WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Первый параграф "Понятие права в этнокультурной парадигме социального познания" автор выявляет взаимосвязь понимания права и этнологического познания, показывает парадигмальные особенности этноправового мышления.

Диссертант выявляет особенности культурно-антропологической парадигмы правопознания, которая, по его мнению, стала доминировать в европейской юриспруденции после краха модернистской философии права с ее убеждением об универсальности всеобщих закономерностей правовой эволюции у разных народов, и рассматривает различные подходы к праву в ее рамках: коммуникативный, аксиологический, герменевтический, антропологический.

Для этнологии права коммуникативный подход к правовым явлениям позволяет связать лингвистические, логико-семантические и ценностно-нормативные феномены этноправового дискурса с институциональными моделями поведения внутри этнокультурной группы, так как только через эмоционально-волевое наполнение правовые нормы и правовые действия субъек­тов делаются сопричастными справедливости и получают общее оправдание. Под правом в таком случае понимается этносоциально легитимизированный порядок отношений, при котором у одних субъектов суще­ствуют нормативно оправданные и социально признанные притязания (правомочия), корреля­тивно связанные с обязанностями других субъек­тов. Диссертант полагает, что именно коммуникативный подход актуализирует социально-психологическое значение этнического языка, который является этноразличительным признаком и этнической ценностью, и требует законодательной защиты.

Герменевтическое понимание права автором рассматривается в единстве с коммуникативным подходом, что позволяет более широко обосновать взаимосвязь этноязыковых и этноправовых структур социальных этношений внутри этнической группы. В ее рамках интерпретация рассматривается в качестве основы социального бытия: повседневный мир представляется как интерсубъективный мир этнокультуры, универсум смыслов, совокупность значений, которые приходится интерпретировать для того, чтобы существовать в социуме. В таком случае особенно явно проявляется роль этнических традиций, языка, этнокультурных предпосылок понимания правовых норм и поведенческих актов. Чем ближе по своей этнокультурной почве два субъекта права, тем больше возможностей для правовой коммуникации, тем шире “общий горизонт” и адекватнее понимание друг друга. Правовая традиция, обеспечивающая непрерывность этнокультурного наследия, создает особые условия сохранения этнического правосознания. Диссертант для этноправовой герменевтики предлагает признать ключевым понятие "смысла права". Процессы правового смыслообразования объективно происходят в сфере правовых традиций, обычаев, юридических ритуалов, символики и находят свое отражение в языке права. Поэтому юридическая герменевтика актуализирует этнокультурные основания правового развития общества, правоприменения, юридической деятельности. Правоприменитель, являясь представителем определенной этнокультурной общности, неосознанно вносит свои смысловые коррективы и неявный этносоциальный опыт в процесс правоприменения, реализуя те представления о справедливости, которые доминируют в его этнокультурной среде.

Диссертант полагает, что герменевтическое понимание права позволяет учесть ценностные, ментально-правовые аспекты права и правовой политики. Его отличает, прежде всего, плюрализм правопонимания, который означа­ет возможность различного понимания сущности права в разных этнокультурах. Он противоположен правовому универсализму и монизму, пытающимся объяснить многооб­разие мира, исходя из одного начала, и построить единый правопорядок, не знающий правокультурных различий.

Автором обращается внимание на близость философско-правовой герменевтики, аксиологии и антропологии в понимании права как сферы нормативной институциализации свободной воли человека и достигаемых им ценностей. Исследуя правовую жизнь этноса как социокультурного единства, правоведу приходится понять иерархическую систему его фактических ценностных предпочтений, определяющих юридическое мировоззрение, правосознание и правовое мышление. Диссертант обращает внимание на важность рефлексии ученого относительно пределов универсальности представлений о справедливости, положенных собственным этнокультурным опытом.

В завершении параграфа диссертант обращает внимание на связь понимания права и понимания статуса правовой этнологии. В рамках нормативного подхода к праву предмет и задачи правовой этнологии не могут формулироваться в рамках познания права, так как последнее сводится к официально признанным законодательным установлениям. В случае широкого, интегративного подхода к праву, правовая этнология может быть рассмотрена в качестве особого направления в юриспруденции.

Второй параграф "Основные понятия правовой этнологии" посвящен анализу понятийного аппарата, необходимого для изучения этнокультурной правовой реальности.

Диссертант обращает внимание на то, что за пределами формально-догматического подхода к праву в юридической науке не находят должного отражения такие правовые категории как этническое правосознание, правовая ментальность, этническая правовая культура, правовой архетип, этническое правовое мышление и др. В тоже время диссертантом демонстрируются примеры широкого использования этих понятий в современных теоретико-правовых и отраслевых исследованиях.

Автор выделяет и анализирует различные понятия правовой этнологии, полагая, что их можно также рассматривать как направления в ее методологии. Диссертант рассматривает понятие социально-правовой памяти, формирующей контекст интерпретации внутри этнической группы правовых нововведений, а для того, чтобы показать влияние правовой составляющей социальной памяти населения, диссертантом рассмотрено понятие правовой архетип. По его мнению, правовой архетип - скрытый в коллективной  социально-правовой памяти этнокультурный стереотип, косвенно влияющий  на правовое поведение и выбор человека правовых ценностей. Правовые архетипы, детерминирующие юридически значимое поведение человека, предопределяя его правовое мышление, передаются человеку в процессе правовой социализации и аккультурации. Правовые знания - ценности, требования, принципы, идеи и понятия образуют в правосознании индивида сложные пропозициональные (связанные друг с другом) образования типа "семантических пространств", совокупность которых образуют субъективную "правовую реальность".

Взаимосвязь правовых архетипов, этнического правосознания и правовой культуры проявляет себя в правовых традициях народа, формирующихся на протяжении всей исторической жизни общества. Правовая традиция рассматривается автором как органическая часть культуры того или иного этноса, нации, цивилизации. Эти социальные общности обладают своими историческими и культурными особенностями, зависящими, прежде всего, от религиозных ценностей, поэтому правовая традиция каждого сообщества уникальна и самобытна. В диссертации обращается внимание на то, что нормы и традиции народа в единстве с религиозными убеждениями являются значительно более действенными регулятивами, чем формально-рациональное правовое мышление.

Диссертант полагает, что возрождение интереса к правовому обычаю в современной теории права обусловлено появлением новых современных взглядов не только на право в целом и на его источники, но и на природу государства и его различие с обществом. Правовой обычай, будучи социальным правом, является продуктом развития общества, а не продуктом деятельности государства, в большей степени зависит от этнокультурных (включая и социопсихические) факторов, нежели от его официального признания или не признания органами государственной власти и его легитимность определяется самой юридической жизнью.

Диссертант обращает внимание на то, что правовой обычай предстает в качестве относительно самостоятельной, полуавтономной правовой системы, которая может быть как включённой, так и не включённой в систему государственно-организованного (позитивного) права, но при этом обычное право всегда является включенным в систему человеческих отношений. Этнический правовой обычай обладает культурными особенностями, характерными конкретной этнической общности и включает в себя те образцы поведения, которые, повторяясь и закрепляясь в сознании индивидов, являются нормами права. Признание обычного права в широком понимании источником права возможно только в доктринах правового плюрализма.

Под правовым плюрализмом в диссертации автором понимается сосуществование разных правовых систем или различных подсистем одной правовой системы в границах одного многонационального государства. Диссертант исходит из предположения о том, что централизованное правовое регулирование не является оптимальным и единственно возможным для обеспечения общественного порядка. Правовой плюрализм возник в рамках идеологии мультикультурализма.

В завершении параграфа диссертантом анализируется феномен этнической правовой культуры. По его мнению, этническая правовая культура – это специфический способ организации и развития правовой жизни этноса, представленный в виде совокупности присущих этносу проявлений права, необходимых для его нормальной жизнедеятельности и являющихся основным этнодифференцирующим признаком.

В третьей главе «Правовая этнология и правовая политика в сфере межэтнических отношений», включающей в себя три параграфа, автор рассматривает некоторые основные проблемы правовой этнологии: институциональные модели этнической правовой политики, предупреждения этнических конфликтов, защиты этнических прав и свобод.

В первом параграфе «Идеология и ценности этнической правовой политики» диссертант обосновывает необходимость защиты правокультурного плюрализма.

Автор констатирует, что процесс глобализации в экономической, политической и культурной сфере приводит к беспрецедентной для истории универсализации мира, уничтожению самобытных правовых культур, разрушению границ между правовыми семьями, правовыми системами, делегитимации традиционных правовых ценностей и норм. Однако наряду с происходящим повсеместно процессом формирования единой мировой правовой культуры, автор выделяет и некоторые тенденции обратной реакции, когда глобализация вызывает актуализацию этнонационального самосознания, ведет к росту конфликтогенности в межэтническом диалоге, желанию многих народов "закрыть" контакты с внешним миром и замкнуть внутриэтническое регулирование на традиционных правилах. В некоторых регионах планеты диссертант отмечаются факты возрождения варварских давно утерянных обычаев, например, кровной мести.

Диссертант предлагает признать в качестве идейной основы этнической правовой политики принципы полиюридизм, культурного плюрализма и этнопатриотизма, институциализация которых может смягчить влияние процессов глобальной правовой унификации и стать общечеловеческими в ходе построения многополярного мира. В диссертации рассматриваются различные подходы, понятия и модели этноправового плюрализма или полиюридизма. Диссертантом рассмотрены различные определения правового плюрализма или полиюридизма, выделены его позитивистские и социологические интерпретации, рассматривается опыт правового плюрализма на территории Северного Кавказа. Под полиюридизмом автор понимает сосуществование двух и более правовых систем в одном социальном пространстве, и выделяет два основных вида: официальный и неявный. В работе обращается внимание на факторы, способствующие конфликтным формам сосуществования различных правовых систем. Чаще всего встречается трехуровневый институт правового плюрализма: «государственного права»; «регионального права», включающего результаты правоприменительной деятельности местных органов государственной власти и обычного права, действующего в общинах коренных народов.

В диссертации анализируется методологический потенциал правовой этнологии в контексте правотворческой политики и делается вывод о необходимости этнокультурной экспертизы законопроектов в самых различных областях социальной жизни.

Во втором параграфе "Этнос в правовой политике государства" автор рассматривает этнос с позиции адресата и инициатора правовых инициатив, сравнивает понятия этнос, нация, народ и выделяет правовые последствия их институционализации.

Рассматривая этноправовые исследования, диссертант анализирует два смысловых контекста понятия нация - этнический и политический и делает вывод, что национализм как попытка нахождения компромисса между политическими и этническими интересами может осуществляться в двух формах: как «гражданский» национализм (или евронационализм) и «этнический» национализм (или этнонационализм). Под первым подразумевается перестройка этнической структуры общества с приведением ее в соответствие с политической системой. Этнонационализм представляет собой подстройку политической структуры общества под этническую картину, воспринимаемую в качестве естественной данности.

Диссертант полагает, что опасность современного этнонационализма состоит в отсутствии четкой формулировки термина нация. По мнению автора, следует избегать использования в правовой этнологии и этнической правовой политики этого термина, так как каждая культурно-историческая общность имеет право на сохранение своей идентичности, уникальности и самобытности. В диссертации предлагается юридически ограничить возможности ее политизации, так как не все этнические движения можно считать стремящимися к созданию этнонации или национальными. По его мнению, следует учитывать, что этнонациональные идеалы используются недобросовестными политиками с целью привлечения на свою сторону электората, а также получения большей свободы от центра, либо преследуются властолюбивые интересы местной элиты, желающей избавится от контроля государственной власти с целью разграбления собственного народа; этнонационалистические войны и конфликты используются для ослабления государства крупными игроками на геополитической арене; мобилизация этничности используется часто для получения права контроля над ресурсами, для привилегированного доступа к ним этнических общностей.

Правовая этнология исходит из принципа, в соответствии с которым каждая культура имеет право на относительную автономию по отношению к другим. Поэтому в работе анализируется функция государства по защите этнокультурной идентичности и признается наиболее адекватной ее форма реализации в виде национально-культурных автономий.

В третьем параграфе «Защита этнокультурных прав и свобод в современном государстве» рассматриваются юридические механизмы защиты этнических прав в современной России как проблема правовой этнологии.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»