WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Третий параграф второй главы «Адвокатский кабинет как форма индивидуальной деятельности адвоката» тематически охватывает основные вопросы организации деятельности адвокатов в адвокатских кабинетах.

Приведены статистические данные о создании этой формы адвокатских образований в России. В 2005 и 2006 году её выбрали около 21% адвокатов, их количество составило примерно 83% от всех адвокатских образований4.

Исследована сложившаяся практика наименования кабинетов (именная, номерная, фирменная). Выявлено и критически оценено использование жилых и офисных помещений для расположения кабинета с учётом их качества и допускаемой Законом множественности, а также обязанности адвоката соблюдать адвокатскую тайну. Подчёркнуто, что анализ вопросов, связанных с налогообложением адвокатов, работающих в адвокатских кабинетах, как правило, составляет основной объём большинства публикаций по тематике адвокатского кабинета.

Рассмотрен дискуссионный вопрос о порядке создания (уведомительном или разрешительном) адвокатского кабинета. Высказано мнение о необходимости сохранения уведомительного порядка, предусмотренного Законом. Основной довод сторонников введения разрешительного порядка сводится к тому, что молодые адвокаты (с адвокатским стажем до 5–6 лет) не обладают достаточным опытом индивидуальной работы, который можно приобрести только в коллегии адвокатов, постоянно общаясь с опытными коллегами. Между тем совершенно очевидно, что, при желании, оказать профессиональную поддержку молодому коллеге можно, и не находясь в одном адвокатском образовании с ним. Разрешительный порядок отрицал бы как профессионализм адвоката, подтверждённый самим фактом присвоения ему статуса адвоката, так и предусмотренный Законом принцип равноправия адвокатов в части свободного выбора самим адвокатом формы адвокатского образования.

Сделан вывод о том, что у адвокатского кабинета нет значимых недостатков, способных нанести вред адвокатуре, но есть потенциальные риски для адвокатов, выбравших эту форму адвокатского образования. Риски работы в адвокатском кабинете в основном связаны с повышенной вероятностью привлечения к ответственности за нарушения налоговой отчётности, вызванные тем, что адвокат упустил те или иные изменения соответствующего законодательства, а также отсутствием оперативной и действенной поддержки коллег в случае возникновения серьезных конфликтов с правоохранительными органами, доверителями и/или их контрагентами. Подобные риски меньше в коллективном адвокатском образовании, особенно в крупной коллегии адвокатов. Разумеется, что адвокаты, создавшие адвокатские кабинеты, осведомлены об этих рисках в полной мере, что заставляет их более ответственно относиться к своей работе. В таких условиях они, конечно, вправе рассчитывать на методическую и корпоративную поддержку советов адвокатских палат.

Четвёртый параграф второй главы «Коллегия адвокатов и адвокатское бюро как формы коллективной деятельности адвокатов» содержит сравнительный анализ этих двух форм адвокатских образований и обоснование необходимости их реформирования.

Коллегия адвокатов – наиболее распространённая в 2005–2006 годах коллективная форма адвокатских образований в России, именно её выбрало подавляющее большинство адвокатов (около 72%), при этом количество коллегий составило примерно 14% от всех адвокатских образований. В то же время в адвокатских бюро работало 3% адвокатов, количество созданных бюро составляло 3% от всех адвокатских образований в России. Если в 2006 году коллегии были созданы в каждом субъекте Российской Федерации, то бюро отсутствовали в 23 из них, при этом в Москве, Московской области и Санкт-Петербурге было сосредоточено около 60% всех адвокатских бюро и адвокатов, работающих в них. По итогам 2005–2006 годов в целом по России усреднённое количество адвокатов в коллегиях составляло 20 человек, в бюро – 3,8 человека.

Сравнение этих двух форм адвокатских образований обусловлено самим Законом, так как к отношениям, возникающим в связи с учреждением и деятельностью адвокатского бюро, применяются правила Закона о коллегии адвокатов, если иное не предусмотрено нормами Закона об адвокатском бюро.

Выделено восемь сходств коллегии адвокатов и адвокатского бюро:

1) являются коллективными формами адвокатских образований;

2) учредить их вправе два и более адвоката;

3) обязаны уведомлять адвокатскую палату об изменениях состава своих членов (в коллегии), партнёров (в бюро);

4) имеют два учредительных документа – устав и учредительный договор;

5) представляют собой некоммерческие организации;

6) могут создавать филиалы;

7) являются налоговыми агентами для своих членов (в коллегии), партнёров (в бюро), а также их представителями по расчётам с доверителями и третьими лицами;

8) наличие общего принципа личной ответственности адвоката – члена коллегии или адвоката – партнёра бюро за оказанную юридическую помощь.

Семь различий этих двух форм адвокатских образований обусловлено наличием партнёрского договора в адвокатском бюро:

1) в бюро есть адвокаты-партнёры, в коллегии – адвокаты-члены;

2) в бюро соглашение об оказании юридической помощи заключается от имени всех адвокатов-партнёров, в коллегии – от имени одного адвоката;

3) адвокаты – партнёры бюро несут общую (долевую и/или солидарную, и/или субсидиарную) ответственность перед доверителями, адвокаты коллегии – индивидуальную;

4) адвокатское бюро создаётся на определённый в партнёрском договоре срок, коллегия адвокатов – на неопределённый срок;

5) в бюро адвокатам-партнёрам запрещено заключать соглашения об оказании юридической помощи с момента прекращения партнёрского договора, в коллегии – нет;

6) в бюро адвокатам-партнёрам запрещено оказывать юридическую помощь лицам, интересы которых противоречат друг другу, в коллегии – нет;

7) в бюро партнёр, выходящий из партнёрского договора, обязан передать управляющему партнёру производства по всем делам, по которым оказывал юридическую помощь, в коллегии – нет.

Проведённое сравнение коллегии адвокатов и адвокатского бюро в целом позволяет согласиться с существующем в адвокатуре мнением о том, что преимущественно индивидуальная адвокатская деятельность по оказанию юридической помощи гражданам на основе коллективной организации предпочтительнее в коллегии, командная же адвокатская деятельность по юридическому сопровождению предпринимательства при наличии общей ответственности адвокатов-партнёров целесообразнее в бюро.

Вместе с тем обоснованным представляется и другое мнение, согласно которому Закон написан в целях сохранения традиционной для России судебной адвокатуры (адвокатов – защитников по уголовным делам и адвокатов – представителей по гражданским делам), но ограничивает развитие бизнес-адвокатуры, которая добивается права заключать соглашения об оказании юридической помощи не только от имени адвокатов, но и от имени адвокатского образования, а также легализации существующей в России работы адвокатов по найму в адвокатских образованиях, при этом в обоих случаях имеются в виду уже не только коллегии адвокатов и адвокатские бюро, но и специальная форма адвокатского образования – адвокатская фирма, специальной статьей о которой предлагается дополнить Закон.

Необходимо согласиться с предлагаемыми поправками в Закон. Оказание юридической помощи от имени адвокатского образования влечёт большую надёжность юридического лица как контрагента по сравнению с адвокатом – физическим лицом для коммерческих организаций, которым необходима адвокатская помощь. Выстраивание партнёрских отношений в адвокатском образовании на основе работы адвокатов по найму обусловлено потребностью эффективного управления процессом оказания юридической помощи группой адвокатов, возможного, по общему правилу, на условиях подчинения адвокатов-исполнителей адвокатам-руководителям, а также необходимостью стимулирования потребности профессионального и социального роста адвокатов.

Пятый параграф второй главы «Юридическая консультация как одна из форм социальной адвокатуры в России» отражает процесс становления в России различных форм социальной адвокатуры, финансируемой государством ныне, а в перспективе – и негосударственными организациями.

Отношение традиционной судебной адвокатуры к этому процессу было и остаётся в целом отрицательным главным образом из-за возможности утраты независимости адвокатами и иными специалистами, работающими в различных формах такой социальной адвокатуры.

Первоначальная реакция адвокатского сообщества на эту форму адвокатского образования была резко негативной, обсуждался даже вопрос о наличии в Законе обязанности совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации создавать юридическую консультацию в соответствии с Законом по представлению органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в судебном районе, в котором общее число адвокатов во всех адвокатских образованиях, расположенных в данном судебном районе, составляет менее двух на одного федерального судью.

В 2007 году юридические консультации должны были быть созданы в 1 647 (59%) из 2 800 судебных районов, существующих в России. Реально же в 2005 году имелось 27 юридических консультаций со 103 адвокатами в шести субъектах Российской Федерации. В 2006 году рост этих показателей был незначительным: 52 юридические консультации (3,2% от необходимого количества) и 133 адвоката в них в десяти субъектах Российской Федерации.

Соответствует этой статистике количество и содержание нормативных правовых актов о юридических консультациях, действовавших в 2007 году лишь в 19 субъектах Российской Федерации, для которых в целом характерно стремление региональных властей сэкономить бюджетные средства региона, выделяемые на нужды юридических консультаций. Более того, в 42 субъектах Российской Федерации в это же время действовали нормативные правовые акты об оказании адвокатами юридической помощи малоимущим гражданам России, в том числе в труднодоступных и малонаселённых местностях, без создания юридических консультаций.

Фактической альтернативой юридическим консультациям адвокатов стал эксперимент Минюста России по созданию в течение 2006–2007 годов сети государственных юридических бюро в десяти субъектах Российской Федерации для оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам, участие в деятельности которых адвокатов вначале не планировалось. Эксперимент этот является преждевременным в современной России. Большинство адвокатов зарабатывает сравнительно немного и готово работать по программам социальной адвокатуры, финансируемых государством, но менее бюрократизированных, чем созданные государственные юридические бюро. В России, в отличие от западных стран, нет необходимости привлекать к реализации таких программ иных специалистов, не являющихся адвокатами.

Этот эксперимент показал, что юридическая консультация как форма адвокатского образования предполагает большую независимость адвоката от государства и поэтому представляется наиболее предпочтительной формой социальной адвокатуры в современной России.

Третья глава «Формы адвокатских образований и проблемы адвокатуры в Российской Федерации» посвящена выявлению взаимной обусловленности норм Закона о формах адвокатских образований и ключевых проблем организации российской адвокатуры.

Первый параграф третьей главы «Вопросы управления в адвокатских образованиях» раскрывает законодательную регламентацию и фактическое содержание основных вопросов управления в российских адвокатских образованиях, тематику сотрудничества адвокатов России с зарубежными коллегами по этим вопросам и тенденции развития управления в российских адвокатских образованиях.

Выявлен формализованный подход к управлению в большинстве адвокатских образований в России на основе их учредительных и внутренних документов без использования современных западных стандартов управления адвокатскими фирмами, основанных на оптимизации всех рабочих процессов и психологии делового общения. Эти стандарты целесообразны и эффективны в адвокатских фирмах, в которых есть разделение труда между адвокатами-исполнителями и адвокатами-руководителями. Поэтому объективно подобные стандарты необходимы для повышения эффективности (доходности) работы бизнес-адвокатуры в России, которая частично уже использует их в своей деятельности. Традиционная судебная адвокатура неизбежно будет перенимать этот западный опыт у бизнес-адвокатуры, что в конечном счёте будет способствовать повышению профессионализма всех российских адвокатов.

Второй параграф третьей главы «Налогообложение адвокатов и адвокатских образований» содержит анализ реализации и предложений по изменению концепции налогообложения адвокатуры, являющейся составной частью общей концепции организации адвокатуры в России по Закону.

Суть существующей концепции заключается в том, что адвокат является единственным субъектом оказания юридической помощи, который платит налоги как физическое лицо, адвокатские образования, будучи юридическими лицами, юридическую помощь не оказывают и, следовательно, корпоративные налоги с доходов адвокатов за оказанную ими юридическую помощь не платят.

Реализация этой концепции имеет два основных последствия.

Во-первых, нет единообразного понимания действующего налогового законодательства адвокатами и налоговыми органами (прежде всего в части признания тех или иных затрат адвокатов профессиональными расходами – налоговыми вычетами), что особо остро проявляется в ходе налоговых проверок адвокатов, создавших адвокатские кабинеты, и иных адвокатских образований, являющихся налоговыми агентами адвокатов, осуществляющих свою деятельность в них. Практика проведения подобных налоговых проверок часто сопровождается требованиями налоговых органов о предоставлении им всех документов, раскрывающих правовые советы адвокатов и их конкретные действия в интересах доверителей, для признания расходов адвокатов экономически обоснованными затратами для целей налогообложения, что, разумеется, является нарушением адвокатской тайны. Такой налоговый контроль не способствует должному бухгалтерскому учёту доходов значительной части адвокатов и, соответственно, уплате налогов.

Во-вторых, существующий режим налогообложения адвокатуры является препятствием для развития бизнес-адвокатуры. Оказание юридической помощи от имени адвокатских образований, являющихся юридическими лицами, требует разработки специального порядка налогообложения таких адвокатских образований и/или работающих в них адвокатов. В связи с этим в России вполне мог бы быть реализован, например, применяемый в США одноуровневый порядок подоходного налогообложения адвокатов вместо двойного – налога на прибыль адвокатской фирмы и подоходного налога с адвокатов.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»