WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |

В-третьих, современники Монтескье полагали, что разделение властей – некий «философский камень» или «ключ к свободе», который позволит решить все социальные проблемы. Но, как справедливо отмечал П.И. Новгородцев, они не заметили главной его идеи, вероятно потому, что она шла вразрез с детерминистической установкой века. Монтескье требует, чтобы в каждом государстве законы сообразовывались с сущностью и принципом данной формы правления, с физическими условиями страны, с бытовыми особенностями народов, с определенным образом жизни, нравами и обычаями народов, а все это вместе составляет дух народа. И в соответствии с духом народа создаются законы и формы государственного устройства. Отсюда можно заключить: у Монтескье нет единых законов и формы правления для всех времен и народов. Лучшими для каждого народа являются те законы и формы правления, которые вырастают естественным путем из его образа жизни. И здесь проявляется принцип общественно-политического устройства – Космос, связанный с контекстуальностью.

Политико-правовая мысль эпохи Просвещения обретает новые формы обоснования разумного порядка в немецком классическом идеализме. Это находит свое подтверждение в четвертом параграфе диссертационного исследования «Антропологические и институциональные начала порядка общества во взглядах представителей политико-правовой мысли Германии ХVIIIХIХ вв.», в котором диссертант акцентирует внимание на двух разделах, посвященных анализу политико-правового наследия И. Канта и Г.В.Ф. Гегеля.

Автор, анализируя кантовские идеи порядка: от категорического императива к правовому гражданскому обществу, в качестве центральной проблемы исследует политико-правовую эволюцию его порядка, в которой он отказывается от привычного истолкования общественного договора как эмпирической реальности и рассматривает «договор» в качестве идеи законодательного разума. Основания порядка в правовой мысли критического периода заложены в разумности человека, его стремлении бороться за свое существование, полагаясь на чувство и рациональное осознание долга. Категориальным пространством существования долга выступают свобода и принуждение. Эти дефиниции категорического императива на уровне социальных форм мышления приводят к обоснованию сущностных характеристик справедливого гражданского устройства. Справедливое гражданское устройство во многом синонимично идеальному порядку общества. Феноменами гражданского устройства выступает моральный, политический и правовой порядок. Категорический императив интегрирует феномены порядка в справедливое общество. Кант в ряде своих трактатов последовательно воспроизводит структурные уровни порядка общества, связанные с природой человека. Долг, выраженный в нравственном законе, предстает как априорный факт чистого разума и является основанием морального порядка. Без моральной основы невозможно, по мнению Канта, выстроить политический порядок. Разграничивая политический и моральный порядок, он видит различное их предназначение для человека. Моральный порядок в своей основе выражает права человека на жизнь, на автономные самостоятельные поступки, тогда как политический порядок требует внешнего подчинения человека должному, выполнения требований власти.

Оставаясь на антропологических принципах в понимании порядка в обществе, И. Кант одновременно преодолевает этот антропологизм, приходя к мысли о широких полномочиях морального порядка, поддерживающего самые существенные качества человека: право на жизнь, на самостоятельность поведения и способность к суждениям, к личным оценкам. Господствующая власть, предъявляя свои требования к человеку как гражданину, должна осознавать границы своих притязаний. При этом идея внешней и внутренней свободы индивида, по мнению диссертанта, неизбежно приводит к необходимости найти связующее звено между моральным и политическим порядком. Таким звеном становится правовой порядок. Правовой порядок основан на требовании исполнения законов. Антропологический план правового порядка проявляется в том, что человек, оказываясь в системе правопорядка, возлагает надежды на самого себя, на созданные обществом институты и на юридические законы. Выстраивая свою концепцию правовых отношений, Кант последовательно проводит мысль об интегрирующей роли «правового» человека в отношении к «моральному» человеку и человеку «политическому». Принципы «правового» человека соотносят его внутренние убеждения с внешним принуждением, и пространство правового порядка обеспечивает устойчивую связь морали и политики, естественного и политического права.

Новые, по утверждению диссертанта, рационалистические аспекты порядка общества связаны с наследием Гегеля. Образ порядка, по мнению диссертанта, представляет у Гегеля созерцание общественной жизни с высоты такого духа истории, где не прописаны детали, но хорошо видна духовная сущность жизни общества. Гегель разрабатывает духовную субстанцию общественной жизни, которая при переходе абсолютной идеи в деятельность людей порождает институциональные основы порядка, выражающиеся в законах, в государственных и социальных институтах. В этом смысле гражданское общество образует разнообразные социальные формы проявления порядка, а государство выражает разумность и властную волю порядка как целого.

Для выяснения общей картины порядка Гегель, как установлено в диссертации, обращается к становлению и сущности государства. Признавая разумность как сущностное в государстве, не сводимое к его институтам, он раскрывает государство как первоначало порядка, и только после этого определяет его отношение с гражданским обществом. Автор отмечает, что в «Философии права» Гегель неоднократно рассматривал проблемы институционализации гражданских прав и свобод. Государственные и гражданские институты не могут быть выведены умозрительно из абстрактных категорий разумности, они являются результатом сложного формообразования устойчивых элементов общественной жизни. Он выделяет правовую основу государственного порядка, где все полномочия легитимного разумного государства, воплощающего народный дух, распределены в соответствии с нормами естественного права. Как отмечает диссертант, по сути, правовой порядок и государственный порядок у него взаимодополняемы. Первый основан на законе, второй – на институционализации властной воли, воплощающей интересы целого.

Рассматривая порядок общества в единстве логического и исторического, Гегель доводит абсолютную идею порядка как органической целостности до логического завершения. В онтологическом плане органическая целостность имеет разные формы устойчивости – институциональную в лице государственного устройства; правовую – как наличное бытие свободы, и нравственную, выражающую внутреннюю рефлексию человека как морального существа, наиболее полно реализующую себя в порядке. Таким образом, отмечает автор, гегелевская абсолютная идея отразила опыт политико-правового мышления об устойчивых формах общественной жизни, выраженный в принципах и категориях социальной рефлексии эпохи Просвещения. Гегелю удалось раскрыть субстанцию порядка общества, найти в разнообразии эмпирических форм внутреннее единство институциональных и человеческих начал порядка общества. Логическому пересмотру подвергаются все структурные элементы порядка: человеческое начало порядка мыслится ни в категориях натурализма и естественного состояния, а предстает как разумное начало человеческого бытия; институциональное начало выражено в государственно-правовой форме как абсолютное проявление разумности; ценностные структуры порядка раскрываются в ценностях культуры, морали и искусства.

Во второй главе диссертационного исследования «Российская правовая традиция и идея порядка общества» проводится анализ политико-правовых теорий порядка, сложившихся под влиянием русской социальной традиции и русской культуры. В дискуссиях славянофилов и западников, теоретиков либерально-демократического и консервативно-демократического направлений с идеологами народничества рождались различные образы российского порядка, формировались национальные концепции цивилизационного развития. Особый интерес в этой связи вызывает «Концепция цивилизационного порядка в теории культурно-правовых типов Н.Я. Данилевского» (первый параграф), в которой формируется новая его модель. В предельно общем виде цивилизационный порядок как культурно-исторический тип общества, по мнению Н.Я. Данилевского, охватывает наиболее устойчивые элементы духовной культуры общества, созданные институты и технологии практической деятельности, объединенные общечеловеческими и общенациональными ценностями.

Наибольший интерес для концепции цивилизационного порядка представляют исходные идеи исторического органицизма, выведенные им и анализируемые диссертантом. Прежде всего, по его утверждению, всякая новая цивилизация начинается с формирования языковой общности составляющих ее народов, в более широком смысловом плане речь идет о формировании языковой матрицы, где заложены духовные задатки этносов к национальному порядку, к самостоятельному историческому развитию. По мнению диссертанта, языковая общность в философско-исторической концепции Данилевского оказывается началом культурной детерминации всех процессов, происходящих в пространстве формирующейся цивилизации, а информационная матрица становится началом формирования цивилизационного порядка. Вторым общим условием для самобытности каждого исторического типа общества и культурно-исторического типа порядка автор называет принцип непередаваемости культурных начал и ценностей. В-третьих, в основании каждого цивилизационного порядка содержится противоречивое единство двух начал – национальной самобытности этноса, образующего духовное ядро нового цивилизационного устройства, и общечеловеческого начала, сложившегося под влиянием исторического окружения, стремящегося преодолеть эту самобытность.

Выражая предельно общие социокультурные традиции и механизмы функционирования порядка, модель Н.Я. Данилевского, по мнению диссертанта, содержала прогностическую направленность, была проекцией на мировой порядок, где славянский цивилизационный порядок занимал свою политическую и интеллектуальную нишу.

Другая теоретическая модель порядка общества – консервативно-либеральная – формируется под влиянием идей классического рационализма немецкого Просвещения. В этом плане показательным является второй параграф «Правовые основания идеи порядка в работах Б.Н. Чичерина», где диссертант отмечает, что метафизику порядка, по мнению Чичерина, наиболее полно выражают категории «общественная потребность», «власть», «закон», «свобода». Представленные в широком метафизическом плане, эти понятийные формы раскрывают субстанциальность порядка общественной жизни. Сущностным выражением онтологии порядка и, прежде всего, государственного порядка, выступает власть. Следуя логике рассуждений Гегеля, русский мыслитель соотносит правовое начало власти и государственности с общими потребностями и интересами. Принимая гегелевскую идею о субстанциональности власти как метафизической реальности, Б.Н. Чичерин стремится найти свои аргументы в осмыслении государственного порядка как сущностного проявления власти. В этой связи несомненный интерес представляют его размышления о движении мирового разума от чистых абстрактных форм постижения общественного порядка к его существенным элементам, связанным с природой человека.

Разумное соотношение закона, власти и человека, по мнению Чичерина, неизбежно предполагает справедливое начало. Мораль привносит в порядок справедливость в том случае, когда между законом и властью устанавливается разумное равновесие. В «Философии права» он утверждает, что установление идеала справедливости, равно как и утверждение «вполне разумного нравственного порядка», является не исходной формой существования государственной власти и порядка, а скорее итогом длительного исторического развития.

Таким образом, в правовых основаниях порядка свобода занимает ключевое положение. В диссертации раскрывается новое понимание этой проблемы в теоретическом наследии Б.Н. Чичерина. Во-первых, свобода имеет смысл лишь в отношении к субъекту, к личности, действующей в рамках существующего государственного и правового порядка. Во-вторых, свобода, как свойство порядка, выступает внешней свободой личности, она ограничена правом, а внутренняя свобода личности – это состояние, связанное с сознанием и ценностными устремлениями. В-третьих, реализация свободного волеизъявления личности во многом зависит от структуры порядка, от функциональных свойств институтов. Автор «Философии права» постоянно подчеркивает, что права и свободы личности в своей социальной основе являются выражением воли народа, и за государством, как определяющим институтом порядка, остается ответственность за охрану прав и свобод личности.

Диссертант в этой связи приходит к выводу о том, что в своих идеях мыслитель стремится выстроить идеал разумного общественного порядка для будущей России. Правовое наследие Б.Н. Чичерина свидетельствует, как мучительно медленно современное российское общество движется к правовому государству и цивилизованному порядку, ощущая собственное бессилие, правовую незащищенность и страх перед будущим.

Третий параграф «Культурная легитимация российской соционормативной системы и правовые традиции порядка общества» завершает обзор становления концепции порядка общества в политико-правовой мысли, переходя к современным реалиям. В этой связи диссертантом отмечается, что, трансформация российской социокультурной системы предполагает восстановление норм межличностных отношений – уважение друг к другу, правил общения и приличия, искоренение ненормативной лексики, восстановление элементарных норм человеческого общежития.

В нынешних условиях необходимо совершенствование всех элементов социокультурной системы в широком смысле: личности как субъекта взаимодействия; общества как совокупности взаимодействующих индивидов; и культуры как системы ценностей, норм, идеалов, которые должны быть освоены взаимодействующими субъектами. Это единый процесс, являющийся необходимой предпосылкой формирования социетальности российского общества, его лояльности и согласия относительно основных целей развития. Культурная легитимация нормативного порядка общества – важное условие его надлежащей институционализации.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»