WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В заключение параграфа автор делает вывод, что право и обычай являются одними из основных регуляторов общественных отношений. Специфика взаимосвязи права и обычаев обусловлена различиями в способах их воздействия на сознание индивида. Позитивное право представляет меру оценивания поведения личности с позиции государства и транслируется в ее сознание в виде дозволений, запретов и позитивных обязываний. Обычаи, в свою очередь, не содержат меры оценивания (она существует за их пределами) и транслируются в сознание индивида в виде динамических стереотипов поведения, основанного на повторяемости поведенческих актов в течение более или менее длительного периода времени. Право влияет на обычаи не непосредственно, а лишь опосредованно – через личность, так как обычаи более устойчивы, консервативны, основаны на динамических стереотипах поведения и ментальности, а значит, они слабо подвергаются внешнему воздействию. При этом, несмотря на то, что право нередко связано с политическими процессами, происходящими в государстве, и основано на идеологии, оно более либерально и поливариантно, чем обычаи.

В целях предотвращения конфликта в регулировании отношений правом и обычаем воздействие на сознание индивидов с помощью права должно осуществляться относительно длительный период времени, чтобы у них сформировался стереотип правового поведения, коррелирующего с обычаем, при условии, если последний не находится в прямой конфронтации с правом.

В третьем параграфе «Историческая основа взаимовлияния права и обычаев в деятельности прокуратуры по обеспечению законности» рассматриваются исторические аспекты взаимодействия права и обычаев в регламентации возникновения и развития органов прокуратуры в России.

Одним из современных и наиболее дискуссионных вопросов, имеющих отношение к проблеме регламентации деятельности прокуратуры с помощью права и обычаев, ее правового статуса, является определение места этого органа в системе государственной власти Российской Федерации. Конституционные основы организации и деятельности прокуратуры содержатся, как известно, в ст. 129 гл. 7 Конституции РФ, посвященной судебной власти. Однако только на данном основании никто относит прокуратуру к органам судебной власти. Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» от 17 января 1992 г. № 2202-1 (в редакции от 24 июля 2007 г.) также не проясняет вопроса о ее месте в государственном механизме России1. Спектр предложений, исходящих от ученых и практиков, довольно широк и позволяет говорить о потенциальной возможности отнесения органов прокуратуры к любой из ветвей власти, как закрепленных конституционно (законодательной, исполнительной, судебной), так и обоснованных теоретически (президентской, прокурорской, контрольной). Более того, практически любая из предложенных точек зрения находит свое подтверждение в обычном функционировании рассматриваемого института в тот или иной исторический период развития.

В обоснование сказанного в работе осуществлен историко-правовой и теоретико-правовой анализ основных этапов возникновения и развития прокуратуры в России.

Исторически первым этапом в создании прокуратуры в России считается «петровский», в течение которого она оформилась в систему органов, полностью подотчетных и подконтрольных монарху. С точки зрения обычая XVIII в. прокуратура – это «меч государев» (В. О. Ключевский). И сегодня существует точка зрения, возможно, опирающаяся на исторический опыт, согласно которой данный институт следует относить к власти, олицетво ряемой главой государства (А. Ф. Смирнов, Н. В. Костенко, А. И. Алексеев и др.).

При Екатерине II значение должности и личности генерал-прокурора постоянно возрастало, сфера его деятельности неуклонно расширялась путем включения в нее новых обязанностей. К концу XVIII в. функции генерал-прокурора значительно выходят за рамки надзорных, и он становится своеобразным министром по делам внутреннего управления. В начале XIX в. вместо Петровских коллегий в соответствии с Манифестом Александра I от 8 сентября 1802 г. были образованы восемь министерств, в том числе Министерство юстиции, и должность генерал-прокурора преобразована в должность министра юстиции.

После Октябрьского государственного переворота 1917 г. настал переходный период, в течение которого «реакционная» царская прокуратура была уничтожена, а советская еще не создана.

Советская прокуратура была образована в 1922 г. В Положении, принятом сессией ВЦИК 26 мая 1922 г., указывались цели и задачи прокуратуры: осуществление надзора за соблюдением законов и правильная постановка борьбы с преступностью. Государственная прокуратура была учреждена в составе Народного комиссариата юстиции. Во главе прокуратуры в качестве прокурора Республики стоял народный комиссар юстиции.

После подписания Договора об образовании СССР от 30 декабря 1922 г. возникла необходимость создания общесоюзной системы правоохранительных органов. Наряду с другими органами были учреждены Верховный Суд СССР (при Центральном исполнительном комитете СССР) и Прокуратура Верховного Суда СССР. Если допустить возможность действия принципа разделения властей в рамках советской системы организации государственной власти, то органы прокуратуры оказывались между органами судебной власти, входящими в состав исполнительной, и исполнительно-распорядительными органами представительной власти. Иными словами, была продолжена дореволюционная традиция функционирования прокуратуры, хотя формально она отрицалась. При этом сформировался обычай межвластной деятельности данного органа.

Сегодня достаточно распространено мнение, что прокуратура входит в звено исполнит ельной власти (А. Ф. Малый, М. В. Барщевский, С. А. Осипян и др.). Многие ученые и практики продолжают считать прокуратуру специальным органом центральной законодательной власти (В. Д. Ломовский, В. И. Валуйский, В. В. Долежан, В. В. Клочков, А. Ф. Козлов и др.).

Некоторые ученые придерживаются точки зрения, согласно которой прокуратура является разновидностью органов «контр ольной (контрольно-надзорной) власти», обеспечивающих общий надзор за законностью. При этом следует отметить, что в юридической литературе ведется дискуссия по поводу соотношения понятий «контроль» и «надзор», а также существования самостоятельной «контрольной ветви власти» (Л. А. Николаева, В. Е. Чиркин, В. Д. Даев, М. Н. Маршунов, В. В. Клочков, В. И. Рохлин, Ф. Ш. Измайлова и др.).

Ряд ученых считают прокуратуру самостоятель ным органом власти, не входящим в конституционную систему разделения власти, а являющимся скорее частью (элементом) «системы сдержек и противовесов» и позволяющим другим органам власти функционировать слаженно и согласованно, и даже особой ветвью власти, не указанной в Конституции РФ – прокурорской (Н. Н. Дегтярева, Л. В. Плевако, Н. В. Мельников, М. С. Шалумов, А. С. Сологубов, К. Ф. Скворцов и др.).

В целом проведенный анализ исторических аспектов и обычаев в деятельности прокуратуры взаимодействия права и позволил автору заключить следующее.

Во-первых, прокуратура возникла и существует более двухсот лет, поэтому ее наличие в механизме государства уже само по себе является исторически сложившимся постправовым обычаем.

Во-вторых, в дореволюционный период прокуратура воспринималась современниками как карательный орган.

В-третьих, в советский период развития данного органа была сформирована традиция рассматривать прокуратуру преимущественно как контрольно-надзорный орган.

В-четвертых, современные реформы прокуратуры направлены на ее трансформацию как органа, обеспечивающего поддержку обвинения в суде.

В-пятых, в настоящее время прокуратура не относится ни к законодательной, ни исполнительной, ни судебной ветвям власти. Кроме того, прокуратура не представляет собой самостоятельной ветви власти, но в то же время выполняет в государственном механизме особую роль, определяемую историческими традициями, обычаями и практикой.

Вторая глава «Основные направления правового и обычного воздействия на деятельность прокуратуры по обеспечению законности», включающая четыре параграфа, посвящена исследованию взаимоотношений права и обычаев в различных сферах деятельности прокуратуры по обеспечению законности.

В первом параграфе «Общая характеристика правового и обычного регулирования деятельности прокуратуры по обеспечению законности» уточняются сущность, принципы и особенности организации деятельности прокуратуры с точки зрения правового и обычного регулирования.

Прокуратура в Российской Федерации – это единая государственная централизованная многофункциональная система органов, деятельность которой базируется на строгом и неукоснительном соблюдении принципов справедливости, гласности, охраны прав и свобод личности, независимости и др. Иными словами, это специализированный орган по обеспечению законности, в связи с чем в рамках настоящего исследования важное значение имеет определение сущности последней. На основании анализа основных подходов к толкованию законности автор приходит к выводу, что законность – это политико-правовой режим и требование, направленное на реализацию правомерного поведения, соответствующего правовым предписаниям.

Отсюда полностью соответствующее правовым предписаниям поведение индивида – это поведение, корреспондирующее формам реализации законодательства, т. е. запрещающие нормы личность соблюдает (воздерживается от действий, запрещенных законом под угрозой применения юридической ответственности), обязывающие нормы исполняет (действует активно в соответствии со своими обязанностями), управомочивающие нормы использует (осуществляет имеющиеся права). Если представленное соответствие отсутствует, нельзя говорить, что поведение индивида адекватно правовым предписаниям и требования законности выполняются.

С учетом данного тезиса в работе анализируются основополагающие тренды соотношения права и обычаев в регулировании деятельности прокуратуры по обеспечению законности и делаются соответствующие выводы.

Право, безусловно, является главным, несущим основную нагрузку регулятором организации деятельности прокуратуры в целом и по обеспечению законности, в частности. Вместе с тем значительную роль играет не только право в традиционном его понимании, но и обычаи – устойчивые нормы, имеющие внеценностный характер и выступающие источником привычек работников прокуратуры.

Исследование теоретических и практических аспектов организации деятельности прокуратуры позволило выявить тот факт, что влияние обычаев на деятельность прокуратуры по обеспечению законности носит синхронный и асинхронный характер. Синхронный характер обычаев основан на конвергенции (сближении) обычаев с нормами права и предполагает поддержку обычаем правовых предписаний, которые приобретают регулятивные свойства обычая (привычка реализовывать закон или его охранять).

Кроме того, как доказывает диссертант, обычай может дополнять правовые предписания либо им не противоречить и способствовать достижению положительного эффекта в регулировании общественных отношений. Это проявляется, например: в традиции отмечать профессиональный праздник работников прокуратуры (началом данного обычая послужило издание Петром I указа «Об установлении должности прокуроров в надворных судах» от 13 января 1722 г.); приведении к присяге всех лиц, впервые назначаемых на должность прокурора или следователя, которые свято клянутся соблюдать Конституцию и законы РФ, беречь и приумножать лучшие традиции и обычаи прокуратуры; поддержании морального облика работника прокуратуры и т. д.

Асинхронное влияние обычая на обеспечение законности основывается на его дивергенции (расхождении) с правовыми предписаниями. Суть такого влияния заключается в том, что внутренняя или внешняя деятельность прокуратуры, формально основанная на праве, реально осуществляется в соответствии с обычаями. Достаточно часто это проявляется в следующих случаях: недостаточно качественная подготовка прокурора к обвинительной речи (как правило, прокурор знакомится с материалами дела за один–два часа до начала судебного заседания), что отрицательно сказывается на процессе доказывания по делу, поскольку эффективность поддержания обвинения в состязательном судебном процессе в значительной мере зависит от культуры речи обвинителя; нежелание осуществления дополнительного расследования либо некачественное его проведение (отказ принимать заявления у граждан ввиду того, что их рассказ не правдоподобен; «вера» в то, что говорит обвиняемый, без проверки полученных сведений; привлечение к ответственности не всех соучастников, а только одного по причине трудности доказывания и др.); командный режим взаимоотношений руководителя с подчиненными и окружающими (допущения грубости, высокомерия, раздражительности); длительность и отсрочка принятия решений по жалобам, перепоручение их нижестоящим прокурорам, сбор максимального числа виз в иерархии подчиненных перед подписанием документов.

Во втором параграфе «Право и обычай в обеспечении прокуратурой общего универсального надзора» анализируется специфика взаимосвязи права и обычаев при осуществлении прокуратурой общего надзора.

В первую очередь, по мнению диссертанта, следует выяснить вопрос о соотношении «надзора прокуратуры» с аналогичными видами государственной деятельности: судебным контролем, ведомственным контролем, надзором, осуществляемым иными органами государства.

Применительно к настоящему исследованию надзор прокуратуры – это регламентированная прокурорским правом деятельность по проверке исполнения законов и подзаконных нормативных актов государственными и негосударственными органами.

Прокурорский надзор отличен от контрольной деятельности иных государственных органов: во-первых, контролирующие органы, как правило, входят в систему органов исполнительной ветви власти, а прокуратура – самостоятельный орган власти; во-вторых, осуществление надзора носит внешний характер, а контроль, в свою очередь, может быть и внутренним; в-третьих, надзор в отличие от контроля осуществляется без вмешательства в оперативно-хозяйственную деятельность.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»