава «Употребление субстантивных фразеологических единиц с неличным значением в контексте» представляет собой анализ реального речевого использования ФЕ. Рассмотрению подлежат теоретические аспекты контекстуальной реализации ФЕ, уточняются понятия узуального и окказионального употребления ФЕ. Дан краткий анализ научной литературы. В рамках узуальных и окказиональных фразеологических конфигураций выявлены и охарактеризованы основные типы контекстуальных трансформаций английских и русских СФЕ с НЗ.

Изучение функционирования фразеологических единиц в речи является необходимой составной частью современных диссертационных исследований [Алдаибани 2003, Галиева 2004, Галяутдинова 2004, Сафина 2002, Салиева 2005, Семушина 2004 и др.].

Фразеологические единицы функционируют в контексте узуально и окказионально. К узуальному употреблению мы относим использование ФЕ в её словарной форме без изменения значения, без добавочных стилистических наслоений в пределах одного предложения. Под окказиональным употреблением мы понимаем использование ФЕ в преобразованном виде. К основным признакам окказионального употребления относятся отклонение от нормы, индивидуальная принадлежность, новизна и творческий характер преобразования. При окказиональном употреблении обязательным является преобразование семантики ФЕ, под влиянием которой внешняя сторона может измениться или остаться традиционной. Структурные изменения всегда влекут за собой преобразования фразеологического значения, в то время как изменения содержательной стороны ФЕ необязательно вызывают модификации в плане выражения.

Рассмотрим более подробно функционирование английских и русских СФЕ с НЗ в рамках четырёх фразеологических конфигураций, выделенных А.В. Куниным [Кунин 2005].

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»