WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

3. В непрерывном развитии политико-правовая мысль французского Просвещения последовательно переходит от предпринятой Монтескье попытки обнаружения и постижения в массе отдельных, особенных правовых явлений самой сущности права как системы общественных отношений, потенциально имеющих правовой характер и несущих в своей природе разумное начало к его конкретному содержанию (Дидро), а затем и к форме (Руссо). При этом проблематика единства сущности, содержания и формы права остается общей для всех трех мыслителей, по-разному ставящих акценты в своей концепции законодательной политики, а объединяющим началом выступает в процессе постижения права идея свободы человека. Будучи неотъемлемым элементом социальной природы индивида как субъекта права, т.е. изначально возможной, подлинная свобода оказывается действительной, по мысли просветителей, через посредство законотворчества не просто как его разумной, но, прежде всего, как свободной деятельности. Сущность права определяется с этой точки зрения как добровольное согласие индивидуальной воли с общей, получающей свое нормативное выражение в законе, следствием чего становится реальная возможность индивида сохранять в социуме свою идентичность, оставаясь законодателем самому себе и для себя и не умаляя при этом свободы другого.

4. Свобода индивида, понимаемая французскими просветителями как правовая и нравственная категория, постигаемая только в единстве права и обязанности, ответственности человека за свои поступки как за акты свободной и разумной личности, преобразующей окружающую ее социальную реальность, наделяет право ценностью и придает ему смысл в глазах его потенциальных субъектов. Оно обретает свое подлинное значение в жизни социума, надежно защищенное от необоснованного и поверхностного восприятия только как инструмента, механически регулирующего социальные отношения. Переходя от конкретному к абстрактному, а затем снова возвращаясь к конкретному, законодатель, согласно мыслителям эпохи Просвещения, должен сохранить смысл и ценность права как юридической формы индивидуальной свободы, тем самым не утратив подлинно живого характера его бытия.

5. Постановке вопроса о субъекте права и законотворческой деятельности корреспондирует проблема формирования правосознания свободной личности. Ее решение лежит в плоскости апофатической системы координат правового бытия, когда нравственное воспитание человека как личности и становление его как субъекта права оказывается возможным через посредство отрицания им сферы не-права, не-справедливости, не-свободы, представляющих собой, по сути, только произвол и «волю всех» вместо «общей воли». Правосознание формируется путем познания правовой реальности, осознания ее основ и их критического осмысления на предмет действительного соответствия этих основ объективным требованиям самой «природы вещей», что, в конечном счете, обусловливает возникновение общественного идеала. В этом процессе, по мысли просветителей, законодатель призван выполнять воспитательные функции, адаптируя человека к социальной жизни и подготавливая его к активной осмысленной деятельности в качестве гражданина, совместно с другими определяющего судьбу общественного и политического организма.

6. Взаимосвязь и взаимообусловленность процесса познания социальной реальности, ее осознания и деятельности по ее творческому преобразованию наполняют законотворческий процесс конкретным содержанием, придавая ему не только абстрактно-логический, но и конкретно-исторический характер. Вместе с тем возможность активного участия в нем каждого индивида как носителя индивидуальной и общей воли, как сформировавшейся личности и субъекта права, позволяет снять проблему противоречия между субъективным и объективным в праве, между свободой и необходимостью, устанавливая между ними диалектическое соотношение. В итоге истинным законодателем в философско-правовом значении данного понятия становится сам народ как подлинный носитель суверенитета, принимающий решения в сфере правового бытия и способный нести за них ответственность.

7. Вывод о правовой природе суверенитета, сделанный французскими просветителями, предполагает восприятие человеческой природы в единстве способа бытия, преодолевающего многообразие различных преходящих форм, что возможно только при условии предварительной редукции к собственно человеческому в человеке, к его свободной воле и совести, отличающей его от всех иных мыслящих существ. Эта картезианская редукция, переосмысленная в эпоху Просвещения и возведенная на новый качественный уровень, определяет высшее историческое предназначение человека как свободного творца собственной судьбы, устанавливающего через посредство законотворчества начала свободы в социальных отношениях, и отвечает на вопрос об источнике права теперь уже не в строго юридическом, формальном смысле слова, а в генетическом. На место Бога как «архитектора» (Декарт) социального бытия, в том числе и правового, секуляризованная мысль XVIII в. ставит человека, требуя освобождения его стремящейся к самотрансценденции энергии и в то же время предвидя, какие проблемы могут последовать за этим освобождением.

8. Новая методология, применяемая французскими просветителями в процессе познания правовой реальности, позволяет обнаружить взаимосвязь онтологии, гносеологии и аксиологии права, связывая между собой философию права и его социологию, одним из основоположников которой выступает Ш.-Л. Монтескье, закладывая тем самым основы для развития теоретико-правовой и историко-правовой науки. Осмысление идеи законодателя, включающее в себя определение природы субъекта права и законотворчества, обнаружение имманентных праву смысла и ценности и установление соотношения между первым и вторыми, выявляет структуру права, открывая, таким образом, путь его феноменологическому исследованию.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Отдельные положения и выводы могут быть учтены в процессе дальнейшего изучения политико-правовой мысли французского Просвещения, ее формирования и влияния на развитие представлений о праве и государстве в XIX и XX вв., прежде всего, методологии познания права. Они могут быть использованы в учебно-педагогической деятельности при проведении лекций и семинаров по курсам: «История государства и права зарубежных стран» (темы, посвященные предреволюционному периоду истории Франции, законодательству эпохи Великой французской революции, западноевропейским правовым реформам начала XIX столетия); «История политических и правовых учений» (история политико-правовой мысли французского Просвещения); «Теория государства и права» и «Проблемы теории государства и права» (методология теории государства и права, понятие, сущность, формы права, правовое государство, правотворчество, юридическая техника, правосознание и правовое воспитание); «Философия права» (проблематика становления и бытия субъекта права, онтологии, гносеологии и аксиологии права, формирования общественного идеала); «Социология права» (история ее становления как науки, взаимосвязь сущности, содержания, формы права и социальных отношений, социализация индивида), «Конституционное право зарубежных стран» (теория конституции, правовой статус личности, принципы верховенства права и парламента), при подготовке по этим дисциплинам учебных и методических материалов.

Апробация результатов исследования. Материалы диссертации были использованы при проведении лекций и практических занятий по курсам «История государства и права зарубежных стран», «История политических и правовых учений», «Конституционное право зарубежных стран». Изложенные в работе положения и выводы содержатся в опубликованных научных статьях, в том числе в изданиях, рецензируемых ВАК, неоднократно докладывались на международных, всероссийских, региональных и межвузовских конференциях. С докладами по теме диссертации автор выступал на съездах Российского историко-правового общества в Санкт-Петербургском и Московском государственных университетах14. Они были рассмотрены и обсуждены на семинарах в лаборатории «GERCIE» Университета Франсуа Рабле (г. Тур, Франция) под руководством профессора Ж. Россетто и профессора Ж.-П. Бранкура в течение двухмесячной стажировки по программе Посольства Франции в Российской Федерации.

Структура диссертации. Настоящая диссертация включает в себя введение, три главы, заключение и библиографический список. Каждая глава посвящена комплексному анализу идеи законодателя в контексте политико-правовой концепции отдельного просветителя - Ш.-Л. Монтескье, Д. Дидро и Ж.-Ж. Руссо. Логика ее структуры продиктована методологией исследования процесса формирования и развития идеи законодателя в эпоху Просвещения с точки зрения взаимосвязи сущности, содержания и формы права. От того, на чем именно акцентировал внимание конкретный мыслитель, зависели предмет и методология исследования его концепции (разумеется, при сохранении в поле зрения исследователя всех трех категорий правового бытия, равно как и онтологических, гносеологических и аксиологических оснований права), что нашло отражение в названии, структуре и содержании каждой отдельной главы диссертации.

______________________________________

14 См.: Борщ И.В. II съезд российских историков права // Правоведение. - 2003. - № 3.

При этом автор стремился выявить и обозначить преемственность в эволюции идеи законодателя, вскрывая диалектику дискурса, характерного для французского Просвещения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении обосновывается актуальность избранной темы диссертации, раскрывается степень ее разработанности, определяются объект, предмет, цели и задачи исследования, указываются его методологические и теоретические основы, излагаются положения, выносимые на защиту, раскрываются научная новизна и практическая значимость работы, приводятся сведения об апробации ее результатов.

В первой главе «Законодатель и дух умеренности (Ш.-Л. Монтескье)» анализируется концепция законодательной политики Монтескье, первым среди французских просветителей обозначившего идею законодателя и развивавшего ее в соответствии со своими представлениями о сущности права как системы социальных отношений, построенных на началах разума и предполагающих выражение в позитивном законе, и о политической свободе индивида. Их влияние на практическую законотворческую деятельность рассматривается на примере вступительной речи одного из авторов Французского гражданского кодекса (1804), видного специалиста по римскому праву Ж.-Э.-М. Порталиса, переосмыслившего основные положения концепции Монтескье.

В первом параграфе «Генезис идеи законодателя» исследуется процесс и выявляются причины формирования в концепции французского просветителя мифического, по мнению его критиков, образа законодателя, находящегося над временем и пространством и способного проникать в самую суть социальных отношений, которые он призван регулировать через посредство создаваемых им норм позитивного права. На основе анализа текстов ранних произведений Монтескье («Диссертации о различии склонностей», «Рассуждения о причинах, способных влиять на умы и характеры» и статьи «О политике») делается вывод о предпринятой им попытке синтезировать господствовавшие в литературе XVII-XVIII столетий естественно-правовое и реалистически-эмпирическое направления мысли. Испытав влияние философии сенсуализма Дж. Локка, автор «Духа законов» совершает переход от метафизического рационализма к рационализму эмпирическому, что позволяет ему изучить политическую и правовую реальность в их тотальности и историческом развитии, обнаружив разумные основания и взаимосвязь их элементов, т.е. отдельных и особенных явлений, чей характер обусловлен воздействием на них комплексов физических и моральных факторов. При этом в центре внимания Монтескье оказываются те институты, которые представляются наиболее абсурдными поверхностному наблюдателю, чтобы на этих примерах продемонстрировать имманентный им смысл, оправдав их перед судом Просвещения и обосновав саму возможность осмысленного законотворчества путем создания законодателем, обладающим необходимыми для этого познаниями, адекватной социальной реальности правовой модели.

За этим практическим выводом просветителя стоит принципиально новый взгляд на источник права с точки зрения его генезиса, в качестве которого он полагает разум, секуляризируя и признавая его неотъемлемым элементом природы человека как мыслящего существа, что, по нашему мнению, наряду с познанием правовой сферы в ее тотальности, обусловливает возникновение в концепции Монтескье мифического образа законодателя как «архитектора» (термин Декарта, применяемый им к Богу, а впоследствии

заимствованный у него просветителями) и «исходной точки» конституирования системы права. В то же время, вскрывая сущность процесса законотворчества с позиций эмпирического рационализма, автора «Духа законов» подчеркивает необходимость сообразования требований разума с влиянием на социальный организм разнообразных факторов, замечая, что «духом законодателя» должен стать т.н. «дух умеренности».

Во втором параграфе «Понятие политической свободы» через интерпретацию метафоры «духа умеренности» раскрывается содержание этой свободы, как понимает ее французский просветитель. Применяемый им метод познания отдельных, особенных политических и правовых явлений позволяет упрекнуть его в излишнем механицизме и продолжении им традиций учения об искусстве управления государством, заложенных в свое время Макиавелли и развитых его последователями в русле их представлений о государственном интересе. Этот упрек, на наш взгляд, снимается недвусмысленным отказом французского просветителя от восприятия народа как иррациональной массы, которую мудрому законодателю необходимо организовать сообразно стоящим перед ним конкретным практическим задачам. В процессе познания права Монтескье смещает акцент с институтов на природу человека, а затем снова возвращается к ним, чтобы ответить на вопрос, каким образом возможно их преобразование, соответствующее реальному уровню осознания индивидом предъявляемых к нему требований позитивных норм. Идея законодателя в результате наполняется новым содержанием, позволяющим отказаться от восприятия законотворчества как исключительно набора способов и приемов организации иррациональной энергии социального организма, определяемых прагматическими политическими целями, и обратиться к поиску ответа на поставленный вопрос, введя в контекст рассуждений понятие «принципа правления».

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»