WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В связи с проблемой человека Говоруха-Отрок ставит проблему вечных нравственных ценностей. В статьях, посвященных характеристике повести Л. Толстого “Крейцерова соната” и произведений И. Тургенева, критик определяет свое понимание любви. Он отрицательно оценивает “Крейцерову сонату”, потому что писатель отвергает духовное начало в любви, сводя это чувство к половому инстинкту. В критике Говорухи-Отрока истинная любовь – это любовь-страдание, но страдание, которое ведет к пониманию истины. Идеал такой любви критик находит в чувстве Лизы Калитиной и Лаврецкого. Истинная любовь проявляется в умении поступиться своими чувствами, поступая правильно с точки зрения христианских заповедей. Говоруха-Отрок предваряет размышления И.А. Ильина, который в работе 1925 года “О сопротивлении злу силой”, посвященной характеристике мировоззрении Л. Толстого, приходит к выводу, что писатель отрицает духовное начало в любви, потому что не принимает страдание как источник очищения и одухотворения.

Вторая глава “Литературно-критическое наследие А.Л. Волынского” посвящена рассмотрению эстетических взглядов критика, а также характеристике основных проблем его творчества. В первом параграфе “Роль и задачи критики в литературно-критическом наследии А. Волынского” определяются основные принципы его критики и критерии, предъявляемые к личности критика. В статье “Вражда и борьба партий” Волынский обосновывает двоякую роль литературной критики как деятельности, направленной на анализ и идейного смысла произведения, и его художественной формы. Он утверждает, что истинная критика должна быть философской, противопоставляя ее социологической (“реалистической”) и эстетической. По мысли Волынского, философская критика должна служить идеальным, общечеловеческим целям и в тоже время раскрывать эстетические достоинства произведения. Определение философской критики Волынским обусловливает и требование наличия у критика философского мировоззрения, причем идеалистического.

В 1893 году критик начинает публиковать литературно-исторические очерки, которые позже составили книгу “Русские критики” (1896). В этой книге история отечественной критики изображается как ее борьба с русской литературой. Такая оценка Волынским близка точке зрения Говорухи-Отрока, который также негативно отзывался о деятельности критиков демократического лагеря. Но Волынский не просто отвергает наследие Белинского и его последователей, он пытается показать, в чем заключаются их ошибки. Недостатки критики Белинского Волынский связывает с преобладанием в ней эмоционального начала над рациональным, что привело к отсутствию в его критике целостной философской системы. Критику Белинского последнего периода творчества Волынский характеризует как “реалистическую” и “утилитарную”, связывая с ней критическое наследие Чернышевского, Добролюбова, Писарева. По мысли Волынского, критическая деятельность последователей Белинского оказала гибельное влияние на русскую журналистику, привела к распространению социологических трактовок литературных произведений. Стремясь создать полную картину истории русской критики, Волынский обращается к характеристике деятельности Ап. Григорьева и Ф.М. Достоевского. Критик находит общее между Белинским и Ап. Григорьевым, видя в личности последнего преобладание эмоционального, стихийного начала и, вследствие этого, отсутствие в его статьях философской глубины. На первый план в своих статьях о русских критиках Волынский выводит фигуру Достоевского-критика, соединившего в себе эмоциональное и рациональное начала, “логику” и “кровь сердца”. Таким образом, в представлении Волынского истинный критик должен сочетать в своей деятельности тонкий художественный вкус, чутье, любовь к литературе и идеалистическую философскую позицию.

Во втором параграфе “Концепция художника в критике А. Волынского. Принципы анализа художественного произведения” рассматриваются эстетические взгляды критика, критерии оценки литературного произведения и его концепция творческой личности.

Волынский считает, что человек – существо, которое проявляет свою нравственную сущность в искусстве. Чем полнее творчество выражает нравственную сторону натуры человека, тем большим воздействием оно обладает, тем больше служит самопознанию личности и приближению к пониманию мирового идеального начала. По мысли критика, истинное искусство всегда имеет общечеловеческий смысл, а социальное и национальное служат только фоном, поэтому для Волынского категория народности не является критерием истинности искусства. Сравнивая творчество Гоголя и Островского, критик отдает предпочтение первому, потому что находит в нем отражение общечеловеческого духа: выявление сущности пошлого человека и призыв к духовному совершенству.

В центре литературной критики Волынского оказывается человек как носитель родовых, субстанциальных свойств. В связи с этим критик предъявляет к произведению требование максимального раскрытия внутреннего мира героев, для него важным критерием оценки произведения является психологическое мастерство писателя. Изображение всякой конкретной личности представляет для Волынского философский интерес, потому что он считает, что человек в ходе исторического процесса в сущности не меняется, нравственные постулаты заложены в личности изначально. Понимание критиком роли психологического анализа в литературе обусловливает его обращение к нравственно-психологическим характеристикам героев.

Поиски Волынским в творчестве любого художника извечных, надмировых идей приводят его к созданию концепции символического искусства. Критик сближает понятия идеализма и символизма, потому что оба признают существование двух миров – видимого и невидимого. Необходимым качеством истинно символистического произведения Волынский считает присутствие в нем философского идеализма. Критик утверждает, что символизм обращен к миру конкретных явлений и фактов, но за ними он прозревает другой, идеальный мир. Концепция символического искусства Волынского противостоит теории Мережковского, поскольку Волынский считает, что произведение яснее свидетельствует о существовании другого мира, когда явления реального мира изображены с наибольшей достоверностью. Критик разделяет декадентство и символизм, не принимая имморализма декадентов; тем самым он предвосхищает появление младосимволистов с их культом служения истине, добру и красоте. Из такого понимания символизма проистекают необычные, по сравнению с другими критиками, оценки творчества писателей-современников. Так, он положительно отзывается о рассказах Ф. Сологуба, находя в них отражение философских исканий автора, но считает недостатком художественной манеры писателя нечеткость образов и “невыдержанность” стиля. В противоположность Мережковскому и другим современным ему критикам, в рецензии 1898 года “Антон Чехов” Волынский подчеркивает в произведениях писателя их двупланность, двумирность, видя в Чехове художника-символиста.

Представление Волынского о предназначении искусства определяет и точку зрения критика на место и роль художника. Художник, по мысли Волынского, открывает “законы” человеческой души, поэтому он должен познать самого себя. Критик предъявляет к писателю требование наличия философского мировоззрения, которое должно сочетаться с “поэтическим энтузиазмом”. Волынский, как и Говоруха-Отрок, считает, что рациональное начало в творчестве (философские убеждения) неотделимо от эмоционального (“искренность” в определении Говорухи-Отрока). Такое понимание природы творческой личности объясняет оценку Волынским наследия русских писателей-классиков.

Все развитие русской литературы критик связывает с именем А. Пушкина, поэтому стремится опровергнуть взгляды В. Белинского и Н. Чернышевского на творчество поэта. Волынский стремится утвердить значение Пушкина не только как художника, но и как поэта-мыслителя, вступая в спор не только с Белинским и Чернышевским, но и представителями эстетической критики, например В.П. Боткиным. В такой оценке Волынский оказался прозорливее своего современника Вл. Соловьева, считавшего, что Пушкин – воплощение истинной поэзии, которая не нуждается в глубоких мыслях. Взгляд Волынского на творчество поэта развивает в своей работе “Пушкин” Д. Мережковский, а позднее, хотя и совершенно по-разному характеризуя мировоззрение Пушкина, М.О. Гершензон (в “Мудрости Пушкина”) и С.Л. Франк (в “Этюдах о Пушкине”).

Совершенно отличным от сложившегося был взгляд Волынского на фигуру Н.В. Гоголя. Критик считает Гоголя не только художником, но и выдающимся мыслителем, поэтому он обращается к характеристике книги “Выбранные места из переписки с друзьями”, которую находит наиболее важным произведением писателя. По мнению Волынского, Гоголь дает представление “о человеке и человеческой природе вообще”, писатель служит “высшим интересам человечества”. Волынский видит в этой книге отражение борьбы духа и плоти в душе самого Гоголя, поэтому для критика “Выбранные места из переписки с друзьями” – поучительная книга, а сам писатель – пример художника с “идеальным”, то есть философским, мировоззрением. Настоящее творчество, по мысли Волынского, связано с самопознанием, а поскольку человек никогда не бывает совершенным, то и со страданием от осознания этого. Взгляды критика на эту книгу Гоголя коренным образом отличаются не только от точки зрения Белинского и Чернышевского, но и от оценок критиков-современников. Так, В. Розанов в статье “Как произошел тип Акакия Акакиевича” связывает появление “Выбранных мест…” с покаянием автора, который в своих произведениях исказил облик человека, создавая только карикатурные и сниженные образы. Волынский, наряду с Говорухой-Отроком, прокладывает путь к новому пониманию творчества Гоголя как религиозного писателя.

В третьем параграфе “Проблематика литературно-критического творчества А. Волынского” рассматриваются проблемы, находящиеся в центре критики Волынского: природы человеческой личности и смысла человеческого существования. Подобно Канту, Волынский видит в человеке моральное существо, в которое изначально вложено понимание добра и зла. В литературе и искусстве критик находит материал для раскрытия духовной сущности человека. Человек в концепции Волынского – существо двойственное: в нем сочетается индивидуальное начало личности и начало божественное. По мысли критика, двойственная природа человека ведет к тому, что в его душе всегда происходит борьба между индивидуальным и идеальным. Смысл человеческой жизни критик видит в усмирении, обуздывании индивидуального начала личности (эгоистического, в понимании Волынского), для того чтобы открыть в себе идеальное, духовное. Критик призывает к отказу от эгоистических стремлений, к духовной аскезе, но для него достижение этого состояния невозможно без внутренней борьбы. В критике Волынского человек оценивается по способности к духовному совершенствованию и умению сопротивляться внешним обстоятельствам. Так, оценивая образ Базарова, он, в противоположность Д. Писареву, видит в отрицании искусства не ошибку, а интеллектуальную смелость героя, который не боится отстаивать свои идеи, доводить их до логического конца.

С таким пониманием человека связана и теория Волынского о роли личности в истории. Критик отстаивает мысль, что в центре исторического процесса всегда стоит деятельная, творческая личность, которая не просто выражает общественные стремления эпохи, но сама вносит в общество новые идеи. Волынский отрицает фаталистическое понимание истории, по которому от отдельного человека ничего не зависит, он отстаивает свободу личности, возможность индивидуального воздействия на обстоятельства.

Волынский считал себя последователем И. Канта, но в его работах есть элементы философии экзистенциализма, хотя он не упоминает о своем знакомстве с работами С. Кьеркегора. В литературной критике Волынский выступает как мыслитель, которого волнуют проблемы смысла человеческой существования, отношения человека с богом, вопрос о страхе человека перед лицом смерти. Мотив трагизма человеческой жизни пронизывает работы Кьеркегора и Волынского. Страдание и отчаяние критик, как и датский философ, считает необходимым условием духовной жизни человека: только оно приводит человека к вере. Концепция личности Волынского, близкая философии экзистенциализма, объясняет оценку им многих художественных произведений. Так, он положительно характеризует рассказ Ф. Сологуба “Тени”, потому что в нем выражается “наболевшее чувство человеческого бессилия”. Одобрительный отклик вызывает у критика и драма Г. Ибсена “Строитель Сольнес”, потому что в ее центре находится деятельная, сильная личность, осознавшая трагизм человеческого существования. В образе главного героя критик видит отражение трех ступеней развития человеческой личности: простую веру, общественное служение и познание истины и достижение свободы, похожие стадии существования единичного выделяет Кьеркегор.

В третье главе “Своеобразие поэтики философской критики” рассматриваются особенности поэтики философской критики на материале построения сюжета, анализа категории времени и стиля. В первом параграфе “Построение сюжета” рассматривается своеобразие сюжета в критических статьях Говорухи-Отрока и Волынского. Сюжету критических работ в литературоведении не уделялось достаточно внимания. Чаще всего исследователи при анализе поэтики критических статей разрабатывают проблемы композиции (см. работы В.И. Бурсова, Б.Ф. Егорова и других). Вопрос о специфике сюжета в критике ставит А.М. Штейнгольд в книге “Анатомия литературной критики”, которая понимает сюжет в литературной критике как решение проблемной ситуации истолкования произведения в особого рода диалоге с читателем. А.М. Штейнгольд подчеркивает в критике ее диалогичность и видит сюжетообразующее начало критической статьи в выявлении соотношения событий, изображенных писателем в произведении, и реальной действительности. Такое определение сюжета дается для критики в целом, без учета специфики разных направлений. Мы считаем, что сюжет в статьях представителей разных критических направлений будет различным. В работе Р.С. Спивак “Русская философская лирика” определяется специфика сюжета философской лирики в отличие лирики других метажанров, которая выражается в характере сюжетообразующих оппозиций и логике движения авторской мысли. Рассматривая критические работы, используем методику исследования Р.С. Спивак, примененную для анализа лирики.

Сюжет статей Говорухи-Отрока и Волынского строится на философской оппозиции гармонии – хаоса, которая может быть воплощена в статьях в противопоставлении более конкретных нравственно-философских категорий добра и зла, веры и безбожия, лжи и истины, плоти и духа. В критических работах Говорухи-Отрока представлены все эти оппозиции, в диссертации они рассматриваются на материале статей о Лермонтове, Достоевском, Л. Толстом, Гаршине.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»