WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В первом параграфе «Формирование советского законодательства о религиозных культах и методы борьбы социалистического государ­ства с православием» анализируется декрет советской власти «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», который лишал церковь права юридического лица, а значит, и собственности. Церковное руковод­ство, не признав этого декрета, оказалось «вне правового поля», но, как показано в параграфе, нормализации отношений с церковью не хотели прежде всего большевики. Опубликованные материалы «Политбюро и церковь 1922–1925 гг.» убеждают, что у властей было две главных цели: во-первых, расколоть единство церкви путем поддержки обновленцев; во-вторых, лишить экклесию экономической мощи, изъяв у нее ценности. Достижение этих целей сопровождалось массовыми репрессиями против духовенства и мирян, закрытием храмов и монастырей. В большевистской печати по заданию ЦК РКП(б) началась настоящая травля патриарха Тихона (Белавина), он был заключен под стражу, рассматривался вопрос о его физическом устранении. Только широкое международное движение за освобождение главы церкви и уступки с его стороны в плане признания советской власти спасли ему жизнь, и он оказался на свободе. В параграфе анализируются нарушения принципа отделения церкви от государства, приведены многочисленные факты вмешательства партийных и советских органов во внутренние дела экклесии. В этом разделе приводятся также факты правового нигилизма по отношению к религиозным организациям, обосновывается тезис об отсут­ствии равенства перед законом верующих и неверующих. Оценка всех этих фактов с правовой точки зрения показывает, что власти нарушали право граждан на свободу вероисповедания, верующие подвергались различным формам дискриминации.

Второй параграф «Декларация митрополита Сергия (Страгородского) и формы подавления религии в 30-е годы» рассматривает объективные причины, обусловившие переход церкви на лояльные позиции по отношению к социалистическому государству. Анализируется внутрицерковная борьба, вызванная декларацией митрополита Сергия. Однако отношения церкви и государства, несмотря на все усилия церковного руководства, нормализованы не были. Это наглядно показывает Постановление ВЦИК и Совнаркома «О религиозных объединениях» от 8 апреля 1929 года. В параграфе критически рассматриваются пункты документа, выступившего нормативной основой нарушения прав верующих. Анализ правоотношений в религиозной сфере убеждает, что в их основу были положены не нормы права, а установки «социалистической целесообразности», оправдывающие широкомасштабные репрессии против духовенства и мирян.

Третий параграф «Нормализация государственно-церковных отношений в 19411945 годах и нарушения принципов свободы совести в 5080 годах XX века» содержит анализ причин изменения отношения государства к церкви в период Великой Отечественной войны. Отмечается, что в 1943 году при СНК СССР был создан Совет по делам Русской православной церкви, призванный осуществлять связь «между правительством и патриархом».

В параграфе сделан вывод, что наиболее полно новые государственно-церковные отношения проявились в ходе проведения Поместного собора Русской православной церкви в 1945 году. Он избрал митрополита Алексия (Симанского) патриархом и утвердил «Положение об управлении Русской православной церковью». Этот документ был зарегистрирован Постановлением СНК СССР № 162 и тем самым стал легитимным не только для церкви, но и для государственных структур. «Положение…» восстанавливает органы центрального и епархиального управления, а в приходе власть настоятеля. Приход мог иметь свой текущий счет в банке, у него появлялись «печать и штамп, зарегистрированные гражданской властью». Следовательно, государство частично признало за приходом права юридического лица.

Однако период нормализации государственно-церковных отношений был недолог. Постановление ЦК КПСС «О крупных недостатках в научно-атеистической пропаганде и мерах по ее улучшению» как бы подводит итог мирному существованию государства и церкви. Начинается массовое необоснованное закрытие храмов и монастырей, духовных учебных заведений. Инициированный властями Архиерейский собор в 1961 году вынужден был принять новое положение об управлении приходом. Оно лишало настоятеля всякой власти, передав ее приходскому совету.

В диссертации доказывается, что активизация политики государственного атеизма не было случайной. Принятие новой программы КПСС означало переход к строительству первой фазы коммунистического общества, в котором не должно быть места такому «пережитку капитализма», как религия.

Диссертант останавливается на оценке процессов модернизации православной идеологии, в результате которой «оправдывался социалистический строй с евангельских позиций». Богословы стремились доказать, что нельзя ставить знак равенства между «социалистической системой и атеизмом». Однако эти выводы диктовались не реальной ситуацией, а навязывались церкви партийно-государственными структурами.

Только со второй половины 80-х годов XX века отношение государства к верующим и церкви начинает постепенно изменяться.

Глава III «Новые принципы взаимоотношений государства и церкви в конце XX начале XXI века» состоит из двух параграфов. Первый параграф «Формирование новых принципов в государственно-церковных отношениях» рассматривает новые тенденции во взаимоотношениях государства и церкви. Диссертант отмечает, что впервые они проявились на Поместном соборе 1988 года, посвященном тысячелетию принятия христианства на Руси. На нем также был принят «Устав об управлении Русской православной церкви», восстанавливающий роль настоятеля прихода как его полноправного руководителя. Мысли церковного руководства о принципах государственно-церковных отношений были высказаны в «Заявлении Священного синода Русской православной церкви» от 3 апреля 1990 года. Впервые на официальном уровне прозвучало заявление о том, что социалистическое государство долгое время стремилось «ликвидировать церковь». Была предложена программа изменений в законодательстве, призванная устранить «ненормальные условия существования церкви».

В параграфе отмечается, что данные предложения частично нашли свое отражение в законе СССР «О свободе совести и религиозных организациях», принятом 1 октября 1990 года. В законе запрещается политика государственного атеизма, гарантируется реальное равенство верующих и неверующих перед законом, он не допускает какого-либо «принуждения при определении гражданином своего отношения к религии». Анализируемый документ не только отделяет церковь от государства, но фактически властные структуры отказываются от контроля за религиозной сферой. Основные принципы этого закона перешли в закон РСФСР «О свободе вероисповеданий».

После принятия законов СССР и РСФСР о свободе совести Московская патриархия приступила к разработке Гражданского устава, который «содержит церковный взгляд на государство». В параграфе дан анализ положений этого документа, который провозглашает независимость внутрицерковной жизни от государства, а также определяет формы деятельности православных вне стен храма.

Дальнейшее формирование государственной политики в отношении церкви нашло свое отражение в Конституции Российской Федерации 1993 года. В параграфе рассматриваются статьи Основного закона, связанные с нашей темой. На примере отношения Конституции к правам верующих видно, что в этом документе личные права и свободы граждан занимают первое место, а затем уже следуют их экономические и социальные права.

Конституцию Российской Федерации положительно оценил Архиерейский собор 1994 года. Однако, характеризуя новое законодательство о свободе совести, этот форум отметил, что, освободив церковь от «чрезмерной опеки государства», оно не создало эффективных средств для противодействия псевдохристианским и тоталитарным сектам. Поэтому собор предложил «устранить правовой вакуум в области регламентации профессиональной религиозной деятельности иностранных граждан в России».

Как показано в параграфе, эти призывы власть услышала, и в 1997 году была принята новая редакция закона «О свободе совести и о религиозных объединениях». Диссертант подробно анализирует новые моменты, которые появились в данном документе. Это и подчеркивание особой роли традиционных (органических) религий России, прежде всего православия, и ограничение на использование религиозными организациями слова «Россия», и требование при регистрации религиозной группы предъявлять документ, подтверждающий ее существование в России не менее 15 лет, и др.

Новая редакция закона вызвала негативную реакцию ряда западных религиозных движений, таких как иеговисты и пятидесятники. Они обратились в Конституционный Суд России с просьбой дать оценку конституционности ряда его положений. В параграфе рассматривается аргументация Конституционного суда, которая позволила ему принять решение о том, что новая редакция закона не противоречит Конституции Российской Федерации.

Итак, в 90-х годах XX века в России складываются принципиально новые государственно-церковные отношения, которых еще не было в отечественной истории.

Второй параграф «Церковь о состоянии и путях совершенствования государственно-церковных отношений в XXI веке» начинается с анализа «Основ социальной концепции Русской православной церкви». Третий раздел этого документа называется «Церковь и государство». Он определяет природу церкви и государства, анализирует типы их взаимоотношений, современные церковно-государственные отношения в России. Церковные иерархи подчеркивают, что «правовой суверенитет на территории государства принадлежит его властям», именно они «определяют юридический статус Поместной церкви». Традиции православной церкви опираются на принцип лояльного отношения к государству. Однако в параграфе рассматривается проблема «отказа церкви от повиновения власти», которая может возникнуть тогда, когда государство принуждает верующих «к отступлению от Христа и его церкви, а также к греховным деяниям». Но это «неповиновение» не предполагает насилия, а должно проходить в рамках существующей правовой системы.

Диссертант рассматривает предлагаемые церковью формы сотрудничества с законодательной, исполнительной и судебной властями. Важным является материал, в котором содержится православная оценка свободы совести. С одной стороны, торжество этого принципа «свидетельствует об утрате обществом религиозных целей и ценностей», но, с другой стороны, именно благодаря ему церковь может существовать независимо «от инаковерующих или неверующих слоев общества».

Важную проблему в «Основах социальной концепции…» затрагивает раздел «Христианская этика и светское право». В параграфе анализируются их различия, приводится критический материал по отношению к светскому праву, которым оперирует церковь. В то же время показано, что церковь последовательно выступает против правового нигилизма. Диссертант останавливается на характеристике той части Устава Русской православной церкви 2000 года, которая посвящена церковному суду, дает правовую оценку запрета верующим по внутрицерковным вопросам обращаться в светские инстанции.

Дальнейшее уточнение позиций Русской православной церкви по государственно-церковным отношениям происходит в материалах Архиерейского собора 2004 года. В них содержится критика государственной политики, отвергающей религиозные традиции и «под предлогом защиты прав человека, защищающей грех». Отсюда требование увеличить «присутствие православия во всех областях социальной жизни». В параграфе дается правовая оценка подобным предложениям церкви, отмечается, что создание особых привилегий для одной религии может привести к нарушению межконфессионального мира. Диссертант предлагает свое видение совершенствования законодательства о свободе совести.

Особо анализируется заявление Архиерейского собора 2004 года «О противодействии экстремизму и терроризму». Соборные отцы выразили готовность внести свой вклад в «укрепление системы национальной безопасности». В целом в параграфе сделан вывод о значительной активизации церкви в сфере государственно-церковных отношений, однако важно, чтобы эта активность не нарушала принципов межконфессионального сотрудничества.

В заключении изложены основные результаты диссертационного исследования, перечислены типы взаимоотношений государства и церкви, сложившиеся в XX – начале XXI века, а также сформулированы предложения по дальнейшему развитию института свободы совести в России: совершенствование контролирующей роли государства в религиозной сфере; законодательное закрепление особого статуса органических религий при безусловном сохранении равенства граждан перед законом; государственная аккредитация духовных учебных заведений и др.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях автора:

Статьи в рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России для публикации результатов диссертационных исследований:

1. Шапошников Е.Л. Поместный собор 1917–1918 гг. о взаимоотношении церкви и государства в России // Вестник Московского государственного областного университета. – Серия: Философские науки. – М., 2006. – № 1. – С. 143–149.

Иные публикации:

2. Шапошников Е.Л. Оценка церковной реформы Петра I с юридической точки зрения // Церковь и общество на пороге третьего тысячелетия: Х Рождественские православно-философские чтения. – Н. Новгород, 2001. – С. 392–396.

3. Шапошников Е.Л. Церковное право в контексте культуры // Православие и культура: XI Рождественские православно-философские чтения. – Н. Новгород, 2002. – С. 467–472.

4. Шапошников Е.Л. Догмат и канон в православной традиции // Православная духовность в прошлом и настоящем: XII Рождественские православно-философские чтения. – Н. Новгород, 2003. – С. 495–498.

5. Шапошников Е.Л. Духовное образование: соотношение традиции и обновления // Проблемы взаимодействия духовного и светского образования: XIII Рождественские православно-философские чтения. – Н. Новгород, 2004. – С. 493–497.

6. Шапошников Е.Л. Церковно-государственные отношения в России. Законодательное закрепление первенствующей роли православия // Российская система ценностей: XIV Рождественские православно-философские чтения. – Н. Новгород, 2005. – С. 373–383.

7. Шапошников Е.Л. Соотношение светского и церковного права в России в синодальный период // Православие и гуманитарное образование: XV Рождественские православно-философские чтения. – Н. Новгород, 2006. – С. 267–271.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»